"Обвинить в нападениях в Чечне". Бежавшие от войны в Украине кавказцы – под угрозой экстрадиции в РФ

По данным ООН, Украину с начала войны покинули уже более пяти с половиной миллионов человек. Среди тех, кто был вынужден уехать и просить защиты в Европе, есть и жившие в Украине выходцы с Северного Кавказа – некоторых из них Россия ранее объявила в розыск через систему Интерпола по сфабрикованным уголовным делам, утверждают правозащитники. Эти люди рискуют быть высланными в Россию, где их жизням может угрожать опасность.

Правовую помощь таким беженцам оказывают в том числе в чеченской организации "Вайфонд", которая зарегистрирована в Швеции. В частности, сейчас правозащитники пытаются помешать экстрадиции из Румынии чеченки Амины Герихановой, которую задержали на границе с Украиной. Ранее она заявила о пытках, которым подверглась со стороны кадыровцев – в России ее обвинили в участии в военных действиях на территории Сирии.

О специфике помощи кавказским беженцам в Европе и о том, что может их ждать при высылке в Россию, в интервью Кавказ.Реалии рассказала соучредитель правозащитной ассоциации "Вайфонд" Амина Садулаева.

– Как изменилась работа "Вайфонда" с началом войны в Украине?

– Ее стало очень много – раз в десять больше, чем раньше. Это связано с тем, что многие выходцы с Северного Кавказа, которые жили в Украине, были в системе Интерпола – оказалось, что Россия запрашивала их выдачу. К счастью, Украина этих людей не экстрадировала. Но теперь, когда они пытаются бежать от войны и выехать в Европу, люди сталкиваются с проблемами и обращаются к нам.

Еще опаснее для них, чем Интерпол, – Шенгенская информационная система. Если человека добавляют в нее, то любая страна в Шенгенской зоне должна от него как можно скорее избавиться – депортировать или экстрадировать. Если в файле стоит информация, что человек может представлять собой угрозу, то ему ничего хорошего в Европе не светит – ему не дадут убежище, не захотят принимать. Обжаловать это сложно, а убирают из системы розыска только после полицейской проверки.

– С какими статьями чаще всего связаны дела, по которым Россия запрашивает розыск?

Мы не раз сталкивались с обманом российской стороны

– Как правило, это "террористические" статьи: финансовая поддержка, призывы, участие… Еще у российских властей очень модно обвинять в участии в войне в Чечне – обычно это статьи о нападении на сотрудников правоохранительных органов и т.д.

– Как эти люди оказываются в системе?

– Их данные копируются из Интерпола и добавляются в Шенгенскую информационную систему. Когда мы обжалуем запрос от России, мы указываем на противоречия в деле конкретного человека. Мы столкнулись с тем, что в наших кейсах каждый раз Интерпол подтверждал, что запросы России не соответствуют его регламенту и нарушают международное право – но люди все равно уже были внесены в систему Европола, им была закрыта дорога к убежищу в Европе.

У нас, у "Вайфонда", не было ни одного проигрышного дела в Интерполе (не хочу, конечно, сглазить). Всего их было больше шестидесяти.

Сейчас мы обратились в несколько международных правозащитных организаций и работаем над тем, чтобы европейские власти знали о проблеме с кавказскими беженцами и запросами из России. Поэтому у нас теперь много работы, которой не должно было быть. Люди сталкиваются с серьезными проблемами, если были добавлены в Шенгенскую информационную систему. Например, дело Амины Герихановой…

– Которая пыталась бежать из Украины в Румынию и была задержана на границе. На каком этапе сейчас ее дело?

– Амина была и в системе Интерпола, и в Шенгенской информационной системе. И вот эта совокупность – то, что она находится в розыске по запросу России, а также в списке лиц, которые ни в коем случае не должны попасть в Шенгенскую зону, – очень сильно ухудшила ее ситуацию. Румыния взяла у России гарантии, и Россия пообещала, что Амину не будут пытать, что ее будут справедливо судить. Мы этому не верим, в нашей практике мы не раз сталкивались с обманом российской стороны в таких ситуациях.

Административный суд города Сучава одобрил экстрадицию Амины, это решение обжаловали в Верховном суде Румынии, но неясно, когда будет заседание.

Амина попросила убежища – пока ничего хорошего в ее деле нет. К ее правовой поддержке подключилось Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (UNHCR). Я, наверное, многих разочарую, но у нашей организации довольно негативный опыт работы с УВКБ ООН… Сейчас, например, они должны найти Амине адвоката – результата пока нет. Неясно, что еще они могут сделать, поэтому больших надежд мы не питаем.

С нами связались наши коллеги, правозащитники из Amnesty International – они тоже очень сильно переживают за Амину и хотят ей помочь. Ей уже разрешили въезд обратно в Украину, и наша задача – чтобы ее не отправили в Россию, а дали хотя бы вернуться.

– Что грозит Герихановой в России, если экстрадиция все же произойдет?

– Исходя из нашей практики, именно в ее случае – жена человека, который уехал в Сирию, заявила об избиениях и побеге от кадыровцев – Амина в большой опасности. Если ее вышлют, то судить ее, скорее всего, будут в Чечне – и это полный абсурд.

Абсолютно никаких гарантий с российской стороны быть не может – даже само слово "гарантии" звучит смешно. Конечно, если ее все же экстрадируют, сначала российская сторона сделает вид, что все нормально, – возможно, даже дадут разрешение румынским властям ее проверять, сделают ей хорошие условия в СИЗО. Все это мы уже проходили в других делах – через какое-то время в России ее ожидают не просто пытки и унижения, но и угроза жизни, мы не исключаем этого.

Вы видели, как [кадыровцы] обращались с родственницами критиков Кадырова того же Хасана Халитова или Тумсо Абдурахманова? Это не угрозы в воздух, они реально способны на все. Тому подтверждение – что они творят в Украине.

– Появилась ли какая-то новая информация по делу дагестанца Магомеда Зубагирова, которого экстрадировали из Польши в Россию? Известно ли, где он сейчас?

Абсолютно никаких гарантий с российской стороны быть не может – даже само слово "гарантии" звучит смешно.

– Никакой новой информации нет, мы знаем, что его из Калининграда этапировали в Москву. В отношении него тоже возбуждено уголовное дело – хотя он никогда в Сирии не был. При этом в Украине его никто не трогал, ни в какой Сирии не обвинял. В России ему грозит [лишение свободы] от 15 лет – Польша даже не выслушала причин, почему он просит убежище. Это не единичный случай – десятки людей прямо сейчас сидят в Польше в депортационной тюрьме.

– То, что новые дела из России не будут рассматриваться в ЕСПЧ, как-то отразится на вашей работе?

– На нашей нет, это повлияет на коллег из России. Если раньше было хотя бы какое-то окошко, чтобы на тебя обратили внимание, хотя бы малая возможность получить компенсацию, то сейчас и ее не будет. Понятное дело, что Россия не освобождала людей [из заключения] по решению ЕСПЧ, но хотя бы было видно, какие нарушения прав человека происходят в России – все было задокументировано. Мы в своей работе всегда могли ссылаться на эти дела – и больше этой возможности не будет, к сожалению.

– В последнее время поступает много новостей о том, как из Чечни насильно отправляют людей воевать в Украину в составе так называемых "добровольческих" отрядов. Есть ли у "Вайфонда" какая-либо информация об этом?

– К нам обращаются люди, которые просят их спасти, помочь выехать из Чечни, чтобы их не отправили на войну. Мы, к сожалению, не можем помогать в такой миграции, в нашем случае это противозаконно – человек или сам должен найти выход, как ему бежать, или обратиться за помощью в компетентные организации. На наши справочные номера люди пишут: "Помогите, меня сейчас на войну отправят, я не хочу этого делать". Эти люди – не военные, не кто-то из полиции, обычные жители. Даже их привлекают к службе.

– А пишут ли вам родственники кадыровцев, убитых в Украине?

– Пока такие люди не обращались. Те, кого мы видим в тиктоках Кадырова – это люди идейные, они туда пошли со своей идеологией "пути Ахмата". Обычные люди не станут этим хвастаться или что-то там снимать – у них и так положение очень тяжелое, их туда отправляют для "результата". Они просто не знают, как спасти свою жизнь, как вернуться домой. Я не думаю, что кто-либо из них хотел ехать, умирать-то никто не хочет.

– Как по-вашему, когда они вернутся, в Чечне жизнь станет еще хуже для мирного населения?

– С людьми после войны должны работать психологи. Человек, который убивал, опасен, он может быть психически нездоров. Кадыровцы и так были известны зверствами, а что будет после этой войны – боюсь представить.

Я не думаю, что на нашей родине, в Чечне, в ближайшие годы произойдут какие-то изменения. Даже если она завтра станет независимым государством, у нас слишком много внутренних проблем, которые надо решать в течение многих лет: во-первых, все начнут друг другу мстить, во-вторых, появятся несколько не признающих друг друга правительств.

***

После записи этого интервью стало известно, что Высший суд кассации и правосудия Румынии отклонил жалобу Амины Герихановой на решение о ее экстрадиции. По заявлению "Вайфонда", это означает, что румынские власти теперь продолжат процедуру ее возвращения в РФ.

• 5 мая – 71-й день войны. Украинские СМИ сообщают, что второй день за контроль над заводом "Азовсталь" в Мариуполе идут ожесточенные бои. Сбербанк отслеживает денежные переводы, целью которых может являться поддержка украинской армии, и передаёт данные о них в Росфинмониторинг. Верховная Рада Украины приняла заявление о недопустимости монополизации Россией победы во Второй мировой войне. Борис Джонсон пообещал Украине дополнительную военную помощь на 300 миллионов фунтов.
• Кавказ.Реалии на данный момент известны имена 401 погибшего в Украине военного из числа уроженцев Юга и Северного Кавказа. Это данные, основанные на публикациях в СМИ, заявлениях властей и информации от наших собственных источников. Реальные потери могут быть значительно больше.

Кавказ.Реалии в Телеграме Читать Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить