Original Material
Пост раздора. Кто стоит за нападением на полицию на границе Ингушетии и Осетии?
В ночь на 28 марта несколько мужчин обстреляли пост ДПС "Волга-14" на границе Пригородного района Северной Осетии и Назрановского района Ингушетии. В результате пострадали двое полицейских, через сутки появилась информация о гибели одного из предполагаемых напавших. Еще трое подозреваемых остаются в розыске.
То, что нападение произошло на сопредельной территории двух республик, отразилось даже в релизах правоохранительных структур: первым официальную информацию о перестрелке дало МВД Ингушетии, но уголовное дело возбудили в Северной Осетии.
"В результате два сотрудника полиции получили огнестрельные ранения различной степени тяжести и были госпитализированы", – отчиталось осетинское управление Следственного комитета России. На личный контроль расследование этого дела взял председатель федерального ведомства Александр Бастрыкин.
Как пишет телеграм-канал Mash Gor без указания источника информации, один из пострадавших полицейских – 21-летний лейтенант МВД, он получил закрытую черепно-мозговую травму в результате падения, когда пуля попала в его бронежилет. Ранение в ногу получил 38-летний старший лейтенант, прикомандированный в Северную Осетию из Томской области, утверждает Mash Gor. Угрозы жизни обоих силовиков нет, но они остаются в больнице.
О предполагаемых боевиках известно немного: это 24-летний Микаил Мошхоев из Кантышево, его сверстник и односельчанин Рамазан Эльдиев, 21-летний Амир Бокова и Амирхан Гуражев из Малгобека. Ориентировка на первых трех появилась еще 27 марта.
На следующий день во дворе частного дома в Карабулаке был найден мертвым Эльдиев. Предположительно, он скончался от ранений, полученных во время перестрелки на посту ДПС. Источник государственного агентства "РИА Новости" в силовых структурах утверждает, что труп был накрыт черным флагом международной террористической организации "Исламское государство", однако подтверждения этой информации нет – как и других свидетельств, указывающих на связь молодых людей с террористами.
30 марта в сети появилась аудиозапись предполагаемого обращения Эльдиева к сестрам перед смертью. Согласно переводу "Фортанги", молодой человек говорит, что его никто ни к чему не принуждал и что он поступил так не за материальное вознаграждение.
"То, что я хочу сделать, – это мой долг, который на меня возложил Аллах", – заявил Эльдиев. На записи слышно, что он плачет и сильно переживает за происходящее.
О местонахождении еще троих подозреваемых в нападении на полицию ничего не известно. Родственники 21-летнего Амира Бокова записали видеообращение с просьбой помочь найти его.
"Мы знаем, кто забрал нашего человека, об этом говорят и власти, и люди. Но мы просим и жителей республики, и всех людей помочь нам найти нашего человека живым или мертвым в этот священный месяц (сейчас отмечается Рамадан. – Прим.). Мы просим вернуть нашего человека, мы не думаем, что вы привезете его, конечно. Но просим дать нам информацию, чтобы мы сами разобрались со своим человеком", – заявили старейшины на опубликованном видео.
Преграда террористам?
Инцидент на границе с Ингушетией актуализирует вопрос приграничных постов, говорит блогер и общественный деятель из Северной Осетии Алик Пухаев. По его словам, долгое время жителей республики убеждали, что угроза терактов отпала и необходимости в таких блокпостах, как федеральный КПП "Чермен", нет.
"Стоит учитывать, что подавляющее большинство терактов в Северной Осетии были совершены людьми, приехавшими извне. Именно поэтому наше общество будет воспринимать такой инцидент как угрозу от соседей. Мы не знаем причин расстрела – стоят ли за ним террористы-одиночки, какие-то международные террористические организации или это банальный бытовой конфликт, переросший в такую форму", – отметил собеседник.
На каждом посту тебе выворачивают карманы, задирают и провоцируют
Перестрелка на посту ДПС вряд ли приведет к новому витку напряженности между республиками – приграничные конфликты, происшествия и теракты случались здесь достаточно циклично, но, как правило, не заканчивались эскалацией конфликта, указывает североосетинский журналист Руслан Тотров.
В то же время, по его мнению, нападение на полицейских должно привести к еще большей солидаризации осетинского общества – от главы региона до общественников – в вопросе сохранения контрольно-пропускных пунктов. Ни о каком демонтаже не должно быть и речи, убежден собеседник.
"Пост является преградой для террористов и прочих преступников, которые пытаются проникнуть в Северную Осетию. И этот инцидент станет дополнительным аргументом его необходимости", – заявил Тотров.
Версия о провокации
Ингушский правозащитник Магомед Муцольгов называет существование контрольно-пропускных пунктов и блокпостов между республиками унизительным и вредным.
"В одно время перестал ездить сначала на дни рождения, а потом на похороны в соседние республики, потому что на каждом посту тебе выворачивают карманы, задирают и провоцируют. Чтобы не унижаться, было легче позвонить знакомым или слетать на самолете, чем ехать. Эти посты охраняются сильнее и жестче, чем государственная граница", – делится личным опытом Муцольгов.
При этом, добавляет он, настоящие злоумышленники при желании легко обходят подобные полицейские блокпосты.
Возвращаясь к обстоятельствам инцидента на посту "Волга-14", Муцольгов перечисляет предшествующие события: ориентировка на трех молодых людей, заподозренных в нападении на полицейских, странным образом оказалась в аффилированных с силовиками соцсетях как минимум за несколько часов до перестрелки.
Эти инспекторы не фальсифицируют уголовные дела, не участвуют в разгонах митингов – у них другие функции
А за несколько недель до этого появилось сообщение о пропаже студентов Астраханской медицинской академии – братьев Малика и Рамазана Гандалоевых из Ингушетии и Арсена Гаммадова из Дагестана. Позже их обвинили в хранении боеприпасов и планировании теракта. Один из братьев добровольно сдался правоохранительным органам, его отец снял это на видео.
Муцольгов подчеркивает, что при отсутствии объективной и полной официальной информации сложно говорить о связи этих инцидентов и реальной вине подозреваемых в нападении. В то же время он не исключает возможной провокации со стороны "оборотней в погонах" и их агентов, которые могли вести переписку в соцсетях от имени эмиссаров радикальных организаций. О подобной практике он заявлял еще несколько лет назад.
"Сложно поверить, что кто-то видит в подобных нападениях на инспекторов ДПС смысл или выражает таким образом протест. Это бессмысленные и бесполезные действия, которые только несут горе обоим сторонам. Эти инспекторы не фальсифицируют уголовные дела, не участвуют в разгонах митингов – у них другие функции. Мало того, вокруг этого поста много магазинов, торговых точек, могли пострадать посторонние люди", – заключил собеседник сайта Кавказ.Реалии.
- Через день после нападения на пост ДПС в Северной Осетии еще одна перестрелка произошла в чеченском Гудермесе. Наблюдатели указывают на ряд нестыковок в официальных сообщениях и предполагают, что один из объявленных боевиками – 59-летний Руслан – страдал психическим расстройством. Раны на его теле не кровоточили, что может говорить об их нанесении уже после смерти. Ликвидацию предполагаемых боевиков использовал для пиара глава Чечни Рамзан Кадыров, приехавший на место перестрелки вместе с 15-летним сыном Адамом, который держал в руках оружие.
- Адвокаты и правозащитники в России отмечают, что часто те, кого власти выдают за боевиков, на судах заявляют, что во время предварительного следствия давали показания под пытками.
- В ноябре прошлого года 19-летний Мовсар Закриев, согласно озвученной властями версии, напал в квартальной мечети Грозного на младшего лейтенанта ГИБДД Джабраила Джамалова, ранив того ножом и забрав оружие. После убийства Закриева силовики похитили его родственников в селе Алды.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить