Original Material
"Война в Чечне продолжается": глава союза кавказцев в Турции – об Ичкерии, Украине и родине
48-летний уроженец Чечни Али Висхаджиев – глава объединения кавказских диаспор Kafkasder в Турции. Представители разных народов обращаются к нему за помощью при необходимости коммуницировать с местными властями. После начала в 90-х вооруженного конфликта в Чечне Висхаджиев оставил учебу в свердловском институте и участвовал в боевых действиях против России. В Турцию он приехал в 2006 году, а через десять лет начал общественную, правозащитную работу.
В интервью редакции Кавказ.Реалии Али Висхаджиев рассказал о проблемах кавказских диаспор в Турции, о недопониманиях между сторонниками независимости Чечни и властями Украины, а также поделился, каким он видит будущее Кавказа.
– Кем и с какой целью была создана организация Kafkasder?
– Организация Kafkasder создана в 2016 году. Инициатором были мухаджиры (переселенцы. – Прим. ред.), которые живут в Турции. Чеченцы, дагестанцы, ингуши, кабардинцы – все северокавказские народы представлены. Среди них и ветераны чеченских войн. Причина — тяжелые времена, которые мы тогда переживали. В связи с событиями в Сирии шла пропаганда здесь, что кавказцы якобы являются столпами этой террористической организации ("Исламское государство". – Прим. ред.).
Все авторитетные мухаджиры, которые приехали оттуда, собрались и решили создать организацию Kafkasder. Молодежь и авторитетные люди решили показать, что мы здесь делаем, что для нас значит Турция. Наша первая задача была правозащитная, показать свою цель. И в дальнейшем мы начали заниматься гуманитарной помощью, потом пришлось и юридическими вопросами заняться.
– Считается, что вторая чеченская война закончилась в 2006 году. С тех пор и до создания организации прошло 10 лет. Это время как жили здесь кавказские мухаджиры?
– Российская пропаганда говорит, что война закончилась в 2006 году. Но мы считаем, что война в Чечне продолжается, что кавказские земли оккупированы, независимо от того, что говорит пропаганда, – война продолжается.
– В Турции государство функционирует непривычно для выходцев из постсоветского пространства. Как удается выстраивать отношения с турецким государством?
– На самом деле у нас разный менталитет. Но есть исторические связи, это можно назвать братством кавказских народов и народа Турции. Есть особенная симпатия здесь к кавказцам. Но нам приходилось объяснять правительству Турции, нашим друзьям, которые поддерживали нас, что случилось с нашим сопротивлением. То есть те кавказцы, которые уехали в Сирию и присоединились к организации ИГИЛ, стали причиной непонимания. Нам пришлось долго объяснять. Мы проделали огромную работу в этом. Два-три месяца назад мы встречались с президентом Реджепом Эрдоганом, с министрами, депутатами разных партий и объясняли нашу ситуацию. И везде встречали положительное, доброе отношение к кавказцам.
В XIX веке в Турции появились первые кавказские мухаджиры – черкесы. Турки полюбили нашу культуру, могу сказать. Из встреч, разговоров я видел разочарование единственный раз в 2016 году, когда здесь произошел теракт. Тогда президент Эрдоган сказал: "К сожалению, наши братья-кавказцы тоже участвовали в этом террористическом акте". Это был серьезный удар по нам. Мы тогда собрали авторитетных турецких журналистов. И подчеркнули, что в этой террористической организации есть представители всех наций и не нужно ассоциировать ее с каким-то одним народом. Сегодня есть много вопросов, которые нужно решить, но в общем они нам доверяют.
– С какими проблемами чаще всего обращаются в Kafrasder?
– Когда случаются конфликты с участием нашей молодежи, то полиция обращается, нас знают и уважают, поэтому мы регулируем разные ситуации. Обращаются родственники наших земляков, которые попадают в неприятные ситуации здесь, совершают правонарушения, но иногда бывает тяжело объяснить, что помочь им не получится.
Все это не способствует доверию между нами и властями Украины
Совместно с другими организациями, с потомками кавказских мухаджиров позапрошлого столетия составили доклад о том, с какими юридическими проблемами сталкиваемся и что мы можем сделать. Решением многих проблем является предоставление гражданства мухаджирам, как это было в 2013 году. Это был исключительный случай, тогда была проделана огромная работа, я в ней тоже участвовал.
Сюда приезжают люди и часто остаются без документов или они просрочены. Это значит, что они не могут отдать ребенка в школу или садик, получить медицинскую помощь. И с этими ситуациями приходится работать. Мы помогаем значительному количеству семей материально, финансово – это и вдовы, и пожилые люди, потерявшие здоровье на войне. Мы поддерживаем детей переселенцев, покупаем необходимое для школы.
– Вы упомянули о правозащитной, юридической помощи. Здесь адвокаты работают иначе, чем в постсоветских странах, где клиент может свободно обсуждать ситуацию с адвокатом. Как вам удается находить общий язык со здешними юристами?
– Да, здесь нет смысла часто дергать адвоката, потому что юридические процедуры четко выписаны. Есть три уровня судов, и пока дело не пройдет предусмотренные законом этапы, незачем отвлекать адвоката, потому что все идет своим чередом и это нельзя изменить. Каких-то обходных, неформальных путей как на постсоветском пространстве здесь нет. Даже если адвокату предложить двойной гонорар, и он отложит дела других клиентов, все равно это особо повлиять не может.
– Есть особая категория нуждающихся в помощи - вдовы тех, кто уехал в Сирию и там погиб. Среди них немало уроженок кавказских республик, живущих в Турции без документов. А выехать они не могут и находятся под угрозой отправки в депортационную тюрьму. Как им помочь?
– Мы обсуждаем с турецкими властями положение вдов, которые вышли из Сирии. Очевидно, что это должно быть политическое решение. Но пока его нет. Мы работаем над этим.
– Много ли в Турции выходцев с Кавказа, которые имеют серьезный боевой опыт и выступают за независимость от России? Рассматривают ли они возможность участвовать в войне на стороне Украины?
– Когда в 2022 году отсюда в Украину отправился Абдульхаким (Рустам Ажиев), многие ожидали, что вслед за ним поедут ветераны с опытом войны на Кавказе и Сирии. Но этого не произошло. Мое мнение: из-за отсутствия доверия к украинским властям. Чего стоила выдача в Россию Тимура Тумгоева (участник батальона имени шейха Мансура, осужден в России на 19 лет. – Прим. ред.). Многие помнят, как Украина выдала дагестанца Алхаса, которого отправили в Беларусь, хотя всем было понятно, что российские спецслужбы его оттуда заберут. Не решены проблемы с документами тех наших братьев, которые воюют в Украине с 2014 года. Все это не способствует доверию между нами и властями Украины. А потому так и происходит, воевать туда едут немногие.
– Существует ли угроза ассимиляции кавказцев за пределами родины? После окончания войны чеченская молодежь вернется на родину?
– Такая угроза существует. Но масштаб этой угрозы разный в отдельных государствах. Опыт предыдущих поколений мухаджиров свидетельствует: в Турции, Иордании и чеченцам, и черкесам удалось сохранить свой язык, свое национальное самосознание. Что касается Европы, то там ситуация сложнее. Нам нужно объединяться, создавать свои школы, изучать язык, это залог того, что следующие поколения, те, кто решит остаться за пределами Кавказа, сохранят свою идентичность.
– В какой форме вы видите будущее народов Кавказа?
Простить пытки, издевательства, насилие над женщинами – думаю, что это невозможно
– Это будет объединение народов Северного Кавказа, вариант Горской республики – если говорить об основе, о том, на чем будет основано государство. Для меня очевидно, что решающую роль будет играть наша религия ислам. Даже те из нас, кто сегодня говорит о демократии, понимают это. В советские времена старики судили у нас по шариату. И хотя государства не было, не было механизма, чтобы заставить выполнить решение, которое не нравится, но все это принимали и выполняли. Так что устройство нашего будущего государства кавказцев я связываю с Исламом.
– Если Чечня будет станет независимой, и вы вернетесь домой, что будет самым сложным?
– Я много думаю над этим. После первой войны в Чечне наши лидеры, наши старики сказали: не будем мстить, надо это оставить в прошлом и двигаться дальше. Позже мы поняли, что это была ошибка. Если мы использовали каждую возможность, чтобы не убивать чеченцев, воевавших против нас, то с их стороны такого не было. Но даже смерть наших бойцов в бою можно простить, это война. А вот как простить пытки, издевательства, насилие над женщинами – думаю, что это невозможно. Самое трудное будет – как правильно поступить с теми, кто творил все это. У нас есть религия, будем следовать нашей религии.
- 20 июня 2022 года в Верховной раде Украины появилась депутатская группа "За свободный Кавказ". В ее первоначальный состав вошли десять депутатов как от правящей партии, так и от оппозиционных.
- На стороне Украины сражаются батальон им. Джохара Дудаева (командир Адам Осмаев) и отряд "Бешеная стая" в составе структуры ВСУ, а также батальон им. Шейха Мансура под командованием Муслима Чеберлоевского – на правах добровольческого отряда. Ранее Кадыров пообещал заплатить миллион долларов за информацию о местонахождении командиров этих батальонов.
- Сторонники независимой Ичкерии объявили джихад главе Чечни Рамзану Кадырову и его режиму. Также о подготовке подпольного движения среди населения республики заявили сын бывшего президента Ичкерии Анзор Масхадов и спикер чеченского батальона имени шейха Мансура, воюющего на стороне Украины, Ислам Белокиев. По их словам, цель подготовки – "деоккупация и независимость непризнанной Ичкерии".
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить