Где вы были 12 лет?

20 ноября в Катаре начинается чемпионат мира по футболу. Что с ним не так и кто в этом виноват — объясняет спортивный журналист Вадим Лукомский

Катарский чемпионат мира еще не стартовал, но его уже называют самым скандальным в истории. Членов комитета, проголосовавших за эмират при выборе страны-хозяйки турнира, обвиняют в коррупции, саму страну — в нарушении прав человека, гонениях на ЛГБТК+ и нечеловеческих условиях труда при строительстве спортивных объектов; это неполный список причин, из-за которых многие призывают к бойкоту ЧМ-2022. Спортивный журналист, обозреватель Sports.ru, ведущий подкаста Cappuccino & Catenaccio Вадим Лукомский по просьбе «Холода» объясняет, как политики испортили спортивный праздник.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

На прошлой неделе главный тренер «Ливерпуля» и совесть футбольного мира Юрген Клопп сказал, что не ждет ЧМ-2022 как болельщик, и попросил не давить на футболистов:

«Сейчас уже ничего не сделать с Катаром и его желанием принять чемпионат мира: он совсем близко. <...> Мне не нравится, когда футболистов ставят в положение, в котором они обязаны высказаться. Вы журналисты — вам и высказываться. Это вы не написали [достаточно] критическую статью об этом. Не о Катаре, а о том, как он был выбран, хотя это очевидно. <...> Теперь мы говорим игрокам, что они должны надеть такую-то повязку, и если они этого не сделают, значит, они на другой стороне. Нет! <...> Футболисты едут туда, играют и выкладываются по полной ради [своей] страны, это не имеет никакого отношения к обстоятельствам. Я уже вижу в новостях вопросы: каково быть там? <...> Но это соревнование, оно проходит в этой стране, и мы допускаем это, потому что 12 лет назад никто ничего не сделал».

Полную (почти восьмиминутную) тираду Клоппа можно посмотреть тут. Немец несколько раз предельно четко проговорил, что выбор Катара ненормален, что бороться с этим должны были журналисты, а не футболисты и что сейчас невозможно перенести турнир в другую страну.

В его речи — два контекста: конкретный и общий. Прямо сейчас он просит отстать от футболистов. Глобально — указывает, что система сломана и это выяснилось не вчера.

На любом этапе истории чемпионаты мира использовались автократиями как инструменты мягкой силы. Разумеется, не все турниры были такими, но это частая практика, которую начал Бенито Муссолини в 1934 году. Ради сплочения нации он был готов организовать красивую картинку для туристов и болельщиков, инвестировать в стадионы для создания неповторимой атмосферы, использовать любые средства, включая давление на судей, ради результата. Италия выиграла чемпионат, а шоу получилось таким ярким, что и другие захотели повторить.

Именно вдохновившись Муссолини, бразильский диктатор Жетулиу Варгас загорелся идеей проведения турнира в 1942 году. Из-за Второй мировой войны он состоялся лишь в 1950-м — уже после свержения и до повторного избрания Варгаса. В Аргентине-1978 этот же прием разыграла военная хунта Хорхе Виделы. ЧМ-2018 оставил нам много приятных воспоминаний (возможно, лучший месяц правления Владимира Путина), но тоже хорошо вписывается в эту тенденцию.

У готовности ФИФА откликаться на заманчивые предложения автократов есть экономическое объяснение, которое работает даже без допущений о сговорах и закулисной коррупции. Затраты на строительство стадионов и инфраструктуры турнира ложатся на принимающую страну (после 2010 года — как правило, это около 12 миллиардов долларов), а доходы от трансляций и спонсоров получает ФИФА (около пяти миллиардов долларов — почти 2,6 миллиарда прибыли после вычета затрат на призовые, организацию трансляций и другие статьи расходов). Подробнее с данными можно ознакомиться в этом исследовании.

Страна-хозяйка оказывается в положении, когда потратить нужно огромную сумму, а в качестве источника доходов ФИФА оставляет ей только туризм. Эффект бывает разным: в некоторых случаях фиксировалось лишь перераспределение потоков туристов (приезжает столько же, но из других стран), в некоторых — увеличение, но далеко не того порядка, чтобы привлечь в экономику миллиарды.

В итоге страна остается с позитивной прессой и некоторыми долгосрочными выгодами: использование футбольной инфраструктуры в дальнейшем, потенциальное возвращение довольных туристов. Чемпионат мира невыгоден с экономической точки зрения, но хорош в качестве дорогой проверенной пиар-формулы.

Есть еще два важных фактора. Во-первых, исследователи фиксировали повышение субъективного уровня счастья населения после турниров — мед для ушей автократов. Во-вторых, такие режимы (даже если оказываются недолговечными) мыслят десятилетиями, а страну-хозяйку выбирают за 8–12 лет до турнира. В демократиях это часто означает подарок следующему правительству — следовательно, заявка на проведение ограничена ресурсами местной футбольной федерации. Для автократий и диктатур таких ограничений нет.

Последнее обстоятельство частично сглаживается тем, что среди футбольных топ-держав с готовой инфраструктурой почти все — демократии (им меньше придется затратить на организацию), но общий баланс плюсов и минусов очевиден. Заявки от заинтересованных автократов всегда будут дороже и ярче. Частые заигрывания ФИФА с сомнительными режимами не новость и не сюрприз.

И все же случай Катара — вопиющий. Раньше решения ФИФА можно было объяснить попытками удержать баланс между собственными интересами и качеством футбольного шоу. Теперь выбрали страну, которая:

а) даже на месяц не может отключить мракобесные элементы устройства общества: например, недавно один из послов турнира Халид Салман назвал гомосексуальность «дефектом разума»;

б) в ходе подготовки «убила», по данным The Guardian, более шести с половиной тысяч рабочих;

в) обладала нулевой футбольной инфраструктурой и получила турнир под фантастические обещания новых технологий охлаждения стадионов, которые позволят играть при температуре 40–50 градусов. Проект провалился — пришлось переносить турнир на конец ноября.

Это первый зимний чемпионат мира в истории. Футбольный календарь сломан. Никогда еще между последним матчем клубных турниров (раньше — финалом Лиги чемпионов, в этом году — просто играми национальных турниров) и первым матчем чемпионата мира не было такой короткой паузы. Раньше она составляла минимум 16 дней: большинству игроков это обеспечивало 3-4 недели на отдых и подготовку (мало кто играет в клубных финалах конца сезона). Сейчас у футболистов — неделя на все.

Более того, зимний перерыв на интенсивный турнир сборных ставит в положение полной неопределенности специалистов по физической подготовке. Разработанные и отлаженные годами циклы не сработают. Все вынуждены экспериментировать и учиться на ходу. Будет много лишних травм. Даже самые лучшие эксперименты останутся лишь удачными примерами в паршивой для всех ситуации.

Тренер «Манчестер Сити» Пеп Гвардиола недавно пошутил (ведь пошутил?), что в матчах сразу после чемпионата мира ему самому придется играть в опорной зоне, а его коллега, все тот же Клопп — закроет позицию левого защитника. Из-за внутренних историй, побед, антуража чемпионат мира в любом состоянии и в любой стране останется футбольным праздником, но за этот праздник мы дорого заплатим.

Справедливости ради, нельзя сказать, что Катар не старался. Власти эмирата инвестировали в турнир около 200 миллиардов долларов (почти в 20 раз больше любых других хозяев). Уже на этапе подготовки были приняты законы, защищающие права рабочих (хотя все еще фиксируются частные проблемы с их применением). На каждое заявление в духе Салмана можно найти более взвешенную официальную позицию. Например, глава оргкомитета Нассер Аль-Хатер в ходе интервью даже предложил журналисту Sky Sports «пройтись, держась за ручку», чтобы доказать — ничего страшного с болельщиками не случится.

В каждом направлении Катар сдвинулся с мертвой точки, но сделал недостаточно. Проблема не в конкретной стране, а в системе, которая делает такие страны фаворитами. Катар — лишь симптом болезни. Хочется верить, что достаточно явный, чтобы усвоить урок и начать лечение.

Все описанные проблемы можно было предсказать, но на них умышленно закрыли глаза. Комитет ФИФА, который в 2010 году выбрал Катар, состоял из 24 человек. Двух отстранили из-за расследования The Times за месяц до голосования. Из 22 оставшихся 16 либо дисквалифицированы (за коррупцию и этические нарушения), либо находятся под подозрением. Кроме того, троим членам комитета вменяли финансовые связи с Катаром, но не нашли достаточных улик для начала расследования.

Все это лишь косвенные доводы, но даже архитектор ФИФА в нынешнем виде и экс-президент организации Зепп Блаттер признал, что выбор Катара — ошибка. Увы, такая ясность сознания наступает только после ухода с поста (и судебного процесса). В попытках защитить Катар нынешняя ФИФА запрещает даже совершенно травоядный лозунг на тренировочной форме сборной Дании: «Права человека для всех» (вероятно, если бы никто ничего не запретил, датчанам прилетело бы с другой стороны — за осторожность и размытость послания).

В начале месяца президент ФИФА Джанни Инфантино отправил письмо футбольным федерациям 32 стран, принимающих участие в чемпионате мира. Внутри была просьба «не позволить футболу быть втянутым в каждую из существующих идеологических и политических битв». Ужасный совет для футболистов, чье право на участие в общественной жизни не должно ограничиваться, но прекрасный для самой футбольной организации.