Протест в Дагестане от первого лица

Журналист Идрис Юсупов — о том, как жители Дагестана вышли на акцию против мобилизации

С 25 сентября жители Дагестана выходят на уличные акции протеста против мобилизации. Митинги жестко пресекают полиция и Росгвардия. На задержанных заводят дела, в том числе и уголовные, о нападении на полицейских. Дагестанский журналист Идрис Юсупов, работающий в издании «Новое дело», видел, как развивался этот протест. Вот что он рассказал «Холоду»

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Этот монолог — отредактированная версия разговора, состоявшегося в подкасте «Холода» о войне в Украине «Кавачай». Ведущие — россиянин Алексей Пономарев, редактор подкастов «Холода», и украинская журналистка Анна Филимонова.

Как Дагестан протестовал раньше

Протестное движение в Дагестане имеет особенности, связанные, думаю, с менталитетом. У нас, например, не принято выходить на одиночные пикеты. Но если речь о массовых акциях — по разному бывает. Помню, как митинговали матери пропавших людей, то есть раньше, в основном женщины выходили, а мужчины их поддерживали за спинами.

В последние годы Дагестан почти не протестовал. Причины: пандемия и страх репрессий. Но до этого, например, в период контртеррористической операции (в апреле 2010 года в Дагестане проводилась КТО против боевиков, причастных, по версии силовиков, к покушениям на сотрудников правоохранительных органов и готовящих теракты в отношении военнослужащих. — Прим. «Холода»), на улицы выходили очень часто. Протестовали против похищений, пыток, убийств. 10 лет назад [в 2011 году] массовый митинг в Махачкале прогремел на всю страну: люди собрались у того же Русского драматического театра и выступили против против похищений людей и произвола силовиков.

Последние три года каждый понедельник где-то с 13:00 до 14:00 журналисты выходят с пикетом в поддержку нашего коллеги Абдулмумина Гаджиева, которого три года назад обвинили в финансировании терроризма. Мы считаем, что даже небольшие акции могут помочь.

Как начались протесты против мобилизации

Все началось сразу, как было объявлено о частичной мобилизации. Люди вышли на улицы по всей стране, и в Дагестане тоже. Вы, наверное, видели сообщения, что в Бабаюртовском районе люди выходили, перекрывали трассу. Были протесты и в других местах.

Об акции у Русского драматического театра я узнал из вотсапа. У нас в Дагестане мессенджер вотсап — как во всем мире телеграм-каналы. Мне знакомый скопировал сообщение, где было написано, что 25 числа в три часа дня на центральной площади Махачкалы будет стихийная акция. То есть авторы этой рассылки сразу заявили, что они не организаторы, а просто призывают всех неравнодушных выйти и сказать свое слово, выразить свою гражданскую позицию.

Я понял, что в это же времяу нас должны были отмечать День города, 165-летие Махачкалы. Естественно, центральная площадь в этот момент была занята подготовкой к концерту, там было много людей. Поэтому я и удивился, но пошел посмотреть. На площади действительно шла подготовка к праздничному концерту. Протестующих не было. Я подождал минут 20-30 и ближе к 15:30 заметил, что часть сотрудников полиции, которая была на площади, побежала в сторону. И тогда я увидел сообщение, что 400-500 человек собрались на прилегающем к площади проспекте Расула Гамзатова. Я посмотрел: там на самом деле много людей собралось.

Задержания

Когда я подошел туда, между полицией и протестующими уже шел разговор на повышенных тонах, но еще никого не забирали. Через некоторое время начали подтягиваться новые полицейские силы. На эти несколько сотен, которые собрались, по моим оценкам, приехало минимум 50 сотрудников полиции, а может, даже больше — там было до 10 машин патрульно-постовой службы, полицейский автобус, и еще в гражданском были сотрудники. Не знаю, по команде или просто так, но начали выборочно выхватывать людей из толпы, забирать, начались стычки. Вы видели их на видеороликах в соцсетях, но они все не одновременно происходили. То есть забирали какую-то часть, грузили в УАЗы, на время все успокаивалось, а потом очередная волна. Затем подъехали работники администрации города, тоже пытались с людьми поговорить. Снова затишье, а потом новая волна — и так довольно долго.

Ближе к половине шестого подъехали специальные машины Росгвардии, оттуда выскочили бойцы в масках и начали зачищать территорию — я думаю, просто для того, чтобы жители города или туристы не заметили, что в городе произошла протестная акция. До 19 часов они практически зачистили все. Затем подъехал еще какой-то «урал» с Росгвардией, а полицейские почти все уехали. Росгвардейцев было очень много — дежурили.

При этом почти все задержания произвела именно полиция. Действовали жестко: нападали по пять-шесть человек на одного, поднимали, били. Это тоже зафиксировано в роликах: человека, который не может сопротивляться, ведут сотрудники полиции, бьют его по лицу. Мне коллега сказал, что в автобусе продолжали избивать. Не знаю, как они это запишут, как сопротивление? Мог ли человек сопротивляться?

Отбирали телефоны, требовали прекратить съемку, у меня журналистское удостоверение отобрали и так и до сих пор и не вернули, кстати. Разгон был довольно жесткий.

Правда ли, что в этот раз протестовали в основном женщины? Я бы так не сказал. Женщины просто эмоциональнее себя вели, но было очень много молодых ребят. И как раз их и забирали в основном, а когда женщины за них вступались — полицейские их сначала отталкивали, а если не помогало — забирали тоже.

Что касается выстрелов в воздух — это для Дагестана привычная вещь. Работает как устрашение, психологический прием, когда разгоняют толпу — люди пугаются, убегают. На некоторых видео, впрочем, видно, как сотрудники полиции хватаются за оружие, чуть ли не на людей направляют пистолеты и автоматы. Это, конечно, чревато последствиями: вполне могла и трагедия произойти.

Думаю, что люди продолжат выходить на улицы. Люди переживают. Дагестан уже потерял много людей в Украине. Очень много отправляют, и очень много погибших. Есть те, которым присваивают звания героев, но их родителям, я думаю, от этих посмертных наград не легче. Это слова. Путин тоже подчеркивал роль дагестанцев в своем выступлении, сказал, что и себя считает дагестанцем. Но мы же не забыли все кавказофобные настроения, которые были до недавнего времени.