«Уже повторяем»

О чем говорили москвичи на Дне Победы — и о чем старались молчать. Репортаж «Медузы»

В 77-ю годовщину Победы в России впервые за два года провели масштабное празднование: с 2019 года существенная часть мероприятий 9 мая проходила онлайн из-за пандемии. Во время вторжения в Украину российские власти решили объединить День Победы и чествование военнослужащих, которые участвуют в «спецоперации» в Украине. «Медуза» рассказывает, о чем разговаривали москвичи на празднике мира, пока их страна продолжала войну.

Накануне 9 мая в Москве было дождливо, но в Гидрометцентре заявили, что прогнозируемая высота облаков и «активное воздействие на погоду» с большой вероятностью позволят провести воздушную часть парада. В семь утра в столице действительно светило солнце. Вагоны метро выглядели полупустыми, из праздничного в подземке — только усиленные кордоны полиции с собаками. Единственный в вагоне по направлению к центру человек с георгиевской ленточкой — дремлющий полицейский. Даже плакаты в переходах напоминали о дне рождения метро, а не о Дне Победы.

Того же нельзя было сказать об улицах Москвы. Уже в конце апреля в городе появились флаги «С днем Победы» и пластиковые инсталляции в виде цифры девять, а вместе с ними и советская символика — она встречалась чаще, чем в предыдущие годы. Источники «Медузы» в администрации президента называли такое украшение города частью кампании по присоединению украинских территорий.

Первый ребенок в красноармейской пилотке появляется уже на эскалаторе на «Тверской». Это одно из самых популярных в Москве мест для того, чтобы посмотреть на военную технику вживую: как на репетициях парада Победы, так и на 9 мая.

Станция работает только на выход. Все приезжающие на нее люди попадают в коридор из серых заборов, которыми обычно ограждают Пушкинскую площадь и Лубянку, когда там анонсируют протестные акции. Тропинка уводит толпу в сквер. От Тверской улицы основную часть людей отделяет около 50 метров.

— Это что, такая дистанция везде будет? — спрашивает мужчина средних лет в кожаной куртке полицейского.

— Да, конечно, — буднично отвечает тот.

— О-о-о, ** [етить] твою мать, — растерянно говорит мужчина и отходит от забора.

Совсем рядом под песню «Темная ночь» несколько волонтеров с развевающимся советским флагом раздают листовки и газеты «Zа Победу». «С Днем Победы!» — говорит каждому подходящему женщина в ярко-розовой ветровке со значком НОД.

Вдоль заборов выстраиваются люди. Чуть поодаль, на скамейке, двое мужчин разворачивают советские флаги. «Я с Адлера, привез [портрет] деда, хочу показать ему Москву, — рассказывает один из них, в пиджаке и с портфелем. — Дед погиб в 1942 году, 17 октября, при защите Туапсинского перевала. Приехал на „Бессмертный полк“ — а нас вот не пускают».

Мужчина рассказывает, что для него День Победы — это «история наша российская, великая»: «Нам сегодня ее запрещают видеть, Запад всякие капканы ставит. Ну мы разберемся с ними, мы, хоть уже и в годах, но еще можем постоять [за себя]».

Среди собравшихся на Тверской начинает расходиться слух, что техники здесь видно не будет. О том же мне говорит полицейский. Он советует пойти в сторону Нового Арбата — по нему с площади будет идти военная техника. В этом направлении, сворачивая во дворы, начинает двигаться большая часть пришедших.

Меня догоняет женщина со светлыми волосами, забранными в высокий хвост, в черной дутой куртке, переспрашивая о предстоящем маршруте. Заинтересовавшись им, она открывает карту, но затем просто предлагает «пойти за толпой».

Теперь я иду к Арбату с Леной. Ей около сорока, два года назад она переехала в Москву из самопровозглашенной ДНР. В Макеевке у Лены остались все родственники, дети и мама. Она рассказывает, что недавно ездила к ним в гости. На вопрос о проблемах с переходом границы отвечает, что им [пограничникам] «показываешь паспорт ДНР» — и они пропускают «домой».

«[Родные] ехать сюда не хотят. Сильно корни пустили там. Работа у всех, подружки, друзья. Даже сейчас. Недавно звоню дочке старшей, говорю: „Ну что там?“ Отвечает: „Пять раз бахнуло, аж подскочила“. Ну что-то, видать, сбили».

Лена отмечает, что город «конечно, стал меньше», но уезжают все равно «не повально»: «Мужчин вообще очень мало по городу, только такие, которых воевать не берут. Кто-то воюет, кто-то уже отвоевался. Вот мы родственника похоронили, месяца два назад, под Волновахой убит был. Бои были, он воевал у нас. Много очень знакомых — кто калеки, кто умер, кто как. Население мужское истребляется».

Несмотря на это, после вопроса о ее позиции о войне Лена однозначно отвечает, что и она, и ее близкие поддерживают действия России.

— Даже несмотря на смерти?

— Ну а что делать? Войны без этого не бывает. Восемь лет у нас все равно люди умирали. Если б они сдавались лучше — так они ж не сдаются, — объясняет Лена.

— А там есть те, с кем нужно воевать?

— Конечно есть, а как? Армию тоже они собрали, — говорит Лена, не уточняя, кто такие «они». — Мы, конечно, сами не знаем, но пишут, что они сгруппировались, хороший состав, не одна тысяча человек. Уже мясорубочка закрутилась, останавливаться нельзя. Нужно победить или договориться, иначе авторитет России вообще упадет — не только президента.

Пока мы идем, Лена записывает видео — говорит, что отправит его детям. Уже на подходе к Арбату, на Никитском бульваре, она останавливается около продавцов сувениров и берет значок с георгиевской лентой и флаг, на котором написано «Победа».

Одновременно две молодые девушки выбирают значки с буквой Z для своих детей, которым на вид около пяти лет. Одна из них цепляет значок на одежду мальчика в кепке: «Вот какой красавчик!»

На пересечении Нового Арбата тоже ограждение. Отдельная надежда у всех пришедших на парад в центр Москвы была на его воздушную часть — в толпе это обсуждали довольно долго. Несмотря на заверения главы Гидрометцентра, за три минуты до официального начала парада Дмитрий Песков сообщил, что из-за погоды эта часть парада будет отменена.

— Пустили бы нас за бортик — они что, думают, что мы террористы? — спрашивает стоящего рядом мужчину женщина в розовом костюме со значком «Спасибо за Победу».

— Ну ничего, сейчас посмотрим воздушный парад, — утешают ее близкие.

— Воздушного парада не будет, — вмешиваюсь я в их разговор.

— Не может быть! Это происки оппозиционеров! — шутливо отвечает мне мужчина. — Тем более тучи разогнали: вся Московская область в дожде.

— Нет, самолеты должны быть! Как же Z? Они же тренировались, — добавляет еще одна девушка в черном, стоящая на лавке рядом.

На контрольной репетиции парада 7 мая действительно было видно, что один из заключительных элементов программы состоял в пролете самолетов в форме буквы Z. Из-за отмененной воздушной программы оказалось, что основная часть парада прошла вовсе без этого символа: на наземную технику его не наносили.

Впрочем, этот «недостаток» сполна возмещали москвичи. Около Арбатского тоннеля парень лет тридцати, полностью обернутый во флаг цвета хаки с буквой Z и фразой «Zа наших», рассказывает, что таким образом хочет выразить поддержку «тем ребятам, которые отстаивают то же, что наши предки»: «Они ж тоже как-то должны увидеть нашу поддержку. Получается, через символику, иначе никак. Им потом покажут».

«…можем повторить», — слышится обрывок фразы стоящей рядом пары, девушка взбирается на ограду Арбатского тоннеля. «Уже повторяем», — отвечает ей парень в синей ветровке, который карабкается туда же. На ветровке качается значок Z.

Когда начинается речь Владимира Путина, в толпе становится тише. Люди смотрят ее на смартфонах, облокотившись на стены. Почти все выступление президент посвятил вторжению в Украину. Вопреки опасениям СМИ, официального объявления войны Украине и последующей мобилизации не произошло.

Вместо этого Путин рассказал, что Россия, начав военные действия в Украине, «дала упреждающий отпор агрессиям». «Это было вынужденное, своевременное и единственно правильное решение. Решение суверенной, сильной, самостоятельной страны», — сказал он. По его мнению, «непосредственно у наших границ» создавалась «абсолютно неприемлемая для нас угроза», из-за чего боевые действия в Донбассе были неизбежны.

Во время выступления президент объявил минуту молчания, призвав склонить головы перед теми, кто пал «смертью храбрых» в борьбе за Россию. Из контекста следовало, что минута молчания в этот раз касалась и погибших в Донбассе российских военных. «Слава нашим доблестным вооруженным силам. За Россию, за победу. Ура!» — завершил свое выступление президент.

На трибунах в этом году не было других глав государств. Еще 29 апреля пресс-секретарь президента Дмитрий Песков сообщил, что никто из них приглашен не был. «Дело в том, что это не юбилейная дата. Это наш праздник, это святой праздник для всей России, для всех россиян», — объяснял Песков отсутствие иностранных гостей. Россию, в свою очередь, тоже не пригласили на празднование окончания Второй мировой войны в Париже 8 мая.

Дипломатия Дня Победы

Самым многочисленным по количеству мировых лидеров, в том числе западных, за последние десятилетия в России был парад 2005 года. Тогда на Красной площади присутствовало около 50 глав государств. Состав приглашенных и приехавших делегаций существенно изменился в 2014 году. После присоединения Крыма никто из лидеров западных стран уже не принимал приглашений Кремля, а Польша, Словакия, Финляндия и Швеция прямо назвали российскую агрессию в Украине причиной отказа от участия в параде Победы. С тех пор парады посещали главы и другие представители Китая, Индии, Монголии, Зимбабве, Кубы, Вьетнама, ЮАР. В прошлом году компанию Владимиру Путину на параде составил лишь один иностранный гость — президент Таджикистана Эмомали Рахмон.

«Всегда послы и военные атташе — сначала Советского Союза, потом России, Беларуси, как стран, которые внесли решающий вклад в победу над фашизмом, приглашались. В этом году нам места на трибуне [в Париже] не нашлось», — заявил посол в Париже Алексей Мешков. В Варшаве 9 мая облили ярко-красным сиропом российского посла Сергея Андреева, который возлагал венок на кладбище воинов-освободителей. После этого в Москве выразили Варшаве «решительный протест за потакание, по сути дела, неонацистским молодчикам».

«Пап, мы сюда приперлись, чтобы ты посмотрел [парад]», — немного возмущенно говорит девушка с георгиевской ленточкой, прикрепленной к карману куртки, пожилому мужчине в очках и с биноклем на шее.

Сидя на лавке напротив небольшого сквера, он всматривается в ее телефон, бликующий на солнце. Помимо дочери с мужем вокруг скамейки, где сидит пожилой мужчина, крутятся два близнеца лет шести.

— Мы тебя на лавку поставим — все увидишь, — заверяет дочь отца.

— Танки едут! — кричит один из близнецов.

— Танки идут. Это вы в них едете, если по-русски говорить, — поправляет внука дед и тут же вскакивает на скамейку с биноклем.

На протяжении всего парада он со знанием дела комментирует проезжающую мимо технику: «„Арматы“ пошли, мы их пока никому не продавали».

После того как последняя «жирная гусеница» — так военную технику называли близнецы — удаляется с Нового Арбата, толпа начинает расходиться по центральным улицам.

Красная площадь, даже после того как ее покинули высшие чины, закрыта — до тех пор пока в 15 часов по ней во главе «Бессмертного полка» не пройдет Владимир Путин. В центре усилены меры безопасности. «Откуда ментов столько на всю Москву набрали», — возмущается толпа.

Антивоенные акции, которые планировались 9 мая

За несколько дней до 9 мая в России было анонсировано несколько антивоенных акций. «Феминистское антивоенное сопротивление» (ФАС) предлагало три акции. Одна из них — «День беды» с выходом на проспекты Мира разных городов России женщин в черном.

Другая акция, «Смертный полк», по задумке состояла в установке во дворах городов самодельных мемориалов, посвященных убитым во время российского вторжения украинцам. Третья акция ФАС, «Парад на крови», должна была заключаться в обливании краской военной техники, городских администраций и входов в военкоматы.

Молодежное движение «Весна» предложило акцию «Они воевали не за это». Она предполагала выход на шествие «Бессмертного полка» с портретами родственников, которые участвовали в Великой Отечественной войне, и антивоенными лозунгами. В субботу, 7 мая, в Петербурге задержали двух координаторов движения — Евгения Затеева и Валентина Хорошенина, а еще у нескольких участников, в том числе федерального координатора «Весны» Богдана Литвина, прошли обыски. На следующий день Хорошенина и Затеева доставили в Москву. По данным юристов «Первого отдела», который защищает активистов, им вменяют создание некоммерческой организации, посягающей на личность и права граждан. Активисты движения связывают преследование со своей антивоенной деятельностью и, в частности, с планами проведения акции 9 мая. Одновременно с проведением парада и «Бессмертного полка» Басманный районный суд Москвы избирал активистам «Весны» меру пресечения — срок задержания продлили на 72 часа.

Люди начинают приходить к «Белорусской». Начало акции «Бессмертный полк» назначено на 15:00, но сбор объявлен на 3,5 часа раньше. Люди собираются вокруг сильно заранее и начинают проходить сквозь металлодетекторы, как только убирают заграждения, после 12.

В метро уже совсем не пусто. Кажется, что почти весь вагон направляется на акцию. На подходе к пунктам досмотра свободно. Пока один полицейский проводит досмотр, его коллега подходит к стоящему у стола мусорному мешку, куда складывают изъятые у участников шествия предметы, с любопытством заглядывает туда и произносит: «Ну что, есть что интересное?» Но пока в мешке лежат лишь бутылки с недопитой водой и лимонадами. Полицейский продолжает рейд по соседним мусорным мешкам.

По оценкам МВД, в Москве акция «Бессмертный полк» собрала более миллиона человек (численность населения Москвы, по состоянию на 1 октября 2021 года, составляла примерно 13 миллионов человек). Это первая очная акция за последние два года — с 2019 года она из-за пандемии проводилась в онлайн-формате.

Среди толпы в начале колонны выделяется женщина в длинной юбке, которая вместо портретов несет несколько икон с пышным обрамлением. Еще один человек в толпе идет с портретом Иосифа Сталина.

По сообщениям СМИ, в разных городах России участников «Бессмертного полка» задерживали за высказывания против войны, замаскированные под традиционные плакаты акции. Например, в Санкт-Петербурге задержали муниципального депутата Сергея Самусева. Он пришел на акцию с фотографией узника нацистских лагерей Бориса Романченко, который погиб после обстрела Харькова в этом году. По данным «ОВД-Инфо», в Москве задержали Артема Потапова из-за плаката: «Кто против войны, угощайтесь конфетой», перед которым стояла коробка конфет. За все время шествия я заметила лишь один портрет с лозунгом, противоречащим государственной позиции: у пожилой женщины на обратную сторону транспаранта был приклеен белый голубь с фразой «За мир».

Среди других популярных на шествии символов — букв Z и V — выделялись белорусские и молдавские флаги. Двое мужчин, которые несли флаги Молдовы и СССР, объяснили мне, что они делают это «ради памяти». «А вот у вас почему георгиевской ленточки нет? Вы что, стыдитесь? Не надо стыдиться», — говорили они, уходя вперед полка.

Люди в колонне несли и флаги ДНР. Двое мужчин в военной форме с шевронами «Военная разведка» и «Сомали» (отдельный штурмовой батальон в составе вооруженных сил ДНР) размахивали триколором и советским флагом. Они быстро завоевали внимание публики, собрав вокруг себя около 15 желающих сделать фото.

«Мы уже не в разведке, мы уже все», — говорил экс-военный одной из женщин. Подошедший к ним мужчина в форме с шевроном «Призрак» (14-й батальон территориальной обороны ЛНР) присоединился к фотосессии с «фанатами». «Мы этим гордимся, нам нечего скрывать», — отвечает он на вопросы о разрешении сделать кадр. Помимо отдельных инициаторов, вышедших с флагами ЛНР и ДНР, в шествии прошла и общая колонна жителей Донбасса.

Были среди участвующих и те, кто нес портреты погибших в Украине российских солдат. Так, уже почти около Красной площади я встречаю женщину в темной закрытой одежде, которая несла две таблички, наложенные одна на другую. На передней части — фотографии родственников, участвовавших в Великой Отечественной войне. Женщина представилась Яной и рассказала, что ее семья из Харькова, на одной из фотографий изображен ее дед, а рядом с ним — его родные братья.

«Он один выжил. Когда он вернулся с фронта, мама упала и закричала: „Где же ты оставил своих братиков!“» — говорит Яна, не упоминая про другую, как будто спрятанную табличку.

— А другая? — уточняю я.

— Это наши ребята, которые погибли в «спецоперации». Они защищали Украину от нацизма, погибли в этом году.

На обратной стороне таблички портреты двух молодых ребят, Николая и Дмитрия. Молодые люди на фотографиях — не родственники Яны, но она все равно несет их портреты на Красную площадь.

Мария Королева