Михаил Лашевич. Оппозиционер во главе советской Сибири

Тайга.инфо продолжает рассказывать о судьбах руководителей Сибири после Гражданской войны. Михаил Лашевич возглавлял Сибревком в 1922-1925 годах и был сторонником оппозиции в коммунистической партии Советского Союза.

Из довоенных советских руководителей Сибири обычно вспоминают только одного из апологетов «большого террора» Роберта Эйхе. Но после победы над адмиралом Александром Колчаком «порулить» в Сибирь посылали людей, биография которых могла бы послужить основой для хорошего детектива. Орденоносец Михаил Лашевич, первый заместитель наркоммвоенмора Михаила Фрунзе (как говорят, мечтавший после внезапной смерти наркома занять его место) тоже отметился за Уралом. Руководил недолго, но запомнился тем, что его политическая линия весьма часто расходилась с кремлевской.

О Михаиле Лашевиче Тайге.инфо рассказал доктор исторических наук, профессор Сибирского института управления Валерий Демидов.

— Михаил Лашевич (Моисей Гаскович) родился в Одессе в купеческой семье. Еще с гимназии был членом нелегальных кружков. В 1901 году вступил в РСДРП, с 1903 года стал большевиком. Его неоднократно арестовывали и отправляли в ссылку. В 1912 года находился в Нарымском крае.

Февральская революция застала его в армии, он вел работу среди солдат Петроградского гарнизона. В дни Октябрьского вооруженного восстания Лашевич командовал частями Кексгольмского полка и матросами, которые захватили телеграф, казначейство, банк и почту. С 1918 года находится в Красной армии.

Тайга.инфо: Как командира в Гражданскую войну его знали очень многие.

— За боевые заслуги он был награжден двумя орденами Красного Знамени. Был комиссаром, членом реввоенсоветов и командовал армиями на Восточном фронте.

177379

Осенью 1921 года Лашевич прибыл в Новониколаевск, где стал членом Сиббюро ЦК РКП(б) и заместителем председателя Сибревкома. Надо отметить, что он пользовался полным доверием со стороны Ленина. Есть воспоминания Анастаса Микояна, который в то время был секретарем Нижегородского губкома партии. Он рассказывал, как был на приеме у члена политбюро Иосифа Сталина, и тот ему сообщил, что много еще троцкистов в Сибири, где они «пользуются определенным доверием и влиянием». С этим надо разбираться и потому Сталин передал Микояну слова Ленина: нужно «съездить в Новониколаевск к Лашевичу, чтобы передать ему от имени Ленина всё, что здесь сказал».

Встреча Микояна и Лашевича состоялась. И последний заявил: «Передайте в Москве, чтобы Ленин не беспокоился за Сибирь». И, действительно, на партийном съезде в числе делегатов от Сибири сторонников Льва Троцкого не оказалось.

Тайга.инфо: После этого позиции Лашевича, вероятно, еще более окрепли?

— В конце мая 1922 года он становится председателем Сибревкома. Одновременно вляется членом Реввоенсовета Западно-Сибирского военного округа и командующим войсками Сибирского военного округа. Его политический вес подчеркивало включение в состав комиссии по организации похорон Ленина.

На XII партийном съезде Лашевича выбирают членом Центрального комитета. И так получилось, что он стал заметной фигурой во внутрипартийной борьбе.

Те, кто изучал историю партии, знают, что было такое «пещерное заседание», когда ряд популярных в партии фигур во время отдыха в Кисловодске обсуждали в укромном месте, как теперь должно строиться руководство партии, когда не стало Ленина.

Лашевич вместе с Григорием Зиновьевым считал нетерпимой работу секретариата, который возглавлял Сталин. Обсуждались разные конфигурации блока, который стал бы управлять партией, но Сталин с такой идеей не согласился и ничего из нее не получилось. Сталин уже тогда выступал против Троцкого, и вот в этом Лашевич как раз его позицию разделял. На одном из выступлений в Новониколаевске Лашевич заявил: «Внутрипартийная дискуссия приняла вредный для партии характер… Будем проводить демократию на деле».

Тайга.инфо: И как это выглядело?

– Сиббюро ЦК поручило Лашевичу и другому известному деятелю Станиславу Косиору изложить позицию губкомам партии, что и было сделано. В январе 1924 года «Правда» писала, что высшие руководящие органы и пленумы губкомов «поддержали линию ЦК целиком, общегородские собрания также везде в Сибири высказались за линию ЦК». Сам Лашевич много выступал в разных аудиториях, активно высказывался против позиции, занятой Троцким и его сторонниками.

<…>

177825

На самом деле Лашевич сделал немало для восстановления народного хозяйства в Сибири. Споров тогда было много, тем более, что в 1923 году в стране наблюдался кризис сбыта. Троцкисты требовали ввести «диктатуру промышленности», то есть развивать ее за счет крестьянства. В Сибири такие взгляды в 1923-1924 годах не одобряли.

На V Сибирском экономическом собрании Лашевич как раз высказался о перспективах народного хозяйства в Сибири. Он сказал, что было такое «увлечение»: «Превратить Сибирь из страны сельскохозяйственной в страну индустриальной промышленности». На его взгляд, это увлечение уже кануло в Лету. Отсюда следовал вывод: «Строить основной план нашей сибирской экономики на сельском хозяйстве».

В мае 1924 на первой Сибирской краевой партконференции Михаил Лашевич вновь подтвердил, что на ближайшие годы основной задачей является подъем сельского хозяйства. Как он образно тогда выразился, «нам нужно по одежке протягивать ножки». Кстати, делегаты признали такой подход правильным. Они согласились с тем, что Сибирь не является Руром и надо «спуститься к мужичку».

Но вскоре из Москвы задули иные ветра. И в августе 1925 года Лашевич уже говорит: «Мы не в состоянии поспеть в нашей промышленности за ростом нашего сельского хозяйства. Нам необходимо в Сибири построить легкую и тяжелую индустрию».

Тайга.инфо: Но тут как раз Лашевич снова вернулся на военную стезю и покинул Сибирь.

— 6 ноября 1925 года Михаил Лашевич назначается первым заместителем наркома по военным и морским делам СССР, заместителем председателя Реввоенсовета. Работу Лашевича в Сибири высоко оценил секретарь Сибкрайкома РКП(б) Косиор: «В особенности хочу подчеркнуть его заслугу в отношении выдвижения вопроса о создании будущей Сибири. Почти ему одному принадлежит инициатива и выдвижение этого вопроса, а главным образом смелая и решительная постановка этого вопроса перед нашими высшими органами».

Тем временем внутрипартийная борьба снова обострилась, достигнув апогея на XIV съезде партии, куда Лашевич был избран делегатом от Сибири. Он предлагал сибирякам не торопиться с поддержкой какой-либо из сторон. Но делегаты-сибиряки поддержали большинство, в то время как сам Лашевич снова оказался в оппозиции. И хотя его избрали кандидатом в члены ЦК, он продолжал активно поддерживать группу Каменева и Зиновьева.

Закончилось это знаменитым конспиративным мероприятием в лесу под Москвой (встречей внутрипартийной оппозиции Сталину). Кстати, Лашевич там выступил с докладом.

После этого его исключают из состава ЦК и объявляют строгий выговор с предупреждением. С должности заместителя председателя Реввоенсовета снимают. Но новую работу для старого большевика находят: он снова едет на восток.

Тайга.инфо: Сибирь на этот раз он только проехал.

— Да, ведь ему пришлось направиться в Китай. Лашевич был назначен заместителем председателя правления КВЖД. Это многим не понравилось. Роберт Эйхе, тогда занимавший пост председателя Сибкрайисполкома, напоминал: «Тот самый Лашевич, который перед вами когда-то выступал, бия себя в грудь, ярым противником Троцкого в прошлую дискуссию, этот Лашевич оказался в лагере Троцкого, оказался троцкистом».

Но самое интересное, что Лашевич в очередной раз оказался оппозиционером. Когда он на поезде выехал из Харбина в Ленинград, то 29 октября 1927 года во время остановки в Иркутске было организовано его публичное выступление. Он призывал собравшихся сибиряков «стойко бороться» и «не унывать». В Ленинграде Лашевич участвовал в собраниях оппозиции, 7 ноября пытался вместе с товарищами организовать альтернативную демонстрацию, но безуспешно. Поэтому на съезде партии в числе 75 активных оппозиционеров он был исключен из партии.

Тайга.инфо: Но ведь позже его в партии снова восстановили?

– Еще перед отъездом на Дальний Восток он встретился с [секретарем ЦИК СССР] Авелем Енукидзе и сказал тому, что будет работать в надежде, что его восстановят в партии. И это произошло: президиум ЦК ВКП(б) в июне 1928 года восстановил Лашевича в партийных рядах. Из Харбина он писал: «Работать не покладая рук, на любой работе. Пусть партия убедится, что мы не белоручки и пригодны для любой работы»

Но жить Михаилу Лашевичу оставалось уже не долго. Он умер в Харбине в ночь с 30 на 31 августа 1928 года. До сих пор неизвестно, что точно случилось. По одной версии, он погиб в автомобильной катастрофе, по другой – покончил жизнь самоубийством. Официально было объявлено, что он умер от «осложнений после тяжелой операции», но Троцкий утверждал, что Лашевич все-таки покончил с собой.

В сентябре траурный вагон остановился в Новосибирске. И снова выступал Эйхе. Он отметил, что Михаил Лашевич «все свои силы отдал на укрепление Советской власти в Сибири» и назвал его «неутомимым борцом и славным революционером». Похороны состоялись в Ленинграде 14 сентября 1928 года. Лашевича похоронили на Марсовом поле под залпы артиллерийского салюта. В Сибири же появился пароход «Михаил Лашевич», названный в честь старого большевика, часто оказывавшегося в оппозиции.

Подготовил Владимир Кузменкин