Национализация активов иностранцев, выход из-под санкций за хорошее поведение и новые жертвы российских ракетных ударов

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ THE BELL ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА THE BELL. 18+

Спустя год после начала войны Кремль впервые перешел к национализации иностранного бизнеса. Активы немецкого Uniper и финского Fortum в российской электроэнергетике, которые до войны оценивались в €5,5 млрд, переданы под внешнее управление Росимуществу. Фактически управлять ими будут выходцы из «Роснефти», глава которой Игорь Сечин возглавляет совет директоров электроэнергетической госкомпании «Интер РАО». Действия Кремля показывают, что санкционная война между Россией и Западом вышла на новый уровень.

Что случилось

Во вторник вечером Кремль опубликовал указ Владимира Путина, позволяющий государству вводить временное управление российскими активами компаний из «недружественных стран». Эта мера провозглашается возможной в качестве ответа на национализацию имущества российских компаний за рубежом или угрозу такой национализации.

Ввести такой механизм впервые предлагалось еще в мае 2022 года. Соответствующий законопроект был даже принят в первом чтении, но дальше не пошел — а сейчас значительная его часть перекочевала в указ Путина.

В указе перечислены и три актива, которые передаются под внешнее управление Росимущества. Это активы финского концерна Fortum (98,2% акций АО «Фортум», управляющего генерирующей компанией ТГК-10) и немецкого Uniper (83,73% АО «Юнипро», управляющего пятью ГЭС в России). До декабря 2022 года всеми этими активами косвенно владел Fortum — ему принадлежал контрольный пакет акций Uniper. Но в декабре 2022 года немецкое правительство фактически национализировало Uniper.

Активы, перешедшие под управление Росимущества, — это почти 5% всей мощности российской электроэнергетики: 12 ГВт из совокупных 250 ГВт. Fortum и Uniper (тогда ходил входил в состав немецкого энергетического гиганта E.On) стали их владельцами еще в конце 2000-х, в ходе приватизации РАО ЕЭС, которую проводил Анатолий Чубайс.

Как и большинство других крупных иностранных компаний, Fortum в мае 2022 года объявил о срочной продаже своего российского бизнеса, в который тогда входили и активы Uniper. До войны стоимость этого бизнеса оценивалась в $5,5 млрд, но по итогам первого квартала 2022 года Fortum списал $2,1 млрд из них. Реально собеседники «Коммерсанта» в мае 2022 года оценивали продажную стоимость основных активов Fortum и Uniper в России как минимум в 83,3 млрд рублей. Но уже летом 2022 года их продажа была заблокирована еще одним указом Путина, запретившим западным инвесторам в некоторых отраслях продавать российские активы без специального разрешения.

Логика указа Путина

Указ Путина дополняет антисанкционный пакет законов, которые российские власти начали принимать в 2018 году и уточнять после начала войны. Как и предыдущие законы, он рамочный, что открывает широкий простор для регуляторного творчества: президент может пополнить список компаний, которые передаются под внешнее управление, в любой момент. Главное отличие — в том, что указ Путина, судя по его формулировкам, направлен исключительно против государственной собственности. Вероятнее всего, логика в том, что у России заблокированы государственные активы, поэтому ответ симметричный.

В Европе за время войны под внешнее управление попали активы «Газпрома» (Gazprom Germania, на которую приходится 14% газораспределительных сетей и 28% газохранилищ ФРГ) и «Роснефти» — в сентябре немецкие власти передали государственному Федеральному сетевому агентству в управление 54,17% нефтеперерабатывающего завода в Шведте (одного из самых технологически продвинутых в Европе) и миноритарные доли еще в двух НПЗ.

«Роснефть» оспаривала это решение в судах, однако в марте Федеральный суд Лейпцига встал на сторону немецких властей. В решении суда отдельно оговаривается, что активы «Роснефти» не были национализированы, а внешнее управление необходимо для бесперебойной работы предприятий. 20 апреля 2023 года Бундестаг даже специально скорректировал закон об энергетической безопасности, который позволяет разрешить продажу контрольного пакета НПЗ в Шведте без национализации.

Кому отойдут активы

Когда Fortum и Uniper еще вовсю продавали свои российские активы, «Коммерсант» писал о большом количестве претендентов на покупку, называя в их числе электроэнергетическую «дочку» «Газпрома» и государственную «Интер РАО», совет директоров которой возглавляет глава «Роснефти» Игорь Сечин. Судя по событиям и заявлениям последних дней, управление активами Fortum и Uniper будет передано именно структурам, близким к «Роснефти».

Почти прямо об этом сказал в четверг замминистра финансов Алексей Моисеев, курирующий в том числе работу Росимущества. В России управление компаниями из указа передается Росимуществу лишь формально, заявил Моисеев, — а реально управлять будут «те компании, которые пострадали от заморозки своих активов на Западе», пояснил он.

Еще накануне, на следующий день после публикации указа Путина, Росимущество сменило руководство обеих российских дочерних компаний — и новыми главами обеих стали менеджеры, работающие на Игоря Сечина: российский «Фортум» возглавил заместитель главного инженера «Башнефти» (принадлежит «Роснефти») Вячеслав Кожевников, а «Юнипро» (дочернюю компанию Uniper) — руководитель департамента энергетики самой «Роснефти» Василий Никонов.

«Интер РАО» для людей во власти выглядело настолько очевидным кандидатом, что за два дня до указа Путина о возможной передаче ей в управление активов Fortum говорил глава ВТБ Андрей Костин — главный пропагандист «новой приватизации».

Что будет дальше?

Вполне возможно, что взаимная национализация в форме введения внешнего управления дочерними компаниями на этом пока и остановится. В ЕС больше нет активов, принадлежащих крупным российским госкомпаниям. А европейские частные компании не были включены в указ Путина — вероятно, именно для того, чтобы не ставить под удар активы российских частных компаний за границей. Так что пока опасаться национализаций иностранных банков, например, не стоит.

Но не стоит и расслабляться. В 2022 году Кремль воздерживался от прямой национализации активов зарубежных компаний по ряду причин. Во-первых, отъем собственности «нежелательных» компаний — плохой сигнал возможным инвесторам из Азии или стран Ближнего Востока, на которых рассчитывают в России. Во-вторых, до последнего у ряда технократов были надежды на возвращение к business as usual, если ситуация на фронте перейдет в фазу охлаждения. А переход к «национализации» активов — это новый виток в санкционном противостоянии России с Западом, в котором Кремль пошел по пути эскалации.

ОСТАВАЙТЕСЬ С НАМИ

Будем держаться вместе

Год назад перед нами стоял выбор — остаться в России и подчиниться законам о военной цензуре или уехать, чтобы иметь возможность называть вещи своими именами. Этот год оказался очень сложным, мы почти лишились возможности зарабатывать, но наши читатели помогают нам выжить. Пожалуйста, подпишитесь на донаты или расскажите о вашем продукте в рекламном материале на The Bell или YouTube-канале «Это Осетинская» (ads@thebell.io).

ВОЙНА

25 погибших от российских ракет

В ночь с четверга на пятницу российские военные нанесли очередной ракетный удар по украинским городам (всего было выпущено 23 ракеты). Главные жертвы — в городе Умань в глубоком украинском тылу в Черкасской области, где ракета разрушила половину жилой многоэтажки. Под обломками погибли 23 человека, в том числе четверо детей. Еще два человека — мать и дочь — погибли при ударе ракеты по Днепру. Российское Минобороны заявило, что ракетный удар был нанесен по «пунктам временной дислокации подразделений резерва ВСУ». «Все назначенные объекты поражены. Выдвижение резервов противника в районы боевых действий пресечено», — говорится в дневном сообщении Минобороны.

СИГНАЛЫ

Выход из-под санкций за хорошее поведение

Так называемая «группа Ермака-Макфола» — международная группа экспертов, дающая рекомендации по санкционной политике против России на фоне войны в Украине, — впервые предложила ввести в действие механизм снятия санкций с российских чиновников и бизнесменов за «надлежащее поведение». Предложение содержится в новом пакете рекомендаций группы. Конкретные критерии в нем не прописаны, но программа-минимум — уход с действующей позиции, однозначное публичное осуждение войны и поддержка территориальной целостности Украины в границах 1991 года; вероятнее всего, к ним должна будет быть приложена выплата компенсаций пострадавшим. С обычных россиян группа предлагает брать за получение европейских виз «сбора на восстановление Украины».

САНКЦИИ

Как производитель Absolut и Jameson собирался, но не ушел с российского рынка

Только на прошлой неделе производитель водки Absolut после волны критики в свой адрес объявил, что передумал возвращаться в Россию. Но его владелец, французский концерн Pernod Ricard, после начала войны продолжает поставлять в Россию премиальный алкоголь, хотя поначалу заявлял об остановке экспорта. Как Pernod Ricard собирался, но не ушел с российского рынка, рассказывают журналист и автор отраслевого телеграм-канала Wine Laundry Сергей Панов и спецкор The Bell Ирина Панкратова.