Опубликован «архив Uber» — огромный массив внутренних документов компании

Ее руководители понимали, что нарушают закон, и обманывали полицию. «Настоящим союзником» Uber был Эммануэль Макрон

11 июля многие зарубежные издания опубликовали расследования о компании Uber, одном из главных сервисов для заказа такси в мире. Статьи были подготовлены на основании архива из 124 тысяч внутренних документов компании, попавших в распоряжение The Guardian и изученных 180 журналистами из 40 изданий при участии Международного консорциума журналистов-расследователей (ICIJ). Утечка касается пяти лет c 2013 по 2017 год — периода, когда Uber активно занимался экспансией по всему миру. «Медуза» пересказывает главные выводы, сделанные журналистами в этих расследованиях.

Uber осложнял жизнь и собственным водителям, и другим таксистам

Значительная часть проблем, о которых идет речь в статьях, касаются попыток Uber закрепиться на новых рынках в условиях яростных протестов со стороны традиционных таксистов, отсутствия законодательных рамок для работы сервиса и пристального внимания властей.

Таксисты протестовали против Uber, потому что сервис предоставляет слишком дешевую альтернативу их услугам. Как пишет The Washington Post, таксисты «от Кейптауна до Коннектикута» оказывались в тяжелой финансовой ситуации из-за падения цен на проезд и из-за того, что их дорогостоящие лицензии обесценивались.

Однако из-за политики компании страдали не только профессиональные таксисты, но и водители Uber. Приходя на новый рынок, Uber вводил громадные субсидии: в Мадриде в какой-то момент они составляли две трети заработка (17,5 доллара в час), а в Гамбурге — 15 долларов в час, притом что рыночная зарплата составляла 2,2 доллара в час минус комиссия. Но через какое-то время компания меняла правила, снижая субсидии и повышая свою комиссию, заставляя водителей или получать меньше, или работать больше. Документы демонстрируют, пишет The Washington Post, что это была осознанная политика, негативные эффекты которой для водителей были известны руководству.

The Washington Post посвятила отдельную статью историям водителей Uber в ЮАР — стране с высоким уровнем безработицы. Придя туда, Uber обещал водителям, что они смогут стать собственными боссами и работать сами на себя, и поначалу ввел высокие субсидии для водителей. Затем заработок стал снижаться, и один из героев статьи, арендовавший машину для работы на Uber, начал не только работать по 12 часов, но и брать заказы в опасных районах. В какой-то момент Uber разрешил на южноафриканском рынке расплачиваться наличными, после этого водителей начали часто грабить. Это случилось и с героем статьи: двое мужчин ударили его рукояткой ножа по голове и угнали арендованную машину. Никакой поддержки от Uber он не получил.

В Uber понимали, что в некоторых странах сервис работает нелегально

В период глобальной экспансии компании во многих странах работа сервисов Uber не была урегулирована или противоречила законодательству. Из переписок следует, что топ-менеджеры осознавали эту проблему — намеки и прямые утверждения о нелегальном статусе Uber встречаются сразу в нескольких цитатах, приведенных журналистами.

В частности, одна из топ-менеджеров Uber Наири Хурдаджян писала в письме европейскому лоббисту: «Помни, что не все в твоей власти и иногда у нас проблемы из-за того, что мы просто, черт возьми, нелегальны». The Washington Post также цитирует письмо главы Uber в Юго-Восточной Азии Аллена Пенна менеджерам в Индии: «У нас наверняка будут местные и общенациональные проблемы почти в каждом городе до конца вашей работы в Uber… так что привыкайте. <…> Как правило, мы будем буксовать, не реагировать [на запросы] и часто отвечать „нет“. Так мы работаем, и это почти всегда лучший вариант».

Uber использовал в иностранных офисах «рубильник», который мешал обыскивать офисы

Программа отключала компьютеры в том или ином офисе от систем компании, не давая властям получить доступ к документам. О существовании этой программы уже писал Bloomberg. «Рубильник» использовался по меньшей мере 12 раз — во Франции, Нидерландах, Бельгии, Индии, Венгрии и Румынии. Приказы применять его отдавали топ-менеджеры, в том числе лично тогдашний глава Uber Трэвис Каланик. Первое упоминание «рубильника» в документах относится к 2014 году; с 2017 года, как утверждается, к этому способу не прибегают. Об использовании «рубильника» подробно написала The Guardian.

В марте 2015 года полицейские хотели получить данные о водителях, работающих без лицензии, в брюссельском офисе компании. Офицеры помешали сотрудникам офиса связаться со штаб-квартирой и использовать «рубильник»; однако, как следует из статьи, компании удалось это сделать удаленно на уже конфискованных компьютерах. Когда спустя четыре дня обыск устроили в Париже, экраны компьютеров погасли уже через несколько секунд после появления полицейских, а доступ к системам был отключен.

Еще одним приемом сотрудников — в ожидании отключения компьютеров от систем Uber — был саботаж: они делали вид, что не могут включить компьютеры, и ссылались на айтишников в штаб-квартире в Сан-Франциско. Когда во время другого обыска в Париже в 2015 году один из компьютеров оказался не отключен, сотрудники обсуждали это с головным офисом прямо в присутствии полицейских, изучавших гугл-драйв топ-менеджера.

Опрошенные журналистами эксперты считают, что использование «рубильника» могло представлять собой воспрепятствование правосудию; представители Uber и Каланика это отрицают. При этом бывший руководитель юридической службы Uber в Европе Зак де Кивит был оштрафован за неисполнение ордера после того, как при обыске в Амстердаме полицейские не смогли получить доступ к компьютерам (компания также заранее вывезла из офиса документы).

В Uber хотели использовать нападения на водителей для пиара и лоббирования

После прихода Uber в страны с устоявшейся традиционной системой такси водители, сотрудничавшие с сервисом, нередко становились объектами нападений со стороны таксистов. Профессиональные водители также устраивали протесты.

В начале 2016-го глава Uber Трэвис Каланик стал продвигать идею проведения в Париже массовой акции в поддержку сервиса. Согласно слитой переписке, топ-менеджер хотел собрать на акцию 15 тысяч водителей и 50 тысяч клиентов, а также использовал слова «гражданское неповиновение». Когда кто-то из его коллег выразил беспокойство по поводу возможного насилия в отношении водителей, Каланик усомнился в возможности нападения на многотысячную толпу, однако добавил, что «оно того стоит», поскольку «насилие гарантирует успех».

Журналисты утверждают, что Uber неоднократно пытался использовать эпизоды с нападением на водителей для лоббирования изменения законодательства в свою пользу. В частности, после нападений в 2015 году в Амстердаме Uber решил на какое-то время поддержать публичную дискуссию о насилии над водителями с помощью публикаций в СМИ, чтобы потом предложить местным законодателям в экстренном порядке изменить регулирование. В схожем ключе менеджеры Uber обсуждали возможность «слить» журналистам внутренние данные о нападениях на водителей в Португалии, а также дискредитировать президента одной из ассоциаций таксистов.

Один из участников этих обсуждений заявил журналистам, что теперь стыдится того, что компания «играла с жизнями людей» и что сам он участвовал в «тривиализации насилия». Другой заявил, что считает важным делиться с прессой информацией о нападениях на водителей Uber и что ему и его сотрудникам поступали угрозы.

При запуске сервиса в Индии топ-менеджер Uber в Юго-Восточной Азии Аллен Пенн напутствовал менеджеров словами «примите хаос»: по его словам, они должны были сконцентрироваться на росте, даже если «начнутся пожары». «Знайте, что это нормальная часть бизнеса Uber», — цитирует письмо The Guardian.

У Uber были высокопоставленные союзники и лоббисты. В том числе Эммануэль Макрон

В 2014 году Uber нанял на работу бывшего советника президента США Барака Обамы Дэвида Плаффа, который должен был отвечать в том числе за налаживание отношений с политиками, формирование у них позитивного взгляда на Uber и разрешение проблем с регуляторами в разных странах. Как следует из публикаций, в этой работе Uber содействовали другие бывшие советники Белого дома, помогавшие компании связываться с чиновниками, политиками и дипломатами.

Одним из лоббистов Uber была нидерландский политик Нели Крус — бывшая министр транспорта Нидерландов, на протяжении десяти лет работавшая в Еврокомиссии. После ухода оттуда в конце 2014 года она должна была полтора года воздерживаться от лоббирования своих бывших коллег; при этом в марте 2015-го один из топ-менеджеров писал, что отношения компании с «НК» (Нели Крус) в высшей степени секретны и ее имя не должно фигурировать в документах.

Как пишет ICIJ, Крус, в частности, пыталась убедить власти Нидерландов отказаться от расследования в отношении амстердамского офиса; из переписок также следует, что она занималась организацией встречи представителей Uber с членом Еврокомиссии. Нели Крус заявила журналистам, что в течение вышеуказанного периода не занимала должностей в Uber, но по просьбе правительства Нидерландов бесплатно работала в проекте помощи стартапам и поэтому контактировала со многими компаниями.

Одним из самых высокопоставленных союзников Uber был нынешний президент Франции Эммануэль Макрон, который в августе 2014 года стал министром экономики Франции — страны, где, как пишет The Guardian, для многих модель Uber была «кощунством», синонимом массового отсутствия гарантий занятости и перехода к работе без постоянных контрактов. Макрон, напротив, симпатизировал Uber; молодой министр, как пишет газета, не скрывал своего желания «освоить новую цифровую экономику и встряхнуть негибкий французский рынок труда в попытке остановить рост безработицы, особенно в среде молодых людей иммигрантского происхождения». Позже Макрон будет говорить, что хочет сделать из Франции «страну-стартап».

Журналисты обнаружили по меньшей мере дюжину сообщений в переписке Макрона и Uber с сентября 2014 по февраль 2016 года. По крайней мере четырежды он лично встречался с Трэвисом Калаником. Первую встречу главный лоббист Uber в Европе Марк Макганн описал как «потрясающую»: на ней Макрон, в частности, выразил желание помочь обойти новый законопроект, который бы сильно ограничил деятельность Uber.

Как пишет The Washington Post, из документов следует, что в Uber порой удивлялись масштабу поддержки со стороны министра. Один из лоббистов называл его «настоящим союзником». В частности, Макрон, как следует из документов, просил своих сотрудников рекомендовать дирекции, ответственной за конкуренцию, быть «менее консервативной» в интерпретации законов по отношению к Uber. В дирекции отрицают, что подвергались давлению со стороны Макрона.

Топ-менеджмент Uber переписывался с Макроном и после того, как в октябре 2015 года работу сервиса частично ограничили в Марселе. В письмах будущий президент Франции обещал лично рассмотреть сложившуюся ситуацию. Вскоре ограничения были ослаблены, что в компании восприняли как победу.

Из публикаций следует, что Uber и Эммануэль Макрон могли достичь договоренности, которая бы упростила работу во Франции сервиса UberX с профессиональными водителями — в обмен на закрытие сервиса UberPop с водителями-любителями. 3 июля 2015 года Макрон писал Трэвису Каланику, что министр внутренних дел Бернар Казнёв «согласился на сделку» и «утихомирит такси», а сам он начнет работу над реформой и изменением закона. В тот же день Uber закрыл UberPop во Франции; через несколько месяцев власти Франции приняли декрет, снижающий необходимое число тренировочных часов для профессиональных водителей.

И Казнёв, и представители Uber отрицают существование подобной сделки. В Елисейском дворце заявили, что Макрон по должности был должен общаться с компаниями, участвовавшими в трансформации, которая происходила в то время в сфере услуг.

В России Uber искал «союзников», связанных с Владимиром Путиным

В отдельных публикациях The Washington Post и The Guardian пересказывается история работы Uber в России. Как сказано в статье, после прихода в страну в 2013 году у компании начали постепенно появляться проблемы: в Госдуме высказывали идеи о запрете компании, власти Москвы требовали от Uber нанимать только водителей с лицензией и использовать желтые автомобили. Компания решила, как и в других странах, найти в России влиятельных инвесторов и союзников, которые могли бы помочь с решениями спорных вопросов. Как следует из документов, в Uber считали нужным найти человека, связанного с Владимиром Путиным; в качестве кандидата рассматривался, в частности, Роман Абрамович, который в итоге инвестировать не стал.

Одним из инвесторов Uber стал Алишер Усманов (он вложил 20 миллионов долларов), а основным российским партнером стала инвесткомпания LetterOne Михаила Фридмана и Петра Авена. Кроме того, руководство Uber наладило связи с главой Сбербанка Германом Грефом, который, как утверждается, помог сервису прийти к соглашению с правительством Москвы: Uber согласился нанимать водителей с лицензиями и передавать часть данных, однако мог не использовать желтые машины.

В феврале 2016 года LetterOne Фридмана и Авена инвестировала в Uber 200 миллионов долларов. Из документов также стало известно, что Uber дал LetterOne возможность позже купить акций компании на 50 миллионов долларов по выгодной цене. Однако одним из условий сделки стал наем лоббиста — топ-менеджера Альфа-банка Владимира Сенина (сейчас он депутат Госдумы от «Единой России»). Сенину предлагалось платить оклад в 50 тысяч долларов в месяц. Согласно документам, в Uber это предложение многим не понравилось — там хотели иметь возможность выбрать лоббиста из нескольких вариантов, а не принимать навязанного инвестором кандидата. По мнению экспертов, опрошенных журналистами, наем Владимира Сенина был для Uber рискованным шагом с точки зрения американского антикоррупционного законодательства.

Одним из поводов для беспокойства было возможное использование денег Uber для дачи взяток — в ходе переговоров Сенин сказал, что на работу, включающую разработку выгодного для Uber законопроекта о такси, потребуется 800 тысяч долларов. В результате Uber согласился заплатить лоббисту 650 тысяч долларов; в проекте договора было прописано, что он должен будет пройти тренинг и дать обязательство не нарушать антикоррупционные правила. В конце концов законопроект, в разработке которого якобы участвовал Сенин, принят не был. В июле 2016-го с лоббистом было решено расстаться, при этом ему заплатили 300 тысяч долларов.

Летом 2017 года — вскоре после того, как Трэвис Каланик, лично приезжавший в Россию годом ранее, покинул пост CEO, — Uber и его главный конкурент «Яндекс.Такси» объявили об объединении на постсоветском пространстве.

Откуда взялись эти документы?

Источником утечки стал Марк Макганн — лоббист, который работал на Uber в Европе, в Африке и на Ближнем Востоке и участвовал в принятии ключевых решений. Его имя множество раз упоминается в публикациях; о том, что документы предоставил журналистам именно он, было объявлено к вечеру 11 июля, когда многие из статей уже вышли.

Макганн объяснил свой поступок тем, что Uber, по его мнению, осознанно нарушал законы в десятках стран и обманывал людей по поводу выгоды бизнес-модели для водителей. Он признал, что несет часть ответственности за это, и заявил, что руководствовался в том числе угрызениями совести.

«Я говорил с правительствами, я продавливал это в СМИ, я говорил людям, что они должны изменить правила, потому что водители выиграют и люди получат столько экономических возможностей», — заявил он The Guardian, признав, что это оказалось не так и компания «продавала людям ложь».

Недавно Макганн и Uber достигли внесудебного соглашения по поводу его компенсации, пишет The Guardian. В компании заявили, что он получил 550 тысяч евро, и отметили, что Макганн решил рассказать о происходившем в компании только после этого. Сам лоббист признал, что имел претензии к компании, однако призвал «смотреть на факты», рассказать о которых он помог журналистам.

Как в Uber отреагировали на расследование

Официальные представители компании заявили, что многие описанные в статьях действия или высказывания бывшего (по большей части) топ-менеджмента не отражают сегодняшних ценностей компании.

«Многое из того, что наш бывший CEO [Трэвис Каланик] сказал почти десять лет назад, мы бы не стали оправдывать сегодня. Но мы точно знаем, что никто в Uber никогда не радовался по поводу насилия в отношении водителя», — так прокомментировала вице-президент компании Джилл Хезелбейкер ту часть публикаций, которая касалась использования нападений на водителей для попыток повлиять на законодательство.

«Мы не будем оправдывать прошлое поведение, которое, очевидно, не соответствует нашим ценностям. Вместо этого мы просим общество судить нас по нашим действиям за последние пять лет и по тому, что мы будем делать в будущем», — сказала она о том, что касается применения «рубильника».

Трэвис Каланик был отстранен акционерами с поста исполнительного директора в 2017 году на фоне ухудшения репутации компании и проблем с корпоративными стандартами, а в 2019 году окончательно покинул компанию. Его представитель назвал ложными негативные утверждения журналистов про бизнесмена. В частности, он заявил, что Каланик никогда не отдавал указаний воспрепятствовать правосудию в какой-либо стране и не говорил, что компания должна использовать в своих интересах насилие за счет безопасности водителя.