Как в Пулкове проверяют вылетающих россиян

Утром 21 сентября — в течение нескольких часов после обращения Владимира Путина и объявления мобилизации — россияне раскупили все прямые билеты из Петербурга и Москвы за границу на ближайшие дни.

22 сентября в аэропортах России при пересечении границы мужчин призывного возраста начали останавливать и отправлять на «беседы»: уезжающих спрашивают про службу в армии и просят показать военный билет. В соцсетях пассажиры жалуются на большие очереди.

На момент публикации «Бумага» не обнаружила достоверных свидетельств, что кого-либо после допроса в аэропорту задержали, не пропустили на рейс или что кому-то вручили повестку (автор такого сообщения в соцсетях не привел доказательств и не вышел на связь). Пресс-служба аэропорта Пулково 22 сентября отрицала, что мужчин отправляют на допросы.

«Бумага» рассказывает, как выглядит аэропорт Петербурга после объявления мобилизации и что там происходит.

Вечером 22 сентября залы Пулкова выглядят привычно для последних месяцев, когда международных рейсов из России резко стало меньше. Досмотр вещей на входе занимает пару минут. Все стойки регистрации на внутренние рейсы полупустые.

В этот день из России за границу отправляется более 20 рейсов — в Турцию, Армению, Кыргызстан, Узбекистан, Беларусь, Азербайджан и Сербию. Еще утром многих мужчин, улетающих за границу, начали останавливать на паспортном контроле и требовать предъявить военный билет. Ближе к вечеру многие пассажиры уже в курсе происходящего — это видно даже по напряженным лицам. «У меня категория В. Я даже не служил, должны ведь пропустить», — обращается к своим провожающим парень с двумя большими белыми чемоданами.

Раньше толпы в Пулкове можно было встретить на московские рейсы. После объявления мобилизации очереди появляются наплывами, чаще всего на международные направления.

«Смотри, сколько людей в Фергану. Я уже погуглила, это Узбекистан. Кто бы мог подумать, что Узбекистан сегодня популярнее Москвы», — шутит светловолосая девушка.

Но не все страны, куда открыт вылет, популярны у петербуржцев. Пустеют стойки в Минск. Хотя и призывникам бежать туда небезопасно: источники «Наша Нiва» сообщали, что белорусские силовики будут отслеживать россиян, сбежавших от мобилизации.

Возле таможни обстановка спокойная, лишь изредка кто-то машет рукой на прощание. Все допросы видны только пассажирам. Они начинаются после паспортного контроля. «Бумага» поговорила с мужчинами, которых пограничники вызвали на «беседу».

Пассажир рейса из Петербурга в Ереван

вечером 22 сентября

— По пути в аэропорт я уже видел новости, что мужчин отводят для «беседы».

Сначала всё было нормально, таможня спросила только цель поездки, сумму наличными и отпустила. А уже когда я встал в окошко для паспортного контроля, у меня спросили, когда был куплен билет и приходила ли повестка. Потом отправили ждать к крайнему помещению, откуда по фамилии всех парней вызывали к очень строгому мужику. Он спрашивал то же самое: есть ли обратный билет, когда был куплен билет в Ереван, проходил ли я военную службу, получал ли повестку. Всё это мужчина в странной форме (непонятно, какие госструктуры он представляет) записывал в листочек. Но я посмотрел: это не повестка.

Я им сразу ответил, что я студент и что у меня даже военника нет. Насчет билета назад я начал выдумывать историю, что поеду через Грузию. Но этот мужчина в голубой форме меня в итоге остановил и спросил громче: «Обратный есть?» Пришлось признаваться, что нет. Всё это действо длилось минут 15. У остальных военнообязанных было дольше, вопросы доходили даже до номера военной части. Но в конце и меня, и всех остальных пропускали.

Решил улетать из России я вчера после очередной «лекции» Путина. С билетом помогли друзья. Но до этого я уже уезжал в Турцию и Армению с первыми двумя волнами эмиграции в марте и перед 9 Мая из-за опасения закрытия границ (что сильно бы сказалось на моих перспективах в IT). Так как я учусь, то сразу после объявления войны я взял академический отпуск в вузе.

Оба раза я возвращался, потому что ситуация волнами стабилизировалась, а чувство дома и оставшиеся друзья заставляли скучать. Сейчас обстановка похожая. Надеюсь, что и в этот раз я не уеду насовсем — все-таки хочется и доучиться, и Питер я люблю. Но я слежу за политической ситуацией: если в РФ будет всё совсем плохо и границы закроют, то я буду обосновываться в другой стране.

Пассажир рейса из Петербурга в Стамбул

22 сентября

— Сегодня днем на паспортном контроле меня остановили и попросили подождать. Затем ко мне подошел сотрудник Пулкова, которому отдали мой паспорт и посадочный. Он отвел меня в место, где сидели уже собранные мужчины. Нас по фамилии вызывали на беседу. Со мной аж две девушки в форме говорили, рядом с ними были мужчины в черном — не знаю, кто это, но на службу аэропорта они не похожи.

У меня уточняли, есть ли военник, какая у меня категория, есть ли обратный билет, когда я покупал билет в Турцию. На их последний вопрос я сказал, что вчера утром. Они спросили, связано ли это с выступлением президента. Я сильно нервничал и ответил, что планировал уезжать позже, но решил поторопиться. Обратного билета у меня тоже не было. Но у меня группа В, я не служил — может, поэтому меня выпустили.

По моим ощущениям, большинство людей, которых отвели на проверку, в итоге смогли улететь. При мне никого не развернули.

Пассажир рейса из Петербурга в Стамбул

— Ночью 23 сентября у меня был ночной рейс до Стамбула с пересадкой на самолет в Европу. После таможни некоторых мужчин допрашивали, но держали недолго. У меня уточняли, сколько валюты везу, есть ли что-то запрещенное с собой, куда еду, зачем и есть ли обратный билет. Еще спросили, подлежу ли я мобилизации. Думаю, что нет — Шойгу заявлял только о служивших и имеющих опыт боевых действий, я к таковым не отношусь. Далее вопрос — знаю ли, какая следует ответственность за уклонение. Знаю.

У меня военника нет, не получал. Раньше были отсрочки по учебе. Сейчас есть лишь приписное. Его не показывал. Билета назад тоже не было, но это из-за того, что у меня рабочий контракт на два года. Моя компания закрыла офис в России и было два варианта: либо уехать, либо потерять работу.

Я хотел уехать вместе с женой еще с весны, мы лишь сейчас получили визы и хотели переезжать в октябре. Мобилизация ускорила процесс на две недели.

Билет в Стамбул я покупал еще 13 сентября (на всякий случай распечатал подтверждающую бумажку перед вылетом), но из-за меняющейся обстановки поменял 20-го числа. Пограничникам я сказал, что работодатель сделал начало контракта раньше, чем я планировал, и пришлось резко менять планы.

Насколько я видел, после допроса в Пулкове отпустили всех. Какой-то отдельной очереди для мужчин не заметил, останавливали нас скорее в штатном порядке.

Пассажир рейса из Петербурга в Ереван

— На нашем рейсе всех мужчин отводили в сторону для беседы. Допросом я это не могу назвать, вели себя вежливо. Вопросы и ответы были следующие: «Зачем лечу? На два дня к друзьям, затем в другую страну по работе». — «Когда купил билет? Вчера». — «Когда возвращаюсь? Ну не знаю, может, под Новый год». — «Пришла ли повестка? Нет». — «Служил? Нет». — «Почему? Есть военник, ограниченно годен с категорией В».

Было страшновато, но в целом разговор прошел спокойно. Занял меньше пяти минут, дольше в очереди сидел. Все мужчины в итоге попали на рейс.

Улетел я из-за риска закрытия границ — не могу продолжать работу, находясь в России. С удовольствием вернусь, когда таких ограничений не будет.

Что еще почитать:

• «Военник есть, но с собой нету». Как меняются очереди на Финской границе с 21 сентября.
• «Хуже, чем кошмар». Что происходит на границе России и Грузии после объявления мобилизации.