Новейшая история Израйлита

Как петербуржский бизнесмен и «любимец Путина», поверив ему, лишился почти всего — и как с этим связаны ФСБ и таинственный «Антиквар»

Смольнинский районный суд Петербурга приговорил российского бизнесмена Валерия Израйлита к шести годам лишения свободы по обвинению в незаконном выводе средств на счета нерезидентов в крупном и особо крупном размере (части 2 и 3 статьи 193.1 УК РФ). Израйлита задержали еще в 2016 году. Изначально бизнесмен обвинялся в мошенничестве, незаконном выводе денег из России и легализации средств, полученных в результате преступления. Следствие утверждало, что Израйлит экономил на поставках некачественных труб для порта Усть-Луга в Ленобласти и тем самым нанес общий ущерб в 3,9 млрд рублей.

Обвинительный приговор, в котором главным и едва ли не единственным доказательством была спецдекларация Израйлита — при том, что использовать ее для обвинения было запрещено Верховным судом и лично Путиным — не стал неожиданностью для российского бизнес-сообщества. Но все же судебный процесс над председателем совета директоров ОАО «Компания Усть-Луга» Валерием Израйлитом стал показательным по нескольким причинам. В первую очередь он продемонстрировал, как легко в России еще недавно успешный во всех отношениях предприниматель может превратиться в заключенного по очень сомнительному обвинению. Во-вторых, что в России нельзя верить даже слову президента. Ну и в-третьих, что надеяться на закон как минимум наивно. Вспоминаем вехи жизненного пути предпринимателя, которого десять лет назад считали «любимцем Кремля», но в итоге даже такая репутация не спасла его от проблем с законом и спецслужбами.

Часть 1. Из «фарцы» — в князи

Антисоветская предпринимательская жилка

В советские времена словосочетание «предпринимательская жилка» было сродни ругательству. Но даже тогда, когда стремление к обогащению считалось «отрыжкой капитализма», такие персонажи вызывали невольное уважение. Они видели возможность заработать там, где обычные люди усматривали лишь повод для воровства. Неудивительно, что в начале девяностых бывшие фарцовщики, расхитители соцсобственности, спекулянты и прочие «антисоветские личности» в короткие сроки стали миллионерами. От других «новых русских» их отличало то, что деньги они зарабатывали, не грабя кого-то, не деля «золото партии» или распродавая на металлолом оборудование недавних заводских гигантов, а создавая что-то новое и свое. Эти люди поднимали с нуля торговые сети, прокладывали новые логистические маршруты и налаживали поставки дефицитных товаров, строили фундаменты будущих финансовых и торговых империй.

Большинство таких бизнесменов, вышедших не из партийной номенклатуры или КГБ, заработав капитал, предпочли уехать из России еще в 90-е. После 2014-го Россию покинуло большинство из еще остававшихся. В стране задержались единицы, среди них был и Валерий Израйлит.

Будущий успешный предприниматель родился в 1962 году в Коми АССР. После окончания школы приехал в Ленинград, поступил в Горный институт. Жить на одну стипендию оказалось, как выражался киношный Саша Белый, «кисло». А огни большого города манили и требовали праздника. Можно было подзаработать, разгружая вагоны или дежуря санитаром в ночную смену. Но был и другой вариант, который выбрал Израйлит.

Ленинград и в советские времена пользовался большим успехом у иностранных туристов. А представители стран Скандинавии вообще приезжали сюда, чтобы выпить дешевой водки и познакомиться с русскими красавицами. На то и другое нужны были деньги, которых иностранцам позволялось иметь минимальное количество. Зато можно было продать за рубли импортные вещи или обменять водку/икру/красотку на джинсы/электронику/жвачку/сигареты/аудиозаписи/косметику. Так в СССР зародился совершенно новый вид бизнеса, называемый фарцовка (от английского for sale — на продажу).

Советские власти жестко преследовали фарцовку и фарцовщиков. Студент третьего курса Горного института Валера Израйлит попался в 1983 году. Как «первоходу» впаяли ему не очень много, и уже через пару лет он был на свободе

и вернулся к прежнему занятию. В 1987 году Израйлит опять попадает за решетку, но в этот раз уже за наезд на пешехода. К тому времени материальное состояние «студента» было вполне на уровне (далеко не всякий 25-летний советский гражданин имел собственное авто), и Израйлиту удалось отделаться условным сроком. В тюрьму ему попадать было никак нельзя, ведь Горбачев объявил общую кооперацию, и перед предприимчивым молодым человеком открывались просто шикарные возможности.

Возможности привели к тому, что новый 1991 год Израйлит встретил в специзоляторе КГБ на Шпалерной улице. В то время он работал исполнительным директором совместного российско-польского предприятия и произвел незаконные манипуляции с таможенными декларациями. Ему вменили контрабанду (по УК РСФСР — до 12 лет лишения свободы с конфискацией имущества). В то же время сотрудники КГБ (контрабанду расследовали именно они) понимали, что старые законы уже не соответствуют реальности. Израйлит в итоге получает минимальный срок — четыре года лишения свободы. Отсидит он из них всего два, но не без пользы.

Перевозки как хребет экономики

Освободился Валерий Израйлит в 1992 году — и попал в совершенно новую страну. Советский Союз приказал долго жить, цены в магазинах менялись по несколько раз за день, курс рубля по отношению к твердой валюте напоминал взбесившегося мустанга. В стране установилось фактическое безвластие, и на первые роли вышли те, кто проповедовал право сильного.

— В те времена бизнесмену невозможно было выжить, не примкнув к какой-нибудь стае,

— рассказал «Новой-Европа» друг и адвокат Израйлита, пожелавший сохранить инкогнито (фамилия имеется в редакции, сам бизнесмен прямо заявил журналисту, что для него слишком опасно в настоящее время общаться с прессой, особенно с иностранной. — прим. ред.). — Несмотря на то что «крыша» иногда забирала львиную долю прибыли, бандиты всё же защищали своих предпринимателей от других банд. В СМИ много писали, что в колонии Валера познакомился с Наилем Исхаковым (Наиль Василеостровский. — прим. ред.), бригадиром «Казанского» ОПС (организованное преступное сообщество, «казанские» считались одной из самых многочисленных ОПС в стране. — прим. ред.). И что через него стал работать на «казанских». Вполне возможно, что это знакомство действительно имело место, но я точно знаю, что Валерий никогда ни под кого не ложился. Нет, он отстегивал положенный процент со сделок, но дела вел со многими тогдашними «новыми русскими».

Наиболее выгодным сектором экономики в то время был импорт-экспорт. Импортные товары заполонили киоски, палатки, стихийные рынки и магазинчики, располагавшиеся в основном в подвалах. На экспорт Россия могла предложить только сырье — благо его было в избытке. Таможенные пункты часто не справлялись с объемом поставляемых на Запад древесины и различных — от чугуна до редкоземельных — металлов. Сырье доставлялось в порты стран Балтии, уходило через автодороги и железнодорожным транспортом. Перевозки стали чуть ли не хребтом российской экономики. Неудивительно, что, едва освободившись из колонии, Израйлит устроился в транспортную компанию (ТК), а через короткое время возглавил ее. ТК «Гафи», где директорствовал Израйлит, в базах УБОПа (Управление по борьбе с организованной преступностью) значилась как одно из легальных предприятий «Казанского» ОПС.

Через три года бизнесмен ушел из «Гафи» и учредил собственную ТК — ООО «Альфа Трейдинг». Произойдет это после того, как Наиль Василеостровский будет убит в одной из бандитских разборок. Так что, скорее всего, Израйлит некоторое время действительно всё-таки работал «под казанскими».

Перевозки сырья по-прежнему оставались весьма прибыльным делом. Но постепенно на новый уровень вышло еще одно направление экспорта — вывоз за рубеж предметов русской старины, икон, картин, эксклюзивных ювелирных украшений и прочего антиквариата. Именно на этой почве — перевозка дорогостоящих культурных предметов — познакомились Илья Трабер и Валерий Израйлит.

Часть 2. Двуликий

То ли Антиквар, то ли Трабер

Личность человека, которого Владимир Путин признал своим хорошим знакомым, а испанское правосудие объявило и еще в международный розыск как члена преступной организации, заслуживает того, чтобы рассказать о нем немного подробнее.

Родился Илья Ильич Трабер в 1950 году в Омске. Закончил Севастопольское высшее военно-морское инженерное училище, служил на атомной подлодке «Красногвардеец» (Северный флот). В службе быстро разочаровался, уволился в 1980 году и уехал в Ленинград, где через некоторое время «всплыл» в пивном баре «Жигули» на Владимирском проспекте (одно из любимых ленинградских заведений Сергея Довлатова). Трабер повторил путь большинства криминальных авторитетов Петербурга. Будущий «бандитский император» начала 90-х Александр Малышев в те времена трудился гардеробщиком в баре «Рига». Такую же должность, но в баре «Роза ветров» занимал будущий «ночной губернатор» Петербурга Владимир Барсуков/Кумарин. В том же баре барменом работал глава самой мощной группировки конца 80-х («Великолукская» ОПГ) Николай Гавриленков. В баре «Рим» начинал карьеру Руслан Коляк, переживший 14 покушений (15-е в 2003 году стало роковым), да и многие другие, рангом пониже. Все они в 80-х числились гардеробщиками, барменами, швейцарами, администраторами в немногочисленных советских питейных заведениях или гостиницах.

Эти должности считались очень прибыльными, а потому случайные люди туда не попадали. Дельцы от общепита привлекали бывших спортсменов в качестве вышибал и охранников своего незаконного бизнеса. Позже охранники и вышибалы сплотились в стаи и обложили данью своих прежних работодателей.

В октябре 2021 года Дзержинский суд Петербурга в полном объеме удовлетворил иск Ильи Трабера к «Агентству бизнес-новостей». АБН летом 2020 года опубликовало статью «Старик и море: Трабер начал строить новую портовую империю», в которой со ссылкой на ряд публикаций в российских и иностранных СМИ утверждалось, что бизнесмен Трабер и криминальный авторитет 90-х по кличке «Антиквар» — одно и то же лицо. Суд признал, что в статье отсутствуют доказательства данному утверждению, что Трабер никогда не был замечен в криминале, не был членом преступных группировок, не имел кличек «Мореман» и «Антиквар». А если кто-то и утверждает, что «Антиквара» по паспорту зовут Ильей Трабером, то это, видимо, тезка и однофамилец петербургского бизнесмена.

Антиквар сперва числился в «Великолукской» ОПГ братьев Гавриленковых. Там же начинал и Владимир Барсуков/Кумарин, вокруг которого к середине 80-х образовался собственный коллектив, в основном из уроженцев Тамбовской области. В 1985 году будущий «ночной губернатор» попал за решетку за незаконное хранение оружия. Вышел в 87-м, попытался вернуться в «Великолукскую» группировку, но братья почему-то отказались принять бывшего соратника. Барсуков ушел из ОПГ и организовал собственный коллектив. Среди тех, кто ушел вместе с Барсуковым от Гавриленковых, был и Антиквар, который заработал свою кличку за любовь к бартерным сделкам типа «ювелирка/картина/икона — алкоголь».

Работа в питейных заведениях в советские времена была еще и тем выгодна, что жаждущие горячительного клиенты, если у них не было денег, предлагали за опохмел различные вещи, среди которых попадались настоящие шедевры.

Существует легенда, что однажды Антиквар в обмен на две кружки пива стал обладателем кольца XVIII века с алмазом весом чуть ли не в 200 карат. Скорее всего, это преувеличение, но шедевры в обмен на алкоголь обменивались в советских барах довольно часто.

Трабер тем временем в своем интервью «Фонтанке.Ру» утверждал, что антиквариатом его заставила заняться жена, а сам он к этому тяги не имел. Видимо, у Антиквара была другая история, позволившая к концу 80-х приобрести славу главного спеца по антиквариату с криминальным душком. Конкурентов у него не было: в 1983 году на зону отправился Михаил Монастырский (Моня-Миллионер прославился тем, что организовал массовый выпуск подделок под Фаберже, подделки были настолько качественны, что от оригинала их не могли отличить даже специалисты Эрмитажа. — Прим. ред.).

— Они все вместе начинали в конце 80-х, так сказать, единым строем выступали, — рассказал «Новой-Европа» бывший бригадир «Тамбовского» ОПС Андрей К. (фамилия имеется в редакции). — Сергеич (Владимир Барсуков/Кумарин), Хохол (Михаил Глущенко), братья Васильевы (Сергей и Виктор), Фима-Банщик (Александр Ефимов), братья Шевченко (Вячеслав и Сергей), Антиквар (видимо, однофамилец Трабера), Бабуин (Валерий Ледовских), Бармалей (Михаил Голубев), Рыба (Андрей Рыбкин) — все они первоначально были равноправными партнерами. Вместе бодались с «великолукскими» (лидер ОПГ Николай Гавриленков был убит летом 1995 года, его брат Виктор был тяжело ранен в феврале 1996-го, после чего уехал в Испанию, и ОПГ перестала существовать. — Прим. ред.), потом с «малышевцами» (по фамилии «бандитского императора» Александра Малышева, покинул Россию и осел в Испании в 1999 году. — Прим. авт.). Каждый развивал какое-то свое направление, порой пересекаясь с другими. Но до крови не доходило. Антиквар на этой почве познакомился со многими чиновниками. Разрешение на экспорт культурных ценностей без всяких вопросов подписывали в мэрии Петербурга во времена, когда вице-мэром там был Владимир Путин. Вообще, Антиквар всегда был довольно скрытным и своими знакомствами не хвастался. Когда реальных противников не осталось, коллектив распался. Если бы держались вместе, может, всё по-другому повернулось бы.

Анекдотичный «новый русский»

Однако «по-другому» быть не могло. Пока речь шла о выживании и выгрызании своего места под солнцем, инстинкт заставлял держаться стаей. Но как только наступило относительное затишье, члены верхушки «Тамбовского» ОПС посчитали, что вполне могут обойтись собственными силами. Каждый успел отхватить солидный кусок «народного хозяйства», все были обеспечены материально и считали, что могут строить и самостоятельно защищать уже собственную империю.

Илья Трабер, стоявший у истоков главного актива «тамбовских» — «Петербургской топливной компании», ушел из нее (в ПТК в качестве вице-президента остался Барсуков) взамен на владение фирмой по заправке самолетов в аэропорту Пулково «Совэкс». Но и этот бизнес он довольно быстро продал. Трабер имел серьезные позиции в петербургском порту, где его подчиненными (об этом он «Фонтанке» говорит) в середине 90-х были Алексей Миллер («Газпром») и Александр Дюков («Газпромнефть»). Он также вкладывал деньги в автозаправки, в предприятия Выборгского района Ленобласти, в строящийся порт в Приморске (48 км от Выборга).

Антиквар же славился тем, что в 90-е не просто прорубил «окно в Европу», а организовал целый коридор, через который, минуя таможню, из России вывозилось не только сырье, но и культурные, религиозные, художественные, ювелирные ценности и даже стратегические товары типа редкоземельных металлов. В 1999 году этот коридор был закрыт сотрудниками центрального аппарата ФСБ РФ. Антиквар был вынужден срочно покинуть Россию и осесть где-то в Европе.

По странному стечению обстоятельств, в том же году страну покинул и Илья Трабер, на несколько лет «окопавшись» в собственном поместье в Швейцарии и выезжая оттуда лишь в Монако, во Францию и в Испанию. Там Трабер часто встречался с Александром Малышевым и Геннадием Петровым, арестованными испанской полицией в 2008 году в результате операции «Тройка». В рамках этой операции испанцы почти три года (с 2006 по 2008 годы) прослушивали телефонные разговоры выходцев из России. В результате этих прослушек у прокурора Хосе Гринды (возглавлял операцию по аресту «русской мафии») появились вопросы и к Траберу. В частности, испанцев интересовало происхождение миллионов Трабера. На допрос Илья Ильич не явился, а вернулся в Россию. Трабер был объявлен в международный розыск, а в обвинительном заключении по делу «Тройка» так и осталась запись: «Илья Трабер, экономист Тамбовского ОПС». Причем эта запись появилась из официального ответа Генпрокуратуры РФ на официальный запрос прокуратуры Испании. И ордер на его арест до сих пор не отозван.

— Вся бизнес-деятельность Антиквара превосходно укладывается в тот образ, который сложился о «новых русских» в 90-е, — считает друг Валерия Израйлита. — Я имею в виду популярные в ту пору анекдоты, в которых «новые русские» преподносились как очень богатые, но абсолютно тупые. С последним утверждением я не согласен: тупой не сможет заработать, а тем более удержать хотя бы на короткое время сколько-нибудь серьезную сумму денег. Но дыма без огня не бывает.

Вся экономическая грамотность тогдашних нуворишей заключалась в том, чтобы быстро хапнуть подешевле, продать подороже и вовремя умыть руки. Ни о каком долгосрочном развитии бизнеса речи не шло.

У Антиквара именно так всё и происходило. Отхватил «Совэкс» и почти сразу продал. Получил контроль над петербургским портом, привлек туда Дюкова с Миллером. Те сумели в короткий срок в разы повысить перевалочный тоннаж — и Антиквар тут же избавился от активов. Потом он влез на Выборгский ЦБК, организовал там беспорядки и отдал за отступное Сабадашу (Александр Сабадаш, бывший член Совета Федерации от Ямало-Ненецкого АО, «водочный король» Петербурга. — Прим. ред.). Затем Антиквар учредил компанию «ВЭНКО» (Выборгская энергетическая компания, владела заправками в Ленинградской, Псковской и Новгородской областях, а также на трассе «Скандинавия». — Прим. ред.), но поссорился с местными партнерами — и компанию раздербанили по кускам. Решил поучаствовать в развитии порта в Приморске, но в самый ответственный момент слинял из России. Валера [Израйлит] действовал принципиально по-другому.

Часть 3. Взлет и падение

Серьезный подход

Тем временем Израйлит в 90-е, получая солидную прибыль от работы транспортных компаний, вкладывал деньги не в антиквариат или ванны с шампанским, а скупал в Ленобласти коммерческую недвижимость. Через несколько лет спрос на нее вырастет в разы, что скажется на стоимости объектов. У Израйлита появится возможность вложить в какой-нибудь проект серьезные (от 10 миллионов долларов) деньги.

В своем последнем слове в Смольнинском суде Израйлит заявил: «Я пришел в «Компанию Усть-Луга», когда та была на грани банкротства. На ней висел долг в три миллиона долларов. В короткий срок, рассчитывая лишь на собственные средства и не привлекая государственные деньги, я реанимировал фирму. Она получила новую жизнь, и строительство порта, в настоящее время занимающего четвертое место в Европе по объему перевалки грузов, продолжилось».

По словам бывшего директора по связям с общественностью ОАО «Компания Усть-Луга» Татьяны Паук, впервые на порт Израйлит обратил внимание еще в 1996 году, но с ходу влезать в проект не стал. Несмотря на то что в суде Израйлит утверждал, что на финансовую поддержку государства особо не надеялся, без нее проект был точно обречен на провал.

В 1997 году Валерий Израйлит получил диплом о втором высшем образовании в Санкт-Петербургском университете экономики и финансов. В это же время лекции в вузе читал Владимир Якунин, будущий глава РЖД, а на тот момент гендиректор АОЗТ «Международный центр делового сотрудничества», член совета директоров нескольких компаний, в том числе Балтийского морского пароходства. Именно он убедил Израйлита, что порт в Усть-Луге получит государственную поддержку, что и произошло после того, как Якунин стал заместителем министра по транспорту РФ, отвечающим за развитие торгового флота и морских портов.

Официально кресло гендиректора АООТ «Компания Усть-Луга» Израйлит занял в 1999 году. На самом деле, к тому времени бизнесмен уже солидно вложился в проект, а еще прошел в США полугодовую стажировку по программе «Строительство и управление портовыми сооружениями».

— Утверждая, что строительство порта Усть-Луга осуществлялось только на частные инвестиции, Валерий Соломонович немного передергивает, — рассказал «Новой-Европа» Игорь К., директор стивидорной компании. — Да, сами терминалы строились на частные средства. Но если бы на федеральные деньги не углубили дно, не провели к порту авто- и железные дороги, трубопроводы, то эти терминалы никому бы не были нужны.

Но в том, что порт Усть-Луга стал четвертым по перерабатываемому тоннажу в Европе, главная заслуга всё-таки Израйлита. Он действительно болел за дело и хотел создать нечто значимое.

А потому сам не сильно воровал и другим не позволял. Вот деньги и шли именно на строительство и развитие, а не в карманы чиновников и близких к ним бизнесменов.

Провести к строящемуся порту авто- и железные дороги стоило большого труда. Министр транспорта в 1998–2004 годах Сергей Франк был дотошен и осторожен. Несмотря на очевидную будущую прибыль крупного порта на Балтике, инвестиции в этот проект Франк одобрял не очень охотно. Только после того, как Министерство транспорта возглавил Игорь Левитин (2004–2012 годы), а РЖД — Владимир Якунин (2005 год), дело пошло веселее. В короткий срок были построены железнодорожные пути и проложена Окружная дорога в Санкт-Петербурге, сделавшие Усть-Лугу предельно доступной для любого вида транспорта.

Одновременно с дорогами в порту шли работы по строительству терминалов, а также проводились дноуглубительные работы. В 2006 году вводится в эксплуатацию угольный терминал и открывается паромная переправа Балтийск (Калининградская область) — Усть-Луга, способная перевозить железнодорожные составы. На обоих открытиях присутствует Владимир Путин, который всё чаще общается с Валерием Израйлитом, в том числе и тет-а-тет. Результатом этого общения становится включение питерского бизнесмена в экспертный совет при Минэкономразвития. При его непосредственном участии разрабатываются законы о портовых территориях и экономических портовых зонах. Израйлит становится председателем Союза промышленников и предпринимателей Ленобласти и входит в исполнительный совет Российского СПП. В 2008 году он признается лучшим топ-менеджером России по версии «Российского Национального Олимпа».

Слово президента — камень, а вода точит…

Арест Валерия Израйлита в декабре 2016 года стал полной неожиданностью для большинства представителей бизнес-сообщества. Буквально за пару недель до ареста Владимир Путин ставил питерского бизнесмена в пример другим российским предпринимателям. Вот, мол, один из немногих, кто подал полную декларацию о своих доходах (спецдекларацию о доходах, по которым ранее не платились налоги, Путин обещал полную амнистию тем, кто выведет такие деньги из теневого оборота) и теперь спит спокойно. Позже Валерий Соломонович, скорее всего, не раз пожалеет, что поверил президенту.

Первоначально питерского бизнесмена обвинили в мошенничестве (статья 159 УК РФ) и посадили в специзолятор ФСБ. Для Израйлита время повернулось вспять, ведь именно там 26 лет назад он встречал Новый год.

В феврале 2017 года в «деле Израйлита» появляется новая статья — 174.1 УК РФ (легализация денежных средств, приобретенных лицом в результате совершения им преступления). Доказательства для предъявления этой статьи следователи ФСБ взяли из спецдекларации Израйлита. Из того самого документа, который должен был храниться в полном секрете в налоговой инспекции и который Путин и Верховный Суд РФ однозначно запретили использовать в любых уголовных делах.

Защита Израйлита тут же обнародовала действия Следственной службы ФСБ, апеллируя к Верховному и Конституционному судам, к президенту РФ, к Госдуме, к Генпрокуратуре. Российское бизнес-сообщество заволновалось. Но обвинению всё это было как об стенку горох. Единственное, чего добились адвокаты Израйлита, — обещание прокуратуры не использовать спецдекларацию в обвинительном заключении. В то же время секретные данные из нее продолжают фигурировать в деле.

Факт использования спецдекларации в материалах уголовного дела сильно подорвал доверие бизнес-сообщества к власти. Поток спецдеклараций — и без того очень мелкий — иссяк совсем.

— Те, кто затевал всю эту возню со спецдекларацией, не могли не предполагать, какой резонанс вызовут их действия, — считает друг и адвокат Израйлита. — Но очень уж нужно было кому-то влиятельному, чтобы Валера оказался за решеткой. Причем настолько влиятельному, что он мог позволить себе рискнуть имиджем Путина и выставить его человеком, который не держит собственное слово. Таких людей в России можно по пальцам пересчитать.

Старая «разводка» и наивные надежды

О том, что главная задача уголовного преследования Израйлита — не посадить его на нары, а просто отобрать все портовые активы, не говорил лишь ленивый. Посадка бизнесмена в специзолятор служила лишь гарантией тому, что он не будет мешать, когда его начнут обдирать как липку.

Покупателем главного актива Израйлита — терминала Юг-2 (до 2018 года его оператором являлось АО «Транспортно-логистический комплекс», ТЛК, принадлежавшее Израйлиту) — стала фирма «Новые коммунальные технологии», НКТ. Надо же такому случиться, что главным акционером ее являлся Илья Трабер!

По данным «СПАРК-Интерфакс», в 2018 году терминал Юг-2 был оценен в 9,3 млрд рублей (150 млн долларов). Залоговая стоимость составила 3,9 млрд рублей (около 63 млн долларов). Выкуплена фирмой НТК за 46 млн рублей (около 750 тыс. долларов). Проходит несколько недель после покупки терминала — и становится известно, что Илья Трабер постепенно теряет контроль над НТК, а значит, и над недавно купленным терминалом.

В 2019 году доли Трабера в НТК плавно перекочевали в фирму «Русинвест», которой руководит Анатолий Яблонский. Эта фамилия появилась на российском бизнес-небосклоне около 20 лет назад, но сейчас сверкает, уже как сверхновая звезда. Бывший подданный Украины, начальник отдела Луцкой налоговой инспекции (тоже бывший), вынужденный скрываться от обвинения в уклонении от уплаты налогов в особо крупном размере и сокрытии валютной выручки, Анатолий Яблонский бежал в Россию в 1999 году. Некоторое время прожив в Северной Осетии и получив российский паспорт, бывший украинский налоговик перебирается в Костромскую область, где за короткое время становится владельцем холдинга «Русэнергокапитал», в который входят Костромская сбытовая компания (поставщик электроэнергии в регионе), Костромской ЕИРКЦ (центр расчета коммунальных платежей), «Русэнерготехнологии» (строительство инженерных сооружений), «Водоканалсервис» (забор и очистка воды для питьевых и промышленных нужд). Всего же он связан с 27 различными компаниями.

Некоторые источники утверждают, что столь быстрому возвышению Яблонский обязан бывшему начальнику отдела «К» Службы экономической безопасности ФСБ РФ генералу Виктору Воронину

(непосредственный начальник ФСБэшного миллиардера Кирилла Черкалина) и бывшему губернатору Костромской области Игорю Слюняеву (в настоящее время — министр регионального развития РФ). Кроме того, есть предположение, что Воронин со Слюняевым не сами по себе воспылали любовью к украинскому беженцу. А попросил их об этом бывший начальник Воронина и Службы собственной безопасности ФСБ РФ (в настоящее время — генерал армии, первый заместитель директора ФСБ РФ) Сергей Королев.

Если допустить, что Королев действительно причастен к «делу Израйлита», то вся история выглядит вполне логично: дело инициировали не сотрудники СК РФ, а Следственное управление ФСБ. Арестованного Израйлита поместили не в «Кресты», а в специзолятор ФСБ на Шпалерной. Спецдекларацию бизнесмена в налоговой затребовали не прокуратура или СК (им могли и отказать), а, опять же, следователи ФСБ. А если вспомнить, что именно СЭБ ФСБ «курирует» и прокуратуру, и судей, и полицию, то становится понятна несговорчивость как судей, так и представителей обвинения.

«Я наивно надеялся на закон, — заявил Израйлит в своем последнем слове. — До самого конца этого фарса под названием «судебный процесс» я ожидал, что прокурор, являясь представителем не только стороны обвинения, но и института прокуратуры, в чьи обязанности входит надзор за соблюдением Закона (с большой буквы), встанет, самостоятельно признает ошибку, заявит о незаконности возбуждения дела и принесет извинения. Но вместо этого услышал людоедское требование о девяти с половиной годах лишения свободы.

Суд признал Израйлита виновным и приговорил к шести годам лишения свободы по статье 193.1 УК РФ (совершение валютных операций по переводу денежных средств в иностранной валюте или валюте Российской Федерации на счета нерезидентов с использованием подложных документов). Осужденный от наказания освобожден в связи с отбытием срока во время следствия и суда. Израйлит намерен подать апелляцию на приговор.