«Надеемся, у чиновников кровь с клыков не капает»

Госдума рассмотрит законопроект об убийстве бездомных животных. Как решают проблему в регионах сейчас

В мае Госдума может принять поправки в законодательство об обращении с бездомными животными, которые разрешат их умерщвление. Разговоры об этом пошли после трагедии в Оренбурге, где стая собак загрызла восьмилетнего мальчика.

Ранее «Новая» вместе с кинологом Анастасией Егоровой рассказывала, почему убийства не решат проблему и почему действующее законодательство эффективно, если его исполнять. Сегодня рассказываем о том, как обстоят дела в регионах, где в разной степени соблюдаются действующие законы.

Екатеринбург

Благотворительный фонд «ЗООзащита» обратился к губернатору Свердловской области Евгению Куйвашеву с требованием прислушаться к голосам тех, кто против убийства бездомных животных.

ИЗ ОБРАЩЕНИЯ ПРАВОЗАЩИТНИКОВ
«Безвозвратный отлов (усыпление и отстрел) уже применялся в нашей стране и в нашей области, но так и не решил проблему численности бездомных животных.

Очевидно, что нужно бороться не со следствием, а с причиной бездомности животных. Если изменения будут приняты только по отношению к самим бездомным животным и не коснутся ответственности людей, то это не решит проблему, при этом вызовет еще большую социальную напряженность в обществе, так как огромное количество людей будут защищать бездомных животных, препятствовать отлову, чтобы избежать их усыпления в приюте.

При этом на количество бездомных животных это никак не повлияет, потому что на месте отловленных собак тут же появятся выброшенные людьми или прибежавшие с других территорий "новобранцы"».

Как пишут общественные активисты, в Свердловской области существует целый ряд серьезных нерешенных проблем. В Екатеринбурге и области отсутствуют муниципальные и государственные приюты длительного содержания животных без владельцев. Приютов, соответствующих требованиям законодательства, вообще нет. В Екатеринбурге единственный городской приют был основан в 2012 году и рассчитан всего на 100 собак.

Все существующие подрядчики Свердловской области, которые осуществляют мероприятия с безнадзорными животными в рамках программы ОСВВ,

• не обладают материально-технической базой, необходимой для добросовестного исполнения контрактов, в частности, не располагают приютами, соответствующим требованиям законодательства,

• многие из них работают с грубыми нарушениями, что подтверждается заключениями прокурорской проверки и решениями судов.

Ежегодно на проведение мероприятий в сфере обращения с животными без владельцев из областного бюджета предоставляют субвенции в размере 105 млн рублей, но осваивают лишь 76% этой суммы. Низкий процент освоения средств субвенции связан с тем, что муниципалитеты, которым передали государственные полномочия, не могут реализовать их по причине отсутствия на территории Свердловской области приютов для животных. Власти не проводят мониторинг численности бездомных животных, в регионе для этого нет даже утвержденной методики.

И что особенно важно: региональные госорганы власти не проводят работу по пропаганде и воспитанию ответственного обращения с животными у населения.

По словам зоозащитников, все эти проблемы они озвучивают постоянно. В 2022 году «ЗООзащитой» была разработана и предложена «Концепция регулирования численности животных без владельцев в Екатеринбурге и Свердловской области на плановый период 2023–2024 гг.», которая была передана в Законодательное собрание Свердловской области. Концепция включает в себя создание в Екатеринбурге и области шести-семи приютов, которые будут работать так, как это предусмотрено ФЗ № 498, что позволит за пять-шесть лет сделать проблему бездомных животных контролируемой. Ответ по обсуждению и согласованию данной концепции благотворительным фондом все еще не получен.

— У человека бывают вспышки неконтролируемой агрессии, что уж про животных говорить, — считает Наталья Горбунова, жительница Екатеринбурга. — Но все эти бродячие псы ведь не сами себя на улицу выбросили? Я сама собачница, и в одном точно уверена: собака должна жить с человеком. Мне очень жаль животных, пострадавших от людей. Жаль людей, на которых напали собаки. Выход из этой ситуации вижу лишь один — нужно ввести разрешение на содержание собаки дома, как в Европе. Важно, чтобы будущий хозяин смог доказать свою финансовую состоятельность.

А тех, кто выкидывает животных на улицу, штрафовать. Причем штраф должен быть серьезным ударом по карману нерадивого хозяина. Наигрался с выросшим щеночком — заплати, а не просто вышвырни за порог.

Изольда Дробина

Новосибирск

В третьем по численности городе страны всего один муниципальный приют — Новосибирский центр по проблемам домашних животных (НЦПДЖ). И программа «Отлов-Стерилизация-Вакцинация-Возврат» выполняется в нем, как говорят общественники, «весьма умеренно». До смены руководства в 2019 году организацию обвиняли в ликвидации бездомных животных, причем, по подсчетам волонтеров, себестоимость убийства одной собаки обходилась приюту в 12 500 рублей. Пришедшая в организацию из зоозащитников Светлана Слесарева ввела более гуманные способы отлова животных, но год назад она тихо покинула пост. Уже несколько лет местная власть обещает зоозащитникам построить еще один приют.

— В прошлом году муниципальная власть только землю выделила, — рассказала «Новой» волонтер Анна Косолапова. — У них, по подсчетам, на одну собаку в месяц содержание — двадцать тысяч рублей.

Населению это тоже не нравится. Какие 20 тысяч? У людей пенсия 10 тысяч. Почему волонтеры могут содержать собаку за пять тысяч в месяц, а государству надо 20?

Все держится на простых людях — в городе несколько десятков частных приютов, и их катастрофически не хватает. Волонтеры порой забирают собак на передержку к себе домой — так, через квартиру Косолаповой за три года прошло 85 собак. Но, как говорят сами общественники, на месте одной собаки появляются пять новых, и так по кругу. Причем большая часть «брошенок» — модные породистые собаки «с изъянами», которые появляются из-за неправильного разведения.

— Население каждый день производит огромное количество собак, — объясняет Анна. — Модных хаски мы за год около двухсот штук пристроили, а меньше их сейчас не стало. Питбули… я не говорю про дворняг, которых каждый день выбрасывают.

В регионе животных рождается больше, чем людей, готовых их взять.

Когда заводчики понимают, что красивых щенят от любимой собаки не то что продать, а просто пристроить в добрые руки невозможно, — псы оказываются на улице. Зооактивисты в один голос утверждают, что единственный способ решить проблему — это повальная стерилизация домашних животных и рецензирование на их разведение. Иначе все меры по борьбе с бродячими псами бессмысленны.

Волонтеры организовали в городе восемь пунктов льготной стерилизации, в которых за две тысячи рублей можно стерилизовать крупную собаку. Для примера — льготная стерилизация от государства таких собак стоит 14 тысяч, в частной клинике — десять тысяч.

— Есть и бесплатные программы, — продолжает Косолапова. — Когда люди помогают неимущим стерилизовать собак. Волонтеры всех щенков стерилизуют в три месяца, не потому, что мы такие жестокие, а потому, что людей не проконтролируешь. Мы не хотим, чтобы потом наши пристроенные собаки понарожали нам целую ватагу, которую мы снова будем пристраивать.

С кошками в регионе ситуация аналогичная.

— Есть бенгалы, которые умирают в подвалах, вислоухих кошек только за этот год было штук 20, — продолжает волонтер. — Их постоянно выбрасывают. Если кошки больные, их просто отправляют на помойку. А там с ними мы разбираемся.

В январе этого года в наукограде Кольцово собака напала на восьмилетнего мальчика. Позже оказалось — пес был хозяйским, на так называемом «самовыгуле». И сотни вроде домашних собак, гуляющих вроде как сами по себе, но при этом имеющие владельцев, — еще одна отличительная особенность Новосибирска.

— Эти собачки сбиваются в стаи, кошмарят людей, кусаются, потому что они защищают свою территорию, — рассказывает зооактивистка. — Но номинально — это не бездомные собаки.

С разрешением убийства бездомных собак ситуация не поменяется — вырастет только нагрузка у волонтеров, которые будут забирать собак из муниципальных приютов, чтоб их не убили.

— Ловят кого? Добрых домашних, недавно выкинутых собак, — объясняет Анна Косолапова. — А диких меньше не станет. НЦПДЖ никогда не бегало и не будет бегать за дикими собаками, этим у нас занимаются волонтеры: ставят ловушки, неделями выслеживают, смотрят тропы, как охотники.

Волонтер первого городского приюта Татьяна Палкина объясняет, что естественная реакция животных на массовое убийство — это увеличение приплода. Когда вместо пяти-семи щенков начнет появляться 10–15.

— Чем больше животных убивают, тем их больше становится, — рассуждает она. — Почему чиновники так держатся за идею убийства бродячих собак? Могу объяснить: это огромные, практически неконтролируемые деньги. И еще тут многие не учитывают момент, что убийство животных опасно.

Вы наверняка знаете, что в домах, где нет собак, сразу массово начинают размножаться крысы. Уйдут собаки из центра города, на это место придут собаки с окраин, а на место собак с окраин придут собаки из окрестных лесов, а это источник бешенства.

(продолжает) Лучше поймать собаку, вакцинировать и отпустить ее на место — это безопаснее для людей. Изымаются только собаки, которые могут укусить. Но ведь с этим надо работать, а чиновникам хочется денег побольше и побыстрее.

Алена Истомина

Ростов-на-Дону

Ростовские зоозащитники и волонтеры выступили против поправок и даже сняли обращение к президенту на выставке бездомных животных 22–23 апреля. Маргарита Карпова, директор центра стерилизации «Собачий патруль», считает, что в сравнении с другими регионами Ростов можно назвать благополучным:

— Все же мы — не Оренбург или Якутия, у наших властей действительно есть Центр безнадзорных животных, и есть мы — большое зоозащитное сообщество. Результат — возможность видеть достаточно благополучную картину в городе. Мы верим, что у наших властей не стекает кровь с клыков.

Единственное муниципальное учреждение в Ростове — Центр безнадзорных животных — работает по методу ОСВВ. Он не сам организует работу: через заявки на сайте он работает с подрядчиками, по сути, выполняя роль посредника между департаментом ЖКХ и подрядчиками, выполняющими различные функции. При этом у Центра есть своя база, вольеры, оборудованная территория.

Судя по информации в региональных изданиях, в Центре безнадзорных животных содержится более тысячи собак, отловленных до 2018 года, когда был принят закон «Об ответственном обращении с животными». Однако активистка Оксана Черных, которая сотрудничала раньше с центром, рассказывает, что до 2018 года на территории центра жило 150 особей, а после назначения на должность директора человека из департамента их число возросло: на Портовой улице живет теперь 300 собак, а на Волоколамской порядка 700. Случилось это как раз в 2018 году.

«Новая» попыталась выйти на связь с центром, однако там нас перенаправили в департамент ЖКХ, в ведомство которого он входит. Оксана Черных подтверждает, что что-то выяснить и как-то связаться с центром стало сложнее, чем раньше.

В городе серьезных нареканий по вопросу стерилизации к исполнителям нет, случаи скорее точечные, как с собакой в Западном микрорайоне, у которой, несмотря на бирку на ухе, оказался выводок. Маргарита Карпова утверждает, что в этой ситуации определить, чья же ответственность, сложно по двум причинам.

• Из-за схожести бирок — их всего три-четыре вида.

• Подрядчики бывают разной степени добросовестности, могут просто перевезти животное в другой город, не проведя стерилизацию.

В области департаменты ЖКХ заключают контракты с индивидуальными предпринимателями. И уже здесь зоозащитники отмечают, что собаки сталкиваются с жестокостью или некачественно проведенными операциями. Так, в местных изданиях упоминали ИП Черневского, который вместо реализации программы ОСВВ несколько лет в Новошахтинске жестоким образом умерщвлял животных; ИП Зайцева в Волгодонске, который после отлова содержал собак какое-то время, а потом подвергал эвтаназии — оба уже попали в реестр недобросовестных поставщиков услуг.

С тем, что ответственных участников процесса ОСВВ мало, соглашается и Наталья Оськина, депутат городской думы от КПРФ. По ее мнению, необходим контролирующий отдел при департаменте ЖКХ, который бы следил за качественной реализацией принципа ОСВВ начиная со стадии участия в тендерах, а также за регистрацией животных при попадании в руки хозяев, из-за которых они чаще всего и оказываются на улице.

Из-за отсутствия подобного контролирующего органа много работы сваливается на плечи волонтеров.

Сообщество зоозащитников в городе довольно большое. По словам Маргариты Карповой, за время работы патруля к ним обратилось чуть больше двух тысяч человек. Из них 200 — особенно активных, которые мониторят стаи, проблемные места, договариваются с владельцами определенных территорий, потому что встречаются такие, кто стоит на своем нежелании стерилизовать из-за стереотипов.

«Собачий патруль» в качестве факультатива иногда участвует в тендерах как муниципальный подрядчик. Маргарита Карпова рассказывает:

— За год мы стерилизуем две с половиной тысячи особей: по контракту — не больше ста, остальные на благотворительной основе за счет пожертвований, грантовой поддержки. Ни один подрядчик, включая Центр безнадзорных животных, в таких количествах не стерилизует.

Катерина Рукавцова

Самара

15 марта в Советском районе Самары стая собак напала на пятилетнего мальчика. Ребенок получил травмы. В конце февраля в этом же районе бездомные животные чуть не загрызли семилетнего ребенка. К счастью, к нему на помощь вовремя подоспел прохожий.

По версии следствия, мартовский инцидент произошел из-за ненадлежащего исполнения контракта, заключенного департаментом городского хозяйства и экологии с ООО «Добрые люди» — подрядной организацией, занимающейся отловом. К началу 2023 года в Самаре выявлено восемь тысяч безнадзорных животных. Такую цифру озвучила директор стационара «ФлагманВет» Инна Тарасенко. Годом ранее она возглавила ООО «Добрые люди». К концу апреля компания отловила порядка 151 животного.

Контракты на отлов с мэрией заключил и региональный общественный благотворительный фонд «Хати». По данным городской администрации, подрядчики доставляют четвероногих в свои приюты. Там их осматривает ветеринар, затем они проходят десятидневный карантин и обработку от паразитов.

— Собаки, у которых в течение карантина не было выявлено опасных для человека или животных заболеваний, стерилизуются, вакцинируются от бешенства и подлежат маркированию клипсой или несмываемой меткой. При необходимости предусмотрено лечение животных, — уточнили в мэрии.

Дополнительно в Самаре работают приюты «Надежда», «Участие», «Зооспасение» и реабилитационный центр «ФлагманВет». Под опекой последнего — около тысячи собак и 500 кошек. В конце апреля организациисоздали «Единый альянс зоозащиты», выступающий против поправок к закону, которые позволят региональным властям санкционировать убийства бездомных животных.

— Сейчас идет протекция эвтаназии, — считает Инна Тарасенко. — Мы ни в коем случае не можем и не должны этого допустить!

Тарасенко уверена, что для гуманного контроля численности брошенных питомцев необходимо ввести наследование домашних животных и штрафы за их самовыгул.

— Мы предлагали проводить бесплатную стерилизацию питомцев, но не нашли поддержки, — объясняет девушка. — Есть много вариантов! Нужна отдельная контрольно-надзорная инстанция за проблемами бездомных животных. Эти проекты необходимо финансировать. Мы готовы сделать так, чтобы это работало.

В середине февраля в самарской гордуме прошел круглый стол, посвященный вопросам обращения с безнадзорными животными. По словам главы департамента городского хозяйства и экологии Олега Ивахина, контроль численности брошенных питомцев проходит по системе ОСВВ (отлов-стерилизация-вакцинация-выпуск) с 2020 года. В прошлом году по этой программе ООО «Добрые люди» выпустило чуть более полутора тысяч животных.

— Постепенно на улицах города животных становится меньше. Такая работа не дает сиюминутного результата. Проводя ее последовательно, мы проявляем гуманность и планомерно идем к уменьшению числа бродячих собак. Этому способствует и существенный рост отлова, — сообщил Ивахин.

По его данным, в 2020 году поймали порядка двух тысяч собак, а в прошлом — четыре тысячи особей. На встрече выступила и Инна Тарасенко.

— Собак ловим с помощью седации, которая исключает травмирование, — уточнила она. — И хотя после обследований, стерилизации и вакцинации мы должны вернуть собаку в то место, где ее поймали, иногда мы принимаем другое решение и животное остается жить в приюте. Это происходит, когда большинство жителей не хотят видеть собаку в своем дворе. А провести повторный отлов стерилизованной особи по контракту мы не можем. В прошлом году таких животных было порядка двух тысяч.

Услышат ли предложения «Единого альянса зоозащиты» местные власти? Как они решат проблему нападения животных на людей, среди которых нередко встречаются дети? Пока официальные лица молчат. Но кто знает, на что пойдет чиновник, чтобы отчитаться в очередном сокращении дворняг на улицах Самары?

Степан Петренко