«Он оградил себя от всего мира. У него исказилось восприятие действительности»

Центр «Досье» опубликовал интервью офицера ФСО, сбежавшего в Стамбул, — о Путине, войне и своей службе

Центр «Досье», основанный Михаилом Ходорковским, опубликовал интервью Глеба Каракулова, которого журналисты-расследователи называют капитаном Федеральной службы охраны (ФСО). Каракулов работал инженером в управлении президентской связи, в его обязанности входило обеспечение Владимира Путина секретной связью. Офицер ФСО рассказал, что он вместе с женой и дочерью сбежал в Стамбул в начале октября 2022 года во время командировки в Астану, где президент РФ участвовал в нескольких мероприятиях. «Досье» называет Каракулова самым высокопоставленным сотрудником спецслужб, который сбежал из России и осудил войну после начала полномасштабного вторжения России в Украину. «Медуза» пересказывает его интервью.

Глеб Каракулов рассказал, что работал в ФСО с 2009 года. Он занимался обеспечением шифрованной связи президента и премьер-министра. Офицер служил в выездном подразделении, которое обеспечивает связью первых лиц государства в командировках по России и миру. Поездка в Астану, во время которой он сбежал, была для него 183-й или 184-й командировкой.

По словам Каракулова, менее чем через два года он должен был выйти на пенсию. Он хотел закрыть ипотеку и не продлевать контракт. Он утверждает, что после начала полномасштабного вторжения России в Украину не мог «идти на сделку с совестью»:

Я просто не мог находиться на службе у этого президента. Я считаю этого человека военным преступником. Хоть я и не участвовал именно в военных действиях, но исполнять его преступные приказы или просто находиться у него на службе я не считаю для себя возможным.

После начала войны Каракулов, по его словам, провел три месяца на больничном, а затем ждал оформления нового загранпаспорта. Все это время, по его словам, он думал, как покинуть ФСО. Потом Владимир Путин объявил мобилизацию — в таких обстоятельствах, как утверждает Каракулов, он уже не мог уволиться, иначе отправился бы «прямым рейсом сразу после увольнения на фронт».

Офицер ФСО утверждает, что принял решение уехать, когда узнал о командировке в Астану, где у Владимира Путина было запланировано несколько мероприятий. Вместе с коллегами он приехал в столицу Казахстана 6 октября. Через два дня туда же прилетела его супруга с дочерью, утверждает Каракулов. По его словам, они пересеклись один раз, когда супруга пришла в отель за его чемоданом. Он также рассказал, что в этой командировке сотрудникам ФСО выдали на руки служебные загранпаспорта.

Согласно рассказу Каракулова, днем 14 октября, в последний день командировки в Астану, в три часа дня он с женой и ребенком поехал в аэропорт. Он утверждает, что незадолго до этого сказал коллегам, что не пойдет с ними по магазинам, так как у него заболел живот и он останется в номере. По словам Каракулова, он опасался, что в аэропорту к нему могут возникнуть вопросы из-за его служебного загранпаспорта, который отличается от общегражданского, но в итоге все прошло без проблем. За 10–15 минут до вылета он выключил телефон и включил его только после приземления в Стамбуле:

Именно шквала сообщений не было. Было где-то сообщений пять, наверное. Много сообщений было в момент, когда я выключил телефон. И там была переписка типа: «Где он там? Может быть, он туда пошел? Может быть, он здесь уже? Давайте в номер зайдем. У него там никого». Такие сообщения я не считаю. А вот именно формата «ах ты негодяй» — таких два или три сообщения.

Родственникам о своем решении Каракулов ничего не рассказывал. Он утверждает, что 8 или 9 ноября к его родственникам приходили с обысками. По его словам, после начала войны он пытался обсуждать с родителями происходящее, в том числе возможный отъезд, но разговор не получился, потому что они «смотрят телевизор». На вопрос, не переживает ли он, что за ним придут «какие-нибудь Чепига и Мишкин», он ответил: «Туристы эти? Как вам сказать. Когда 8 или 9 ноября пришли к нашим родным, естественно, внутреннее беспокойство начало нарастать. Ну переживаю, да, но что толку от этих переживаний?»

По словам Каракулова, между собой офицеры ФСО называют Путина шефом и «всячески боготворят». Он утверждает, что примерно половина сотрудников службы считают, что надо было еще в 2014 году «ракетами разбомбить Майдан в Киеве», а другие говорят о начале полномасштабного вторжения, что никак иначе поступить было нельзя.

Каракулов утверждает, что ни разу с Путиным не общался. По его словам, президент России не пользуется мобильным телефоном и интернетом, а всю информацию получает «только от людей, которые непосредственно близки, он живет в своего рода информационном вакууме». Он также сообщил, что сотрудникам ФСО до сих пор приходится проходить карантин перед любым мероприятием с участием президента, «хотя все немножко в недоумении, почему это до сих пор продолжается».

Между собой сотрудники не обсуждают состояние здоровья Путина, утверждает Каракулов. При этом за все годы его работы в ФСО из-за болезни Путина были отменены одна-две командировки. По его словам, в разговоре с сотрудником службы безопасности президента он слышал, что Путин и Алина Кабаева живут вместе.

Он также рассказал про спецпоезд президента, о котором ранее писали СМИ. По его словам, его начали часто использовать в середине 2021 года. Кроме того, в каждую заграничную командировку Путина сотрудники ФСО, как утверждает Каракулов, возят «переговорную кабину», из которой можно «проводить переговоры с гарантированной секретностью». Она представляет собой куб высотой около двух с половиной метров, где есть рабочее место и телефон.

На вопрос, как изменился Путин с 2009 года, когда Каракулов начал работать в ФСО, офицер ответил: «По своему поведению это два разных человека. То есть мы помним, когда бывший директор ФСБ стал премьер-министром, потом президентом, был энергичный, активный. Он, конечно, до 2020 года таким же был активным, если судить по командировкам, их было действительно очень много. А сейчас он очень замкнулся. Он оградил себя от всего мира всевозможными барьерами, тем же самым карантином, отсутствием информации. Исказилось у него восприятие действительности».