Original Material
Без победы, но «с честью»
Как США выходили из войны во Вьетнаме. 50 лет назад было подписано Парижское соглашение о восстановлении мира
Полвека назад было подписано Парижское соглашение о прекращении войны и восстановлении мира во Вьетнаме. Ни прекращения, ни восстановления оно не несло, и это было очевидно подписантам. Оно было лишь формой выхода Америки из войны с наименьшей потерей лица.
Вязываясь в войну, американцы преследовали мессианские геополитические цели. Цель вьетнамских коммунистов была предельно проста: объединить свою страну, завершить создание своего государства. Она была достигнута спустя два года не через национальное примирение и инклюзивный процесс, предусмотренные соглашением, а через военную победу.
Опыт вьетнамской войны через подкорковое сознание американских политиков отзывается эхом в XXI веке. Войны, в которых ранее участвовали Соединенные Штаты, особенно Вторая мировая, велись по принципу «победитель получает все» — окончательная победа или поражение. Война во Вьетнаме была принципиально иной. По сути, прокси-театром большой холодной войны с коммунистическими колоссами — СССР и Китаем, первый из которых был сравнимой с США ядерной державой.
Но ни тот, ни другой прямо не вступали в войну, всемерно помогая Ханою. В событиях 2022 года посреди Европы — иная картина, ядерный риск оказался ближе.
Во Вьетнаме Америка одержала победы в каждом большом сражении, потери ее противника были несравнимо тяжелее ее потерь. Но войну она проиграла. За лесом глобального противостояния не разглядели дерева. За угрозой мирового коммунизма не увидели утверждающуюся нацию, которая отчаянно сопротивлялась. Тем более — получая мощную поддержку извне и симпатии во всем мире.
«Рождественские» бомбардировки
Ханой, январь 1973 года. С веранды особняка на тихой улочке Као Ба Куат открывается камерный вид. Внизу — дворик с бетонной крышей четырехместного бомбоубежища, выкопанного в разгар войны для представительства советского телеграфного агентства, но оказавшегося бесполезным из-за заполнивших его подпочвенных вод. Слева — солдат перед будкой охраны посольства Северной Кореи, который заодно приглядывал и за нашими воротами, а в бомбежки прятался в бетонном стакане со съемной крышкой, врытом в землю посреди тротуара. Крышку, правда, не закрывал и отчаянно отстреливался из табельного калашникова от американских F-4.
Ровно напротив — скромный зеленый двор большой семьи президента Демократической Республики Вьетнам Тон Дык Тханга — формального преемника вождя вьетнамской нации Хо Ши Мина. Оттуда к нам заходит один из его зятьев Куан (в переводе с вьетнамского — «мандарин»), который дружит с моим секретарем Даком. Оба бегло говорят по-русски. В стране, где все военная тайна, это почти инсайд.
Новый год встретили, естественно, под разговоры об ужасных «рождественских» бомбардировках и перспективах мирного соглашения с Америкой. Все устали от войны, но, казалось, вьетнамцы на севере страны готовы ее продолжать до объединения с Южным Вьетнамом.
Определенно эту мысль выразил и премьер-министр Фам Ван Донг, когда устроил в президентском дворце новогоднюю встречу с иностранной прессой. Собственно, нас было около десятка, в основном корреспонденты из соцстран. Особенно долго премьер беседовал с Торавалем и дю Саблоном из Франс Пресс. По-французски, четко расставляя слова: «Видите ли, мой друг Тораваль…» Старик больше доверял им, когда хотел быть услышанным «на той стороне».
В 1954 году он был главой вьетнамской делегации на Женевских переговорах и подписывал соглашение об окончании войны с французами. Надежного мира оно не принесло. Вьетнам остался разделенным. «Временно», но его воссоединение с помощью выборов не представлялось реальным. Коммунисты на бумаге соглашения получили меньше, чем добились на поле боя.
Теория домино
После Женевы США взяли курс на замену Франции в качестве противовеса коммунистической экспансии во Вьетнаме. При этом США выполняли заявленную миссию. Почти двадцать лет сменявшие друг друга президенты твердили о теории домино Гарри Трумэна: мол, как только коммунисты установят власть в одной стране Юго-Восточной Азии, то один за другим падут некоммунистические режимы в остальных.
ЦИТАТЫ
Дуайт Эйзенхауэр в 1954 году:
«Стратегически захват Южного Вьетнама коммунистами принес бы их власть на несколько сотен миль в доселе свободный регион <…>. Потеря Республики Вьетнам (Южного Вьетнама) будет иметь тяжелые последствия для нас и для свободы».
Джон Кеннеди (еще до начала ограниченной спецоперации на юге Вьетнама):
«Если Южный Вьетнам исчезнет как самостоятельное государство, это не только даст китайцам новые выгоды от географического положения их страны и позволит им вторгнуться с отрядами партизан в Малайю, но и создаст впечатление, будто в Юго-Восточной Азии в дальнейшем будут доминировать Китай и коммунисты».
Линдон Джонсон (в разгар войны):
«Я не намерен терять Вьетнам. Я не собираюсь быть президентом, который позволит Юго-Восточной Азии пойти по пути Китая…»
За повод для войны «продавали» умозаключения о неминуемой и фатальной угрозе со стороны внешней силы. «Если бы мы не стали действовать, то они бы…», «они первыми начали» и т.п.
Прогноз оказался алармистским. Обстановка в мире с годами менялась, как и старые представления о том, в каком направлении она может меняться. Цель становилась все более размытой, а цена, которую Америка платила, все менее соизмеримой. Следующий за Джонсоном президент Никсон публично назвал теорию домино ошибочной и несостоятельной.
«Где-то там»
Мирные переговоры в Париже начались еще при Джонсоне, которому недовольство американцев войной в итоге стоило президентского кресла. Сначала граждане США в массе своей одобряли, что где-то в Азии их страна дает отпор коммунистам. Но в начале весны 1968 года, на вьетнамский Новый год, те, рассчитывая на народное восстание против проамериканского режима, нарушили праздничное перемирие и развернули генеральное наступление на города Южного Вьетнама.
Тетское (новогоднее) наступление принято считать переломным моментом войны.
Вооруженные силы Национального фронта освобождения Южного Вьетнама (НФОЮВ, известного на Западе как «вьетконг») атаковали города и провинциальные центры Юга, в том числе столицу Сайгон, даже проникнув на несколько минут в американское посольство. Части северовьетнамской армии и партизаны около трех недель удерживали бывшую императорскую столицу Хюэ.
Народного восстания не случилось, сайгонская администрация президента Нгуен Ван Тхиеу осталась у власти и даже укрепилась, американская военная инфраструктура серьезно не пострадала, а НФОЮВ понес настолько большие потери, что уже не смог восстановить свой прежний потенциал.
Однако если в военном плане наступление войск Северного Вьетнама и партизан завершилось провалом, то в психологическом стало поражением США.
Вьетнамская война была первой «войной на экранах телевизора». Наступление широко освещалось средствами массовой информации. И не «военкорами», а журналистами разных СМИ. Американское общественное мнение потеряло веру в успехи США, в возможность победы во Вьетнаме. Общественное одобрение действий Джонсона в войне упало с 40 до 26 процентов. И тогда он объявил о намерении начать мирные переговоры с противником и о своем решении не баллотироваться на президентских выборах в ноябре 1968 года.
На выборах победил республиканец Ричард Никсон, начав кампанию под лозунгом «мир с победой», а потом поменяв его на «мир с честью». Он обещал приступить к вьетнамизации войны, чтобы вьетнамцы на Юге сами разбирались с коммунистами при материальной помощи Америки.
В июле 1969 года начался планомерный вывод войск США, численность которых достигала на пике войны 485 600 человек. К декабрю 1971 года их останется 156 800.
«Нас там нет»
Переговоры в Париже, по существу, не шли. Уйма времени потрачена на согласование состава участников, формы стола и рассадки, на обмен пропагандистскими заявлениями и на прочий пиар. Вашингтон и Ханой решили параллельно установить более деловой двусторонний контакт. Первые два года держали его в тайне.
Ханой настаивал, что на юге Вьетнама против американцев и сайгонского режима воюют не его регулярные войска, а повстанцы и партизаны («нас там нет»). Американцы и Сайгон отказывались разговаривать с «повстанцами», а Ханой не признавал Республику Вьетнам — «американскую марионетку». Наконец нашли форму. Начатые в 1969 году переговоры были четырехсторонними: США, Северный Вьетнам, проамериканская Республика Вьетнам и созданное Ханоем на основе НФОЮВ Временное революционное правительство Республики Южный Вьетнам (ВРП РЮВ), которое признали только соцстраны.
Все понимали, что война идет между коммунистическим Вьетнамом и США, и настоящий торг велся параллельно между членом политбюро Ле Дык Тхо и советником президента Генри Киссинджером.
В то время как на официальных четырехсторонних переговорах главой делегации Северного Вьетнама был поэт с романтическим псевдонимом Суан Тхюи («Вешние воды»).
Война продолжалась, то затихая, то разгораясь. Ханой развивал военно-транспортную систему «тропа Хо Ши Мина», протянувшуюся на юг по обе стороны границ Вьетнама с Лаосом и Камбоджей. 30 марта 1972 года началось новое генеральное наступление войск Северного Вьетнама в Южном, которое вошло в историю как «Пасхальное». Северовьетнамские войска на Юге насчитывали около 125 тысяч человек и впервые с начала войны были усилены несколькими сотнями танков.
В ответ США развернули операцию Linebacker («Полузащитник»): массированные бомбардировки инфраструктуры Северного Вьетнама. Никсон торопился.
Он шел на второй президентский срок с обещанием совсем вывести войска из Вьетнама. На фоне роста антивоенных настроений в Америке успех северовьетнамского наступления мог бы завершить войну на невыгодных условиях.
На этот раз стремление договориться было обоюдным. Пасхальное наступление коммунистов выдохлось и в целом было неудачным. Войска Ханоя на Юге контролировали только малолюдные территории и ни одного провинциального центра. Лидеры Северного Вьетнама косо смотрели на «разрядку» и сближение Вашингтона с Москвой и Пекином. Добиться успеха на Юге со временем было бы все труднее. Надо дать американцам как можно скорее уйти «с честью».
Прорыв
После 8 октября на переговорах произошел прорыв, и стали обсуждать уже конкретную дату подписания мирного соглашения. Американцы допустили, что вывод их войск может начаться сразу после прекращения огня, не дожидаясь вывода с Юга северовьетнамских войск. Глава сайгонской администрации Тхиеу, прекрасно сознавая, чем это грозит, был взбешен, потребовал у Никсона изменить проект, и американская делегация предложила поправки, неприемлемые для Ханоя.
В середине декабря представители Северного Вьетнама демонстративно отказались от продолжения переговоров. Ле Дык Тхо вернулся из Парижа в Ханой через Москву и Пекин, проведя там консультации.
Вьетнамцы сочли, что их просто дурят, и опубликовали секретный текст согласованного с американцами документа.
Планы рушились. Никсон уже избран на второй срок, в январе — инаугурация. Чтобы заставить делегатов Ханоя вернуться за переговорный стол и заверить Сайгон в незыблемой поддержке, он увеличил военные поставки режиму, обещал ему вступиться в случае, если коммунисты нарушат будущее мирное соглашение. А также дал команду начать кампанию воздушных бомбардировок Северного Вьетнама (Linebacker II) — самых мощных за всю войну. С применением стратегических В-52 и коврового бомбометания.
Рождественские бомбежки Ханоя и Хайфона, а это почти непрерывно двенадцать суток, стали испытанием на прочность для обеих сторон. Потери американской авиации оказались серьезными. По американской информации, потеряны пятнадцать B-52 — столько же, сколько за всю предыдущую войну во Вьетнаме. По данным советских военных, в декабрьском воздушном сражении сбиты 34 восьмимоторных машин. Кроме того, уничтожены 11 других самолетов.
Картина горящих в ночном небе и разваливающихся на части гигантов была феерической. Погибли не менее тридцати американских летчиков, больше двадцати пропали без вести, десятки попали в плен.
В отражении этого нападения главную роль сыграла система ПВО Северного Вьетнама, созданная за семь лет при помощи СССР, советские ЗРК и обученные советскими специалистами расчеты. Вьетнамцы считают это сражение в небе «вторым Дьенбьенфу» по имени места решающей победы над французами в 1954 году. В Америке говорят, что эти бомбардировки заставили Ханой пойти на соглашение.
Новый, 1973 год мы в Ханое встречали в напряженной тишине. Потом узнали о приказе Никсона всем американским войскам во Вьетнаме прекратить с 15 января наступательные действия. Значит, продолжения бомбардировок не будет. Переговорщики Ле Дык Тхо и Киссинджер вернулись в Париж и 23 января парафировали соглашение. Практически без изменений.
День «победы»
Утром 27 января 1973 года в центре Ханоя по берегам озера Возвращенного Меча было необычно многолюдно. В войну в городах жило немного народу. Вьетнамцы объясняли это исчерпывающим словом so tan — «эвакуация», или, точнее, «рассредоточение». Но зимняя промозглость сменилась теплом, и можно было расслабиться в чуть влажном, ласкающем воздухе, какой бывает совсем ранней весной до зацветания восточной вишни. Это был официально объявленный день победы. Настроение людей на обезображенном бомбоубежищами берегу озера было приподнятым, но не сказать чтобы ликующим, хотя газеты и уличные громкоговорители кричали об исторической победе.
В Ханое был уже вечер 27 января, когда в конгресс-центре на парижской авеню Клебер министры иностранных дел США, Северного Вьетнама, сайгонской администрации (Республика Вьетнам) и Временного революционного правительства Южного Вьетнама (РЮВ) подписали соглашение.
Сайгон принципиально отказывался признать договаривающейся стороной РЮВ, которую он считал «экраном» Ханоя на Юге. Для сайгонского министра была подготовлена отдельная версия документа без ссылок на это образование.
Соглашение предусматривало прекращение огня на всей территории Вьетнама. Соединенные Штаты обязались вывести все американские войска и военных советников (к тому времени на юге Вьетнама оставалось около 23 700 военных США), а также демонтировать американские базы в Южном Вьетнаме в течение 60 дней.
Взамен северовьетнамцы согласились освободить всех американских и других военнопленных из союзных США стран. Обе вьетнамские стороны также освобождали своих военнопленных.
Подписанты согласились вывести иностранные войска из Лаоса и Камбоджи, запретить передвижение своих войск через эти страны. Было решено, что демилитаризованная зона на 17-й параллели останется временной разделительной линией до возможного воссоединения страны «мирным путем».
Для контроля над соблюдением всего этого «на земле» создана Международная контрольная комиссия, состоящая из канадцев, венгров, поляков и индонезийцев, — всего 1160 инспекторов. По соглашению, президент Южного Вьетнама Тхиеу должен был оставаться на своем посту до выборов. Соглашаясь с «правом южновьетнамского народа на самоопределение»,
северные вьетнамцы заявили, что не будут инициировать военное движение через демилитаризованную зону и не будут пытаться воссоединить страну силой.
Соглашение предполагало среди прочего разминирование американскими военными портов Северного Вьетнама, разграничение и фиксацию зон контроля коммунистов и сайгонского правительства на Юге. Планировалось создать Национальный совет национального примирения и согласия, в который бы вошли представители коммунистических властей, сайгонского правительства и нейтралов, т.н. «третьей силы», и который обеспечивал бы соблюдение демократических свобод и организовал бы свободные выборы в Южном Вьетнаме. Особый бонус — финансовый вклад США в «залечивание ран войны» по всему Индокитаю.
С 26 февраля по 2 марта 1973 года в Париже состоялась международная конференция. В ее работе участвовали министры иностранных дел четырех сторон, подписавших Парижское соглашение, — Северного Вьетнама, РЮВ, США, сайгонской администрации, а также делегации СССР, Франции, Великобритании, Китая и четырех государств, представленных в Международной комиссии по наблюдению и контролю (Венгрии, Польши, Канады и Индонезии). В Акте международной конференции страны-участницы обязались воздерживаться от каких бы то ни было действий, противоречащих ему.
Обе воевавшие стороны представляли это соглашение своей победой. В Ханое торжествовали, что американские агрессоры вынуждены были уйти и перед вьетнамской революцией открылись новые перспективы. В Вашингтоне подчеркивали, что коммунисты уступили и некоммунистический Южный Вьетнам остался отдельным государством.
29 марта последние части экспедиционного корпуса США были выведены из Южного Вьетнама. Порты Северного Вьетнама американские военные разминировали. 1 апреля в ханойском аэропорту Зялам Северный Вьетнам завершил процедуру репатриации американских военнопленных. Потом еще долго там же передавали найденные останки погибших. На всех этих церемониях присутствовали офицеры международной комиссии в парадных мундирах своих армий, а американские, северовьетнамские и сайгонские военные мирно общались, похлопывая друг друга по плечу. Остальные статьи соглашения останутся благими пожеланиями.
Война стала гражданской
Парижское соглашение не устранило коренную причину войны. Как и в случае с Женевскими соглашениями 1954 года, когда из Индокитая ушли французы. И дело не только в слабости механизма контроля за его соблюдением. Соединенные Штаты согласились уйти из Южного Вьетнама без сопоставимых обязательств со стороны Северного Вьетнама. Война снова стала гражданской при явном силовом преимуществе коммунистов. Историки до сих пор не согласны с тем, считал ли Никсон действительно, что соглашение дало Южному Вьетнаму реальный шанс выжить как независимое государство.
Генри Киссинджер и Ле Дык Тхо были удостоены Нобелевской премии мира за свою роль в достижении Парижского соглашения. Ле Дык Тхо отказался ее принять, мотивируя тем, что подлинный мир во Вьетнаме так и не наступил. Член политбюро точно знал, что говорил.
В октябре 1973 года пленум ЦК Партии трудящихся Вьетнама постановил, что «путь революции в Южном Вьетнаме — это путь революционного насилия». Южный Вьетнам предстоит освобождать с оружием в руках. Жаркие споры в руководстве, как отмечают вьетнамские историки, разгорелись вокруг вопроса о том, введут ли США снова свои войска, если новое наступление Ханоя поставит под угрозу существование сайгонского режима. Нарушение Парижского соглашения было предопределено, дело было только в сроках. Медлить не стоило, потому что финансовые вливания США в Южный Вьетнам поддерживали уровень жизни в сайгонской зоне контроля, превращали города в витрины «общества потребления», влияли на менталитет молодого поколения. Настораживал пример Южной Кореи.
Коммунистическому руководству было понятно, что США после ухода из Вьетнама оказались в более чем трудном положении. Резко обострились противоречия внутри правительства и между политическими партиями. Уотергейтский скандал потряс Америку, и не случайно его мельчайшие детали каждый день занимали целые подвалы газет, выходивших в Ханое.
Экономика первой державы мира, каждый день повторяли ханойские газеты, переживала спад, усиливалась инфляция, безработица принимала угрожающие размеры, продолжался энергетический кризис, помощь США сайгонским властям уменьшалась. В общем, загнивание.
Прекращение огня обе вьетнамские стороны стали нарушать уже в 1973 году — сначала мелкие инциденты, потом бои за передел территорий. Сайгон контролировал густонаселенное побережье Южного Вьетнама, города и пригородные районы, коммунисты — горы и джунгли вдоль границ с Лаосом и Камбоджей. Остальная территория выглядела на карте «леопардовой шкурой» с расплывчатыми контурами пятен. Каждая сторона обвиняла в нарушениях другую и «отвечала». Как я смог убедиться в поездке по освобожденным районам весной 1974 года, дороги были небезопасны, а представители сторон на местах почти не контактировали.
В ноябре 1973 года Конгресс США преодолевает вето президента Никсона на Закон о военных полномочиях, который ограничивает возможность президента вести войну без одобрения Конгресса. Закон вступает в силу, отняв у президента военные прерогативы.
В августе 1974 года «Уотергейт» привел к отставке Никсона и вместе с ней похоронил данные им Сайгону устные обещания.
Новый президент Джеральд Форд спешит вывести Америку из «вьетнамского синдрома». Например, предоставляет помилование уклонявшимся от призыва во Вьетнам и дезертирам.
С апреля по октябрь 1974 года военные действия в Южном Вьетнаме ужесточались, говорится в описании того периода вьетнамскими историками: «Наши вооруженные силы непрерывно наносили контрудары по врагу и развертывали наступление, добиваясь все более значительных побед».
Генеральное наступление
В начале весны 1975 года, основательно подготовившись и укрепив свои позиции в отсутствие американских бомбардировок, вьетнамские коммунисты начинают генеральное наступление на Юге. Конечно же, «в ответ на систематические нарушения Парижского соглашения» сайгонской стороной. Оно развивается неожиданно быстро для них самих. Глава сайгонского режима Тхиеу обращается за срочной помощью к Джеральду Форду. Но тот не вправе послать ни бомбардировщики, ни десант.
22 марта Форд посылает Тхиеу телеграмму в жанре прощального письма. Типа, «извините» и «да поддержит вас Бог». Он пишет, что «нападение Ханоя представляет собой не что иное, как отмену Парижского соглашения силой». «Я уверен, что под Вашим руководством армия и народ Республики Вьетнам продолжат свою стойкую защиту от этого нового вторжения <…>. Решимость Соединенных Штатов поддержать друга, на которого напали превосходящие силы при полном нарушении торжественно [подписанного] международного соглашения, абсолютно необходима <…>. Лично я убежден, что Соединенные Штаты твердо поддержат Республику Вьетнам в этот решающий момент».
Поддержки хватило только на поспешную эвакуацию американских граждан и части сотрудничавших вьетнамцев. Через 38 дней северовьетнамские танки под сине-красным флагом РЮВ протаранят ворота президентского дворца в Сайгоне.
Вьетнам фактически (а еще через год и формально) будет объединен. Ни о каких гарантиях стран — участниц Парижской международной конференции и не вспомнят. Вот тогда вьетнамская война закончилась.
Вьетнамский синдром
В войне погибли 58 220 американских солдат, еще 153 303 были ранены, 1643 пропали без вести. Северный Вьетнам потерял 1,1 миллиона своих бойцов, а потери сайгонской армии составили 250 000 человек убитыми. В обеих частях страны, по минимальным оценкам, погибли более 2 миллионов мирных жителей. Вьетнам был самой разбомбленной страной в истории. На него сброшено более 6,1 миллиона тонн бомб, вылито 20 миллионов галлонов гербицидов.
После окончания предстояли еще отголоски: война Вьетнама против «красных кхмеров» в Камбодже, отражение китайской агрессии на севере, проблема «людей на лодках» — бегство вьетнамцев (от двух до трех миллионов) от коммунистической власти.
Предусмотренного Парижским соглашением «залечивания ран войны» с помощью США, конечно, не последовало, а «социалистические преобразования» усугубили экономический коллапс в объединенном Вьетнаме, привели в 1986 году на VI съезде компартии к смене старой гвардии революционеров и вьетнамской «перестройке» («обновлению»), которая, однако, не привела к смене режима…
Война во Вьетнаме нанесла серьезный ущерб экономике США. Не желая повышать налоги для военных расходов, президент Джонсон спровоцировал инфляционный цикл. Два десятилетия военной интервенции и финансирования «дружественных» режимов обошлись Соединенным Штатам почти в 170 миллиардов долларов (около 1 триллиона в нынешних ценах). Эти расходы затормозили некоторые реформы программы «Великое общество» Джонсона, включая меры по борьбе с бедностью и улучшению социального обеспечения.
Но экономические последствия не идут в сравнение с социальными, психологическими, человеческими. Приблизительно 100 000 американцев бежали из США, чтобы не быть посланными на войну, и около 50 000 военнослужащих дезертировали.
По оценкам Управления по делам ветеранов, 830 000 вьетнамских ветеранов страдали симптомами посттравматического стрессового расстройства.
Американские солдаты, вернувшиеся с войны во Вьетнаме, столкнулись с личными проблемами. Если по возвращении домой участников Второй мировой войны встречали ликующими толпами и с фанфарами, то ветеранов Вьетнама — со смешанными чувствами безразличия, смущения и презрения.
Нация была расколота по отношению к итогам войны. Правые утверждали, что войну можно было выиграть, но ее проиграли политики, которые ограничивали условия участия, применение силы (в том числе тактического ядерного оружия). Мол, гражданские политики предали американских военных.
Спустя десятилетия после окончания войны во Вьетнаме американская нация по-прежнему глубоко разделена по поводу смысла конфликта.
Судя по опросам Института Гэллапа последних лет, примерно половина респондентов считают войну «благонамеренной ошибкой» и почти столько же — «в корне неправильной и аморальной».
Во внешней политике Вашингтон стал менее интервенционистским и менее напористым. Вьетнамский урок на какое-то время ослабил приверженность США глобальным миссиям. В 1970–1980-х годах они воздерживались вмешиваться во внешние конфликты, боясь получить новый Вьетнам. Американское население стало менее терпимо к военным потерям, что побудило принять более строгие условия размещения войск за границей. После Вьетнама Америка стала уделять больше внимания процессу разрядки с соперниками по холодной войне — СССР и Китаем.
Забыты колониальные амбиции с дележом территорий, Сингапур не завоеван коммунистами, соперничество с Китаем перешло больше в экономику. Но конфликт России с Западом в связи с Украиной словно напоминает, что возможно повторение пройденного. С переплетением и смешением ролей.