«Еще пара часов — и город уйдет под воду»

Что происходит около Каховской ГЭС. Рассказывают жители ближайших городов и сел

Рано утром 6 июня была разрушена плотина Каховской ГЭС, станция расположена в аннексированной Россией части Херсонской области. Украинские власти утверждают, что плотину взорвали российские военные. В Кремле заявляют о «преднамеренной диверсии Киева». Тем временем уровень воды в Днепре поднимается, несколько населенных пунктов уже полностью затоплены. «Медуза» поговорила с жителями городов и сел, расположенных недалеко от ГЭС (а также теми, у кого в этих населенных пунктах остаются близкие), — и выяснила, что там происходит.

Евгений Бабийчук

Херсон, от города до Новой Каховки около 80 километров

Я живу в 90 километрах от дамбы. Никакого взрыва мы не слышали — только увидели [разрушение плотины] в новостях. Я сразу поехал на берег Днепра — это меньше километра от Херсона, практически территория города. Когда добрался, воды [в реке] уже было плюс метр. Сейчас уже где-то плюс два.

Нас тут сейчас на берегу человек сто — мы просто стоим и рассматриваем мусор, который плывет по реке. Его несет очень много — вперемешку с камышом, деревьями, бензином, маслом, грязью, лодками. И очень много животных: какие-то уточки, рыба дохлая. Вот только черепаха мимо меня проплыла. Перед этим — две ондатры.

Теперь река сильно воняет бензином — обидно. У нас всегда была чистая река. Ого, военный ящик плывет! С боеприпасами или нет, не знаю. Выловили только что русский чай (упаковку чая российского производства, — прим. «Медузы») — вымыло, видимо, с того берега, где стоят военные [ВС РФ]. Мусора сейчас много гонит, очень сильное течение — раза в три сильнее, чем обычно.

К Херсону течение только доходит. Оно идет сейчас на нас. В городе Остров [район Херсона] подтопление — это одна-две улицы, там в основном частные дома. Сейчас оттуда всех эвакуируют, работают все службы. На полдень назначен эвакуационный поезд.

Кроме Острова затопило еще несколько улиц, которые в низине. Мы [с другими жителями Херсона] поехали на одну из таких улиц — и там вода, конечно, уже течет. Мы припарковались — и через 20 минут вокруг нашей машины уже все было в воде. Мы помогли эвакуировать людей.

Всех [из Херсона] вывозить не будут — не понадобится. У нас же давно изучался этот вопрос [о вероятных последствиях разрушения дамбы], так что мы знаем, что в самом Херсоне будут затоплены только некоторые улицы. А вот другой берег, который контролирует РФ, — там затоплено будет гораздо больше. Несколько населенных пунктов затопит полностью. В Новой Каховке в центре уже вода стоит — и лебеди плавают.

Перебоев с [питьевой] водой пока нет. Но у нас насосная [станция] стоит прямо возле реки, и если вода поднимется еще на три-четыре метра, начнется проблема, нам выключат воду. Нам уже об этом объявили, так что сейчас все ее набирают. Правда, это не спасет.

Сейчас вижу дым на той стороне [Днепра]: горит русская техника, два возгорания. Это не от потопа, а от обстрелов — там постоянно что-то горит. Ничего необычного.

Виталий

раньше сам жил в Алешках, городе в 70 километрах от Новой Каховки. Алешкинский район оккупирован Россией с середины апреля 2022-го

Меня утром сегодня [знакомые] ребята подняли в четыре утра — сказали, так, мол, и так. И я [с того момента] стараюсь мониторить соцсети, донести до людей что, где и как происходит на данный момент. Я сам из этого города, у меня [там сейчас] четыре маленьких племянника, брат двоюродный с женой, бабушка. Я ни с кем не могу связаться.

[Брат, который живет в Алешках] даже и не знал, что [разрушили дамбу], — это я его разбудил. Я ему объяснил ситуацию, поскидывал видео, он удостоверился, что все это правда, и [только тогда] стал предпринимать какие-то меры. Утром, где-то часов в восемь, брат был в сети. Они на тот момент собирали детей, машину, планировали ехать в Костогрызово — это в сторону Крыма. Хотели отвезти туда [хотя бы] детей — но пока никаких сведений от них нет.

Мирное население, конечно, не знало, [что будет атака на ГЭС]. [Российские] военные сто процентов знали. [Несколько месяцев назад они] начали ходить по домам. Моя бабушка получала русскую пенсию, а паспорт менять не хотела. К ней [военные] пришли, сказали: так и так, если хотите получать какие-то деньги, принимайте российское гражданство. Бабушка, естественно, отказалась, они ушли. И никаких поступлений не было после этого.

Вадим

раньше жил в Алешках

Могу сказать, что еще пара часов — и Алешки уйдут полностью под воду. Все самые высокие точки города уже подтопило.

Большинство людей не думали, что кацапы (российские военные, — прим. «Медузы») взорвут ГЭС. Никто даже об этом не думал, люди просто выживали [во время войны].

Я узнал об этом в пять утра: [знакомые] позвонили с [Новой] Каховки и сказали, что «у нас беда». На данный момент полпоселка и полцентра под водой, конченые людей не выпускают, позакрывали дороги. Говорят: «Все вы тут и сдохнете».

Марина

жила в селе Крынки, Херсонская область, 24 километра от Новой Каховки. Село относится к Алешковскому району. Сейчас Марина находится в Никополе в Днепропетровской области

В Крынках у нас свой дом, там была пасека и сад — все ушло под воду. Около пяти утра [муж] позвонил и сказал, что воды по пояс. После девяти утра сказал, [что] вода на уровне окон, — дом высокий, окна от земли в паре метров. На тот момент [он] сидел в лодке с соседкой.

Понимания, как ему выбраться, вообще нет. Я не знаю куда мне обратиться за помощью, потому что это левый берег, там оккупация. [Что подобное может случиться], никто не ожидал. Думаю, никто не готовился к такому.

Там магазин был один [в котором можно было запастись продуктами], не знаю, работал ли [он]. Запас воды [жители села] делали, но там нет электричества, а вода из скважины. У кого был генератор и топливо, те запасались.

Не знаю про количество людей [которые сегодня находились в селе], но были там люди. Знаю, что [российские военные] забирали лодки у людей. В группе говорят, что орки (российские военные, — прим. «Медузы») [во время оккупации, до наводнения] выгоняли людей из двухэтажных домов, а сами заходили туда.

Связь [с мужем] есть, но не всегда. Бывает очень плохая. Иногда ничего не слышно. [Знакомые] люди пробовали заехать в село, но их возле Новой Каховки не пустили. Сказали, там воды много.

Анастасия

Голая Пристань, город примерно в 90 километрах от Новой Каховки. Находится под оккупацией с марта 2022 года

Я проснулась утром от звонков сестры из Польши. Она позвонила и рассказала все, а дальше уже интернет помог узнать подробнее о ЧП. В основном у людей паника. Связь с родными отсутствует, невозможно никому дозвониться.

Многие собираются эвакуироваться, вынуждены выносить все продукты и электроприборы на крышу — или куда-то повыше. [Мы тоже] собрали чемоданы на случай чрезвычайной ситуации.

Эвакуация есть, работает МЧС РФ. Мы живем в конце города и пока не собираемся эвакуироваться. Если что — поедем к родственникам, [которые живут дальше от наводнения]. У нас [возле дома] пока все сухо, до нас [воде идти] еще примерно полтора-два часа. Вода сейчас в центре города, продолжает прибывать.

У нас вообще пять собак, и если эвакуироваться, то будем всей семьей в одной машине. Всех [собак] я не смогу взять. Жалко. Ищу куда пристроить.

Записали Лилия Яппарова и другие авторы «Медузы»