Ненадежные друзья Кремля

И правым радикалам в Италии свои собственные интересы оказались важнее отношений с Россией

Среди стран Европейского союза Италия остается одной из самых «пророссийских», хотя за год глобального потрясения резко отдалилась от России вместе с остальной Европой. Не оправдались прогнозы, что приход во власти в Риме правых националистов расколет ЕС или подорвет его единство в поддержке Украины. Даже кажется, что в чем-то новое итальянское правительство впереди Европы всей в противостоянии Москве.

Министр обороны Италии Гвидо Крозетто недавно обвинил «группу Вагнера» в том, что она якобы содействует незаконной иммиграции из Африки в Европу и тем самым больно бьет по Италии. Разведка узнала, что за эти слова вагнеровцы якобы «заказали» Крозетто, назначив за его голову награду в 15 миллионов евро. Это дало СМИ Италии пищу для скандальных публикаций, а глава российской ЧВК Евгений Пригожин в своем телеграм-канале в присущей его кругу манере назвал ключевого члена итальянского правительства «мудаком».

Скандал оказался нешуточным. Председатель совета министров Джорджа Мелони собрала совещание с участием Крозетто, министра внутренних дел Маттео Пьянтедози, а также двух вице-премьеров: министра инфраструктуры и транспорта Маттео Сальвини и министра иностранных дел Антонио Таяни. Были и руководители разведслужб и миграционного ведомства.

Какими бы ни были традиционно теплыми отношения между Италией и Россией, задет самый чувствительный итальянский нерв — проблема нелегальной миграции.

Апеннины — первая европейская земля, на которой высаживаются мигранты из Африки. И по законам ЕС Италия должна первой решать их судьбу и выбивать на это помощь других членов союза. Призрак «Вагнера» затмевает симпатии к Путину.

По данным МВД Италии, с 1 января по 15 марта число незаконных мигрантов, прибывших в страну, составило 20 021 по сравнению с 6263 за тот же период в 2022 году и 6041 — в 2021-м. Они гибнут в море, не добравшись до итальянских берегов, а на земле повышают преступность, создают напряженность, их обустройство ложится грузом на бюджеты.

Оказание первой помощи, сортировка и выяснение обоснованности убежища — все эти хлопотные процедуры ложатся на первую страну ЕС на пути мигрантов. Перераспределение по странам ЕС — предмет нелегких переговоров с союзниками. Первые удары миграционных волн с южного направления принимают в основном Италия и Греция.

Глава итальянского правительства на том совещании была возмущена, что все больше африканских мигрантов отдают себя в руки циничных торговцев людьми и создают риск дестабилизации в стране и во всей Европе.

И дала понять, что правоохранительным и миграционным службам стоит активнее действовать. Именно благодаря граничившей с ксенофобией решимости справиться с проблемой миграции она и ее партия «Братья Италии» и победили на выборах.

— Возможно, было бы проще […] позволить наемникам Вагнера и фундаменталистам продолжать захватывать Африку, — с сарказмом заявила она.

Министр иностранных дел Таяни прямо выразил беспокойство тем, что мигранты прибывают из районов, «контролируемых группой Вагнера». В частности, из Ливии, Мали и Центральноафриканской Республики. А глава группы партии «Лига» в итальянском сенате Массимильяно Ромео договорился до того, что «Россия закладывает миграционную бомбу» под Италию и Европу.

Да, той самой партии «Лига», лидер которой Маттео Сальвини позировал на Красной площади в футболке с портретом Владимира Путина, демонстративно ездил по приглашению в Крым и требовал отмены антироссийских экономических санкций.

Российские политики у власти в поисках друзей в элитах Европы (да и не только ее) переоценивают значение личных контактов. Персональные «дружбы», личные симпатии европейских политиков к России и российским начальникам начинаются в борьбе за власть в собственных странах. И там же кончаются.

И еще один эпизод из хроники текущих событий, который не добавляет симпатий к России в Италии. Итальянский суд одобрил 20 марта экстрадицию в США сына губернатора Красноярского края Артема Усса. В Америке его обвиняют в уклонении от санкций и отмывании денег. Это решение должно было еще пройти процедуру обжалования, но сам факт, что Италия легко согласилась выдать Вашингтону российского гражданина и не совсем простого, говорил о политической атмосфере. И вот Усс-младший сбежал из-под домашнего ареста, взломав электронный браслет, и скрылся в неизвестном направлении. Это уже оплеуха. Карабинеры с присущей им средиземноморской обидчивостью такого не простят.

В Брюсселе, кажется, уже забыли о настороженности и тревоге в связи с победой популистов и евроскептиков на прошлогодних выборах в Италии и формированием в октябре правительства ультраправой коалиции. Джорджу Мелони, которую многие называли наследницей фашистского диктатора Муссолини, принимают как лидера одной из важнейших стран Евросоюза с третьей по величине экономикой, надежного союзника по НАТО, члена «Большой семерки». На саммитах в борьбе за консенсус по сложным вопросам она доставляет меньше проблем, чем, скажем, Виктор Орбан из Венгрии. Может быть, пока?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Артем Усс исчез

Итальянские СМИ: сын губернатора Красноярского края сбежал из-под домашнего ареста

Практика показала, что ультраправые партии в Европе по мере приближения к власти приглушают радикальную риторику, даже если до этого вовсю пытались использовать настроения той части электората, которая хочет отделения от ЕС и НАТО, полного национального суверенитета, и поэтому играет против действующего правительства. А когда сами входят в правительство, встраиваются в европейские и евроатлантические структуры, стараются следовать их правилам.

Ультраправым импонируют «сильная рука», традиционные ценности, а не либеральные верховенство права и глобализация.

Путин им близок в той мере, в какой политика Кремля направлена на ослабление Евросоюза и на общение с европейскими странами по отдельности. Он им нужен для домашнего использования.

В Италии такие настроения были сильны. Срок жизни каждого правительства был скоротечным, и партии использовали их. Предыдущее правительство во главе с технократом-финансистом Марио Драги держалось на коалиции трех популистских партий. Пыталось обеспечить стабильность на основе, как писали итальянские политологи, одного из самых евроскептических, пропутинских и прокитайских парламентов в Европе.

Спецоперация России в Украине резко изменила внешние предпочтения Италии за последние 20 лет. Премьеру Драги, который сначала сохранял нейтралитет банкира, но вскоре отчетливо дистанцировался от России, после 24 февраля пришлось вступить в борьбу с последствиями пророссийской ориентации Италии. Правящая коалиция распалась.

Три входившие в нее партии — «Вперед, Италия», движение «Пять звезд» и «Лига» — давно поддерживали «особые отношения» с Москвой. Что часто связывалось персонально с бывшим премьер-министром и основателем партии «Вперед, Италия» Сильвио Берлускони, который не то что не скрывал, а афишировал свою дружбу с Путиным.

Но сразу после начала российской операции министр иностранных дел, член прежде пророссийского движения «Пять звезд» Луиджи Ди Майо вслед за главой правительства осудил Россию. Они говорили те же слова, что и лидеры других стран ЕС, пусть сначала сдержанно в части санкций. Почти все итальянские политические лидеры и члены парламента присоединились к ним в этом осуждении.

На выборах 25 сентября прошлого года далеко вперед вышла партия «Братья Италии» — тоже консервативная, евроскептическая и антииммигрантская, быстро набиравшая симпатии электората.

Ее лидер Джорджа Мелони возглавила правящую коалицию.

Ее правительство считается самым правым со времен Второй мировой войны, но его отношение к России не определяется только «правизной». Еще до победы «Братья Италии» безоговорочно заявили, что они поддерживают позицию ЕС в отношении России.

Раньше Мелони (см. «Новую газету» от 30 сентября 2022 года) как преемница идей Муссолини была политической поклонницей Путина. Но СВО изменила ее отношение. Как у любого лидера страны ЕС, у Мелони есть свои проблемы с брюссельской бюрократией, ей свойственно неприятие «европейского федерализма». Но она не настолько «суверенна», чтобы служить проводницей политики Москвы в Европе.

Другие члены коалиции медлили. Сальвини, который долго создавал себе имидж друга Кремля, не согласился назвать Россию «агрессором». Хотя и не приветствовал спецоперацию. Берлускони, больше чем кто-либо из европейских лидеров заслуживший репутацию личного друга Путина, вел мучительную борьбу с самим собой. В конечном счете заявил о неприятии происходящего. Правда, с оговорками. Оба этих деятеля до сих пор не упускают случая проявить симпатии к Путину, но не столь явно, как прежде. Сознают, что они всего лишь младшие партнеры в правительстве Мелони, и знают свое место.

Берлускони 86 лет, и он не занимает кресла в правительстве. Прокремлевский и неприлично антимигрантский Сальвини остался вице-премьером, но сдвинут с поста министра внутренних дел в менее значимую для внешней политики нишу инфраструктуры и транспорта. От партии Берлускони вице-премьером и по совместительству министром иностранных дел назначен респектабельный Таяни, бывший член Еврокомиссии и экс-председатель Европарламента. Ничего, что раздражало бы Брюссель. Естественно, Мелони стала новым лидером консервативного блока Италии.

За год разрушительных событий в Украине отношение европейского общественного мнения к России устойчиво смещалось в сторону негатива. Итальянского — в том же направлении. Но на фоне большинства других стран Европы в Италии антироссийских настроений все же меньше. Видимо, по инерции.

Недавно опубликован доклад Европейского совета по международным отношениям (ECFR), основанный на данных опроса YouGov и Datapraxis, проведенного в январе в десяти европейских странах. Так вот, 54% опрошенных итальянцев назвали Россию «противником» или «соперником» (меньше только в Румынии — 44%). Для сравнения:

• во Франции так ответили 59% респондентов,

• в Германии — 69%,

• в Великобритании — 77%,

• в Польше и Эстонии — по 79%,

• а в Дании — 82%.

Если мерить соотношение сторонников «партии справедливости» (мир на территориальных условиях Киева) и «партии мира» (скорейшее прекращение военных действий), то очередность стран примерно такая же, а в Италии «партия мира» преобладает с наибольшим отрывом: 41 против 26%.

Одна из немаловажных причин давних симпатий итальянских элит к России — зависимость Италии от дешевых российских энергоносителей.

Это некоторым образом роднит их с элитами Германии. Некоторые, правда, называют и патерналистский менталитет итальянцев, манеру договариваться. Но как только грянул украинский форс-мажор, итальянцам пришлось переориентироваться.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Нефть из России перевозят на неясных условиях»

Как работают серые схемы с подозрительными танкерами — объясняет нефтегазовый аналитик Михаил Крутихин

У них были традиционные поставщики, связанные с Апеннинами трубами по дну Средиземного моря: Алжир и Ливия. Но очень уж нестабильные. А когда возникла новая ситуация с российской трубой, стало уместно сравнивать. Предшественник Мелони, премьер-министр Драги, предусмотрительно подписал многочисленные соглашения со странами-производителями газа, стремясь как можно быстрее найти альтернативу российскому. Благодаря этим усилиям, после 24 февраля 2022 года Италия смогла сократить импорт российского газа с 40% до 16% от общего потребления.

Все три партии, составляющие правительственную коалицию («Братья Италии» Мелони, «Лига» Сальвини и «Вперед, Италия» Берлускони), привержены ультраправой повестке. Самой умеренной среди них можно назвать берлусконевскую «форцу», которая заседает в Европарламенте в одной фракции с такими солидными и умеренными силами, как христианские демократы Германии и голлисты Франции, а шеф которой возглавлял одно время Евросовет. Все три в той или иной мере осуждают действия России в Украине. Наиболее радикально — Мелони. Левый центр, хотя он разобщен и ныне не определяет политику в стране, в данном вопросе занимает похожую позицию.

При таком раскладе сама судьба подарила Мелони миссию бесспорного лидера Италии. И она утверждается в этой роли.

Поддержка Украины вписывается в роль. Мелони не уступает Сальвини и Берлускони в своей правизне, но не «отметилась» визитами в Крым и дружбой с Путиным.

21 февраля Мелони приехала в Киев в череде визитов западных лидеров в Украину. По сложившейся традиции, необъявленно, но в полном соответствии с обещанием, данным еще до ее назначения главой правительства. Чтобы встретиться с Владимиром Зеленским и вновь заявить о поддержке Украины.

Прибыла после того, как бывший многолетний лидер Италии Берлускони заявил, что разрушительной (…) в Украине не было бы, если бы Зеленский «прекратил нападать на автономные республики Донбасса», и оценил поведение «этого джентльмена [президента Украины] очень и очень негативно».

Своим визитом она показала, что справляется с напряженностью внутри своего правого альянса.

Продемонстрировала Зеленскому, но в большей степени американским и европейским партнерам, свою надежность в условиях, когда два союзника по коалиции ненадежны из-за их близости с Россией.

Она приехала в Киев сразу после визита туда Джо Байдена. Эта командировка прибавила ей международной известности, оттеснив «младших братьев» — Берлускони и Сальвини. Следующая поездка — среди первой пятерки европейских лидеров — в Пекин. Это уже участие в формировании мировой повестки дня.

Мелони позволила себе политический риск пойти вопреки большинству общественного мнения, традиционно благосклонного к России, хотя и заколебавшегося. Более 50% итальянцев — против отправки оружия в Украину и скептически относятся к санкциям. Но учитывая, что «Братья Италии» набрали более 30% в опросах общественного мнения, а оба их союзника вместе взятые — менее 10%, она может себе это позволить.