Российской армии не победить в битве за Донбасс без мобилизации?

Кажется, да. Но не факт, что поможет и она

Западные разведки «допускают», что 9 мая (или в какой-то другой день в ближайшее время) Владимир Путин объявит мобилизацию в России. Кремль это упорно отрицает. Неизвестно, есть ли у разведок реальные данные о намерениях Путина, но сама тема мобилизации актуальна уже давно: России явно не хватает войск, чтобы продолжать наступление в Украине. В начале апреля российское командование сократило линию фронта почти вдвое, чтобы окружить и разгромить большую часть украинской армии в Донбассе. За месяц не произошло ни окружения, ни прорыва. Возможно, российские власти попытаются изменить это именно мобилизацией.

В этом тексте редакция пытается оценить боевую обстановку в Украине на основании доступных данных. «Медуза» выступает против войны и за скорейшее возвращение российских войск домой.

Что вообще происходит на фронте? И зачем нужно еще больше российских солдат?

Основные бои в апреле и начале мая шли по линии реки Северский Донец, которая представляет собой значительное препятствие для техники. С каждым днем на реке остается все меньше стационарных мостов: их взрывают и бомбят обе стороны.

Главным образом российская и украинская армии занимают территорию на «своих» берегах реки. То есть россияне на ближайшем к границе берегу, а украинцы — на противоположном, в сторону центра страны. Однако у украинской армии имеется три плацдарма на левом, ближайшем к России берегу. У российской армии тоже есть плацдарм на правом берегу — в районе южнее Изюма (если не считать старых позиций вокруг Донецка и Луганска, где давно идет окопная война без больших успехов одной из сторон). Вокруг этих плацдармов сосредоточены главные силы сторон. И они продолжают перебрасывать туда резервы.

Теперь подробнее

• За последние две недели российским войскам удалось продвинуться на одном из направлений на несколько десятков километров. Цель наступления — ликвидировать украинский плацдарм в районе Лимана (бывший Красный Лиман). В случае успеха войска выйдут к главному украинскому укрепрайону в районе Славянска и Краматорска не только с севера (из района Изюма), но и с востока. Удар с этой стороны позволит прикрыть один из флангов своего наступления с изюмского плацдарма — с двумя открытыми флангами наступать вглубь Донбасса было бы слишком опасно. Однако мост возле Лимана разрушен российскими войсками (чтобы затруднить доставку подкреплений украинской армией), и даже в случае успеха им придется налаживать переправу.
• В апреле российские войска встретили на этом направлении слабое сопротивление, однако по мере приближения к Северскому Донцу оно усилилось. Сейчас бои идут вокруг Лимана (удерживается украинскими войсками), Ямполя (занят российской армией около недели назад) и на подступах к Святогорску, где расположена знаменитая Святогорская лавра. Местность в районе наступления лесистая, что затрудняет ведение боевых действий российским войскам, имеющим преимущество в авиации и артиллерии.
• Через реку, на Изюмском направлении, идут упорные бои за те же села, что и в начале апреля. Вероятно, тут на фронте от Балаклеи до Святогорска задействованы главные силы обеих сторон. Севернее Балаклеи со своего плацдарма в тыл российским войскам у Изюма пытаются продвинуться украинские войска. Для этого они навели переправу через Северский Донец в районе Протопоповки, однако 4 или 5 мая она была разрушена (это видно на спутниковых снимках).
• На всем фронте на Северском Донце идут все более ожесточенные перестрелки. Судя по карте пожаров FIRMS от NASA, в последние дни горят леса на большой территории от Протопоповки до Ямполя. Пожары в том числе отмечены в районах, которые уже давно заняли российские войска. Возможно, это связано с тем, что, как сообщалось, на эту часть фронта прибыли украинские батареи, вооруженные западными дальнобойными артиллерийскими орудиями (и имеющие в том числе некоторое количество высокоточных снарядов с лазерным наведением). В связке с украинскими беспилотниками эти пока немногочисленные орудия представляют серьезную угрозу для российских войск. Впрочем, достоверных сведений о применении западной артиллерии в Донбассе пока нет.
• На восточном фланге сражения под Лиманом продолжают наступать силы самопровозглашенной ЛНР. Им после многих недель боев удалось полностью занять промышленный город Рубежное. Однако город — лишь часть большой агломерации (вместе с Северодонецком и Лисичанском), которая расположена на обоих берегах Северского Донца. Если не изменится ситуация на других участках фронта (то есть не будет окружения всей донбасской группировки), тут предстоят еще недели боев.
• К северу от Протопоповки и вплоть до границы с Россией, наоборот, наступают украинские войска. Под Харьковом (всего в 30 километрах от него) украинская армия даже заняла Старый Салтов, который еще недавно был в глубоком тылу российских войск. Кажется, российская армия оставила у Харькова только слабый заслон (в районе отмечено присутствие даже мобилизованных из Донецка), то есть кадровые проблемы российской армии очевидны. Однако наступлению украинской армии в этом районе мешает уже неоднократно упоминавшийся нами Северский Донец.
• В районе Чугуева у украинской армии есть еще один плацдарм на левом берегу реки, откуда они угрожают в будущем выйти в тыл всей российской группировки. Сама эта смутная угроза заставляет российское командование распылять силы и не дает собрать все войска под Изюмом.
• На юге — в Запорожской области — откуда, как считается, российские войска должны наступать навстречу изюмской группировке, линия фронта не изменилась после первых российских атак две недели назад. Украинские войска обороняются в четырех укрепрайонах — в Каменском (южнее Запорожья), Орехове, Гуляйполе и Великой Новоселке (на границе с Донецкой областью). Кажется, это еще один район, где у российской армии недостаточно солдат для амбициозного наступления.

А что делает украинская армия?

Украинское командование пытается «залатывать дыры», перебрасывая войска между разными участками Донбасского фронта. Так, под Великой Новоселкой, где неделю назад сложилось угрожающее положение для местной теробороны, появились войска, ранее замеченные под Лиманом. В Лиман, в свою очередь, подошли части, ранее воевавшие к северу от Донецка. Новые бригады на Донбасский фронт из западных и центральных областей пока, кажется, не перебрасывают. Но ресурсы на это есть: так, обсуждается отправка в Донбасс бригад теробороны из Западной Украины.

Мы не знаем, насколько успешно продолжится наступление украинских войск под Харьковом, временный ли это успех из-за слабости российской обороны в том районе, или он выльется во что-то большее.

Откуда мы это знаем?

Из видео и фото, которые очевидцы боев публикуют в соцсетях. Это дает возможность объективно фиксировать хотя бы часть событий любого современного конфликта. Мы нанесли значительную часть основных «документальных свидетельств» войны на карту.

Так российская армия окончательно завязла?

Об этом сложно судить, потому что мы не знаем, сколько резервов в наличии у российской армии. Может быть, ресурсы для большого наступления еще не исчерпаны. Сейчас неизвестно местоположение значительной части (до трети) соединений, которые Россия имела до войны (и в том числе использовала для наступления на Киев в феврале и марте и в Мариуполе в апреле).

Какие есть варианты?

• Возможно, мотострелковые и танковые батальоны части из этих соединений понесли столь большие потери на первом этапе войны, что теперь не боеспособны.
• Другой вариант — их пополнят личным составом и техникой, чтобы вернуть на фронт позже.
• Также вполне вероятно, что часть этих сил находится в резерве и будет использована для развития прорыва, если на каком-то направлении сопротивление украинской армии ослабнет.
• Но скорее всего, верны все три варианта: часть отсутствующих на фронте войск потеряна, часть пополняется, а часть находится в резерве.

Однако даже возможное наличие крупных резервов ненамного увеличивает шансы на успех всей операции. Можно допустить, что российские войска займут Лиман — там у украинских войск уже фактически нет переправ через Северский Донец для организации снабжения войск. Вполне возможно и новое — более успешное — наступление с изюмского плацдарма (если российское командование сможет решить проблему открытого фланга у Балаклеи и Протопоповки). Менее вероятно, но все же возможно крупное наступление в Запорожье — но для него нужно будет перебросить в этот район значительные дополнительные силы.

А вот в успех всей операции по окружению украинской группировки в Донбассе — даже с использованием всех возможных резервов — поверить трудно. Протяженность фронта от Старого Салтова под Харьковом до Каменского под Запорожьем составляет около 600 километров. В случае если российским войскам удастся окружить украинские войска (а им нужно для этого пройти с боями около 120 километров), к этому добавятся два фронта окружения — внутренний и внешний — общей протяженностью более 200 километров.

Согласно теории, которой учат в российских военных училищах, полоса наступления мотострелкового батальона должна составлять не более двух километров (при условии, что есть непосредственная связь с соседями на флангах). Следовательно, для успеха такой грандиозной по масштабам операции потребуется не менее 400 батальонов. А каждая российская батальонная тактическая группа (батальон и его части обеспечения — связи, радиоэлектронной борьбы, артиллерии) состоит из 700–900 военнослужащих. То есть только в Донбассе для успешного наступления российская армия должна иметь группировку численностью не менее 300 тысяч человек.

Сейчас же, по оценкам экспертов, во всей Украине действует не более 70–80 батальонных тактических групп, или не более 60 тысяч военнослужащих. А в начале марта группировка насчитывала не более 100 тысяч человек (в боевых частях) — правда, без учета сил ЛНР, ДНР и Росгвардии.

Предпринималась попытка компенсировать недостаток личного состава путем концентрации (и более эффективной работы) артиллерии, но, как видно по боевым действиям последних недель, она не увенчалась успехом.

Не получается заменить недостающих солдат и более широким применением авиации — она действует по-прежнему мало. То есть без экстренного пополнения наличного состава (и тут мы возвращаемся к мобилизации) грандиозное наступление российских войск в Донбассе не выглядит возможным.

Если Путин объявит мобилизацию, российские войска победят в битве за Донбасс?

Совершенно необязательно. Приток свежих российских сил Украина будет компенсировать собственной мобилизацией и поставками вооружений (и, вероятно, разведданных) от Запада. Так что и в этом случае российская операция может закончиться даже общим отступлением с большей части Донбасса.

Кроме того, Россия и Украина могут оказаться в состоянии бесконечной войны на истощение, где единственным преимуществом российской армии будет потенциальное численное превосходство (за счет большей численности населения и, соответственно, призывников).

Однако возможности России по части мобилизации тоже ограничены.

• Во-первых, она опасна с политической точки зрения, поскольку неизбежные большие потери среди мобилизованных наверняка снизят поддержку власти и войны.
• Во-вторых, большая часть опытных офицеров и контрактников и так находится в Украине, а значит, они не могут обучать мобилизованных в России. То есть помимо очевидных проблем с мотивацией «свежие силы» могут быть еще и недостаточно хорошо подготовлены.

Другой вариант мобилизации (для которого уже есть законодательная база) — срочно заполнить боевой армейский резерв (БАРС), созданный указом Путина в начале 2021 года. В него предлагалось принять не меньше 100 тысяч россиян, уже служивших в армии (однако, судя по очень редким сообщениям о дальнейшей судьбе этого проекта, этой цели достичь не удалось). Резервисты БАРС должны были тренироваться несколько месяцев в году, а в военное время служить на постоянной основе. При этом даже в месяцы без сборов и тренировок им платили пособие: офицерам по пять тысяч рублей, а солдатам и сержантам — до трех с половиной тысяч рублей. Вопрос в том, удастся ли пополнить БАРС в военное время (с существенным риском погибнуть в бою), если это не удавалось сделать и в более мирный период.

Отдел «Разбор»