«В качестве последней награды спектакля мы видим сегодняшнюю клетку»

Как Женю Беркович и Светлану Петрийчук отправили в СИЗО по новому «театральному делу». Репортаж «Медузы»

Суд в Москве арестовал режиссерку Женю Беркович и драматурга Светлану Петрийчук, обе отправлены в СИЗО на два месяца. В их спектакле «Финист ясный сокол», рассказывающем о россиянках, решивших уехать в Сирию, следствие обнаружило «оправдание терроризма». Дело основано на «деструктологической экспертизе», в которой среди прочего утверждается, что «радикальный феминизм» так же опасен, как «Исламское государство». О том, как сторона обвинения представляла подобные аргументы для ареста в суде, — в репортаже «Медузы» из Замоскворецкого суда.

У Замоскворецкого суда собралось около ста человек. Они нервно улыбались и много курили. Из толпы появлялись то научная журналистка Ася Казанцева, то лауреат Нобелевской премии Дмитрий Муратов.

Зайти в здание суда смогли только с десяток журналистов, столько же родственников и друзей — остальных не пустили приставы. Слушатели толпились у зала, приставы на них покрикивали, адвокаты объясняли, что материалы дела до сих пор не переданы в суд.

«Женька, держись, мы с тобой!» — выкрикнула знакомая режиссерки, когда Беркович все-таки повели в зал по узкому коридору. Та попыталась улыбнуться. Отвечать на вопросы журналистов Беркович, которую на время заседания закрыли в клетке, отказалась. Вместо этого она пальцами показывала друзьям сердечки.

Меру пресечения подозреваемым доверили определить судье Наталье Чепрасовой — в ее карьере уже были громкие политические процессы: она судила нескольких участников митинга 6 мая на Болотной. На ознакомление с материалами дела Беркович судья отвела 15 минут. После этого защитники Юлия Трегубова и Ксения Карпинская ходатайствовали о приобщении к делу поручительств за режиссерку, которые ее друзьям удалось собрать за время после задержания. Среди прочих их подписали режиссер Константин Райкин, благотворительницы Нюта Федермессер и Лида Мониава, актеры Олег Меньшиков и Вениамин Смехов, ведущая Ксения Собчак. Пока адвокаты зачитывали этот список, Беркович улыбалась, сдерживая слезы.

Отдельно сторона защиты обратила внимание, что спектакль поставили при поддержке Союза театральных деятелей и Министерства культуры РФ (генеральным спонсором выступил Фонд Михаила Прохорова). Суд удовлетворил ходатайства адвокатов и приобщил все бумаги к делу. Судья очень тихо зачитала постановление о возбуждении дела и передала слово обвинителям.

Те указали, что в деле есть результаты «комплексной деструктологической судебной экспертизы». Ее провели три «деструктолога» — сотрудники МГЛУ Роман Силантьев (собственно, создатель лженаучной «деструктологии»), Галина Хизриева и Елена Замышевская.

В «экспертизе» утверждается, что в пьесе есть «признаки идеологии ИГИЛ <…>, а также субкультуры русских неофиток-мусульманок, являющихся женами (в том числе виртуальными) экстремистов и террористов». Кроме того, авторы «экспертизы» нашли в постановке «идеологию радикального феминизма»: из этого, по их мнению, следует, что Женя Беркович «романтизирует, оправдывает и героизирует террористов».

Ее адвокаты попытались обратить внимание на то, что у МГЛУ нет аккредитации, необходимой для проведения подобных экспертиз. Судья Чепрасова не приняла их аргументы.

В итоге следователь Полищук попросил суд отправить режиссерку в СИЗО на два месяца, подчеркнув, что «Беркович являлась постановщиком спектакля, позволив представить его неограниченному количеству зрителей». Адвокаты настаивали, что обвинение ничем не подкреплено, и просили назначить Беркович более мягкую меру пресечения. Например, домашний арест, чтобы режиссерка смогла ухаживать за детьми: у Беркович две приемные дочери с инвалидностью.

Судья Чепрасова пробыла в совещательной комнате больше полутора часов, но, вернувшись, предсказуемо поддержала обвинение и арестовала Беркович до 4 июля.

После того как Беркович увели приставы, в том же зале началось второе заседание — по мере пресечения Светлане Петрийчук — при участии все той же судьи Чепрасовой. Заседание, как и предыдущее, началось со списка тех, кто поручился за подозреваемую. В него среди прочих попали режиссер Андрей Звягинцев и актер Александр Филиппенко. К делу также приобщили награды, полученные авторами за спектакль.

Адвокат драматурга Сергей Бадамшин в свою очередь напомнил, что именно он защищал студентку МГУ Варвару Караулову, которую в 2016 году осудили на четыре с половиной года за попытку примкнуть к «Исламскому государству». Сама Караулова утверждала, что уехала в Турцию и пыталась попасть в Сирию из-за романтических отношений с вербовщиком террористической организации. Таким образом, спектакль по пьесе Петрийчук, по сути, стал фактически документальным, отметил Бадамшин.

Адвокат подчеркнул, что никаких доказательств вины у обвинения нет, и напомнил о многочисленных победах спектакля на конкурсах: «В качестве последней награды мы видим сегодняшнюю клетку».

Убедить судью в том, что пьеса не разрушает «существующий государственный строй», Бадамшин попытался и указав, что именно этот спектакль артисты Томского ТЮЗа показывали в одной из колоний Томской области. «Новая форма при сценическом минимализме позволяет зрителям сосредоточиться на актуальной проблематике — пропаганде в молодежной среде экстремизма и терроризма», — зачитал Бадамшин отзыв на спектакль с сайта УФСИН. Судья устало закатила глаза, но приобщила к делу скриншот.

Еще одним защитником драматурга оказался Сергей Груздев — до 2021 года он работал судьей Мосгорсуда, а после ушел в адвокатуру. В должности судьи Груздев в том числе вынес приговор бывшим полицейским, подбросившим наркотики журналисту Ивану Голунову. Впрочем, на заседании по делу о спектакле Груздев признался: «Я знакомился с материалами дела, и я понял, что ничего не понимаю. Предъявлено-то что?»

Адвокаты Петрийчук также предложили внести за драматурга залог и опросить двух свидетелей — ее подругу Ларису Мироненко и сестру Людмилу Кудымову, чтобы те дали характеристику личности Петрийчук.

Увидев в зале суда свидетелей, Петрийчук впервые улыбнулась. Мироненко заявила суду, что драматург — «надежная подруга и положительный человек» и пообещала внести за нее 600 тысяч рублей. А Кудымова добавила: «Она [Светлана Петрийчук] очень добрый, самый добрый человек, которого я знаю. Самый чуткий. Самый ответственный. Она очень любит свою семью и очень любит дело, которым она занимается. Она очень порядочный человек, который никому никогда не причинил ничего плохого».

Несмотря на все аргументы защиты судья Чепрасова арестовала и драматурга. Название «деструктологической экспертизы», которая легла в основу уголовного дела, судья смогла произнести только с третьего раза.

«Медуза»