Original Material
"На войну дагестанцев посылают первыми". Чем закончились протесты в Махачкале
После митингов против мобилизации в Дагестане власти республики демонстративно отчитывают военкомов и обещают вернуть домой всех незаконно призванных. Смогла ли волна возмущения по-настоящему изменить ситуацию и чем закончились акции для самих митинговавших?
"За что они там воюют?"
Первым очагом недовольства мобилизацией в Дагестане стало село Бабаюрт, где воинственно настроенная сотрудница призывного пункта вступила в перепалку с местными жителями, которых вызвали в военкомат. Она пыталась устыдить их за нежелание "защищать родину", негодование она выразила словами: "Вы что, телевизор не смотрите?!" На сравнение вторжения России в Украину со Второй мировой войной ей отвечали: "Это была война, а сейчас – нет. Это политика сейчас". В местных пабликах в соцсетях это видео собрало сотни тысяч просмотров.
Работницу военкомата зовут Нелли Вольф, ее сын находится в Украине с первых дней "спецоперации", об этом в своем обращении заявил глава Дагестана Сергей Меликов. Он похвалил Вольф и добавил, что ей "пришлось преподать некоторым представителям сильного пола урок мужества и рассказать им о патриотизме".
Через два дня протесты начались в Хасавюртовском районе, в самом Хасавюрте и в Махачкале. Участники акций призывали власти не отправлять их сыновей на войну "непонятно за что".
"Наших горцев отправляют туда в первую очередь. За что они там воюют? Когда что-то про Россию, то говорят: "Кавказ – отдельная Россия", а когда на войну надо – в первую очередь наших дагестанцев посылают!" – негодует жительница Махачкалы Хадижат, которая участвовала в протестном митинге. Ее мужу, который не попадает под мобилизацию по возрасту, звонили из военкомата несколько раз. Звонки ее супруг проигнорировал и переехал жить по другому адресу. Представитель военкомата уже несколько дней приходит к их дому и часами стоит под окнами. Брать повестку, говорит Хадижат, муж не хочет "на всякий случай".
"Меликов не контролирует ситуацию"
После двух дней митингов в Махачкале – самых многочисленных в Дагестане – в Советский районный суд поступило 279 административных дел по статье о нарушении порядка проведения публичных мероприятий. По 104 делам назначены наказания, 99 возвращены в отдел полиции из-за процессуальных нарушений, одно дело прекращено. В МВД по Дагестану несколько дней не комментировали ситуацию.
Во время протестов в Махачкале силовики задержали также пятерых журналистов. Двоих из них, Идриса Юсупова и главреда издания RusNews Сергея Айнбиндера, отпустили без составления протоколов. На корреспондента "Кавказского узла" Мурада Мурадова составили протокол об участии в несанкционированном митинге, по этой же административной статье на пять суток арестовали фрилансера Русской службы Радио Свобода Юлию Вишневецкую. Приехавшего в Махачкалу для освещения митинга независимого журналиста Владимира Севриновского также оставили в СИЗО на пять суток, но по статье о мелком хулиганстве.
Митинги в Дагестане разгоняли жестко – сотрудники полиции применяли силу. Однако после протестов 30 уголовных дел возбудили в отношении самих задержанных – их обвинили в применении насилия к представителям власти. Как рассказала адвокат четверых обвиняемых по этой статье Надежда Бородкина, они подверглись избиениям со стороны правоохранителей.
"У всех видны телесные повреждения, кровоподтеки, у одного подзащитного жалобы на сильную боль в груди – подозрение на перелом ребер", – утверждает адвокат. Сейчас, по ее словам, проводится медицинская экспертиза.
В ответ на общественное негодование глава Дагестана сообщил, что митинги в Махачкале якобы "управлялись из Украины", не приведя никаких доказательств. Через несколько дней Меликов созвал пресс-конференцию, где заявил, что не вышел к протестующим лично, потому что "они все [были] в масках, никого не узнаешь, никого там идентифицировать нельзя, никто там свою фамилию не назовет, имени – тоже. Начнешь подходить – они убегать начинают". На многочисленных кадрах с протестов видно, что лица их участников открыты, а требования они выражают прямо: не отправлять дагестанцев на войну.
Акции протеста – это демонстрация того, что Меликов не контролирует ситуацию, считает дагестанский политический обозреватель Магомед Магомедов. Выдумка о том, что всем "рулили украинцы", по его словам, спасает руководителя региона в глазах Москвы.
"В принципе это повод для того, чтобы Москва сменила руководителя республики. Но судя по тому, как прошел разгон митингов, а также по тому, что Москва на них никак не отреагировала, Меликову дан шанс довести дело до конца", – считает Магомедов.
Тревожиться главу Дагестана заставила и жена местного муфтия Айна Гамзатова, которая обратилась к президенту с просьбой дать дагестанцам отсрочку от мобилизации – она фактически признала, что из республики в Украину отправляют неподготовленных к боевым действиям людей. В ответ на это Меликов написал, что Гамзатову "как женщину и мать" можно понять, и призвал обращаться к нему лично, если ей известны случаи незаконной мобилизации.
После протестов государственные СМИ попытались оправдать мобилизацию и начали рассказывать о людях, которые "рвутся в бой", но не могут отправиться на фронт, так как не годны по здоровью, а также о случаях, когда призывали по ошибке, а затем отменили повестку.
За "перегибы" работников комиссариатов публично отчитал и Меликов. Больше всех досталось военкому Дербента – в этом городе всех местных жителей через громкоговоритель призывали "срочно явиться в призывной пункт". "Вы мне скажите, что это, бл****, за идиоты?!" – негодовал чиновник.
"Повестки пришли кучей"
Жительница Лакского района Дагестана рассказала редакции Кавказ.Реалии, что в их небольшое село пришло сразу 120 повесток: "Повестки для срочников и для мобилизованных пришли кучей в сельскую администрацию. Толком никто не понял, кому что вручают".
По ее словам, повестку вручили резервисту с двумя детьми с инвалидностью. "Ему не дают время получить справку об этом и забирают. Жена бьется в истерике, что она не справляется с сыном, который уже подросток", – рассказала собеседница. После "шумихи" и последующих заявлений чиновников в село пришло семь повесток.
Митинги и негодование в социальных сетях повлияли на отношение региональных властей к мобилизации, уверен Магомедов: "До акций протеста считалось, что таких проблем нет". Что на самом деле происходит с мобилизацией сейчас, будет понятно чуть позже, добавляет он.
Сейчас самая актуальная проблема, связанная с мобилизацией, – это отсутствие обмундирования для военных, говорит член Общественной палаты Дагестана Шамиль Хадулаев. Мобилизованным, по его словам, приходится покупать форму за свои деньги.
"Обмундирования вообще нет. Видимо, никто не рассчитывал, что будет война, и втихаря брали его со складов и продавали. По бумагам проходит, что оно есть, а по факту – нет. Говорят мобилизация, а оказывается, что даже не во что одеть людей. Они сами себе собирают, где что могут, и им подсказывают, где и что брать с собой", – поделился Хадулаев.
Он рассказал, что недавно встречался с военным комиссаром Дагестана и поинтересовался, сколько людей мобилизовано в республике. Конкретную цифру, утверждает собеседник, ему не назвали, сославшись на секретность этих данных. Информацию о 13 тысячах мобилизованных, которую распространяют в соцсетях, по его словам, комиссар отверг, сообщив, что на самом деле их "намного меньше".
***
На данный момент в базе редакции Кавказ.Реалии порядка 300 подтвержденных фамилий убитых в Украине военнослужащих из Дагестана. Этот список неполон, так как Минобороны России засекретило потери.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить