Путин и «двойники»

Изучаем «прифронтовые командировки» российского президента, чтобы обнаружить страшное

В последние несколько месяцев мы наблюдаем словно двух разных Путиных.

Один — проявляет крайнюю осторожность, если не паранойю. Он встречается с собственными министрами и главами иностранных государств только за огромным столом; редкий микроб, не говоря уже о табакерке, долетит до середины этого стола.

На встрече с журналистами он сидит так далеко, что между ними для полноты антуража не хватает только рва с генетически модифицированными крокодилами, в глаза которых встроены лазеры «Пересвет».

На принятии верительных грамот от послов он, — стоя на гигантской дистанции, — заявляет, что у нас «еще карантин» и не пожимает им рук, на встрече с представителями Средней Азии один занимает половину гигантского круглого стола, на Каспийском саммите в Туркменистане стол квадратный, но эффект тот же: в середине стола может проводить чемпионат мира по футболу. А когда Путин приезжает на Пискаревское кладбище, там дезинфицируют сугробы.

Даже на роковом заседании Совбеза 21 февраля 2022 года, том самом, где по сути он объявил войну, храбрый вождь не нашел в себе силы, чтобы приблизиться на арбалетный выстрел к соратникам. Все эти люди — привитые-перепривитые, выдержанные две недели на карантине и, вероятно, сдавшие кал, — сидели от Путина на таком же отдалении, как китайские чиновники от закрытого занавесочкой императора династии Цинь. Хоть бы трон поставили, ей-богу! Не так было б смешно.

Кроме этого, мы знаем, что Путин, как и Ким Чен Ын, из-за боязни самолета оборудовал себе специальный бронепоезд и даже проложил специальную железную дорогу, что сотрудники, обслуживающие Путина, сдают анализы несколько раз в неделю и сидят на карантине в одиночных номерах, что на Олимпиаде в Пекине он сидел один в вип-ложе, что в его резиденциях оборудовано три одинаковых кабинета — так, чтобы враги не знали, где он находится (так царь Ирод никогда не ночевал в одной и той же спальне), и что строит он теперь не дворцы, а бункеры (впрочем, дворцового типа).

Чего именно боится Путин: микробов, табакерки, американских «Томагавков» или всего вместе, — сказать трудно.

Возможно, у него ослаблен иммунитет. Возможно, у него проблемы с психикой. В любом случае долговременная изоляция явно не пошла ему на пользу. Как ехидно заметил автор данных строк Михаил Ходорковский,

благодаря изоляции те процессы, которые должны были происходить, когда Путину стукнет 90, начали происходить прямо сейчас.

Потому что, похоже, к нему в бункер не пускали никого, кроме Ковальчука с рассказами про расширение НАТО, трансгеев и боевых комаров.

Так или иначе, лидер, который не боится устроить войну в соседней стране, но боится подойти к собственным министрам, — конечно, войдет во все учебники. И не политологии, а психиатрии.

Но всё это касается только одного Путина, — того, которого мы видим уже два года.

Но вот в последние полгода появился и другой. Этот Путин лично едет по Крымскому мосту (правда, снимают в эту поездку в основном его затылок), навещает за рулем автомобиля ночной Мариуполь (где включает поворотники и останавливается на светофорах!), и даже на вертолете посещает прифронтовые территории (правда, лопасти вертолета на видео не вращаются, а фронт всё-таки находится в 150 км от места поездки).

Там наш бравый Путин, отважно пренебрегая смертельной бактериологической угрозой, здоровается за руку с генералами и даже случайными жителями Мариуполя; он лично открывает художественную школу в Севастополе и дарит генералам секретное оружие, — нет, не «Армату» и не новый РЭБ, а чудесную икону. Икона, видимо, спасет от ВСУ и превратит снаряды в скорлупки от орехов.

Естественно, такое различие в поведенческих паттернах заставило многих скептиков предположить, что перед нами два разных Путина. Путин Московский и Путин Генический, так сказать. Ну, как, например, в древности был Аполлон Дельфийский и Аполлон Дидимский. И все эти статуи были материальными вместилищами одного и того же бога. «Вот и Путин, — думают скептики, — един в двух лицах. Хорошо, что не в трех».

Есть ли основания для таких подозрений?

Для начала давайте внимательно проанализируем, что именно — и как — мы видим во время распиаренных поездок Путина на фронт. Сразу скажем, что человек на этих видео неотличимо похож на Путина. Если бы отличия были, то специалисты и современные системы распознавания их бы заметили сразу. Итак.

Первая поездка состоялась в районе 5 декабря 2022 года. Кремль распространил четырехминутное видео, показывавшее визит Путина на взорванный в октябре Крымский мост.

На видео Путин (или человек, на него похожий) едет лично за рулем по мосту, рядом бубнит про восстановление моста вице-премьер Марат Хуснуллин. Оператор с заднего сиденья снимает в основном затылок Путина, и пару раз — его глаза в зеркале заднего вида.

Путин доезжает до отремонтированного участка, идет по мосту, надвинув низко капюшон на голову, потом спохватывается и отодвигает его, обнажая голову. Его ждет несколько людей посередине, где Путин в бактериологическом безлюдьи (все микробы уносит ветром) говорит с ними, уезжает.

Вторая поездка состоялась около 21 декабря 2022 года. Тогда Кремль заявил, что Путин «побывал в зоне СВО». Это заявление было распространено спустя несколько часов после того, как Зеленский приехал в Бахмут. Как быстро выяснилось, «зоной СВО» был… штаб в Ростове-на-Дону. Т. е. Путин навестил бункер в Ростове и назвал это поездкой на фронт. До этого Песков долго распинался, что Путин вот-вот посетит фронт, и ответом на эту бесстрашную поездку был, конечно, взрыв хохота в соцсетях.

Еще спустя месяц Путин в годовщину аннексии неожиданно прилетел в Крым. Можно было бы ожидать, что его будут встречать ликующие толпы: иначе в чём смысл?

Но нет: вместо этого пресс-служба Кремля распространила кадры, как Путин открывает школу искусств «Корсунь» в рамках создания историко-археологического парка «Херсонес Таврический». Ни археологов, ни школьников на видео нет. Путину, стоящему в пустом помещении в окружении охраны и немногочисленных чиновников, митрополит Тихон Шевкунов рассказывает про «самые большие раскопки в мире».

Сразу после этого Путин посетил Мариуполь — видимо, 18 или 19 марта. Пресс-служба Кремля распространила 31-минутное видео об этом визите. На нём видно, как Путин сам, за рулем, ночью едет от аэропорта. Навстречу — машины, некоторые улицы не перекрыты. Путин включает поворотники перед поворотом, притормаживает, в одном месте задерживается перед светофором. Справа от него — опять Хуснуллин.

В абсолютно пустынном ночном городе они заходят на детскую площадку. Там — посреди детской площадки! — стоит деревянный канцелярский стол. Хуснуллин выкладывает на стол пачку разрисованных картинок и начинает рассказывать (ночь, стол, пустой город) о триллиардах отремонтированных объектов. Он сообщает Путину, что город снесли украинские нацисты.

«Очень четко видно, что они делали, — говорит Хуснуллин, — там, где мы наступали, с нашей стороны, ударов снарядами не было вообще. А с ихней стороны прямой наводкой били танками. Это я вам как строитель говорю». Путин — посреди разрушенного города — внимает.

(Интересно, как Хуснуллин объяснит слова Z-патриота Ходаковского: «Мы сносим перед собой всё, что противник может использовать как укрытие, и поэтому такие последствия»?)

«Медицинские приборы — всё было заминировано», — говорит Хуснуллин.

Согласитесь, это сюрреалистическая картинка. Освободитель Путин приехал в освобожденный город. Где украинские нацики сносили дома и минировали оборудование. А он, Путин, этот город восстановил.

Ну как же! Его же должны толпы встречать!

Все улицы города должны быть сотнями тысяч людей заполнены. А тут стоит освободитель на свежем воздухе посреди ночной пустынной раскрашенной детской площадки,

и ему Хуснуллин в доказательство восстановления города показывает картинки. На деревянном столе.

Где же благодарное население?

Впрочем, население тут же появляется — в пяти или шести экземплярах. Экзальтированная пожилая женщина сообщает Путину, что «мы за вас молимся» и «это маленький кусочек рая». Путин идет вверх, в дом. На кухне неожиданно пожаловавшему гостю совершенно случайно накрыт полный стол еды — но гость, конечно, не пробует: а вдруг отравят! Чей-то одинокий крик: «Это показуха!», — остается за кадром.

Путин едет дальше. Тормозит на светофоре. Приезжает в совершенно пустой университет. Заходит в совершенно пустое фойе. Поднимается в пустой конференц-зал. Где же благодарные студенты?

Ну и, наконец, четвертая поездка — последняя. Видео об этой поездке было распространено в понедельник, после того как президент Зеленский посетил Авдеевку, которую российская артиллерия стирает с лица земли. От места, где был Зеленский, до «нуля» было пять км. Напомню, что 120-мм миномет бьет на шесть.

Место, которое посетил Путин, было поселком Счастливцево под Геническом в Херсонской области, — около 150 км от передовой, никакой «Хаймарс» не достанет.

Как всегда, на видео было много воздуха и мало народа. Путина не сопровождали ни Шойгу, ни Герасимов. Зато он встретился с генералами Теплинским и Лапиным. Напомню, что Лапин — тот самый генерал, на которого усилиями Кадырова и Пригожина была возложена вина за провал российского наступления; а потом в ходе малого армейского контр-переворота Лапин был реабилитирован и даже назначен замом Герасимова по фронту.

Встреча была демонстративная: генералы громко представлялись, кто они такие. Они говорили — Путин молчал. Он поздоровался с ними за руку. Интересная деталь заключается в том, что в штабе,

когда Путин попросил доложить обстановку, генералы на него не глядели. Это очень необычно для российского генерала,

который всегда ест начальство глазами. Или они считали, что на этого человека нет смысла глядеть, или их попросили не дышать в его сторону.

Про чудотворную икону мы уже говорили, отметим только, что ее-то генералам дарит явно Путин в каком-то подвальном помещении на фоне российского флага. Он долго ее распаковывает, долго говорит. Но при этом не очевидно, где именно снималось это видео. Теоретически генералов могли вызвать в Москву, продержать две недели на карантине и вручить икону. А остальное отснять с дублером. Именно вручая икону, Путин произносит роковое: «Тут Пасха скоро». Хотя его визит якобы состоялся в понедельник после Пасхи.

Итак: все эти видео производят чрезвычайно странное впечатление. Почему? Повторим.

Ну, во-первых, это должно быть публичным визитом публичного политика. Мы знаем, как выглядят во всём мире подобные визиты. Толпы ликующего народа, тротуары, огороженные кордонами, и выход к прессе.

Вместо этого мы видим человека, который буквально крадется в нощи, аки тать. Особенно ужасное впечатление производит поездка в Мариуполь. Вся ее цель — рассказать Путину, как офигительно он спас город. Вот были нацисты, которые стреляли по домам прямой наводкой, а теперь Путин всех спас, всё восстановил, «это маленький кусочек рая».

И вместо благодарных толп мы видим феерию. Ночной пустынный город, Путин и Хуснуллин стоят за деревянным столом посреди двора (!), и Хуснуллин рассказывает Путину о триллиардах восстановленных домов и коммуникаций.

Университет, в котором, по сообщению Хуснуллина, может учиться 6 тысяч человек, пуст. Путин проходит огромными пустыми холлами и заходит в пустой конференц-зал. Садится там в партер на секунду. Хуснуллин присаживается через несколько кресел от него.

Это какой-то зомби-апокалипсис. Путин и Хуснуллин едут по пустому городу, стоят на пустой детской площадке, осматривают пустой университет — всё под непрерывные рассказы Хуснуллина о цветущем городе.

То же — и остальные видео. На Крымском мосту на свежем воздухе Путина вместо рабочих встречает крошечная группка статистов. В Севастополе Путин вместо того, чтобы выйти к народу, открывает детский центр без детей.

Вы, конечно, можете сказать, что это фронтовые визиты, война, секретность, — но вовсе нет. Мариуполь — в глубоком тылу. Севастополь — в тылу. Крымский мост даже юридически одним концом опирается на российскую землю. Ну хорошо, охрана боится, что злые украинские нацисты, узнав о визите Путина, снова подгонят грузовик (операция, подготовка которой заняла несколько месяцев), телетранспортируют его на перекрытый мост и подорвут наше всё. Но встретиться с рабочими на российском конце моста кто мешал?

Визиты Зеленского тоже внезапны. Но их снимает куча людей. Люди (с оружием в руках) оборачиваются, изумляются: президент! Поднимают телефоны, фотографируют. Путина не снимает никто посторонний, потому что посторонних нет. Да и своих почти нет. Людей мало, очень мало, кроме охраны — раз-два и обчелся, всегда, когда можно и даже когда нельзя, встречаются на свежем воздухе, где микроб не страшен.

Какие выводы из этого можно сделать?

Их — теоретически — два. Один заключается в том, что это вовсе не Путин. Двойник: загримированный, подобранный. Вовсе не обязательно при этом даже быть двойником в обычной жизни, это тоже диктатора-параноика не обрадует, — а вдруг двойника поставят вместо него? Где его держать, как кормить? Кинематограф делает чудеса, посмотрите на body double королевы Серсеи в известной сцене прогулки по King’s Landing.

Посмотрите на фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой», где без всяких пластических операций играет двойник Высоцкого.Четыре часа грима и комплект пластических деталей — нос, лоб (всё отдельно) — стоили 30 тысяч долларов. Ну, если в многочасовом фильме главного героя крупным планом сделали так, что не отличить, то что уж говорить о сомнительного качества ночных съемках,.

Двойником можно объяснить и минимум зрителей, и минимум камер. Не дай бог кто начнет снимать с несанкционированного ракурса, как Зеленского в Бахмуте или Авдеевке.

Самый главный аргумент, что это-таки двойник: он здоровается за руку, чего никогда не делает настоящий Путин. Путин Московский подает руку только Си Цзиньпиню — статус вассала обязывает.

Но второй ответ еще проще и прозаичней. Перед нами всё тот же обитатель бункера — бесконечно изолированный от мира, бесконечно дезинформированный. И его визиты — это его по-своему карикатурная попытка действительно разобраться в том, что происходит вокруг: не дезинформируют ли его насчет киевских нацистов? Или насчет боевых комаров?

Это — героическая, по его меркам, вылазка, в страшный мир, где обитают люди, микробы и враждебные энергетические поля. Это — просто подвиг, сравнимый с деяниями Зигфрида или Ахилла, это — почти Александр Матросов. Движимый неусыпной заботой о благе народа, наш герой покинул чистый, удобный, дезинфицированный бункер и, не щадя живота своего, лично доставил на фронт икону. Лично убедился в том, что Мариуполь уничтожили злые киевские фашисты, а он, Путин, — восстановил. Ему об этом сказал Хуснуллин посреди ночного Мариуполя, показав на деревянном столе кучу картинок. Он, Путин, лично убедился, что мост-таки есть. А то ведь обманут, сволочи. И, самое главное, — визит «на фронт» к Лапину и Макаревичу без Герасимова и Шойгу. «Путин убежден, что руководство армии его обманывает, — сказал мне один из кремлевских инсайдеров. — Он думает, что, приехав туда, получит полную картину».

В эту картину тоже вписывается всё. Полное отсутствие людей. Визиты в ночные пустынные конференц-центры. Явное предпочтение открытых пространств.

Путин искренне хочет вырваться из бункера, но на самом деле всюду, куда он приходит, бункер расширяется до масштабов его визита.

Самый сильный аргумент за то, что это не Путин, — он здоровается за руку. Самый сильный аргумент за то, что это Путин, — он по-прежнему минимизирует количество людей вокруг и предпочитает открытые безвирусные пространства. И вообще, если это двойник, то почему бы ему не съездить на фронт? Зачем всё это — пустой город, пустой университет, пустой мост? Ну даже если и попадет двойник под обстрел, так он же потом воскреснет! Будет еще круче: наш-то — воскрес!

Могу честно признаться: я села за просмотр этих видео, полагая, что на них — двойник. Их просмотр мою уверенность скорее разрушил. Если бы Путин действительно выехал из Москвы — он бы точно так себя и вел. А здороваться за руку? Ну, кто его знает. Может, он потом руку протрет спиртом. Но вот что ясно, так это то, что поведение Путина далеко-далеко выходит за рамки нормы.