«То, что было с Артемом, — слышал. Невозможно было не слышать»

Сотрудники МВД изнасиловали поэта Артема Камардина за стихотворение про Донбасс. Его девушку пытали, а соседа избили. Вот монолог о том, как это было

26 сентября сотрудники МВД пришли с обыском к 31-летнему московскому поэту Артему Камардину. Они избили и пытали всех, кто находился в квартире, а самого Камардина, по словам его адвоката, изнасиловали гантелью. Поэт до сих пор задержан — против него возбуждено уголовное дело из-за антивоенных стихов и слов «Слава Киевской Руси, Новороссия — соси!», которые он произнес накануне на «антимобилизационных» «Маяковских чтениях» на Триумфальной площади. «Медуза» поговорила с соседом Камардина Александром Менюковым — во время обыска силовики также избили его, сейчас он является свидетелем по делу.

Александр Менюков

активист, сосед Артема Камардина

Мы ожидали, что у нас пройдет обыск, но не ожидали, что такой. Не обыск, а погром. Адская смесь чего-то чеченского и белорусского.

[Перед обыском] у нас всю ночь около подъезда стояла «наружка». За час до обыска к дому подъехал Ford Transit без номеров. Скрываться было поздно — нас бы задержали на улице и все равно притащили бы в квартиру. Так что [вместо этого] мы успели морально настроиться. Но, конечно, не к такому формату [задержания и обыска].

Они [сотрудники МВД] сначала перепутали квартиры и вломились на пару этажей выше. Всех положили, а там обычная рядовая семья — мать с дочкой. Когда они поняли, что перепутали, то спустились к нам, начали звонить и долбить в дверь. Мы так просидели минут 20.

[Затем] они начали ломать дверь, что у них особо не получалось. Мы позвонили адвокату, сообщили [что происходит]. Он сказал открывать, а то они запишут «сопротивление при задержании». Мы открыли и разошлись втроем по разным комнатам.

Они ворвались большой оравой, с автоматиками. Постановление на обыск не показали, просто в квартиру ворвался спецназ. Не было даже следователя. Просто несколько оперов, которые руководили, и отряд спецназа.

Дверь открывала Саша [Попова]. Ее положили в ближайшую [к выходу из квартиры] комнату, а мы были в двух дальних. То, что происходило с Сашей, я не видел и не слышал. То, что происходило с Артемом, — слышал. Невозможно было не слышать. Многие СМИ писали, что изнасилование Артема было в ОВД. Нет, это было в квартире.

Я лег на пол — они прокричали об этом через дверь. Зашли в мою комнату, пару раз меня *********[ударили]. Спросили опера: «Этот?» Опер такой: «Да, да, да. Этот».

В основном били по спине. Ухо чуть разбито, на запястьях гематомы и синяки на спине. После того как меня немножко побили, прижали ногой спину. Не знаю, сколько я так провел времени. Потом потащили в коридор, и опер сказал: «А, не этот». Заехали [ударили] еще пару раз.

[В это время они] громили мою комнату. Копались в личных вещах, скидывали полки, поднимали все вверх дном. Потом начали долбить меня дубинкой, чтобы я сказал им пароль от ноутбука. А это ноутбук моей бывшей девушки, он просто у меня хранился. Я даже не знал пароль.

[Еще] облили бензином от зажигалки Zippo. Били, чтобы я сказал, где лежит договор аренды — я не знал, где он находится.

После этого сначала Артема с Сашей, а потом и меня увезли в Следственный комитет. Артем — подозреваемый по статье 282 УК РФ, «разжигание розни с угрозой применения насилия». Он задержан на 48 часов.

Еще в квартире опера быстро поняли, что я ко всему не имею отношения, поэтому меня не заставляли извиняться на камеру [как Артема]. Я в тот день не участвовал в чтениях. Молодой следак, довольно зеленый, задал кучу вопросов про Артема: какие стихи он пишет, с кем общается, каких политических взглядов. Я говорил «не знаю», «не помню», «51-я статья [Конституции]» — три базовых ответа.

После 12 [часов] ночи мой адвокат подал ходатайство о прекращении допроса, так как нельзя допрашивать свидетеля после полуночи. Следователь отказал. Его начальство как раз прислало ему новые вопросы, которые надо задать.

Следователь показывал штук пять видео с «Маяковских чтений», просил сказать, знаю ли я кого-то оттуда и полные анкетные данные этих людей. Я на все отвечал, что отказываюсь говорить в связи с плохим самочувствием.

Меня отпустили в три часа ночи. После СК мы с Сашей поехали в «травму». У нее сотрясение мозга, она в состоянии шока. Саше предлагали экстренную госпитализацию, она отказалась, так как думала, что еще может что-то [успеть] сделать [чтобы помочь Артему].

После этого заехали в квартиру посмотреть, что там. Собрали вещи и сейчас разъехались по другим квартирам. Я проснулся буквально час назад. Ничего не болит, но голова тяжелая. Пытаюсь прийти в себя, скорее ментально.

Записала Саша Сивцова