До смерти задержанный

Молодого петербуржца ждали в военкомате, а обнаружили в морге

До конца ноября следственные органы должны завершить проверку и принять решение о возбуждении уголовного дела по факту гибели мужчины или отказа в расследовании странных обстоятельств произошедшего.

Трагически закончилась для 29-летнего Владислава Шушминцева встреча с полицией. Самое страшное преступление, в котором его можно было обвинить, — нарушение общественного порядка в 6 часов утра выходного дня. Тем не менее при задержании сотрудники правоохранительных органов неоднократно применяли к мужчине физическую силу. А в Елизаветинской больнице тем же утром Шушминцев оказался в состоянии клинической смерти, из которого уже не вышел. У погибшего осталась пятилетняя дочь. Овдовевшая мать не смогла сказать ей правду и так объяснила случившееся: «Папа уехал, и так далеко, что связи с ним нет».

Владу Шушминцеву было 7 лет, когда погиб его отец. Мальчик рос с мамой и сестрой и, будучи единственным мужчиной в семье, с ранних лет чувствовал себя защитником, опорой. С детства любил спорт и чем только не увлекался: боксом, кикбоксингом, пауэрлифтингом, футболом. Готовился поступать в Нахимовское военно-морское училище, грезил о военной карьере. Однако из-за болезни матери это не удалось. Но парень охотно отправился служить в Западную Лицу (Мурманская область), в морскую пехоту. Спустя два года после возвращения из армии, в сентябре 2014-го, Владислав встретил свою будущую жену.

— Мы случайно в один и тот же момент оказались в гостях у друзей, — вспоминает вдова Мария Шушминцева. — Незадолго до этого я попала в очень серьезную аварию, едва не погибла и помимо других травм потеряла передний зуб. Так совпало, что Владик на тренировках по боксу тоже тогда лишился переднего зуба. Мы познакомились, рассмеялись: «а что у тебя с зубом?», «а что у тебя?» Потом проговорили всю ночь: он мне про свои жизненные заботы, я — про свои.

Это была любовь с первого взгляда. Влад очень красиво ухаживал и очень трогательно заботился обо мне. С ним невозможно было поругаться. Он избегал любых ссор. Был очень добрый и внимательный.

Ему всегда всех было жалко. Он всегда всем помогал: бабушкам, женщинам с детьми, даже алкашам, которые сидят у магазина: им плохо, мелочь стреляют, чтобы похмелиться. Даже им помогал. Такой был человек.

Солнышко, как я его называла.

Спустя два года они поженились. В 2017 году родилась дочь Марьяна. Мария после декрета устроилась бухгалтером, Влад работал маляром по дереву. По словам жены, зарабатывал хорошие деньги. Шушминцевы мечтали о собственной квартире, чтобы переехать и жить отдельно от родителей Марии. Воздушных замков молодая семья не строила, но планы на будущее пыталась. В октябре их нарушила частичная мобилизация. Владиславу принесли повестку.

— У сына было не счесть сколько друзей. Многие его друзья и бывшие сослуживцы уже ушли, сами понимаете, куда, — объясняет мать Владислава, Юлия Шушминцева, — и сын все сделал, как положено. Явился по повестке. Оформил все документы. У него уже был на руках отрывной талон, где ему назначили время явки в военкомат для отправки в часть — в 10 утра 17 октября.

Жена убеждала мужа, что он имеет право избежать частичной мобилизации из-за имеющихся хронических заболеваний.

— Я ему говорила: Влад, у тебя есть законное основание не идти, просто нужно принести в военкомат медицинские справки, — рассказывает Мария. — На что он отвечал: «Я же мужик». Характер у него был мужской, и все поступки были мужские.

Шушминцевы узнали, что из обмундирования и снаряжения необходимо Владиславу с собой, и все купили.— И берцы, и спальник, и сумку, и разгрузку, — перечисляет вдова, — все, подготовились основательно, около 40 тысяч рублей на это дело потратили.

Все вещи оставили в квартире у мамы Влада, поскольку он у нее прописан, и оттуда до военкомата ему добираться гораздо ближе.

В воскресенье, 16 октября, Влад собирался поехать к матери, а утром 17-го — от нее на сборы. Накануне, вечером 15 октября, решил встретиться с друзьями. Как он сказал родным, «проводить себя в армию». Вернулся на рассвете.

— Где-то в 6 часов утра, — продолжает Юлия Шушминцева, — я слышу, Влад мне кричит: «Мама, мама!» Я думаю: «Господи, это мне снится, что ли?» Выглянула с балкона на улицу. Стоит Влад под фонарем и просит: «Мама, скинь мне ключи». Я ему: «Ключи же у тебя в кармане». А у него, похоже, карман порвался. Он говорит: «Мама, нет ключей». Я ответила: «Я тебе открывать не буду, хочешь — иди домой к жене».

Но Шушминцев поступил иначе — взобрался на козырек подъезда, видимо, так намереваясь проникнуть в собственную квартиру. При этом, по рассказам очевидцев, молодой человек что-то громко кричал. Мать, как она уверяет, испугалась за сына: и из-за того, что он стоит на козырьке, и из-за того, что шумит.

— Я подумала: сейчас кто-нибудь вызовет полицию, — говорит Юлия Шушминцева. — Проснулась соседка, которая за стенкой живет. Я посоветовалась с ней: «Сама вызову, что ли? Пусть заберут его. Может быть, и в армию не пойдет».

Полицейские оперативно прибыли на вызов. Мать видела, как при приближении патрульной машины Влад спрыгнул с козырька и побежал от полицейских. Те — следом. До какого места они вели Влада, где и как его остановили, мать не видела. Но спустя пару дней Юлия Шушминцева стала искать очевидцев событий раннего утра 16 октября. Расклеила по всему району объявления, и свидетели нашлись. Они принесли женщине видеозапись задержания Владислава. Юлия, посоветовавшись с дочерью и невесткой, решила передать ее для расследования петербургским специалистам «Команды против пыток» (признана в России иностранным агентом).

Как установили юристы «Команды против пыток», стражи порядка задерживали Шушминцева полтора часа. Камеры видеонаблюдения зафиксировали, как полицейские толкают Влада и несколько раз валят на землю. В какой-то момент он падает за один из припаркованных во дворе автомобилей, и на кадрах уже не видно, что с ним происходит. Спустя несколько секунд Владислав поднимается, и его снова можно различить на видео. Когда к нему подходит один из сотрудников, Шушминцев его отталкивает. Далее троим полицейским удается повалить мужчину на асфальт, но вскоре он снова встает, его опять сбивают с ног.

На видео есть кадры, на которых правоохранители пристегивают Влада к оградке наручниками, наносят ему удары руками и ногами по телу и голове.

— Есть свидетель, который дождался приезда скорой и наблюдал, как моего мужа кладут на носилки и запихивают в машину. На тот момент муж уже потерял сознание, — говорит Мария.

Только к вечеру 16 октября родственники Владислава узнали, что его доставили в Елизаветинскую больницу в состоянии клинической смерти. На следующий день, 17 октября, он умер в реанимации от травматического отека головного мозга и субарахноидального травматического кровоизлияния.

— Я не пытаюсь обелить своего сына. Я предполагаю, что он был подвыпивший. Я не спешу никого обвинять, но тем не менее клиническая смерть наступила у сына после того, как его задержала полиция. Я уверена, что Влада избили полицейские. Они нанесли ему тяжелые удары. Я уверена в этом, потому что у меня есть видео от жителей соседних домов.

В конце октября Мария Шушминцева подала заявление в Главное следственное управление СК РФ по Петербургу по факту гибели мужа после задержания полицией. Следователи начали проверку. На следующей неделе она должна завершиться.

— Мы не знаем, какое решение примет ГСУ СК РФ по Петербургу, — комментирует Юлия Федотова, юрист «Команды против пыток». — На данный момент многое неясно. Нет результатов судмедэкспертизы. Мы пока не имеем права громогласно заявить, виновны ли сотрудники полиции или кто-то еще, или, может быть, Владислав ударился сам. Мы никакой вариант пока не исключаем. Вопросов много и к полиции, и к медикам. Почему задержание Влада длилось так долго? Почему Шушминцева не доставили в отдел сразу, а продолжали выяснять отношения на улице? Зачем привязывали к ограждению? Судя по видеозаписи, применение силы полицейскими в какие-то моменты было несоразмерным. Кто в итоге вызвал скорую? Почему скорая длительное время пациента реанимировала? Почему сразу не поехала в больницу? Пока непонятно, что там происходило. Наша задача именно в том, чтобы разобраться.

КОММЕНТАРИЙ
Вячеслав СТЕПЧЕНКО, начальник управления информации и общественных связей ГУ МВД РФ по Петербургу и Ленобласти:

— Периодически при задержаниях граждан сотрудникам правоохранительных органов приходится применять физическую силу и спецсредства. Правовую оценку действий сотрудников полиции в данном случае, в том числе — правомерность или неправомерность, соразмерность или несоразмерность применения ими физической силы при задержании, должен дать Следственный комитет РФ. Такая проверка по данному факту сейчас проводится. Дождемся ее результатов. Региональное ГУ МВД действия своих сотрудников не оценивает.

СПРАВКА «НОВОЙ»
21 февраля 2018 года похожая трагедия произошла в Невском районе Петербурга. 34-летний Рустам Клычев около 18 часов вернулся домой в нетрезвом виде и шумел в подъезде. Чтобы его утихомирить, супруга вызвала полицию. Оперативники задержали мужчину, вменили ему в вину административное правонарушение и повезли в отдел. Необходимость такой поездки стражи порядка доказывали не без помощи силы. В полицейской машине Клычев снял на камеру мобильного телефона ссадины, ушибы и ранения на ноге, по его словам, полученные при задержании, и немедленно выложил видео на своей странице в соцсети «ВКонтакте». В 22.20 в камере для задержанных реанимационная бригада скорой констатировала смерть мужчины от удушья. По версии полиции, Клычев покончил с собой. Родные погибшего не верят в это до сих пор.