Original Material
«Он для себя решил, что я не жилец». Как распадаются семьи онкопациентов из-за их заболевания
В 2021 году в России выявили 580 тысяч случаев злокачественных новообразований. Тяжелое заболевание, требующее длительного лечения, влияет не только на самих пациентов, но и на их родственников. «Такие дела» поговорили с женщиной, чей муж ушел из семьи в то время, когда она проходила лечение, а также попросили представителей благотворительных организаций и юристов рассказать, почему и как часто это происходит и может ли супруг отсудить у онкопациента детей.
Фото: Rebekah Vos / Unsplash.com Евгения
город Ноябрьск
У нас была самая обычная семья. Я — эколог, муж — механик. В 2017 году я забеременела вторым ребенком. Старшему на тот момент было пять лет. Мы готовились к родам, переехали в квартиру чуть побольше. Я тогда и представить не могла, что вся эта история может так закончиться.
29 сентября я родила и на следующий день узнала, что больна острым лейкозом. Меня сразу же отправили из Ноябрьска в Москву. Дома был полный хаос. Никто не понимал, как дальше жить, кто будет сидеть в декрете. В итоге мы приняли решение, что муж будет работать, а моя мама будет сидеть с младенцем. Он меня поначалу поддерживал. Несколько раз приезжал, пока я лечилась, решал организационные вопросы, привозил лекарства.
После двух курсов химиотерапии случился рецидив. Мне предложили поучаствовать в исследовании нового препарата, но никто не мог гарантировать, что я буду получать именно лекарство, а не плацебо. До сих пор не знаю, чем меня лечили, но я смогла выйти в ремиссию. Благодаря этому в мае 2018 года мне сделали пересадку костного мозга от сестры. После операции состояние было очень плохим. Месяц я ничего не ела, все необходимые вещества получала через капельницу. Помогать мне, пока я восстанавливалась, приехала свекровь.
У нас с ней никогда не было хороших отношений. Я чувствовала, что она со мной соперничала за сына.
Человек совершенно не понимал, в каком состоянии я находилась. Пока мы были в больнице, все было в порядке, но, когда меня перевели на амбулаторное лечение, начался психологический прессинг. Это очень тяжело: ты и после болезни восстанавливаешься, и вынуждена тратить силы на отстаивание своих границ. Должна доказывать, что ты, допустим, имеешь право поспать в это время, а не когда она считает нужным.
Свекровь на меня орала, называла анорексичкой, потому что после операции меня все время тошнило. Дошло до того, что я уже не могла передвигаться сама — только на инвалидной коляске. Весила 33 килограмма.
У нас произошла крупная ссора. Свекровь, видимо, позвонила мужу. Он перезвонил мне и, вместо того чтобы спросить, что случилось, сразу стал на меня кричать. И еще в конце сказал, что мне надо подумать о своем поведении. Сейчас мне кажется, что к тому моменту он уже решил, что хочет расстаться, и ждал повода.
Ко мне приехала моя мама. До сентября мы с ней пробыли в Москве, а когда я вернулась в Ноябрьск, муж сказал, что собирается разводиться. Он очень удивился, когда я сама, на своих двоих, поднялась по лестнице в квартиру. Видимо, они со свекровью реально думали, что я уже все, ходячий труп. Потом мы с ним разговаривали, и оказалось, что он действительно давно для себя решил, что я не жилец.
Ему было проще похоронить меня в своей жизниОни со свекровью предлагали мне определить место жительства сыновей с отцом на пять лет, пока я восстанавливалась после лечения. Но, зная этих людей, я прекрасно понимала, что, стоит мне согласиться, детей больше вообще не увижу.
Они думали, что, раз у меня после операции первая группа инвалидности, я с трудом передвигаюсь, меня с работы тут же уберут. А раз я не работаю, пенсия маленькая, то я не смогу своих детей обеспечивать. Даже его мама звонила ко мне на работу и спрашивала: «Почему вы ее не уволили?» Но не тут-то было. Работодатель не имеет права тебя из-за инвалидности уволить. В то время я как раз была в отпуске по уходу за ребенком.
Как часто распадаются браки из-за онкозаболевания
Точной статистики, сколько браков распадается из-за того, что у одного из супругов обнаружили онкологическое заболевание, нет. В службе помощи онкопациентам и их близким «Ясное утро» «Таким делам» рассказали, что с подобными случаями не сталкивались. В фонде AdVita сообщили, что их подопечные разводятся не чаще, чем остальные граждане России. В 2021 году, по данным Росстата, соотношение браков и разводов было примерно два к одному.
По словам директора по развитию благотворительного фонда «Онкофонд.ру» Анжелики Данюшиной, подобные случаи в их практике — редкость. Если разводы и происходят, то скорее потому, что заболевший супруг решает переосмыслить свою жизнь: меняет хобби, круг общения, работу, что может не устраивать партнера. Онкопациенты и сами инициируют расставания.
Фото: Rebekah Vos /Unsplash.com «Человек, заболевший раком, достаточно инициативен, потому что ценность его жизни резко повышается. Он ставит перед собой вопрос, устраивает ли его жизнь, которую он живет», — говорит Данюшина.
Координатор АНО «Найди своего доктора» Анна Генина рассказывает о противоположном опыте. Она восемь лет проработала в Фонде борьбы с лейкемией, и примерно каждая десятая ее подопечная сталкивалась с тем, что муж уходил из семьи. Были случаи, когда мужчины пользовались плохим состоянием жен и хотели отсудить у них имущество и детей.
«У нас была история, например, когда женщина 40 с лишним лет прожила с мужем, и чего только у них не было. Именно [онкозаболевание] стало очень большим испытанием для него. И когда у нее случился рецидив, он сказал: “Все. Я не могу. Я подаю на развод”», — рассказывает Генина.
Он попытался все имущество у нее отсудить, но за мать заступились уже взрослые дети, и все удалось решить без вмешательства юристаТяжелее сохранить брак, если один из супругов получает инвалидность либо ему требуется длительная реабилитация. Международная общественная организация «Метелица» помогает людям с черепно- и спинномозговыми травмами, а также тяжелыми формами онкозаболеваний. По словам ее президента и психолога Светланы Самары, примерно в 30% случаев их подопечные разводятся.
Почему люди хотят уйти от партнеров с онкозаболеваниями
Люди, которые хотят оставить заболевшего партнера, называют разные причины: усталость, непонимание, что делать дальше, несогласие с тактикой лечения. Бывает, их вытесняют из жизни родители супруга или супруги.
Влияют на отношения диагнозы, приводящие к бесплодию одного из партнеров. Проблемы могут возникнуть и в семьях, где внешность жены сильно влияет на ощущение успешности мужа. Для такого человека мастэктомия партнерши может стать серьезным ударом по его самооценке.
«В целом люди, у которых здоровые отношения, приспосабливают свою сексуальную жизнь к диагнозу. И та же самая мастэктомия не становится камнем преткновения», — рассказывает Данюшина.
По словам Светланы Самары, супруг с тяжелым диагнозом, как правило, получает сострадание общества. В то время как его партнер этого лишен.
«Его страдания кажутся ничтожными. Да, сейчас есть горячие линии, службы психологической поддержки, но все равно этого мало. Я не оправдываю предательство, но уверена, что если бы в этих ситуациях у людей был доступ к психологической помощи, то таких вещей было бы значительно меньше», — считает Самара.
Она уточняет, что многое зависит и от личности партнера. «Один человек в экстренной ситуации бросает все и борется за близкого, а другой — нет», — добавляет она.
Психологически справиться с заболеванием супруги может быть сложнее мужчинам, отмечает эксперт. Это связано с тем, что общество, с одной стороны, не позволяет им открыто проявлять чувства, с другой — требует, чтобы они были опорой для семьи.
Но, по словам Самары, женщины тоже оставляют мужей.
«Часто это бывает с такой аргументацией: “Я искала стабильности, мужчину со статусом постарше. А теперь что?”»«В моей практике не такая уж большая разница, чтобы она была говорящей. И женщины могут не уходить, но и не участвовать в лечении, не оказывать особой помощи. То есть супругу удерживает в браке ореол великомученицы, но на самом деле отношений между ней и мужем уже, если разобраться, никаких нет», — говорит Светлана.
Фото: Rebekah Vos / Unsplash.com Что делать онкопациенту, если партнер хочет развестись и забрать детей?
Во время конфликтного развода супруги могут манипулировать детьми. Но просто факт наличия онкозаболевания не может стать причиной, по которой суд определит, что ребенок должен жить со здоровым партнером.
По словам руководителя юридической службы АНО «Ясное утро» Ольги Смирновой, обычно суд рассматривает ситуацию комплексно, учитывая финансовое состояние, наличие жилплощади, мнение ребенка, способность человека ухаживать за ним.
Найдите проверенного адвоката
Смирнова говорит, что если с супругом не получилось договориться, то с самого начала необходимо обратиться за помощью к юристу.
Если у человека нет денег на оплату его услуг, можно изучить список центров бесплатной юридической помощи, который опубликован на сайте Минюста. Ее имеют право получить в том числе люди с инвалидностью первой и второй группы. На том же сайте есть список юридических клиник, где работают студенты старших курсов профильных вузов. Цены на их услуги ниже рыночных.
Онкопациенты также могут обратиться за юридической консультацией:
- в службу «Медконсьерж» АНО «Найди своего доктора». Связаться с ее сотрудниками можно по телефону +7 (495) 129-1225, через электронную почту patient@findyourdoc.ru либо на сайте. Организация также проводит онлайн-курс правовой грамотности для онкопациентов и их родных «Права пациента: знать и использовать». Там есть отдельный блок о разводе во время лечения. За полгода курс прошли два потока слушателей: всего 135 человек из разных регионов;
- в службу помощи онкопациентам и их близким «Ясное утро». Можно связаться со специалистками по круглосуточной горячей линии 8 (800) 100-0191 либо на сайте.
Убедитесь, что на вашем счете есть средства
Семейный юрист Дмитрий Миняев обращает внимание на то, что человек необязательно должен работать, чтобы дети остались с ним.
«Как правило, суды требуют наличия денег на счете, — говорит он. — То есть мать может получать алименты от отца, какие-то дотации от родственников. Такое тоже может быть. Главное — чтобы деньги были на счету, дети были обуты, одеты. Вот это основной момент».
Если вы не можете прийти на судебное заседание, просите его перенести
Если человек находится в больнице и узнает о том, что его вызывают в суд, лучше написать ходатайство о переносе заседания. Аргументировать это можно тем, что он проходит лечение. Так можно отложить начало процесса об определении места жительства детей на два-три месяца. За это время состояние человека может стабилизироваться.
Помимо этого, можно отправить на судебное заседание вместо себя своего юриста либо, если средства не позволяют, родственника с доверенностью. Полностью игнорировать судебный процесс не стоит, иначе решение могут принять без человека и с большой долей вероятности не в его пользу.
Подготовьтесь к визиту органов опеки
После начала судебного процесса домой к онкопациенту придут представители органов опеки и попечительства. Они напишут свое заключение и отправят его в суд. Как правило, они смотрят, какие продукты есть в холодильнике, какие вещи у ребенка, есть ли у него свое спальное место.
Если это необходимо, подайте иск об определении порядка общения с детьми
Если суд решит, что дети будут жить с другим супругом, надо подать иск об определении порядка общения с ними.
«Могут оставить детей со здоровым супругом, если онкопациент уже получает паллиативную помощь, может быть, четвертая стадия рака и человек уже объективно не в состоянии выполнять свои родительские обязанности. Иногда люди и во время терапии о себе не могут позаботиться. Но эти решения возвратные. Когда человек выздоравливает, он всегда может подать иск, опять же об обратном определении места жительства ребенка с собой», — говорит Смирнова.
* * *Сейчас Евгения в ремиссии. Работает и растит двух сыновей.
После развода женщина сама подала в суд, чтобы установить место жительства детей и порядок их общения с отцом. Она нашла по рекомендации адвоката, который согласился вести ее дело.
«Не хотела неожиданного удара в спину. Зато теперь у меня есть документ о том, что никто моих детей не имеет права у меня отобрать».