Белорусский вокзал

Самый простой вариант бегства от мобилизации — уехать через Беларусь. Куда можно отправиться оттуда?

Белорусы свое, похоже, отбоялись: мобилизация в России не заставила тех, кто остался в стране, немедленно паковать чемоданы и штурмовать границу. Потому что белорусы бегут уже два года — это хроническое состояние общества. И соседская мобилизация никак не изменила количество уезжающих. Зато изменила количество приезжающих всеми видами транспорта из России.

Сами белорусы начали массово покидать родину осенью 2020 года, когда по воскресеньям по Минску еще ходили многотысячные марши протеста, а в будние дни их участников потихоньку арестовывали за массовые беспорядки. И тогда, несмотря на закрытые из-за пандемии границы Евросоюза, Польша открыла въезд белорусам и начала выдачу гуманитарных виз. В то время многие получали визы просто на всякий случай — даже те, кто не участвовал в протестах. Достаточно было написать на имя консула заявление с указанием причины (в качестве причины многие писали просто — «в связи с ситуацией в стране»), и гражданин Беларуси получал гуманитарную визу Польши.

Назвать точное количество уехавших за это время до сих пор не может никто. Потому что многие, не дожидаясь виз, выезжали и просили политического убежища на границе.

Многие переходили границу нелегально — чаще всего в Украину, где потом подавали заявления на визы или оставались. Многие выезжали через Россию или Грузию.

В общем, уезжали врассыпную — точно так же, как сейчас россияне. Известно, к примеру, что с начала протестов в августе 2020 года по апрель 2022 года Польша выдала белорусам 297 000 виз — гуманитарных, рабочих, деловых. Безусловно, не все ими воспользовались, но масштаб понятен.

21 декабря 2020 года белорусским правительством был введен запрет на выезд из страны через наземные пункты пропуска. Так что из Беларуси можно было разве что улетать или уезжать поездом (правда, поезда ходили только в Россию). А в мае 2021 года после посадки самолета авиакомпании Ryanair, летевшего рейсом Афины-Вильнюс, и ареста его пассажиров Романа Протасевича и Софии Сапеги все западные авиакомпании отменили рейсы в Беларусь, отказались принимать рейсы «Белавиа» и закрыли свое воздушное пространство для полетов белорусских самолетов. России это тоже предстояло меньше чем через год, но тогда об этом еще никто не знал. И у белорусов остался единственный путь за границу — через Россию (еще через Стамбул и Дубаи, но это было очень дорого).

В конце февраля, когда российские самолеты тоже перестали летать на Запад, белорусы оказались запертыми в своей стране. Добираться до Вильнюса, который находится в 170 километрах от Минска, или до Варшавы за 500 километров через Дубаи или Стамбул они не стали и с началом войны поехали в Грузию. По словам министра внутренних дел Грузии Вахтанга Гомелаури, за первые три недели войны в Грузию въехали почти 16 тысяч белорусов. В доковидные годы за этот же период Грузия принимала в десять раз меньше. А вот про россиян Гомелаури тогда сказал, что их количество по сравнению с предыдущими годами не изменилось.

Действительно, после начала войны белорусы пережили очередную паническую атаку. Вступление государства в войну казалось делом вполне возможным, учитывая обстрелы с белорусской территории, и по стране поползли слухи о повестках на сборы, хотя официально призыв резервистов объявлен не был. Именно такого рода слухи («соседкиному мужу повестку принесли, так он домой даже не заходил, сразу уехал») и породили массовый выезд белорусов в Грузию. Сейчас в Тбилиси работает даже белорусская школа.

А вот российская мобилизация белорусов уже не испугала. Те, кто не уехал после начала войны, почти успокоились, тем более что Александр Лукашенко много раз утверждал, что Беларусь в войне участвовать не будет и никакая мобилизация белорусам не грозит. Конечно, Лукашенко они не верят, но боятся КГБ, ГУБОПиК, да еще и военкома — это уже непосильная нагрузка на нервную систему. Тем более что «взаперти» белорусы провели меньше полутора месяцев: 3 апреля нынешнего года запрет на выезд из страны через наземные пункты пропуска был снят, и счастливые обладатели польских виз выстроились в очереди на границе. Так что те, кто не уехал, по крайней мере сделали вид, будто верят в невступление Беларуси в войну, и продолжают жить, как обычно. Хотя чемоданы с самым необходимым стоят в кладовке многих белорусских квартир.

Теперь белорусы помогают россиянам, приезжающим в Беларусь. Точные цифры приехавших назвать не может никто, потому что граница между Беларусью и Россией де-факто отсутствует, и никаких пунктов пропуска нет, а значит, и количество пересекших границу не ведется. То есть пограничного контроля нет — есть простой паспортный, чтобы через отсутствующую границу не проезжали граждане третьих стран: показываешь российский или белорусский паспорт и едешь дальше. Никаких сверок с базами нет. Так что выезд в Беларусь — пожалуй, самый безопасный. Причем, кроме автотрасс, существует множество проселочных дорог, по которым люди вообще проезжают спокойно, не встретив ни одного пограничника.

Многие вообще удивляются и звонят знакомым в Беларусь с вопросом: «Я собираюсь к вам, смотрю сайт белорусского погранкомитета в поисках информации об очередях, а там вообще нет упоминаний о российско-белорусской границе! Только Польша, Литва, Латвия и Украина. Так как мне ехать?» Это те, кто едет машиной и впервые. Те же, кто берет билеты на поезд и самолет, избавлены по крайней мере от этих тревог. Причем самолет иногда дешевле поезда. «Белавиа» и «Аэрофлот» летают несколько раз в день, и на «Белавиа» можно взять билет хоть на завтра: по тарифу «лайт» без багажа для тех, кто готов ехать с одним рюкзаком, он обойдется в 45 евро. С багажом — 61 евро. Популярный «сидячий» поезд «Ласточка», который ходит два раза в день, стоит 38 евро. И, конечно, существующие с незапамятных времен ночные поезда, — 50-80 евро за место в купейном вагоне. Так что вариантов добраться до Беларуси очень много. Вопрос, что делать дальше.

Ольга с мужем — мелкие предприниматели, приехали из Смоленска, сняли «посуточную» квартиру не в Минске, а в Смолевичах: это небольшой город-спутник в 40 километрах от столицы. Хозяин квартиры, отдавая ключи, напугал их: сказал, что по сдающимся квартирам ходит милиция и выявляет уклоняющихся от призыва россиян. В результате арендаторы сидят тихо, лишний раз из дома не выходят, делают вид, что в квартире вообще никого нет. За продуктами ходит только Ольга — на всякий случай, если кто увидит и доложит, готова доказывать, что она тут вообще одна.

Но ничего никому пока доказывать не придется.

Поисками россиян призывного возраста в Беларуси никто не занимается (еще не всех участников протестов двухлетней давности установили и арестовали).

Не проверяют документы ни на вокзалах, ни в аэропортах, ни в квартирах. Но все прекрасно понимают, что в любой момент ситуация может измениться, если Москва об этом попросит. Для этого не нужна даже еще одна, восьмая с начала года, встреча Лукашенко и Путина — достаточно будет телефонного звонка.

Россияне прекрасно понимают, что Беларусь может быть только кратковременным пристанищем и перевалочной базой. Например, 22-летний бариста Олег из Москвы (у него белый билет, в армию не взяли, но мобилизация делает невозможное возможным) и его друзья, у которых нет загранпаспортов, приехали в Беларусь исключительно для того, чтобы обратиться в российское консульство, получить загранпаспорт в Минске и рвануть дальше — как минимум туда, где есть полноценная граница с Россией.

А вот с этим дела обстоят не так просто для тех, кто спешит. Ближайшие безвизовые рейсы за пределы Беларуси, на которые есть билеты, — 20 октября в Батуми (434 евро) и Астану (505 евро). 21 октября можно улететь в Тбилиси (434 евро), 22 октября — в Баку (480 евро) и Ереван (540 евро), 27 октября — в Кутаиси (430 евро), 28 октября — в Стамбул (470 евро), 1 ноября — в Ташкент (440 евро). До 20 октября вылететь из Беларуси некуда. Как рассказывает директор турагентства Елена, приехавшие в последние дни россияне звонят и спрашивают, можно ли купить билет на чартерный рейс в Турцию. И удивляются, узнав, что только с турпакетом. Такого рода белорусские реалии их приводят в крайнее недоумение — так же, как низкая скорость интернета и тот факт, что очень многие белорусы, оказывается, разговаривают по-белорусски.

Своими проблемами и страхами россияне делятся в телеграм-чатах с условным названием «Граница РБ-РФ». В самом крупном уже больше 20 тысяч участников. Там рассказывают страшные истории про милицию, которая рыщет по вокзалам в поисках россиян призывного возраста, и опровергают эти слухи. А еще спрашивают, правда ли, что если для украинцев проверочное слово — «паляныця», то для белорусов — какая-то «шчучыншчына» (объясняю: Шчучыншчына (по-русски Щучинщина) — это всего лишь разговорное название Щучинского района Гродненской области. И после появления «паляныци» белорусы действительно шутили в социальных сетях, что если Россия нападет на Беларусь, то кодовым словом станет именно Шчучыншчына).

Те, кто еще только собирается в Беларусь, спрашивают совета у приехавших. Обмениваются опытом: по какой дороге лучше ехать, если на машине, у какого оператора покупать сим-карту, куда обращаться за прививочными сертификатами для собак и кошек, где заказать пиццу, в каком банке быстрее изготовят пластиковую карту. Кстати, возможность открыть счет в белорусском банке и получить пластиковую карту стала приятным сюрпризом для россиян: под санкциями в Беларуси оказались лишь «дочки» российских банков (ВТБ, Сбер, БелВЭБ) и государственные («Дабрабыт», Беларусбанк и Белинвестбанк). Остальные же банки, хоть их и не так много, охотно открывают счета россиянам — по внутреннему паспорту, без регистрации в Беларуси. А их карты Visa и MasterCard работают по всему миру.

А белорусы в тех же чатах дают советы, предлагают ночевки, делятся лайфхаками и проводят политинформации. Объясняют, что «батькой» в Беларуси никто Лукашенко не называет, и по этому слову россиянина легко вычислить даже без всякой Шчучыншчыны, что расслабляться нельзя, поскольку сегодняшнее спокойствие в Беларуси никак не гарантирует завтрашнего, и, наконец, что нет такой страны «Белоруссия», а место, где российские гости сейчас находятся, называется Беларусь.

А вечерами там пишут: «Кто в Минске? Кто хочет выпить?» «Кто в Витебске? Давайте встретимся!» Как будто Ежик в тумане зовет Медвежонка, только это совсем не мультик и туман, похоже, рассеется совсем не скоро.