Лишили деда победы

Зинаида Пронченко раздает свои собственные, максимально субъективные, награды фильмам 76-го Каннского кинофестиваля

Лучшим фильмом 76-го Каннского кинофестиваля признана судебная драма «Траектория падения» француженки Жюстин Трие. Второй раз за три года «Золотую пальмовую ветвь» получает женщина. До этого, за всю историю киносмотра, такое случалось лишь однажды. «Траектория падения» уже куплена для проката в России — большая по нынешним временам удача. Российская премьера — 14 сентября. Кинокритик Зинаида Пронченко в целом одобряет решение жюри под руководством двукратного (и прошлогоднего) победителя главного киносмотра планеты Рубена Эстлунда, но если бы она была на его месте — распорядилась бы призами иначе. А главный фильм Канн-2023, по мнению Пронченко, не мог победить даже теоретически.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм.

Будем честны, Каннский фестиваль 2023 года оказался довольно слабым. За две недели нам показали лишь три фильма, заслуживающих неподдельного восторга. Может, просто год такой — неурожайный, а может, все, включая режиссеров, устали от реальности и, не чувствуя в себе сил побороть ее своим искусством, предпочли говорить на выученные или совсем второстепенные темы.

Уже по церемонии открытия стало понятно — в 2023 году Канны возвращаются к феминистской оптике и деколониальной риторике, об идущей в Европе войне если где-то и упомянут, то вскользь, прячась за еле тлеющие метафоры. Что-то про войну брякнул со сцены Майкл Дуглас — ему вручали почетную ветку за заслуги, — потом запутался, читая с телесуфлера факты собственной биографии. Стихотворение Леси Украинки, очень волнуясь, продекламировала Катрин Денев, будто позволила себе faux pas вне регламента.

В целом гласность и транспарентность царили лишь на красной дорожке, куда разве что Мартин Скорсезе не пришел в «голом» наряде. О голых фактах — тишина. Даже короткометражка Годара, поспешно объявленная его завещанием осиротевшим потомкам, прозвучала в той же брезгливой тональности. «Я не хочу сейчас говорить по-русски», — бормочет ЖЛГ — и это не отмена России, а характерный взмах рукой: разбирайтесь сами, мне пора на тот свет при помощи эвтаназии.

Разбираться пока не получается, и всякий русский, добравшийся до Круазетт, чувствовал себя на этом празднике цивилизованных и благополучных если не чужим, то скорее незваным. Уже не гонят, но и не спешат принимать. С другой стороны, Канны как один из символов условного Запада для отечественной прессы, да и попросту для соотечественников, на долгие годы стали чем-то вроде знаменитого бистро, расположенного на углу от кладбища Монпарнас и называвшегося когда-то «Лучше здесь, чем напротив».

Что ж, кухня уже закрыта, так что я, пожалуй, воображу себя Рубеном Эстлундом и раздам внаглую награды.

Сразу оговорюсь: главная драма Канн-2023 заключается в том, что лучший фильм и этого фестиваля, и, возможно, последних его выпусков лет десяти, «Убийцы цветочной луны» Мартина Скорсезе, ни с кем не соревнуется, а плывет в открытом море, словно гигантский лайнер, перекрывая оставшимся на берегу всяческий обзор. Скорсезе экранизировал одноименный нон-фикшн 2017 года американского журналиста Дэвида Грэнна, однако по-своему расставил смысловые акценты в этой саге о белом человеке, превращенном жаждой наживы в человеческое отродье. Грэнн писал о рождении ФБР, Скорсезе снимает о падении нации, учинившей геноцид индейского населения в Оклахоме в начале ХХ века. ДиКаприо тут бесстрашно вызывает на дуэль Де Ниро, мастерски воплощая на экране абсолютное ничтожество Эрнеста Буркхарта — ласкового теленка, выпивающего все соки у своей жены, богатой наследницы из племени осейдж. И выжимающего из большой американской истории всю кровь, на которой она и построена. Именно потому, что картина Скорсезе победила бы в любой номинации, организаторы фестиваля, наверное, и приняли решение отстранить деда от победы.

В отсутствие «Убийц цветочной луны» среди претендентов я бы поступила вот так.

Приза за лучший сценарий совершенно точно должна быть удостоена лента Жюстин Трие «Траектория падения» (кстати, куплена в Россию), снятая с оглядкой на великую классику — «Анатомию убийства» Отто Премингера. Используя глубоко чуждый Франции жанр процедурала (процедурная драма — сериальный, как правило, жанр о какой-либо профессиональной сфере. — Прим. «Холода») — ведь это единоличная вотчина Голливуда, — Трие рассуждает на сугубо философские темы, главную из которых можно сформулировать так: где заканчиваются факты и начинается их интерпретация? По сути, это разговор об анатомии искусства. «Я всегда отталкиваюсь от реальности, а затем уничтожаю ее вымыслом», — заявляет главная героиня, популярная писательница, подозреваемая в убийстве мужа. «Траектория падения» — своеобразный ответ «Двойной жизни» Оливье Ассайаса, тоже сомневавшегося в целительной силе искусства.

С призом жюри (считается третьей по значимости наградой фестиваля после «Золотой ветви» и Гран-при. — Прим. «Холода») сложнее всего — но в этой категории я бы, наверное, премировала Марко Беллоккьо и его ленту «Похищенный» об антисемитизме в Италии конца XIX века и о природе веры. Что она значит для каждого — набор символов и обветшавших доктрин или принцип, следование которому не только позволяет выжить, но и сохранить себя? «Похищенный», несмотря на обманчивую академическую форму, полон яростного антиклерикализма. В противоборстве католицизма и иудаизма Беллоккьо долго взвешивает ненависть сторон, чтобы затем вынести приговор — истинная вера пестует души, не пытаясь над ними властвовать.

Лучшая мужская роль — однозначно Джуд Лоу, сыгравший с огромным удовольствием Генриха VIII в весьма посредственной исторической драме «Подстрекательница», снятой с феминистских позиций, но при этом самым карикатурным образом осовременивающей страдающее Средневековье.

Лучшая женская роль должна достаться Сандре Хюллер, изобразившей жену коменданта Аушвица в «Зоне интересов» Джонатана Глейзера, слишком манерном, да чего уж там, попросту возмутительном фильме о Холокосте, в котором от банальности зла остались одни банальности. «Зона интересов» — экранизация романа почившего в разгар фестиваля Мартина Эмиса, очередная проба пера взявшегося описать вселенную зла с «интересного» ракурса. Глейзер оставляет за кадром все ужасы Шоа, погружая зрителя в уютную рутину убийц и тюремщиков. Очевидно, что он внимательно ознакомился с творчеством Александра Сокурова и Сергея Лозницы, но, кажется, забыл пересмотреть Клода Ланцмана. Пресловутая банальность зла потому и банальна, что злом себя не осознает, по этой причине она может быть и говорлива, и весела, а у Глейзера семейство Рудольфа Хесса с первых кадров проклято и тяготится последующими двумя часами, заполненными лишь набившей оскомину бутафорией.

Приз за режиссуру отдаю Аки Каурисмяки и его переводу Жака Превера на финский. «Опавшие листья» — единственный фильм конкурса, в котором война в Украине является неотъемлемой частью несчастья, обрушившегося на головы европейцев. Чеховские и чаплиновские мотивы, озаренные тусклыми огнями небольшого города Хельсинки, на этот раз у Каурисмяки звучат особенно пронзительно. Все мы — опавшие листья, сметет ли день грядущий нас с поверхности земли — вопрос, оставленный Каурисмяки без ответа.

Гран-при заслужила картина Вима Вендерса «Прекрасные дни», хотя лично у меня она вызвала смешанные чувства. Лирическая зарисовка о буднях токийского чистильщика туалетов, демонстрирующего западному человеку, раздираемому глупыми амбициями и занятому еще более глупой суетой, пример смирения, снята виртуозно. В геометрии отхожего места — публичные туалеты в Токио выглядят как чудо дизайна — Вендерс ухитрился увидеть метафору душевной чистоты, высшую, так сказать, гармонию. Однако подкачал звуковой ряд: ежедневное путешествие главного героя из дома на работу сопровождено композициями вроде «House of the Rising Sun» (серьезно?) и «Just a Perfect Day» (господи). Становится очевидно, что Вендерс в протагонисте видит себя, стареющего хиппи, перепутавшего этнографию с философией и, главное, пышущего самолюбованием.

Что касается главной награды, то тут лично у меня нет никаких сомнений. С 12 лет живущий во Франции вьетнамский режиссер Чан Ань Хунг без малейшей тени смущения решил воспеть любовь к миру и благодарность за дары его — самые что ни на есть материальные — в монументальной картине «Рагу Додена Буффана» о том, как важно быть гурманом и за столом, и в постели. Вернувшийся практически с того света Бенуа Мажимель играет вымышленного гениального кулинара бель эпок Додена Буффана, окопавшегося в замке на Луаре и коротающего свои дни за кулинарными трудами: обсуждением обеденного меню, приготовлением оного, смакованием результата. «Рагу Додена Буффана» ироничным образом рифмуется с другой конкурсной картиной — «Клубом Зеро» Джессики Хауснер, попытавшейся изучить пищевые неврозы нового поколения и заставившей своих героев поглощать собственную рвоту. Рубен Эстлунд, победивший в прошлом году с «Треугольником печали», картиной, в которой всех тошнило от всех, как мне кажется, должен в 2023-м сделать жизнеутверждающий и, разумеется, остроумный выбор. Обезвоженный после тотального экзистенциального отравления организм отчаянно нуждается в витаминах — устрицы богаты йодом, черная икра — белком, бургундское вино — истиной. В это тревожное время стоит позаботиться если не о душе, то о теле.

Что ж, в итоге Зинаида Пронченко не угадала ни одного решения жюри, хотя большая часть упомянутых ей фильмов награды все-таки получили — просто другие. Вот полный список победителей 76-го Каннского кинофестиваля:

• «Золотая пальмовая ветвь» — «Траектория падения» Жюстин Трие
• Гран-при — «Зона интересов» Джонатана Глейзера
• Лучшая режиссура — Чан Ань Хунг («Рагу Додена Буффана»)
• Приз жюри — «Опавшие листья» Аки Каурисмяки
• Лучшая мужская роль — Кодзи Якусе («Прекрасные дни» Вима Вендерса)
• Лучшая женская роль — Мэрвэ Диздар («О сухой траве» Нури Бильге Джейлана)
• Лучший сценарий — Юдзи Сакамото («Монстр» Хирокадзу Корээды)
• Лучший дебют — «Внутри желтого кокона» Фам Тиен Ана
• Лучший короткометражный фильм — «27» Анны Флоры Буды