Как приручить военкора

Российская «партия войны» всего за один месяц полностью «переобулась» — и теперь военные блогеры поддерживают сдачу Херсона. Исследование «Новой-Европа»

Жестко осудившие провальное отступление из Харьковской области военкоры и сторонники «партии войны» на этот раз, при оставлении Херсона, оказались удивительно сдержаны в своих оценках. Сотрудники госСМИ, развивающие свои телеграм-каналы, — Александр Сладков из ВГТРК, Александр Харченко и Сергей Шилов из РИА Новости — обошли новое отступление молчанием. Но еще больше провоенных телеграм-каналов кардинально сменили позицию: Александр Коц, Владлен Татарский и другие больше не осуждают отход российских войск и военное командование. Мы изучили больше 40 крупнейших по аудитории телеграм-каналов военкоров, идеологов войны и других российских «ястребов» — и рассказываем, как они успели «переобуться» всего за месяц.

Херсон — не первое крупное поражение российской армии в этой войне. Еще два месяца назад ВСУ начали отбивать свои территории. 6 сентября началось масштабное контрнаступление Украины на харьковском направлении. Большинство военных блогеров отказались поддерживать отступление и выступили с критикой командования.

«Видит Бог, мы здесь никогда никого из управляющих наших структур даже не пытаемся критиковать. Но нынче ночью как-то саднит в сердце всё равно, — обратился к российскому командованию Захар Прилепин 7 сентября у себя в канале. — Почему у невероятной державы, у которой ежедневные доходы в миллиардах исчисляются, всю ночь идет рубилово, как в Грозном зимой 95-го или ранней весной 96-го?».

Успешное контрнаступление ВСУ вернуло Украине Балаклею, Изюм и Лиман всего за месяц. Военные блогеры увидели в поражениях российской армии стратегические ошибки командования, неподготовленность войск и дезинформированность начальства.

В итоге в сентябре посты с критикой власти опубликовали как минимум 30 крупных прокремлевских военных блогеров, военкоров и идеологов войны. Их репостнули 320 тысяч раз и просмотрели 16 млн раз, как мы подсчитали с помощью сервиса TGStat.

Кто такие военкоры?

Военкор (военный корреспондент) — это журналист, передающий информацию с фронта во время войны. Изначально это термин не носил иной смысловой окраски. Военные корреспонденты освещали войны в Афганистане, Чечне, локальные конфликты.

Однако во время нынешней российско-украинской войны слово «военкор» фактически приобрело новое значение. Теперь им именуют отдельный феномен. Военкоры — это микро-СМИ, как правило, в телеграме, которые публикуют информацию с фронта, пытаются давать собственную аналитику и транслируют свои идеологические установки. Военкоры всегда — милитаристы, часто имеют правые взгляды. Но далеко не во всём поддерживают Кремль.

Предтечей нынешних военкоров можно считать корреспондентов пригожинского РИА ФАН и ANNA News, которые работали в Сирии фактически независимо от Минобороны, рассказывал РБК. Тем не менее сейчас военкорами называют и журналистов государственных медиа, например, ВГТРК и РИА Новости.

Еще 24 февраля военкор «Комсомольской правды» Александр Коц написал в своем телеграм-канале: «Я не буду лукавить и играть в морализаторство. В самом начале этой войны я сделал то, чего журналист, как учат на журфаках, делать не должен ни в коем случае. Я выбрал сторону — сторону русского мира, близких нам ментально и культурно людей, таких же русских, как и мы с вами».

В этот раз власти подготовились к отступлению более основательно. В октябре телеграм-канал WarGonzo военкора Семена Пегова сообщил, что Минобороны составило список каналов и военкоров, которые «дискредитируют» российскую армию. В него попал сам Wargonzo, «Рыбарь», а также каналы Кристины Потупчик и Юрия Подоляки.

Позже телеграм-канал Mash сообщил, что «под уголовку о дискредитации» также рискуют попасть Игорь Стрелков, Владлен Татарский, Сергей Мардан, Игорь Димитриев, а также автор связанного с ЧВК «Вагнер» канала Grey Zone. Mash утверждает, что требование проверить каналы подписал лично глава Генштаба Валерий Герасимов, а поводом для проверки стала критика Минобороны.

Накануне вывода войск из Херсона, как сообщали источники «Медузы» в АП, пропагандисты получили методички. В них написано, как объяснять сдачу областного центра — единственного областного города Украины, захваченного российской армией во время войны.

Это сработало: в ноябре отвод войск из Херсона осудило уже только 15 телеграм-каналов из нашей выборки. Посты с осуждением сдачи Херсона набрали в 3,5 раза меньше репостов, чем критика тех же блогеров после отступления российских войск от Балаклеи. Если два месяца назад действия военного руководства осуждали около 30 из 40 известных военкоров, то о поражении в Херсоне негативно высказались меньше половины из них.

Как мы считали

Ориентируясь на количество подписчиков и наличие оригинального контента, мы выделили 43 телеграм-канала, которые освещают военные действия и выступают за продолжение войны, и сравнили посты на тему сдачи Херсона и отступления российской армии на харьковском направлении в сентябре. Также, чтобы оценить популярность постов с критикой военного командования, мы сравнили количество просмотров и репостов у каждого поста в сервисе TGStat.

В частности, если в октябре с осуждением отступления из Харьковской области выступило 29 каналов, то в ноябре действия командования под Херсоном осудило всего 14 каналов. Октябрьские критические посты просмотрели более 16 млн раз, репостнули — 324 тысяч раз. А ноябрьские — просмотрели 11,4 млн раз. Репостнули — 91 тысяч раз.

Военкор ВГТРК Евгений Поддубный назвал отступление «военной необходимостью», а блогер Владлен Татарский, еще недавно критиковавший командование за «предательское» отступление, призвал не поддаваться панике.

Самый показательный пример «переобувания» — посты главы Чечни Рамзана Кадырова. В октябре, после сдачи Лимана, он обрушился на командующего войсками генерал-полковника Александра Лапина с критикой. Кадыров предложил разжаловать Лапина до рядового, назвав командира бездарем, и ввести военное положение на приграничных территориях. Этот пост прочитало 8,7 млн человек. Спустя месяц президент России снял Лапина с должности.

При этом 9 ноября Кадыров похвалил генерала Сергея Суровикина за «мудрое и дальновидное решение». Оставление Херсона ― не сдача, а перегруппировка, теперь указал Кадыров.

Как Кремль погасил панику в телеграме

Однако вечером 10-го ноября, после объявления отступления из Херсона, часть пророссийских блоггеров начала публиковать панические сообщения.

Около полуночи по Москве канал GREY ZONE, который связывают с ЧВК «Вагнер» Евгения Пригожина, сообщил, что «Вооруженные силы Украины вошли в русский город Херсон».

Следом с апокалиптическим постом выступил Анатолий Шарий: «ДРГ ВСУ высадились у Каховки и начали весьма метко бить по переправе. Сообщается, что на лодках уходили военнослужащие ВС РФ, бросившие технику… На переправах более ДВАДЦАТИ ТЫСЯЧ военнослужащих, которые со вчерашнего дня не получали четких приказов. Если накроют эти 20 тысяч — конец войне. Слава Суровикину и Шойгу».

Тему подхватил политолог Игорь Дмитриев: «Пишут, что в Херсоне среди российских военных началась паника. Спокойно переправиться не удается, ВСУ продолжают бить по переправам, никаких договорняков не было. Назревает военная катастрофа».

Тем не менее панику удалось быстро пресечь. Уже через 20 минут с опровержением выступил канал Даниила Безсонова, первого замминистра информации ДНР. Затем — популярный канал «Архангел спецназа Z».

В итоге Шарий признал, что слова про 20 тысяч российских военных, остающихся на правом берегу, были неточностью. А уже утром 11 ноября военкор ВГТРК Александр Сладков рассказал, что те же 20 тысяч личного состава успешно перебросили через реку за три предыдущих дня. И назвал отступление «филигранным маневром».

За время войны пророссийские телеграм-каналы стали серьезной информационной силой. Аудитория идеологов войны — Захара Прилепина и Игоря Стрелкова — выросла с десятков до сотен тысяч подписчиков, а на одного из главных представителей «партии войны» Рамзана Кадырова с 24 февраля подписались более двух миллионов человек. То же самое касается и «обычных» военкоров.

При этом «партии войны» как отдельного института, по словам независимого эксперта Александры Прокопенко, не существует: «Это журналистская находка, конструкт, который придуман, чтобы описать совершенно разных людей, публично выступающих за продолжение операции в Украине. Я не думаю, что за драматургией (вокруг вывода российских войск из Херсона. — Прим. ред.) стоит чья-то рука: кто-то пишет по методичкам, кто-то зарабатывает политические очки, но партии никакой нет».

Реального влияния на политические решения у военкоров тоже нет. Единственные члены «партии войны», способные повлиять на обстановку на фронте, — крупные чиновники, для которых наличие аудитории — способ показать президенту свою позицию и уровень ее поддержки.

«Путин ни сейчас, ни раньше не был большим любителем действовать так, как ему указывает общественное мнение. Он не идет на поводу у остальных, — говорит Прокопенко. — Поэтому высокопоставленные государственные деятели при помощи медиа-инструментов напоминают о себе, о своей позиции, о позиции своих читателей президенту, попадая в отчеты, обзоры прессы и обзоры телеграмм-каналов, которые безусловно для президента делают».