В последнее время россиянам все чаще устраивают дополнительные проверки при пересечении границы. Для некоторых разговор с пограничниками заканчивается административным, а в редких случаях уголовным делом. «Холод» вместе с правозащитной организацией «Первый отдел» и медиаюристом Галиной Араповой собрал подробную инструкцию о том, как подготовиться к переходу российской границы, стоит ли показывать свой телефон и что будет, если этого не сделать.
Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.
У сотрудников правоохранительных органов, к которым относятся и пограничники (входят в ФСБ), есть право останавливать человека для установления его личности, говорит медиаюрист Галина Арапова. Однако держать его могут не более трех часов. Дальше сотрудники должны составить протокол.
Как правило, проверка заключается в следующем: мужчин (реже женщин) отводят в сторону или заводят в отдельный кабинет. Там их просят показать телефон и задают вопросы о его содержимом. Также могут попросить достать все вещи, которые есть с собой, и осмотреть их. Могут задать вопросы личного характера.
С конца 2022 года на российской границе участились досмотры телефонов, говорит адвокат «Первого отдела» Евгений Смирнов. В июле 2022 года Госдума приняла поправки в закон о государственной измене — теперь там есть пункт о переходе на сторону противника, напоминает юрист. «После нововведений мы стали получать гораздо больше сообщений о досмотре телефонов на границе, — говорит Смирнов. — Ищут “нехорошие” переписки и задерживают». Досмотры проводятся как на выезде из России, так и на въезде, в аэропортах и на сухопутных границах.
«Общее отношение на пограничных пунктах России сейчас довольно напряженное в силу разных причин», — говорит Арапова, а увеличение числа дополнительных проверок может быть связано не только с поправками в закон о госизмене. «Это и в целом ужесточение законодательства, и мобилизация, и усиление работы спецслужб, и ответная реакция на санкции других стран. Если раньше вопросы могли возникнуть к журналистам, активистам или просто политически активным людям, то теперь остановить на границе могут и просто молодых людей призывного возраста», — говорит она.
Сообщите родственникам, а в идеале — юристу или адвокату, что вас остановили. С момента, когда у вас забрали паспорт, начинается отсчет трех часов, на которые вас могут задерживать без составления протокола. Перед прохождением границы лучше записать телефон адвоката не только в телефоне, но и на бумаге.
Если вы входите в «группу риска» (занимаетесь правозащитой, журналистикой, политикой, активизмом), договоритесь с адвокатом заранее, чтобы он был с вами на связи и при необходимости приехал для оказания помощи.
В течение трех часов сотрудники погранслужбы могут вас спрашивать о чем угодно, хотя формально вопросы должны относиться к основанию задержания — установлению личности. Пытайтесь сохранить спокойствие и не ведите себя резко. Отвечайте на вопросы, связанные с вашей личностью (адрес, место учебы, работы). Если вас спрашивают о политике, вы можете отказаться об этом говорить, но сделайте это вежливо. «Важно самому не дать повод для составления административного протокола, например о невыполнении требований сотрудников полиции», — советует Галина Арапова.
Если пограничники находят в телефоне у человека что-то «интересное», его могут задержать по административному делу, говорит Смирнов. Однако административным задержанием может не ограничиться. «Сначала могут использовать что-то мелкое, например “хулиганство” или “неповиновение полиции”. Но после этого, судя по всему, могут связаться с Москвой и согласовать возбуждение уголовного дела. В некоторых случаях даже успевают сделать заключение специалиста», — рассказывает адвокат.
Сейчас у «Первого отдела» есть несколько подзащитных, против которых возбудили уголовные дела подобным образом. «Это совершенно обычные люди, не имеющие никакого отношения ни к оппозиции, ни к журналистике, ни к политике вообще. Дана команда сверху возбуждать уголовные дела, поэтому ловят как могут», — говорит Смирнов.
Публично известно об уголовном деле Савелия Фролова, который пытался въехать в Грузию через пограничный пункт Верхний Ларс в октябре 2022 года. Уже полгода он находится в СИЗО, его обвиняют в госизмене. У Фролова нашли в багаже камуфляжные штаны и тактические ботинки. Следствие полагает, что он планировал вступить в легион «Свобода России» — добровольческое объединение, где, предположительно, служат россияне, воюющие на стороне ВСУ (достоверно о его существовании все еще ничего не известно).
Да. По закону вы имеете право не показывать телефон: Конституция гарантирует право на тайну переписки. Единственное законное основание для осмотра содержимого телефона — решение суда. Однако, предупреждает «Первый отдел», в случае отказа на вас могут начать оказывать психологическое давление.
Галина Арапова советует оценить, насколько вы устойчивы к психологическому давлению. «Разблокировка телефона может быть тактикой для снижения рисков. Когда человек не сопротивляется и говорит: “А у меня телефон и не заблокирован, хотите — смотрите”, сотрудники погранконтроля, как правило, лениво проверяют телефон и отпускают. Конечно, в таком случае нужно предварительно подготовить телефон для проверки, удалить то, что может показаться подозрительным, — говорит Арапова. — Упираться имеет смысл только в том случае, если вы уверены, что выдержите психологическое давление. А оно может быть достаточно сильным».
Весной 2023 года Ирина Васильева (имя и фамилия изменены по просьбе героини) переходила границу между Россией и Латвией. Ее отвели на дополнительную проверку и требовали разблокировать телефон. Она рассказала «Холоду», как это было:
«Я приехала на границу на машине. Ждала около восьми часов. Когда подошла моя очередь, у меня взяли паспорт, документы на машину и начали открывать все мои сумки, проверять дно машины специальным зеркалом, просили опустить и поднять окна, хлопали дверцами машины и говорили, что она издает какой-то странный звук.
После того как машину проверили, ко мне подошла сотрудница погранслужбы и попросила пройти за ней. Она отвела меня в кабинет, в котором сидели трое мужчин. Двое из них молодые, лет по 30, в гражданской одежде, не очень интеллигентного, нагловатого вида. А третий — замученного вида мужчина лет 50 с очень уставшими глазами. Я заметила, что у него был синий паспорт — скорее всего, украинский. Видимо, его тоже допрашивали.
Двое в гражданском не представились, сразу начали со мной очень грубо разговаривать и орать матом. Они пытались заставить меня показать им телефон. Я знаю свои права и понимаю, что никто не вправе требовать показывать переписку в телефоне. “Ты, блядь, понимаешь, где ты вообще находишься? У тебя там фотографии военных объектов. Быстро положила телефон на стол, быстро его открывай”, — кричали они мне, только мат был после каждого слова. Придумывали разные причины [почему я должна показывать телефон]: то что у меня в телефоне фотографии военных, то что у меня нет денег, чтобы жить за границей, и я еду шпионить. Я чувствовала себя абсолютно беззащитно и понимала, что никакие инструкции правозащитников мне не помогут, потому что они могут просто проломить мне голову прямо там. Я в основном молчала или коротко отвечала, что не буду показывать телефон.
Было ощущение, что у них нет инструкции на случай, если человек отказывается показывать телефон. Я сказала: “Вы хотите посмотреть мой телефон, но я не планирую вам его показывать. Выдайте мне документ с запретом на выезд из страны, я развернусь и поеду обратно”. Мне было страшно оставаться в комнате рядом с этими мужчинами.
Еще какое-то время на меня кричали, а потом вытолкали из кабинета и сказали “пойти подумать в машину”. Я просидела в машине еще полтора часа, а потом ко мне подошла сотрудница погранконтроля, вернула паспорт и пожелала счастливого пути».
Да. Сотрудники погранконтроля могут проверить карманы и вещи, которые есть у вас с собой. «Важно помнить, что досмотр может проводить только сотрудник того же пола при двух понятых того же пола. Личный досмотр оформляется протоколом, — говорит Арапова. — Все, что вытаскивают из карманов и сумок, должно быть описано и внесено в протокол».
Если вас досмотрели, проверьте, правильно ли составлен протокол, вычеркните пустые строчки, чтобы туда ничего не дописали, и потребуйте его копию. «Если боитесь, что вам могут что-то подбросить, не надевайте одежду с большим количеством карманов. Если во время досмотра сотрудники погранслужбы обнаружили то, что вам не принадлежит, не прикасайтесь к этому и укажите в протоколе, что это не ваши вещи», — советует Арапова.
Подозрительные переписки. Например, с обсуждением политики, войны, репрессий, переписки с украинскими родственниками, друзьями или знакомыми, переписки с «иностранными агентами».
Контакты украинцев, а также людей, признанных в России «иностранными агентами». В идеале — удалить все иностранные номера из записной книжки.
Все фото и видео, которые могут вызвать подозрение (в том числе из папки с удаленными файлами). К подозрительным относятся: фото или видео с украинским или бело-сине-белым флагом, а также фото с изображением чего угодно в таких цветах, фото или видео с акций протеста, изображения оппозиционеров, лозунгов, «подозрительной» символики (например, логотип штабов Навального или пацифистский знак). Нужно удалить фото российских военкоматов и объектов военной инфраструктуры.
Оппозиционные посты из личных соцсетей. Если вы их архивируете, нет гарантии, что пограничники все равно их не проверят.
Приложения иностранных банков. Наличие таких приложений на телефоне может стать дополнительным поводом для опроса и давления на вас. Например, пограничники могут спрашивать, уведомляли ли вы налоговую службу об открытии счета в другой стране.
Рассказы людей, которые переходили российскую границу в последнее время, из телеграм-канала «Пограничный контроль»:
Сообщение от 4 марта 2023 года:
«Возвращение в РФ после пяти месяцев. На границе увели на допрос, где продержали больше часа. Вопросы стандартные: где был, что делал, где работаешь. Без какого-то сильного негатива. Досмотрели телефон, проверяли личные переписки (перед возвращением в РФ все почистил). Всего весь процесс занял около часа, было достаточно нервно, но пропустили по итогу. Повестку не вручали».
Сообщение от 10 мая 2023 года:
«Летел с беременной женой и двумя детьми. Ко мне вопросов не было. Жена с местом рождения Украина. Отвели в комнату на допрос. Мурыжили минут 40: спрашивали, есть [ли] украинское гражданство, где работаешь, как познакомилась с мужем. Потом стали смотреть телефон. Нашли переписки с украинскими друзьями. Читали подробно все переписки. Обнаружили, что негативно относится к СВО. Подозревали, что ее одноклассник — это агент СБУ. Возмущались, как она смеет (в личной переписке) называть Захарову “пропитой и упоротой”. Все отфоткали, заполнили бумаги какие-то и отпустили. Еле успели к вылету».
Универсальных советов, которые на 100% вас защитят, нет, говорит Евгений Смирнов. Но можно снизить риски, выполнив несколько действий:
В соцсетях и мессенджерах отпишитесь от оппозиционных каналов, независимых СМИ, выйдите из активистских чатов.
Самый надежный способ — удалить аккаунт в телеграме вовсе или вставить в телефон новую сим-карту. Выйдите из аккаунтов в других приложениях и удалите их.
Установите двухфакторную аутентификацию для соцсетей и мессенджеров. Подтверждение нужно настроить не через СМС, а через приложение-аутентификатор на дополнительное устройство, которого рядом с вами в момент прохождения погранконтроля не будет.