Карнавалы в стране для грустных. Новое документальное кино

Весной один за другим прошли три фестиваля документальных фильмов – Jeden svět в Праге, CPH:DOX в Копенгагене и Visions du Réel в Ньоне (Швейцария).

Развязанная Россией война вынуждает менять программы в последний момент. Фильмы, произведенные с российским государственным участием, вычеркиваются, украинские привлекают особое внимание. Visions du Réel открылся сеансом, посвященным памяти литовского документалиста Мантаса Кведаравичюса, убитого в Мариуполе. В первых сообщениях говорилось, что его машина попала под артобстрел, но эта версия была сконструирована, чтобы родственники смогли получить тело и вывезти в Литву через Россию. Позднее журналистка Альбина Львутина, которая находилась вместе с Кведаравичюсом в Украине, рассказала правду: "Бессердечные российские солдаты похитили Мантаса и убили. А потом просто бросили его там". Visions du Réel показал его фильм "Мариуполис", снятый после того, как город был освобожден от путинских боевиков в 2014 году.

Смотри также Мифологические герои Мариуполя

Для гонок и управляемых заносов используются едва живые, чуть ли не советских времен автомобили

Российские фильмы поневоле иссякли, но остались фильмы о России. Каталонский режиссер Лаура Систеро снимала в Тольятти компанию молодых людей, увлеченных дрифтингом. Развлечение это опасное, к тому же для гонок и управляемых заносов используются едва живые, чуть ли не советских времен автомобили, выпущенные АвтоВАЗом. Но больше заняться в городе нечем, только лишь, рискуя жизнью, доканывать дряхлые "жигули". Работы не найти, разве что место грузчика – 490 рублей за ночь. Вокруг – многоэтажки 70-х годов, мало-помалу превращающиеся в трущобы. Старики увязли в Тольятти, молодежь мечтает смыться за границу (одному из героев удалось побывать во Франции) или хотя бы в Москву. От советского мира остались лишь киножурналы, прославляющие первых строителей автомобильного завода, и руины ангаров, назначение которых невозможно угадать.

Больше всего тольяттинские дрифтеры боятся попасть в армию. Повестки ждут как приговора, обдумывают возможности откосить по болезни, с помощью взяток или программы "Призыва нет". Фильм снимался в 2018–2019 годах, так что его герои не попали на войну, но вполне можно представить их ровесников, таких же провинциальных нищих мальчишек, которых сейчас посылает на убой Шойгу. Фильм "Тольятти дрифтует" завершается песней "Россия" группы "Пасош":

Я живу в России, и мне не страшно, какой завтра будет курс
Я живу в России, и мне не страшно не нащупать свой утром пульс
Мы здесь умерли давно и не чувствуем холода
Мы родились стариками, и мы ждем свою молодость

Время в России движется по велению Путина, который в полночь 31 декабря провожает старый год и объявляет наступление нового. Президентское обращение – неотъемлемый элемент документальных фильмов о России. Есть оно и в "Тольятти дрифтует", есть и в "Праздниках" обрусевшего швейцарца Антуана Каттина. Плут, руфер, нацистка и чиновница отмечают дни красного календаря. Фильм начинается словно комедия, а кончается крахом и избранных режиссером персонажей, и самой России. (Подробнее — в интервью, которое мы записали с Антуаном для радиопрограммы "Культурный дневник".)

Жизнь в проклятой богом "России для грустных", в кругу ада, который называется Северное Бутово

Герой фильма "Как спасти мертвого друга" смотрит новогоднее выступление Путина в московском сумасшедшем доме. В 2013 году Маруся Сыроечковская сняла короткометражку "Освоение ограничений" – абсурдистскую комедию о добровольных и небанальных неудобствах вроде хождения с ведром на ноге. Кирилл (Кими) Морев, которому был посвящен этот фильм, и есть тот "мертвый друг", спасенный от забвения кинодневником. Маруся Сыроечковская смонтировала домашние видеозаписи в карнавальном ритме, заставляющем вспомнить Джонатана Кауэтта (Tarnation), Хармони Корина и Ларри Кларка. Добавим музыку Joy Division, неистовые краски Дэвида Лашапеля и верстку журнала "Птюч", и получим реквием по веселой Москве начала XXI века, городу, где слишком много запретных веществ. Жизнь в проклятой богом стране, которая называется "Россия для грустных", а особенно в таком кругу ада, как Северное Бутово, может показаться сносной, если употреблять эти вещества безостановочно, мало-помалу расплачиваясь рассудком. Кими выбрал путь саморазрушения и погиб, но фильм об этом талантливом человеке, сломленном депрессией, отнюдь не мрачен, а, напротив, учит легкомысленному отношению к бытию, похожему на одноразовый шприц.

На окраине Лозанны ничего не происходит, хотя, говорят, однажды накрыли нарколабораторию

Фильм "Как спасти мертвого друга", сделанный без российского участия, чтобы избежать придирок наркофобской цензуры, был отмечен жюри Visions du Réel, а главную награду получил "Словно остров" Тициана Бюхи, – новелла из жизни на другой планете, ничуть не похожей на Северное Бутово. Планета эта находится на окраине Лозанны, и ее аборигены не ведают забот. Здесь решительно ничего не происходит, хотя, говорят, однажды накрыли нарколабораторию. Обитают на этой планете не только швейцарцы, но и выходцы из Испании, Португалии и их бывших колоний. Корпулентный анголец с золотой цепью на шее и его товарищ, поджарый беженец из Ирака, принимаются патрулировать район, пристально наблюдают за невинной речкой Вошер. Но что же может стрястись в краю, где люди погружены в блаженную праздность? Только нечто выходящее за пределы обыденности, и зритель не сразу догадается, что экзотическая пара, сидящая по ночам на берегу Вошера, – это эльфы, способные на всякие проделки.

Приз ФИПРЕССИ в Ньоне получила перуанская "Стальная жизнь" о медленном путешествии по железной дороге с вершин Альтиплано, где, вдыхая ядовитые испарения, по старинке трудятся шахтеры, к Тихому океану, зажиточной и гурманской Лиме. Несправедливо не был замечен жюри небанальный фильм Карлоса Пардо Роса, названный буквой H. Брелок с такой гравировкой был найден в 1969 году в кармане неизвестного юноши, которого пронзил рогом бык во время фиесты Сан-Фермина в Памплоне. Участники многодневных празднеств напиваются чуть ли не до белой горячки, и фильм – это история скитаний H, которого изображают несколько человек, по барам, дансингам и площадям, заполненным людьми в белых костюмах с красными платками на шее и такими же кушаками. Одинаково одетых и вдрызг пьяных участников фиесты уже не отличишь друг от друга, и постепенно история превращается в галлюцинацию, все более тревожную. Бык на ночных улицах Памплоны так и не появляется, но мы знаем, что H ждет здесь неизбежная смерть.

Рене – яркий персонаж, что-то вроде чешской тени Жана Жене – вор, написавший два романа

Хелена Тржештикова, королева чешской документалистики, знаменита своим творческим методом – она десятилетиями терпеливо следит за раз и навсегда избранными героями, виражами их судеб и мутациями характеров. Зачастую это обитатели социальных низин – наркоманы, проститутки, бездомные. Рене Плашила Тржештикова снимала 33 года. Это яркий персонаж, что-то вроде чешской тени Жана Жене – вор, написавший два романа. В 2008 году пользовался успехом первый фильм о судьбе Рене, который попал в тюрьму еще в социалистической Чехословакии, вышел на свободу по гавеловской амнистии и вновь оказался за решеткой. Рене – брутальный парень с безграмотной татуировкой Fuck of people на шее – стал благодаря фильму локальной знаменитостью, и Тржештикова продолжала снимать эпизоды из его жизни. Сиквел "Рене – узник свободы" (2022) рассказывает о его попытках остепениться, новых отсидках, появившемся из ниоткуда взрослом сыне и эффектных женщинах, которые увлечены асоциально-творческим шармом своего избранника. Впрочем, мы узнаём удивительную тайну: его самая верная подруга Тереза по паспорту оказывается мужчиной по имени Петр Грушка.

Рене не имеет своей жилплощади и скитается по чужим углам. Фильм Лены Риттер, названный по стихотворению Джона Донна "Никто не остров", посвящен невероятному треугольнику, в центре которого магнетический сибирский бомж-бисексуал, а по бокам – его стареющий любовник (тоже бездомный) и молодая подруга. Всё безнадежно, как и питерские руины, из которых на время выбирается герой. Дипломная работа Московской школы нового кино, отчасти вдохновленная уроками создателя "Кинозала для мертвых" Артура Аристакисяна, была показана на кинорынке Visions du Réel.

Послушные статисты скандируют похабные диалоги из романа, словно речевки на митинге

В косяке маленьких документальных фильмов настоящим левиафаном кажется "Мутценбахер" Рут Бекерман, обладатель главной награды конкурса "Столкновения" последнего Берлинале. Теперь он путешествует по фестивалям, был и в Копенгагене, и в Ньоне. Мутценбахер – фамилия героини эротического романа "История жизни венской проститутки, рассказанная ею самой" (1906), который приписывается Феликсу Зальтену, автору "Бэмби". Половую жизнь Жозефина Мутценбахер начала очень рано, и у нее было 33 000 любовников. Венские мужчины, один за другим, садятся на развратного цвета диван, под наблюдением режиссера читают вслух отрывки из скабрёзной книги, а потом их комментируют. То, что предназначено быть сокровенным, тайным грешком буржуазии Belle Époque, становится всеобщим достоянием, препарируется и публично обсуждается. Более того, Рут Бекерман предложила послушным статистам скандировать похабные диалоги из романа, словно речевки на митинге. В наши дни, в отличие от времен Зальтена и его героини, порнография общедоступна и неистово разнообразна, и теперь с экрана солидного кинотеатра можно громко произносить слова, которые прежде не решались прошептать в будуаре. При этом родились новые табу, и настоящего раскрепощения не случилось. Рут Бекерман интересует деконструкция мужского (шовинистического) взгляда на сексуальность и доминацию. Порнотекст разоблачает мужчин, которые его произносят, выставляет на посмешище их фантазии и комплексы. Феминистский эксперимент ожидаемо обернулся комедией.

Трансгуманисты полагают, что старость – это болезнь, вроде рака, и ее можно вылечить

Тех, кто удручен попытками "русского мира" навязать европейцам шизофреническую архаику, может утешить сногсшибательный документальный фильм "Долгожданная вечность" о трансгуманизме и лабораториях, в которых создают людей будущего. Трансгуманисты полагают, что старость – это болезнь, вроде рака, и ее можно вылечить, а человека нужно постепенно превращать в робота, имплантируя в него компьютеры, чтобы фейсбук находился не в телефоне, а прямо в голове.

В "Долгожданной вечности" снимались грандиозные люди, которые вкалывают в себя молодежную ДНК, вживляют в руки светящиеся чипы, а одна состоятельная дама в черном криоконсервировала в алюминиевом саркофаге своего столь же черного королевского пуделя.

Лучшая история – о философе Мартине Ротблатте, который так любит свою жену, что сделал ее точную копию в виде говорящего бюста по имени Бина48, вложив в него все ее мысли. Попутно он сменил пол и сделался Мартиной.

Поговаривают, что даже автор зажигательных новогодних поздравлений В. В. Путин и его ученая дочь увлечены экспериментами по продлению жизни. Хотя, когда смотришь на грандиозные американские лаборатории, на людей из будущего с чипами, чужими генами и законсервированными пуделями, какой же дохлой блохой кажется путинская Россия!