Бывший губернатор аннексированного Севастополя, кажется, добился снятия европейских санкций. Как ему это удалось?

«Медуза» рассказывает историю Дмитрия Овсянникова

В конце октября 2022 года Европейский суд постановил аннулировать решение Евросоюза о продлении санкций, введенных против Дмитрия Овсянникова — бывшего российского губернатора аннексированного Севастополя и бывшего заместителя федерального министра промышленности.

Такое решение суд мотивировал тем, что Овсянников больше не занимает должности, за работу на которых он попал под санкции. Несмотря на истечение срока, предусмотренного на апелляцию решения, сообщений о ней не появлялось. Кажется, теперь бывший чиновник, руководивший аннексированным регионом, сможет въезжать в Евросоюз и даже вести бизнес на Западе.

«Считает себя царем и богом»

Главой аннексированного Севастополя Дмитрий Овсянников стал в 2016 году. Тогда чиновнику было 39 лет — на тот момент он стал самым молодым российским губернатором (впрочем, сначала он был официально назначен временно исполняющим обязанности главы города).

До назначения Овсянникова в Севастополе шла настоящая политическая борьба. Предыдущий губернатор, адмирал Сергей Меняйло конфликтовал со спикером законодательного собрания, «народным мэром» города Алексеем Чалым. Чалый был недоволен прохладным отношением Меняйло к «стратегическому плану развития Севастополя», обвинял губернатора в «чванливости и некомпетентности» и открыто добивался его отставки.

Чтобы нейтрализовать это противостояние, администрация президента (АП) РФ поменяла адмирала, привыкшего к военному единоначалию, на «технократа без политического опыта». До назначения врио губернатора Дмитрий Овсянников работал главой департамента региональной промышленной политики в Минпромторге, а до того занимал руководящие посты в различных оборонных предприятиях, входящих в структуру госкорпорации «Ростех». Еще раньше — в начале нулевых — он работал главным федеральным инспектором (ГФИ) в регионах Приволжского федерального округа: Кировской области и Удмуртии. Но и это вряд ли можно назвать серьезным опытом в публичной политике.

«ГФИ влияния на серьезные процессы в регионах не имеют, у них канцелярская работа — фиксировать происходящее в местной политике и отправлять отчеты в администрацию президента. Это не политики, а чиновники», — объяснил источник «Медузы», близкий к одному из полпредств президента.

Полпредом президента в Приволжском округе тогда работал нынешний куратор политического блока Кремля Сергей Кириенко. Однако, по утверждению источника «Медузы», знакомого с Овсянниковым, никаких близких отношений с Кириенко у того не было. На пост губернатора «технократа» якобы лоббировал не бывший начальник в полпредстве, а именно «Ростех», который имел свои интересы в аннексированном Севастополе.

После своего назначения Овсянников попытался не повторять ошибок Меняйло, а заручиться поддержкой Чалого. И сначала у него это получилось. В разговоре с «Медузой» член Общественной палаты города (и политический противник Чалого) Олег Гасанов называл первый год работы Овсянникова «конфетно-букетным периодом». Чалый поддержал Овсянникова на выборах 2017 года — а тот получил 71% голосов избирателей (и в том же году попал под персональные санкции ЕС).

На тот момент Чалого и других местных политиков не смущала кадровая политика Овсянникова, который стал массово назначать на различные должности «варягов» из других регионов, рекомендованных Кремлем и федеральным правительством.

Именно по такой «рекомендации» в Севастополе оказался Вячеслав Гладков — бывший мэр закрытого города Заречный Пензенской области, ставший заместителем губернатора по внутренней политике (сейчас руководит Белгородской областью). Два источника «Медузы», близких к АП, назвали Гладкова «протеже» одного из ближайших сторонников Сергея Кириенко — главы управления Кремля по обеспечению дел Госсовета Александра Харичева, который отвечает за избирательные кампании различного уровня. С 2013 по 2017 год Харичев работал в «Росатоме» (тогда им руководил именно Кириенко), а градообразующим предприятием в Заречном, который возглавлял Гладков, является один из производственных центров корпорации.

«Гладков должен был провести губернаторские выборы 2017 года и президентские выборы 2018 года. Это у него неплохо получилось», — подчеркнул один источников «Медузы», близких к политическому блоку Кремля.

Вместе с тем собеседник, близкий к самому Гладкову, отметил, что отношения губернатора и его заместителя «не задались»:

Овсянников считал Гладкова навязанным, ссорился с ним, Гладков несколько раз писал заявление об уходе. С другой стороны, Овсянников боялся обидеть человека Кириенко, поэтому Гладкова уговаривали остаться… После президентских выборов ему удалось уйти.

В свою очередь источник «Медузы», знакомый с Овсянниковым, подчеркнул, что «поссориться» с бывшим чиновником совсем не сложно: «[Он] себя считает царем и богом в отношениях с подчиненными, чуть что не так — начинает кричать, рвать бумажки».

В итоге у Овсянникова испортились отношения и с Чалым. По словам собеседников «Медузы», тот хотел как и раньше серьезно влиять на городскую политику, но Овсянников (как когда-то и Меняйло) уже не собирался делить с ним власть.

В начале 2018-го депутаты, лояльные Чалому, начали критиковать Овсянникова за «назначение варягов» на городские должности, застройку зеленых зон и коррупцию. Они указывали, что власти Севастополя перевели в небольшой банк два миллиарда рублей в качестве аванса за строительство очистных сооружений города, а через две недели банк лопнул. В итоге госконтракт был признан незаконным, глава строительного департамента Севастополя Михаил Тарасов получил семь лет колонии.

Летом 2018-го в Севастополь приехал секретарь генсовета «Единой России» Андрей Турчак. Он планировал «помирить» Овсянникова и Чалого, но особым успехом это предприятие не увенчалось. В сентябре того же года чиновники городской администрации отказались отчитываться перед депутатами об исполнении бюджета за первое полугодие, мотивировав это тем, что «контрольная деятельность заксобрания осуществляется с нарушением законодательства».

«Губернатор с большим энтузиазмом продолжает раскачивать основы государственной власти. Возможно, бюджетные средства он считает своими, а жители, по его мнению, должны делать только то, что ему нравится. Но мне кажется, что он заблуждается. На „короля-солнце“ он не похож», — перешел тогда на личную критику в адрес губернатора Алексей Чалый.

Весной 2019-го противники Овсянникова и вовсе попытались организовать референдум об отставке губернатора (правда, безуспешно), сам Чалый стал называть городскую администрацию исключительно «организованной преступной группировкой», а местные бизнесмены публично обвиняли команду губернатора в рейдерстве.

В результате на выборы 2019 года в местный парламент Чалый шел с предельно простой программой — в случае победы он обещал «убрать» с должности Овсянникова. До этого не дошло, угрозы подействовали: Овсянников покинул пост, а Чалый взамен снял с выборов свою кандидатуру.

«Незначительный персонаж», который станет важным

После отставки Дмитрий Овсянников вернулся на работу в Минпромторг, где получил повышение — стал заместителем министра и начал курировать развитие региональной промышленности, в том числе в Крыму. На этом посту Овсянников в основном занимался развитием технопарков, но проработал на должности всего несколько месяцев: в апреле 2020-го он был уволен после публичного скандала. Чиновник отказался показать на контроле в ижевском аэропорту свои документы и билет — и обматерил сотрудников.

После этого никаких государственных должностей Дмитрий Овсянников не занимал. А уже в декабре 2020-го бывший губернатор аннексированного Севастополя обратился в суд ЕС с просьбой о снятии санкций. Он подчеркнул, что ограничения мешают ему вести бизнес на территории Евросоюза, в частности, зарегистрировать компанию на Кипре (чем именно собирается заниматься бывший чиновник, неизвестно).

В иске Овсянников указал, что давно не занимает государственных постов и терпит от санкций «реальный ущерб». Суд счел такие аргументы убедительными.

Близкий к правительству источник «Медузы» назвал такую позицию европейского суда «знаковой» для российских чиновников: «Это показывает механизм действия санкций. Если тебя внесли по должности — уходи и пытайся снять их. Для чиновников это потенциально интересно. Особенно если они [напрямую] не задействованы в войне».

Один из близких к АП источников «Медузы» назвал Овсянникова «незначительным персонажем». Однако еще один собеседник, близкий к Кремлю, признал, что такая практика снятия санкций может оказаться «важной в будущем». Сам Овсянников не ответил на вопросы «Медузы».

Андрей Перцев