Война с Украиной — это «малоприятно». 10 дней на подготовку мобилизованных перед отправкой на фронт — это нормально

Новая порция высказываний Путина — теперь на саммите в Астане

Президент России Владимир Путин 14 октября дал пресс-конференцию в Астане после саммита СНГ и стран Азии. Ее транслировал телеканал «Россия 24». Путин ответил на вопросы о мобилизации в России, возможности переговоров с Украиной и перспективе прямого столкновения с войсками НАТО. «Медуза» пересказывает главное из его ответов.

О мобилизации в России

Ничего дополнительного [новых волн мобилизации] не планируется, таких предложений от Минобороны не поступало, и в обозримом будущем не вижу необходимости.

Бестолковщина связана со старыми формами учета, которые не обновлялись десятилетиями. Только когда начали проводить мобилизацию, выяснилось, какого они качества. Сейчас информационная база обновляется и будет максимально достоверной. Хотя эта работа уже заканчивается — думаю, что примерно в течение двух недель все мобилизационные мероприятия завершатся.

Мобилизация связана с тем, что линия соприкосновения — 1100 километров, и держать ее только с помощью контрактников, которые принимают участие и в наступательных операциях, практически невозможно.

В частях-формирователях мобилизованные проходят подготовку 5-10 дней. Затем, в зависимости от военно-учетной специальности, они поступают в боевые части, и там проходят подготовку в течение 5-15 дней. Затем они попадают в войска, принимающие участие в боевых действиях, и там проходят дополнительное слаживание. Так что если смотреть по минимальным значениям — возможно такое, что мобилизованные уже оказываются в зоне боевых действий [и погибают].

Сейчас в частях-формирователях — 222 тысячи человек из 300 тысяч, 33 тысячи мобилизованных находятся уже в подразделениях и 16 тысяч — в подразделениях, привлекаемых к выполнению боевых задач. Но если возникают вопросы, я дам поручение Совету безопасности, чтобы провели инспекцию.

О войне с Украиной

Я хочу, чтобы было понятно. То, что происходит сегодня, — малоприятно, мягко говоря. Но все то же самое мы получили бы чуть позже, только в худших для нас условиях. Так что мы действуем правильно и своевременно.

Мы не ставим перед собой задачу уничтожить Украину. Вот в Крыму живут 2,5 миллиона человек. Они взяли и воду отрубили — войскам пришлось зайти и открыть воду в Крым. Просто как пример логики наших действий. Не сделали бы этого действия, не было бы противодействия. Или вот мост взорвали — теперь нам нужно 10 раз подумать, насколько важно для РФ обеспечение сообщения с Крымом по территории?

Сейчас нет необходимости в продолжении массированных ударов по территории Украины. Из 29 объектов семь не были поражены так, как планировало министерство обороны, но они их постепенно добирают.

О переговорах с Украиной

Мы же знаем позицию Киева — они все время говорили про переговоры, просили об этом, а теперь официально приняли решение, которое запрещает вести переговоры. Ну о чем можно здесь говорить?

Я всегда говорил, что мы открыты к переговорам. Договоренности в Стамбуле были фактически чуть ли не парафированы! Но как только войска отошли от Киева — все, желание у них вести переговоры тут же пропало. Если они созреют, пожалуйста.

О возможности войны с НАТО

Это вопрос понятий. Что такое поражение Украины? Каждый может понимать это по-разному. Вот то, что Крым стал субъектом Российской Федерации в 2014 году, — это поражение?

В любом случае введение каких-то войск в прямое соприкосновение, прямое столкновение с российской армией — это очень опасный шаг, который может привести к глобальной катастрофе. Надеюсь, что у тех, кто про это говорит, хватит ума-разума, чтобы таких шагов не предпринимать.