Как защитить ребенка — не только своего — от сексуализированного насилия (и почему «сексуальное» здесь неточное слово)?

Рассказывают авторы рассылки Kit, которой исполняется ровно год

Каждая новая история о домогательствах, в том числе к несовершеннолетним, заставляет задуматься о том, что наше общество пронизано насилием разного рода. Неудивительно, что ему подвергаются и дети, и подростки, которые попадают в группу риска среди прочего потому, что говорить о сексе ни в школах, ни в семьях зачастую вообще не принято. Это письмо от рассылки Kit рассказывает о том, как оградить своего ребенка от сексуализированного насилия, — речь в нем идет прежде всего о методах, работающих с самыми младшими детьми, но не только. Kit был запущен создателями «Медузы» ровно год назад и за это время стал полноценным медиа, которое регулярно пишет о политике в России, о мире во время войны, о ковиде, о климатическом кризисе и о многом другом.

Подпишитесь на Kit здесь, чтобы получать письма два раза в неделю. Каждое — отдельный материал, созданный специально для Kit. Большинство текстов, которые выпускает редакция, можно прочитать только в рассылке. Но некоторые публикует у себя «Медуза» (как, например, этот). Мы поздравляем наших коллег и друзей с днем рождения!

ВВЕДЕНИЕ

Разбираемся с основными терминами

Начинать говорить об этой большой (и очень сложной) теме стоит, пожалуй, с основных понятий. Чтобы не перегружать вас терминами, мы выбрали три самых главных — и сейчас расскажем о них подробно.

Сексуализированное насилие

Это действие (или серия действий), которое прямо или косвенно связано с сексом и которое при этом совершается против воли второй стороны. Раньше говорили «сексуальное насилие», однако в последние годы специалисты, которые работают с этой темой, призывают использовать прилагательное «сексуализированное». «Разница в расстановке акцентов: слово „сексуальное“ несет позитивный посыл, им часто описывают что-то привлекательное. Используя формулировку „сексуализированное насилие“, мы смещаем акцент на то, чем оно является в первую очередь, — на насилие», — объясняет Наталья Курасова, психолог центра помощи пострадавшим от сексуализированного насилия «Сестры».

Сексуализированное насилие в отношении детей

Форма жестокого обращения с детьми, которая включает в себя отношения самого разного рода, но эти отношения всегда нарушают либо закон, либо социальные нормы общества, либо и то и другое сразу. Важно: такое насилие не всегда подразумевает физический контакт.

«Эти не только непосредственно изнасилование (то есть проникающее оральное, анальное, вагинальное насилие), но и множество других практик, которые могут начинаться безобидно. Автор насилия подбирается к ребенку, вовлекает его в разные игры, общение, формирует доверие и интерес, а затем постепенно начинает нарушать телесные и сексуальные границы ребенка вербальным и невербальным образом», — говорит психолог Анжела Пиаже.

По ее словам, сексуализированное насилие в отношении детей бывает трех основных видов: контактное, бесконтактное и цифровое. К контактным формам относят проникающее изнасилование, а также мастурбацию в присутствии ребенка (или принуждение к мастурбации) и прикосновения к его половым органам, навязчивые ласки, поцелуи и попытки склонить к сексу в любой форме. Бесконтактные формы включают оголение половых органов перед ребенком, любые непристойные разговоры и склонение к изучению порнографического контента (видео, фотографий, иллюстраций, текстов). Цифровые формы — это телефонные звонки, текстовые сообщения или другое онлайн-взаимодействие с сексуальным подтекстом, а еще отправка ребенку порнографических материалов и получение их от него (в том числе с целью вымогательства, распространения или шантажа).

В центре «Сестры» подчеркивают: вне зависимости от того, в какой форме произошло насилие, оно всегда наносит травму.

Автор насилия

Тот, кто это насилие совершает. Автором насилия может быть кто угодно: незнакомый взрослый или тот, кто ребенку знаком (например, учитель), друг семьи, близкий или дальний родственник, а также старший ребенок или подросток — как из семьи, так и со стороны. Вариантов много, но чаще всего это кто-то, кого ребенок все-таки знает (подробнее об этом мы расскажем чуть ниже, когда перейдем к статистике).

Автор насилия всегда обладает большой властью над ситуацией, пользуясь уязвимым и зависимым положением ребенка. Создательница подкаста «Ученицы» Настя Красильникова подтверждает это: по ее словам, сексуализированное насилие над детьми — это почти всегда про власть, а не про секс. В свою очередь психолог центра «Сестры» Екатерина Юрьева добавляет, что «взрослый может вынудить ребенка дать согласие, но это всегда злоупотребление доверием, использование зависимого положения или прямое принуждение». Нередко автор насилия запугивает ребенка, просит его ни о чем не говорить родителям, давит, угрожает и пытается оправдать свои действия — например, утверждая, что ребенок сам этого хотел.

ЧАСТЬ 1

Сколько детей подвергается сексуализированному насилию?

Точно неизвестно. Не все преступления такого рода в принципе попадают в статистику. О многих из них мы никогда не узнаем, потому что пострадавшие не рассказывают родителям, а семьи, даже если в курсе произошедшего, могут не обращаться в полицию (страх, стыд, шок, растерянность — возможных причин много).

Однако международные организации полагают, что в среднем примерно каждая четвертая девочка и каждый шестой мальчик в мире сталкиваются с сексуализированным насилием в том или ином виде до того, как им исполнится 18 лет. Больше 70% пострадавших — дети до 17, и 82% из них — девочки. Коронавирус ухудшил ситуацию: в недавнем докладе ООН указывается, что «во время пандемии отмечен рост количества сообщений о подозрении в сексуальной эксплуатации детей во всем мире на 106%».

Если говорить конкретно о России, то количество преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы детей здесь растет год от года и без всякого коронавируса. Причем даже согласно официальной статистике — в которую, мы еще раз подчеркнем это, попадают далеко не все случаи. Детализированных данных нет, по крайней мере в открытом доступе (что, безусловно, показательно), но известно, что за первые полгода 2021-го таких преступлений стало больше, чем в аналогичный период 2020-го, на 12%. А если сравнивать 2020-й с 2012-м, то рост по итогам года составил сразу 79%.

Впрочем, есть вероятность, что цифры не отражают реальный рост случаев. Так считают, например, в центре «Сестры». «У нас нет оснований полагать, что насилия над детьми стало больше, — скорее, стало доступно больше информации. Эта тема становится менее табуированной. Соответственно, люди больше говорят о ней, учатся распознавать признаки насилия, становится понятнее, куда можно обратиться за помощью», — комментирует клинический психолог организации Екатерина Юрьева.

В абсолютных цифрах ситуация в России выглядит так: с января по июль 2021-го пострадавшими от преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы в России признаны 6570 несовершеннолетних (это последние опубликованные официальные данные, которые удалось найти). А чтобы понимать, каковы масштабы проблемы на самом деле, «Академия безопасности Ольги Бочковой» — это такой учебный центр, в котором рассказывают о безопасности, — провела собственное исследование. Организация проанкетировала 17 тысяч человек, почти все они — женщины (мужчин-респондентов было меньше 1%). О пережитом опыте сексуализированного насилия в детском и подростковом возрасте рассказали 40% из них.

Исследование также показало, что в половине случаев автор насилия — знакомый мужчина или старший родственник (американская статистика говорит, что 93% детей, столкнувшихся с домогательствами, знали тех, кто их совершал). Согласно этим данным, знакомые и родственники нередко пытаются продемонстрировать несовершеннолетним свои половые органы (более 30% описанных случаев насилия) и показывают материалы порнографического содержания (66%). Кроме того, именно эта категория мужчин «совершает более половины от общего числа всех попыток орального, анального и вагинального насилия», говорится в исследовании.

Но насилие могут совершать и сами несовершеннолетние. По оценке департамента юстиции США, ребенок выступает автором насилия в 23% случаев. Причем нередко это те дети, которые сами подвергались физическому или сексуализированному насилию в раннем возрасте.

Часть вторая

Как защитить ребенка — и можно ли его защитить?

Смотря что иметь в виду под защитой. Гарантированно уберечь ребенка от встречи с автором насилия, увы, невозможно. Но в ваших силах сделать так, чтобы дочь или сын (мальчики от насилия тоже не застрахованы) были максимально вооружены полезными знаниями. Именно образование здесь — главное оружие, и вот что вы можете сделать.

Научите корректно называть половые органы

Это необходимо, чтобы в сознании ребенка интимные части тела не были табуированной темой, не вызывали чувство стыда или ассоциации с чем-то плохим и секретным. Психолог и сексолог Мамен Хименес в своей книге «Как говорить с детьми на неудобные темы» пишет: «Избегая настоящих названий, мы передаем ребенку сообщение о том, что эти зоны — „что-то тайное“, в них есть что-то негативное, и поэтому о них не говорят».

Ребенок должен понимать, что все его органы важны и одинаково достойны того, чтобы именовать их не эвфемизмами, а полными названиями. Так же как рука — это рука, пенис — это пенис. Да, у самих родителей могут быть проблемы с тем, чтобы принять это, а уж тем более произнести. Но ради безопасности ребенка необходимо преодолеть стеснение и научиться говорить слово «вульва» без ужимок и смешков — у него не должно создаваться впечатление, что в теле есть источники стыда.

Использовать бытовые названия — например, пися — в общении с ребенком, конечно, можно. Но только в том случае, если он также знает верные с точки зрения анатомии и физиологии термины. Родители часто используют уменьшительно-ласкательные формы слов, и пусть это не сбивает ребенка с толку. То есть если уж совсем конкретно: ребенок должен быть в курсе, что у него есть руки (они же ручки), ноги (они же ножки) и пенис или вульва (которые также называют просто писей). Чего не стоит делать в любом случае, так это придумывать для половых органов слова типа «краник», «перчик», «вареник» и «пирожок». Это путает и создает ореол таинственности, даже сказочности и мультяшности. А он может стать причиной того, что насильственные действия ребенок сочтет игрой.

Расскажите о «правиле трусиков»

Его еще называют «правилом нижнего белья» — это несколько тезисов, которые должны объяснить ребенку, что другие люди не могут дотрагиваться до интимных частей его тела. Имеется в виду то, что мы закрываем нижним бельем: пенис или вульва, а также ягодицы, анус, грудь и соски.

Правилу трусиков можно постепенно учить ребенка уже с самого раннего возраста. Например, спрашивая разрешение на манипуляции с его телом (а в чем смысл, вы прочитаете в этом нашем тексте — в части, посвященной половому воспитанию). Ребенок должен понимать, что трогать его половые органы могут или родители — причем в ситуации, когда нужно помочь произвести гигиенические процедуры, или врачи — в присутствии родителей и с разрешения самого ребенка, который в любой момент может заявить, что ему дискомфортно.

Правило трусиков может работать не только в отношении прикосновений. Ребенку будет полезно знать, что никто (ни взрослые, ни другие дети) не может требовать от него показать интимные части тела, уговаривать сделать это, настаивать или заставлять. И также он должен обязательно знать: если ему не нравится, как кто-то ведет себя с ним, нужно потребовать остановить это. Кроме того, если с телом ребенка все-таки сделали нечто и его это смутило (задело, обидело, напугало), он должен обязательно рассказать родителям или другому близкому человеку. А почему здесь есть это «или», мы расскажем чуть ниже.

Объясните, что можно (и нужно) говорить нет

Даже вам. Даже самым близким людям. Умение отказываться — и знать, что тебе за это ничего не будет, — начинается с мелочей. Объясните ребенку, что существуют ситуации, в которых он совершенно точно имеет право сказать нет: это игра в песочнице (никто не обязан делиться своими игрушками — не хотеть отдавать свое совершенно нормально), общение с другими людьми против воли и взаимодействие с родственниками.

На последнем примере стоит остановиться подробнее. Объясните ребенку, что он может отказывать в объятиях и поцелуях даже любимым людям — братьям, сестрам, бабушкам и дедушкам. Для такого разговора не нужен специальный повод, вы можете просто рассказать об этом — как и о том, что никто не имеет права обнимать, трогать и ласкать ребенка без его согласия. Конечно, бабушек и дедушек может удивить отказ от объятий. Расскажите и им тоже, что ребенок имеет право на альтернативное приветствие — помахать рукой, послать воздушный поцелуй, просто произнести слова. Не бойтесь их обидеть! Помните: это ради безопасности ребенка.

И не переживайте, что недовольство бабушек и дедушек смутит ребенка. Используйте эту ситуацию, чтобы объяснить еще одну важную вещь: старшие не могут быть правы по умолчанию — они тоже ошибаются, совершают плохие поступки и ведут себя неподобающим образом.

Поговорите о том, что тайны бывают разные

Большинство авторов насилия просит детей сохранить произошедшее в секрете. Они говорят что-то вроде «Мне нравится играть с тобой, но, если ты расскажешь родителям, во что мы играем, они больше не разрешат нам видеться». Могут даже угрожать: «Если ты им расскажешь, я скажу, что это твоя вина, — и тогда тебе влетит!»

Почему это работает? Все просто — детей легко запугать, а еще они очень любят тайны. И конечно, им известно, что «секреты разбалтывать нехорошо». Именно поэтому так важно объяснить ребенку, что секреты бывают разные. Например, когда подруга Маша рассказывает вашей дочери о том, что влюбилась в одноклассника, и просит никому об этом не говорить — «сдавать» Машу и правда не стоит. Но вот если некий взрослый мужчина просит сохранить что-то в тайне от родителей (особенно связанное с телом) — это очень подозрительно. А во всех подозрительных ситуациях следует сразу приходить к вам.

Деликатный момент: ребенок должен знать и о том, что происходящее «по секрету» может физически ощущаться как приятное — но это не делает его хорошим и правильным. Часто родители, пытаясь защитить ребенка от насилия, объясняют ему концепцию «плохих» и «хороших» прикосновений. Первые могут автоматически ассоциироваться с неприятными, а вторые — наоборот. Но в ситуации насилия дети не всегда правильно интерпретируют свои ощущения, особенно если оно сопровождалось периодом «ухаживания» (так называемого груминга). Автор насилия может налаживать связь постепенно, и контакт с ним может быть даже приятен. Ребенку стоит иметь это в виду — как и то, что подобные ощущения не делают его плохим и «грязным».

Обсудите, как просить помощи у близкого круга

Это люди, к которым ребенок всегда может обратиться за помощью — например, если попадет в ситуацию, которую сочтет опасной или некомфортной. Поговорите с ребенком о том, кто входит в его близкий круг, — лучше включить туда не только «очевидных» родных вроде мамы, папы, бабушки и дедушки, но еще и людей за пределами семьи — друзей, надежных дальних родственников, с которыми у вас хорошие, доверительные отношения. Зачем? Потому что насилие над детьми часто происходит в кругу семьи, и ребенок должен иметь возможность получить поддержку от тех, кто напрямую не связан с автором этого насилия.

«Важно, чтобы люди из близкого круга не были завязаны друг на друге — то есть не все из семьи. Потому что близкие могут находиться во взаимной зависимости, а значит, у них может не быть ресурсов, чтобы защитить ребенка. Поэтому с точки зрения полового воспитания составление списка горячих контактов очень важно для безопасности ребенка: он должен четко знать, куда ему бежать, к кому обращаться, если что-то случилось», — поясняет психолог Анжела Пиаже.

Кроме того, можно придумать кодовое слово, которое ребенок напишет или скажет кому-то из близкого круга, если окажется в неприятной ситуации. Само собой, все близкие должны знать, что это за слово и что означает, а также что делать, если ребенок его произнес или написал. Поговорите об этом друг с другом подробно — и нет, это не лишние предосторожности.

Скажите ребенку, что он не должен отправлять свои интимные фотографии

Никогда. Никому.Причем объяснять правила безопасного общения в интернете детям следует еще до того, как у них появились первые гаджеты. Если не уверены в своих силах, найдите специальные курсы или уроки для детей, в интернете их много.

Главная мысль, которую необходимо донести до ребенка, если он уже пользуется гаджетами, такая: не все люди в интернете желают ему добра. Поэтому нельзя отправлять свои фото и контакты незнакомым или малознакомым людям, которые просят об этом. Возможно, отдельного обсуждения заслуживает само понятие интимных фотографий. Это не всегда те, на которых ребенок голый, — настойчивые просьбы какого-то взрослого или другого ребенка сфотографироваться в определенной одежде или позе тоже нельзя назвать безопасными. О любых таких просьбах ребенку стоит сообщать родителям. И тем более никто никогда не должен фотографировать ребенка обнаженным.

Убедитесь, что ребенок знает: вы всегда его защитите

Это, пожалуй, краеугольный принцип, без которого не получится претворить в жизнь многое из того, что здесь описано. Нужно почаще говорить ребенку, что вы — его защита. Например, так: «Если тебя что-то напугает, покажется странным или мерзким, расскажи мне об этом — я приму тебя и поверю тебе. Ты можешь рассчитывать на мою поддержку и защиту». Пусть ребенок слышит это регулярно, чтобы всегда помнить: вы на его стороне, что бы ни случилось.

Такие фразы должны быть вплетены в повседневную жизнь. То есть не нужно устраивать специальных «разговоров о важном» дома — просто выстраивайте доверительные отношения, искренне интересуйтесь переживаниями ребенка, напитывайте его уверенностью, что вы — главная поддержка и самая сильная защита.

Держите под рукой инструкцию на крайний случай

Если ваш ребенок столкнется с сексуализированным насилием в любой форме, вам, вероятно, будет сложно действовать рационально. Существуют экспертные инструкции на этот случай — вот одна из них, составленная на основе рекомендаций центра «Сестры».

• Попробуйте успокоиться — вам нужна холодная голова. Возможно, поможет осознание, что вы рядом с ребенком и теперь он в безопасности.
• Верьте тому, что услышали. Если ребенок рассказывает о насилии, он, скорее всего, не врет — о таком дети вообще очень редко врут. Поэтому даже если вам кажется, что ребенок фантазирует (или вы вскрыли обман), к рассказанной истории стоит прислушаться — она не возникла на пустом месте. Выслушайте ребенка и поблагодарите за доверие, поддержите его решение обратиться к вам за помощью. Имейте в виду: ваши сомнения могут подорвать доверие между вами, а также помешать ребенку рассказывать о случившемся в дальнейшем.
• Признайте произошедшее. Подчеркните, что действия насильника недопустимы и преступны. Это можно сделать с помощью фраз: «С тобой так нельзя» или «С детьми так не поступают». Затем попробуйте успокоить — скажите, что ребенок не один, вы рядом, поддерживаете его и сделаете все возможное, чтобы насилие не повторилось.
• Обратитесь к врачу, если это необходимо. Медики обязаны связаться с полицией в случае явных следов насилия над ребенком. Но родители также могут обратиться в полицию или в Следственный комитет самостоятельно.
• Попросите помощи у специалистов. По телефону доверия 8 (499) 901-0201 или адресу электронной почты online@sisters-help.ru центра «Сестры» обращения принимаются вне зависимости от возраста пострадавших, а у психологов центра есть опыт работы с детьми. Еще за помощью можно обратиться в организации «Тебе поверят», «Насилию.нет», «Анна» и «Юристы помогают детям».
• Не забывайте о себе. Слушать рассказ ребенка о пережитом насилии может быть очень тяжело, а необходимость сохранять спокойствие в столь стрессовой ситуации отнимает много сил. Помните, что вы тоже имеете право обратиться за помощью — к своему психотерапевту или к специалистам из предыдущего пункта.

Часть третья

Что можно сделать, если (пока) у вас нет детей

Создательница подкаста «Ученицы» Настя Красильникова уверена: снижению уровня сексуализированного насилия над детьми (как минимум в школах и секциях) поможет комплексный подход. Нужна система разветвленного контроля, говорит она, при которой родители с одной стороны и работники образовательных учреждений с другой заботятся о безопасности учеников вместе. А еще — постоянно обновляют свои знания о проблеме (например, изучая свежие публикации и исследования).

«Каким бы просвещенным ни был ребенок, его знаний недостаточно, чтобы противостоять насильнику. Поэтому важно, чтобы взрослые тоже понимали, что такое насилие, ведь часто даже близкие друг другу люди имеют разные взгляды на это. Необходимо, чтобы в образовательных сообществах было понимание, что допустимо, а что нет, в каких случаях можно прикасаться к ребенку, а в каких нет. Чтобы преподаватели понимали подростковую психологию, знали, что нельзя перекладывать на детей ответственность за их безопасность. Недостаточно сказать: „Дети, если вам что-то не нравится, жалуйтесь“. Потому что дети находятся в уязвимом положении и не могут решать такие проблемы», — объясняет Настя Красильникова.

Но сексуализированное насилие над детьми — значимая общественная проблема, и ее решение уж точно не должно ложиться на плечи одних лишь родителей и работников системы образования. Вы можете не быть ни тем ни другим — однако это не значит, что вы ничего не способны сделать.

Во-первых, заявить о сексуализированном насилии над ребенком имеет право любой человек, которому стало о нем известно. Такие дела относятся к категории публичного обвинения — то есть чтобы расследование по ним началось, заявление от самих пострадавших не обязательно. Поэтому не самоустраняйтесь, если вы знаете или слышали о насилии. Тот же подкаст «Ученицы» отлично показывает, что насилие процветает там, где все молчат, считая, что происходящее — не их ума дело.

Во-вторых, не будьте толерантны к насилию. Психолог Анжела Пиаже подчеркивает, что в России уровень этой толерантности, увы, очень высок, причем это касается самых разных видов насилия: не только сексуализированного, но и физического, эмоционального, экономического. Насилие стало «объективным контекстом» реальности, продолжает психолог, и мы привыкли жить с ним и в нем. В такой среде насилию подвергаются все или почти все — в том числе дети.

Поэтому необходимо менять как собственное отношение к насилию, так и отношение к нему окружающих — активно осуждать его, распространять данные тематических исследований и публикации. Например, прямо сейчас в интернете распространяется вот этот материал, в котором несколько девушек заявляют о насилии со стороны основателя курсов по подготовке к ЕГЭ и ОГЭ под названием LUDI Андрея Гречко. Кроме того, по возможности нужно противостоять виктимблеймингу — стремлению обвинить в произошедшем того, с кем произошло насилие.

Всему этому способствуют просвещение и информирование, а ими занимаются благотворительные организации, фонды, оказывающие помощь пострадавшим от сексуализированного насилия, а также медиа. Так что — и это в-третьих — такие проекты можно поддерживать деньгами, которые, как правило, им очень нужны (например, вот тут можно поддержать работу центра «Сестры»). Это может быть и разовый донат, но, как известно, по-настоящему помогают именно регулярные платежи, пусть и небольшие, их легко настроить в своем банковском приложении.

Заключение

Плохая новость в том, что даженеукоснительное соблюдение всех правил, которые описаны в этом тексте, не гарантирует стопроцентной защиты от насилия. Причем нигде — ни в интернете, ни в так называемой реальной жизни. Но и хорошая тоже есть — образование, просвещение и половое воспитание действительно снижают риски. Причем об этом говорят как эксперты, так и статистика.

Психолог Анжела Пиаже отмечает, что обучение основам телесной безопасности ребенка и его родителей как минимум помогает реагировать на возможное насилие правильно: «Конечно, на действия авторов насилия секспросвет не влияет, по крайней мере напрямую. Ведь преступные намерения человека держатся на уверенности, что ему можно совершать насилие. Но для ребенка половое воспитание очень сильно проясняет тему границ: что в отношении его можно, а что нельзя. Все правила секспросвета направлены на то, чтобы ребенок лучше распознавал опасные ситуации, чтобы он быстрее понимал, что происходит, и мог обратиться за помощью. Это действительно снижает риск если не самого контакта с автором насилия, то долгого контакта с ним».

Эксперт по безопасности Ольга Бочкова более категорична. Опираясь на данные своего исследования, она настаивает: «Дети, которые получали половое воспитание и имели представление о правилах интимной безопасности, реже сталкивались как с угрозой насилия, так и с ним самим». Данными международных исследований это подтверждается. То есть чем больше ребенок знает об опасности в теории, тем ниже шансы, что он столкнется с ней на практике.