Original Material
«Верни Ростов, Иосиф!»
Мятеж Пригожина породил волну интернет-мемов. Многие из них оказались точнее, чем «серьезная аналитика»
Мем с Иосифом Пригожиным. Фото: соцсети
Голосовое сообщение в телеграме Евгения Пригожина, отзывающего колонны «Вагнера» от Москвы, увидели восемь миллионов человек. Почти 400 000 человек отреагировали на него значком «клоуна». Юмор и ирония сопровождали мятеж с первых минут; и для многих из тех, кто следил за событиями по соцсетям, мемы стали едва ли не важнейшим инструментом осознания военно-политической реальности. Вести и аналитика с иронического фронта — в колонке Кирилла Фокина.
Когда я садился писать этот текст, пришла новость: председатель комитета Госдумы по обороне генерал Картаполов заявил, что к бойцам ЧВК «Вагнер» претензий нет: «Они никого не обижали, ничего не ломали». Это неправда, но это и не банальная ложь. На академическом языке подобное назвали бы «постправдой» — проще говоря, попыткой взять слушателя / читателя / зрителя и спихнуть в параллельную реальность, причем так быстро, чтобы он даже не успел осознать падение.
Рационально сопротивляться постправде невозможно. Аргументы не работают, когда с вами говорят из альтернативной вселенной. Здоровый и органичный ответ — ирония.
Современная соцсетевая среда — идеальная арена и для распространения постправды, и для моментальной юмористической реакции на нее. И то, и другое размножается мемами; и то, и другое едва ли можно отрегулировать.
Попытки соцсетевых гигантов фильтровать «фейки» с помощью пометок типа «эксперты сомневаются в подлинности информации из этого поста…» сомнительны. Попытки ограничить распространение мемов — как со стороны властей, так и частных лиц, — безуспешны. Запретить решением суда — легко; остановить вирусную волну — привет, эффект Стрейзанд.
В предвоенной России интернет-юмор для многих становился просто-таки запасным кислородным баллоном. Осажденный разнообразной чушью про планы ЦРУ и оранжевые революции, находящийся уже на грани принять лукавое «всё не так однозначно», человек всегда мог зайти в интернет и вдохнуть там чистого воздуха.
«Чем страшнее ваши репрессии, тем смешнее наши мемы» — неофициальный девиз всех нормальных людей, способных к разрывающе-грустной (само)иронии над ситуацией. Но если в ковид и в начале полномасштабного вторжения логотипом юмористического фронта была картинка с «Титаником» и оркестром:
…то на прошедших «пригожинских» выходных, по моим ощущениям, настрой интернет-сообщества изменился. Ужас, негодование и ошаление, сопутствовавшие мемам про Путина за длиннющим столом, сменились настроем более ярким: «Господь, жги!» Между жизнью и смертью самурай всегда выбирает смерть — так и наша альтернативная реальность, убежище здравомыслящих интернет-обитателей, кажется, смирилась с сим выбором.
И когда Пригожин остановил мятеж, иронический фронт, как настоящий самурай, — вместо (ожидаемого) облегчения — испытал разочарование и недоумение.
Важную роль, правда, сыграл и другой фактор:
пиар-машина Пригожина уже давно разогревала «твиттер-среду», а у самого основателя и хозяина ЧВК оказалось неплохое чувство юмора.
Грубые блатные шутки, постоянный троллинг, видеоэкскурсия по заводу «шампанских вин» в Бахмуте («частная собственность священна!»), наконец, самоирония: «Иосиф Пригожин <…> человек достаточно дерзкий, агрессивный и вспыльчивый <…> а я — человек очень спокойный, вдумчивый и неагрессивный».
Иосиф Пригожин, к слову, отозвался на призывы «отдать Ростов» с пониманием: мемы снижают стресс. Не поспоришь, но психотерапией роль мемов не исчерпывается. Некоторые из них описывали ситуацию с бунтующей ЧВК, рвущейся к столице под медиа-прикрытием телеграм-каналов и горящей желанием отомстить за погибших / преданных на фронте товарищей, точнее многих аналитиков.
Например, отсылками на видеоигровую вселенную Хидео Кодзимы Metal Gear Solid, которая вообще вся целиком построена на печальной судьбе наемников в мире киберпанка и гибридных войн:
Никому неведомо, где проходят границы человечности Пригожина. Но если о событиях «мятежа» когда-нибудь будут снимать серьезное кино, то Бахмутская мясорубка и гибель наемников из-за снарядного голода станут определяющими событиями для перемены их мотивации (как героев поп-культуры). На видео, где хозяин ЧВК требует у Минобороны боеприпасов на фоне тел убитых бойцов, легко наложить легендарный монолог из MGS V: Phantom Pain. Трагедии в этом будет больше, чем иронии.
Преимущество иронической оптики над «серьезной аналитической» здесь еще и в том, что «всем всё и так давно понятно». Как пошутила Екатерина Шульман, «это кем же надо быть, чтобы на своей территории организовать незаконные вооруженные банды!» О том, что наемники опасны, предупреждал ведь еще Макиавелли:
В более простых терминах звучит примерно так:
Повторять в сотый раз про нестабильность режима, про разрушительную (во всех смыслах, включая и последствия для России) войну, про миф о якобы «эффективности» и «мощи» автократий, и т. д., и т. п. — возможно только для того, чтобы новым, так сказать, внезапно заинтересовавшимся политикой гражданам ответить на «а что случилось?»
Для тех же, кто может сложить два и два, и способен хотя бы на минимальном уровне применять критическое мышление, уже всё давным-давно ясно. А раз ситуацию (пока) изменить невозможно — остается ее просто высмеять. Тем более, что от реальности всё равно не деться: пока мы посмотрели только трейлер.
Тех, кому не терпится узнать спойлеры, можно отослать к другому легендарному мем-прогнозу от марта 2022 года: