Original Material
Они сажали за Родину
Портреты судей, приговоривших россиян к сталинским срокам за то, что те выступали против войны и убийства украинцев
Фото: Mikhail Svetlov / Getty Images
Они сажают ученых и оппозиционеров, бизнесменов и гражданских активистов, молодых и совсем пожилых, больных и здоровых. Не рефлексируют. Считают, что имеют право не обращать внимание на скудную доказательную базу, — ее отсутствие они ловко ретушируют казенными формулировками, кочующими из решения в решение: «Суд не находит оснований не доверять стороне обвинения», «доводы стороны защиты необоснованны». Те, кто сидят перед ними в стеклянных клетках-«аквариумах», в их понимании — пыль.
Большинство из судей вцепилось в свои кресла мертвой хваткой: большие зарплаты, льготы, пожизненная пенсия. Оправдания, условный срок в их среде считается браком в работе, который могут занести в личное дело. Они иногда оправдываются, когда хотят избежать санкций. Говорят, что просто дежурные рядовые судьи. Не они, так другие дежурные судьи всё равно вынесут те же решения. Они давно не отдают себе отчет, что эта их логика не имеет никакого отношения к правосудию. «Новая газета Европа» представляет мини-портреты нескольких российских судей и прокуроров, которые с момента полномасштабного вторжения России в Украину посадили своих граждан за то, что те критиковали войну.
«Именно приказ, как полагает палач, дает ему шанс отказаться от личной вины и представить себя чуть ли не такой же жертвой, как та, которую он убивал».
Валерий Подорога, «Время после. Освенцим и ГУЛАГ: мыслить абсолютное Зло»
Список Кара-Мурзы
Политик и журналист Владимир Кара-Мурза был арестован через два месяца после начала войны, обвинен в распространении ложной информации о вооруженных силах и объявлен «иностранным агентом». Его задержание произошло через несколько часов после того, как телеканал CNN показал его интервью, в котором он заявил, что Россией управляет «режим убийц».
Затем к обвинению добавилось сотрудничество с нежелательной организацией, а позднее политику предъявили обвинение в государственной измене в связи с его выступлениями, посвященными войне, в том числе — в Палате представителей штата Аризона, в которых Кара-Мурза заявил, что Путин бомбит украинские дома, больницы и школы.
В СИЗО у него обострились проблемы со здоровьем. В частности, он страдает полинейропатией, появившейся у него после того, как российские спецслужбы пытались его отравить в 2015 и 2017 годах. В обоих случаях он попадал в больницу в бессознательном состоянии с симптомами отравления. Расследовательская группа Bellingcat (признана в России СМИ-«иноагентом») выяснила, что перед первым отравлением за Кара-Мурзой следили те же сотрудники ФСБ, что и за убитым политиком Борисом Немцовым, и за отравленным в 2020 году Алексеем Навальным.
Добиться возбуждения уголовного дела о своем отравлении на родине Кара-Мурзе не удалось. Дело против него завели быстро, столь же быстро расследовали и оперативно провели закрытый судебный процесс в Мосгорсуде. Главной сенсацией в этом суде стал председательствующий — судья Сергей Подопригоров, внесение которого в «Акт Магнитского» лоббировал в свое время подсудимый. Несмотря на очевидную заинтересованность, Подопригоров из процесса отводиться не стал и приговорил политика к 25 годам лишения свободы — высшая планка по совокупности всех статей.
Сергей Геннадьевич Подопригоров — на сегодняшний день, пожалуй,самый известный российский федеральный судья. Ему всего 49 лет — а сколько удалось успеть!
Профессиональную карьеру он начал в 2003 году — тогда указом Владимира Путина его назначили судьей Тверского районного суда Москвы. Через три года полномочия продлили. В основном санкционировал и продлевал аресты тем, кому просил Департамент экономической безопасности МВД (ДЭБ МВД): коммерсантам, банкирам и прочим представителям финансовых организаций.
В ноябре 2008 года Подопригорову поступили материалы из ДЭБ МВД на аудитора международного фонда Hermitage capital Сергея Магнитского. Следователь Артём Кузнецов просил суд заключить того под стражу по подозрению в «организации и пособничестве в уклонении от уплаты налогов». Подоплека станет известна миру спустя три года: на момент описываемых событий 35-летний аудитор Магнитский раскрыл незаконную схему, благодаря которой Кузнецов и его коллеги-полицейские совместно с налоговиками смогли вывести из бюджета России 5,4 млрд рублей путем фиктивного возврата НДС. Как представитель компании Магнитский официально писал жалобы, в которых называл причастных к хищению лиц и требовал привлечь их к ответственности. Мешал.
Судья Подопригоров привычно ходатайство ДЭБ МВД удовлетворил: санкционировал арест неугомонного сотрудника Hermitage. Меньше чем через год, как известно, Магнитский скончался в медсанчасти СИЗО «Матросская тишина» — к тому моменту у него обострились хронические заболевания, о чем он постоянно писал жалобы и говорил в суде на продлениях меры пресечения. К слову, один раз — в марте 2009 года — меру пресечения Магнитскому продлевал всё тот же Сергей Подопригоров, изначально заключивший его под стражу. Оглашая решение, Подопригоров сказал, что медицинские справки «не ставят под сомнение приведенные в ходатайстве следователя [о продлении стражи] обстоятельства». Ну, шаблонные обстоятельства: что «может скрыться» и «оказать давление на свидетелей».
— Сведений о том, что обвиняемый подвергается пыткам, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, не имеется, — подчеркнул тогда в решении судья Подопригоров.
В ноябре 2009 года Магнитский умер.
В 2012 году Подопригорова и следователей из ДЭБ МВД, возбудивших уголовное дело против Магнитского и Hermitage, внесут в американский «Акт Магнитского» как нарушителей.
К тому моменту Сергея Геннадьевича повысят — он станет судьей Мосгорсуда. И вскоре вынесет один из первых громких приговоров — пожизненное заключение лидеру некогда самой жестокой московской преступной группировки (ореховской ОПГ) Сергею Буторину по кличке Ося.
Затем было немного гражданского активизма. В 2013 году Подопригоров внес свою лепту в посадку фигурантов «болотного дела»*: приговорил одного из них, активиста Константина Лебедева к 2,5 годам колонии за организацию «массовых беспорядков». На показаниях Лебедева, признавшего вину, во многом строилось обвинение еще двоих фигурантов того процесса — Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева.
Словом, карьера складывалась неплохо. Но что-то очевидно давило. А именно — присутствие в «Акте Магнитского». В 2018 году Подопригоров, как стало известно недавно, попросил Минфин США исключить его из этого документа. В письме американскому ведомству он оправдывал свое решение об аресте Магнитского тем, что был дежурным судьей в это время и исходил из предоставленных следствием документов:
«Я был избран судьей [по вопросу ареста Магнитского] случайно — и только потому, что был одним из дежурных судей.
Если бы в тот день дежурил другой судья, то ему, а не мне было бы поручено это ходатайство». Точно так же, в качестве дежурного судьи, отмечал в письме Подопригоров, он впоследствии продлил арест Магнитскому. «Медицинские справки не содержали доказательств, что господин Магнитский имел серьезное заболевание», — утверждал судья, хотя на деле (это видно из его постановления о продлении стражи) он даже не анализировал доводы Магнитского об ухудшающемся состоянии здоровья.
Черновик письма судьи в американское управление по контролю за иностранными активами был передан изданию «Верстка» адвокатом Кара-Мурзы Вадимом Прохоровым. Чтобы составить прошение в американское управление по контролю за иностранными активами (OFAC)** российский федеральный судья обратился кбритано-австралийской юридической фирме Herbert Smith Freehills.Услуги компании оцениваются в 10–30 тысяч долларов только на этапе подачи заявления. Из каких средств Подопригоров оплатил эти услуги, неизвестно. Если за него кто-то оплатил эти юруслуги, то автоматически это считается получением взятки, объяснил «Новой газете Европа» юрист — бывший судья, пожелавший остаться неизвестным. «Статья 290 УК (получение взятки) подразумевает своей диспозицией получение взятки в виде оплаты услуг. Оплата иностранных адвокатов судьи Подопригорова (если оплачивал не он), естественно, это форма взятки. Особо тяжкое преступление», — отметил собеседник «Новой газеты Европа».
Во время процесса над Кара-Мурзой адвокат Прохоров обнародовал этот черновик письма Подопригорова и попросил… Подопригорова приобщить бумагу к делу, сообщив о конфликте интересов (Кара-Мурза был в числе политиков, лоббировавших «Акт Магнитского») и потребовав отвестись из процесса. Подопригоров не стал оспаривать подлинность черновика. Но в своем отводе, как и в приобщении бумаги к делу, отказал. Ну, а Кара-Мурзу в составе коллегии судей он вскоре приговорил к 25 годам колонии строгого режима за распространение «фейков» о российской армии, участие в деятельности «нежелательной организации» и госизмену.
Мнение юриста, бывшего сотрудника прокуратуры: «Конфликт интересов здесь налицо. Подопригоров должен был заявить самоотвод из-за того, что он прямо и лично заинтересован в посадке подсудимого. Поэтому, не заявив такой отвод, а продолжив рассматривать дело и вынеся обвинительный приговор, он совершил преступление против правосудия — вынесение заведомо незаконного приговора. 305 статья УК. Чем Подопригоров руководствовался? Либо его так запугали оперативные службы, которые на него имеют, возможно, компромат, либо он руководствовался личными мотивами — целью мести к Кара-Мурзе. Хотя как юрист не мог не знать: для него как должностного лица такие действия будут иметь последствия. Если не сейчас, то в будущем точно».
После приговора по делу Кара-Мурзы Сергей Подопригоров, очевидно, по-прежнему считающий себя «просто дежурным судьей», засилил арест техническому директору «Навальный.Life» Даниэлю Холодному.
Последнего вскоре приговорили к 8 годам колонии в связи с участием в якобы «экстремистском сообществе» Алексея Навального.
Вычеркнуть свое имя из «Акта Магнитского» Сергею Геннадьевичу Подопригорову пока так и не удалось. Сегодня он находится под санкциями не только США, но и Великобритании ЕС и Украины.
Екатерина Дорохина
Весь процесс над Кара-Мурзой рядом с господином Подопригоровым сидела судья Екатерина Дорохина — специалист по сугубо гражданским делам, занимается ими лет двадцать, но волею случая начальство распределило ее в тройку судей на столь громкое дело. С коллегой Подопригоровым она во всём соглашалась, отвестись ему из процесса ввиду конфликта интересов не советовала и поставила свою фамилию под приговором человеку, который никого не убил и не ограбил. Подпись она ставила с той же легкостью, что и на своих решениях по мелким исковым спорам.
Екатерине Михайловне 52 года. Она много лет трудилась в Останкинском райсуде столицы. В основном на ее плечи ложились дела, связанные с российским ТВ. Работала тихо и неприметно, и имя ее было известно в сугубо узких кругах. Так было до того момента, как весной 2009 года журналисты Эльхан Мирзоев и Олег Пташкин не подали в суд на Первый канал. Корреспонденты, которые работали в студии спецпроектов, утверждали, что на «Первом» было уволено несколько десятков человек. При этом руководство канала не выплатило им положенную по закону денежную компенсацию. Действия руководства вынудили Мирзоева и Пташкина сначала забаррикадироваться на своем рабочем месте на тринадцатом этаже в телецентре Останкино и объявить бессрочную голодовку, требуя восстановления в должностях с последующим надлежащим увольнением. Грозили самосожжением. Администрация «Первого» привлекла к решению конфликта силовиков. На место событий прибыли сотрудники ФСБ, они заставили журналистов покинуть комнату, в которой те забаррикадировались. Тогда Мирзоев, Пташкин и ряд других журналистов подали на Первый канал иск в суд. Дело поручили рассматривать Екатерине Дорохиной. Судья произвела на бывшего корреспондента «Первого» Мирзоева настолько сильное впечатление, что ей он посвятил в своей книге «Мои останкинские сны и субъективные мысли» целую главу под названием «Моя борьба. Судьи нашего времени»:
«Дорохина… Это одна из тех фамилий, которые я никогда не забуду. Храню в сердце ее образ. <…> Думаете, сама Екатерина Михайловна считает, что ей повезло в жизни?.. Не уверен — ну, она постоянно жаловалась. Хотя выглядит довольным самим собой человеком…
Она — худая блондинка. Крашеная. Кстати, неудачно. Химическую завивку с ее жидкими волосами сотворили тоже неважно. Ну, неважно.
Так вот — образ судьи Дорохиной. Ну, какой она мне запомнилась.
Было 1 июня. Останкинский суд. Зал заседаний. Слушается дело по моему исковому заявлению.
В небольшой комнатушке — зал заседаний — жарко, воздух наэлектризован. Мы с моим представителем Владиславом Симоновым и юристом ООО “Зеленая Студия” (тогда — структура Первого канала, уволившая журналистов. — Прим. ред.) Вячеславом Мирончуком спорим — перебивая друг друга, обмениваясь колкостями, насмешками. Увлеклись. Противоположная сторона сдалась, уже не защищается, пищит неюридическими междометиями.
Вдруг я осекся — странно, Дорохина молчит, не обрывает. Поворачиваю голову в ее сторону. И замираю — судьи нет. Нет, физически она присутствовала. Сидела на пьедестале за судейской партой. Но вот мыслями…
Она смотрела в окно. С блаженным выражением лица. С вдохновенным. Замерев. Как поэт, трепещущий, боящийся своим дыханием спугнуть витающую рядом рифму. А летние солнечные зайчики играли, разбрызгавшись вокруг нее. На ее мантии. На руках. На лице. И на ее жидких волосах с дурацкой химией — отчего они, волосы, казались бесцветными, прозрачными, невидимыми.
Уверен, судья тосковала. Об отпуске. О море соленом. О песочке белом. <…> Уверен — ведь в перерыве заседания она жаловалась, что устала, что у нее “куча дел, которые невозможно рассмотреть”, что ей всё и все надоели, что ей, “в конце концов, тоже полагается отдых”…
<…> Наша просьба о вызове свидетелей. В этом Дорохина не могла нам отказать, хотя зло проанонсировала результат суда: “Смотрите! Могли уже сегодня закончить дело”.
У нее ведь свои дела. Она ведь торопилась. А тут мы со своим Трудовым кодексом Российской Федерации. С Конституцией. С исканиями справедливого суда…
<…> Во время слушаний дела нашего коллеги с Первого канала Эльдара Басилия — он тоже судился с “Зеленой Студией” — судья Дорохина, бедная, уставшая, очень возмущенная, воскликнула: “Неужели вы не понимаете?! Ну не хочет работодатель вас всех видеть на работе! Ну не нужны вы ему!”
У нее такая логика.
Судейская.
Беспристрастная.
Правовая.
Кстати, тоже неудачная.
Противоположная сторона — ООО “Зеленая Студия” и Первый канал — тоже готовилась. Бурно. Бизнес-империя Эрнста и Синельщиковой! Стратегия защиты.
[Мы с адвокатом] получили документы из суда, среди которых была и копия моей трудовой книжки, и [представители “Первого”] подделали ее. Как и подпись под актом приема-сдачи услуг к договору об оказании услуг. Люди без комплексов. Подделали, кстати, плохо. Некачественно. Ну, хотя бы это сделайте красиво, а?
Да и акт сам изготовлен такой — обхохочешься. В документе — ни о сделанной работе, ни о сроках… Ну, было же время — сделайте нормально. Всё равно же подделываете.
Даже судья Дорохина — даже она — увидев результат творчества, сказала на предварительном заседании представителю противника: “Я же вижу — это не его подпись!” А потом задумалась на полминуты и почему-то добавила: “Даже я это вижу!” И приобщила к делу распечатку всех диктофонных записей моих переговоров с рабами-исполнителями воли главного теле-клана страны.
И что? Решение-то не в мою пользу. Судья тоже без комплексов.
<…> Говорю на судебном заседании 29 июня 2009 года: “Я же не против увольнения — это нормальная практика в экономической жизни общества. Но пусть сокращают по закону. По обговоренным правилам”.
А Дорохина на это смеется.
Смешно.
Трудовой кодекс! А ей смешно!
<…> Приглашенные в качестве свидетелей коллеги — Эльдар Басилия и Олег Пташкин — подтверждают, что <…> договор об оказании услуг я подписал задним числом. Не только мне предлагали, не только меня уговаривали. Когда Вика стала рассказывать о подписанных со всеми сотрудниками студии спецпроектов Первого канала срочных договорах до конца мая, которые “куда-то пропали”, Дорохина замахала руками и стала обрывать девушку:
— Я всё поняла! Что тут непонятного? Мне всё понятно!..
<…> Судья Дорохина “удаляется для вынесения судебного решения”.
“В иске отказать”. Прекрасно!
Решение суда повторяет формулировки — почти слово в слово — позицию ответчика, ООО “Зеленая Студия”, конторки мадам Синельщиковой. Прекрасно!
…Никакой правовой оценки доказательств — ни одному из моих доводов, ни аудиозаписи телефонных переговоров, ни показаниям свидетелей, ни заключению Независимого экспертно-правового совета за авторством главного специалиста в стране по трудовому праву Владимира Миронова, специальную литературу которого прячет на коленях под столом любой разбирающий трудовой спор судья. Даже заключение представителя Останкинской межрайонной прокуратуры прокурора Ольги Тимофеевой, заявившей на судебном заседании, что все предъявленные в моем иске требования подлежат удовлетворению, судья Екатерина Михайловна Дорохина не заметила в своем решении. Федеральный судья Останкинского районного суда города Москвы снова торопилась — встряхнула каракулем, вернее, каракулями гидролизной химии, защебетала: “Всё! Мне пора! Всем до свидания! Мне пора!” и поскакала…».
Судья Дорохина и после этого процесса работала по искам к «Первому». Например, риелтор Павел Никитин увидел себя в документальном фильме Первого канала, посвященного «черным риелторам». Никитина там называли «гражданином, оставившим без жилья стариков и детей», — хотя черным риелтором он не являлся, в отношении него не было возбуждено никакого дела. Канал отказался публиковать опровержение, мужчина обратился в суд. Судья Дорохина предложила для начала решить спор миром. Представитель «Первого» сказал, что вышла ошибочка и они готовы выплатить истцу 50 тысяч руб, но опровержения давать не будут. Истец отказался. Тогда Дорохина удовлетворила его иск частично, но всё же обязала «Первый» дать опровержение.
В 2014 году Дорохина переехала из Останкинского суда в Мосгорсуд — повышена, само собой, была указом президента. Тогдашняя глава городского суда Ольга Егорова определила Дорохину в состав судебной коллегии по гражданским делам.
Тоже работала тихо, ничем не выделяясь. Пока не согласилась поучаствовать в виде «пристегнутой» судьи на громком политическом процессе, во время которого не произнесла ни слова. Теперь Екатерина Михайловна останется не только в книге журналиста Мирзоева, но и в санкционном списке Великобритании.
Возле другого плеча Сергея Подопригорова весь процесс над Кара-Мурзой сидел второй «пристегнутый» судья Виталий Белицкий. Самый молодой в этой тройке — 43 года. Свой профессиональный путь Виталий Александрович начинал с работы в Коптевском райсуде столицы. Здесь в 2017 году он вынес приговор защитнику столичного парка Дубки Дмитрию Бойнову. В парке застройщики хотели незаконно построить 22-этажный дом с подземной парковкой. В таком случае парк утратил бы статус объекта культурного наследия. Кроме того, строительство перекрыло бы путь грунтовым водам, погубив тем самым деревья. Согласно фабуле дела, Бойнов, пытаясь не допустить бетономешалку на незаконную стройку, подрался с чоповцами и прорабом, которые отталкивали его с дороги. Причем, как утверждалось, активист ударил прораба костылем. Сам Бойнов и его коллеги называли дело полностью сфабрикованным: охранники сами ударили Дмитрия. Газ Бойнов распылил, чтобы отбиться от чоповцев, поскольку те отобрали у него костыль и активист боялся упасть. С костылем же активист ходил после того, как в предыдущий раз во время задержания его избили сотрудники патрульно-постовой службы, когда он вместе с другими жителями протестовал против стройки и был задержан. Мужчину ударили в автобусе головой об пол и повредили спину.
Последующие дни он провел в Боткинской больнице. Медики обнаружили у него перелом правого колена, ушибы грудной клетки и поясницы, а также спазм почек.
Следственный комитет отказался открыть против полицейских дело по факту превышения должностных полномочий с применением насилия. Дело возбудили против самого Бойнова. А судья Белицкий приговорил его к 3 годам и 3 месяца условно, признав виновным в побоях и хулиганстве. Побои со стороны стражей порядка судья исследовать не стал, сочтя эти факты и показания свидетелей не заслуживающими доверия.
В январе 2023 года указом Путина Белицкий из Коптевского суда пошел на повышение в Мосгорсуд. Осел в составе судебной коллегии по уголовным делам, вскоре был определен на процесс по делу Кара-Мурзы. Тоже сделал вид, что не увидел конфликт интересов, связанный с коллегой Подопригоровым, и, как и Дорохина, почти всё время молчал.
Сольную партию Виталий Белицкий сыграл спустя три месяца после приговора Кара-Мурзе. Во-первых, осудил многодетного отца Виталия Кольцова, бросившего бутылки с бензином в два автозака ОМОНа на площади Революции в Москве, — лишь один из них загорелся, но его быстро потушили. Сам Кольцов объяснял, что акция была символической, а он хотел привлечь внимание к отсутствию свободы собраний в России. Присяжные отказались признавать Кольцова виновным в покушении на жизнь сотрудников ОМОН. Но Белицкий всё же не отпустил Кольцова на свободу, а приговорил к 6 годам колонии общего режима за «порчу имущества и применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти».
Сразу же после этого дела Белицкий вынес решение по еще одному громкому делу — в июне 2023 года судил известного 70-летнего ученого Валерия Голубкина, признав того виновным в госизмене. Уголовное дело на ученого завели из-за его участия в международном проекте по созданию гиперзвукового пассажирского самолета HEXAFLY-INT. Вину он не признал. Судья Белицкий отправил пожилого ученого, перенесшего несколько лет назад онкологическое заболевание, в колонию строгого режима на 12 лет.
Гособвинение среди прочих по делу Голубкина представлял прокурор Борис Локтионов — тот же, что и по делу Кара-Мурзы.
Борису Георгиевичу Локтионову — 66 лет. Он старожил Генпрокуратуры. Крепкий, собранный, с военной выправкой и громким баритоном. В молодости служил в ВДВ. Может собрать и разобрать автомат АКС-74У, что с легкостью продемонстрировал присяжным на процессе по делу националистов Тихонова и Хасис.
Еще несколько лет назад репутация у Локтионова, к слову, была на высоте не только среди присяжных, но и среди корреспондентов независимых СМИ.
В журналистских кругах ходит история (больше, впрочем, похожая на легенду), что он в свое время будто бы отказался представлять обвинение на процессе по делу сотрудника службы безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина, которого задержали первым из всех фигурантов «дела ЮКОСа», обвинив в организации заказных покушений и убийств по заданию руководства компании. По одному из эпизодов в деле Пичугина даже не нашли трупов. А обвинение строилось в том числе на показаниях серийных убийц, которые затем публично (на заседании в Мосгорсуде) признались, что оговорить Пичугина, а также руководство ЮКОСа, их просили конкретные сотрудники Генпрокуратуры, суля в ответ смягчение сроков (но обещания так и не сдержали).
Прокурор Локтионов действительно был определен на первый процесс (всего их было два) по делу Пичугина, который шел с участием присяжных. Однако осенью 2004 года Мосгорсуд по надуманному предлогу распустил коллегию присяжных; одновременно почти сразу из дела был отозван прокурор Локтионов. Суд с новой коллегией присяжных проходил уже с другими обвинителями. А Пичугина впоследствии приговорили к пожизненному.
Известность Локтионов получил в 2011 году, представляя обвинение на процессе националистов Тихонова и Хасис, убивших (оба потом в этом признались) адвоката Станислава Маркелова и журналистку «Новой газеты» Анастасию Бабурову (Тихонов стрелял, Хасис следила за передвижениями адвоката и подала Тихонову знак к убийству. Убийство шедшей с Маркеловым Бабуровой изначально в их планы не входило).
Прокурор Локтионов запомнился на этом процессе сильной позицией. Впрочем, убедительность обвинения во многом определялась сильной работой адвокатов потерпевших — Романа Карпинского (именно он разбил алиби Хасис) и Владимира Жеребёнкова. Локтионова выделяла яркая громогласная манера работы.
Так, выступая перед присяжными в ходе прений сторон, он заявил: «Сегодня там за стеклом сидит зло, и оно должно быть наказано».
В 2012 году указом президента России Локтионов стал заслуженным работником прокуратуры.
Потом, в 2014 году, было дело об убийстве Анны Политковской, где, впрочем, Локтионов исполнял роль второй скрипки и большую часть процесса молчал, — солировала перед присяжными в своей непревзойденной манере (присяжные у нее становятся ручными, а если нет — коллегия распускается) обвинитель Мария Семененко. Затем Локтионов представлял обвинение у предпринимателя Сергея Полонского, прославившегося в свое время фразой «Те, у кого нет миллиона, могут идти в жопу». Полонский просил вывести Локтионова из процесса за агрессивность. Недоволен бывшим ВДВ-шником затем был и сидящий в клетке начальник московского управления СКР Александр Дрыманов. В 2018 году Локтионов был гособвинителем на процессе по уголовному делу о коррупционных связях экс-руководителей СКР с подручными вора в законе Захария Калашова, известного как Шакро Молодой. Дрыманов возмущался тем, что прокурор Локтионов в ходе процесса несколько раз публично обвинял его в коррупции, но при этом даже не допросил. Генпрокуратура, от которой требовал объяснений бывший вип-сотрудник СКР, своего подчиненного не осекла. На аналогичном процессе, но в отношении экс-полковника СКР Михаила Максименко, Локтионов так прокомментировал запрошенный тому срок в 15 лет: «Довожу до вашего сведения, что по старому кодексу за такое преступление был предусмотрен расстрел».
В 2021 году Локтионова распределили гособвинителем на процесс в отношении бывшего советника главы Роскосмоса, корреспондента «Коммерсанта» и «Ведомостей» Ивана Сафронова, которого обвиняли в госизмене. Процесс шел в закрытом режиме, по его итогам Локтионов просил приговорить Сафронова к 24 годам в колонии строгого режима; а его коллега Эльвира Зотчик, по словам адвокатов, перед прениями прямо в зале суда предложила журналисту признать свою вину в обмен на срок в 12 лет лишения свободы. Сафронов не согласился. Суд дал ему 22 года.
И вот дело Владимира Кара-Мурзы. На этом процессе 66-летний гособвинитель превзошел сам себя. На одном из заседаний суда он обратил внимание на фото в соцсети Кара-Мурзы. Там оппозиционер стоит на митинге в толпе вместе с Борисом Немцовым. Комментируя фото, Локтионов заявил, что Немцов поднимает руку то ли в нацистском приветствии, то ли в указующем жесте. Рассказавший об этом у себя в соцсети адвокат Вадим Прохоров подчеркнул: «В принципе, данный скриншот, размещенный в материалах уголовного дела Кара-Мурзы, не имеет вообще никакого доказательственного значения для дела. Но логика “прокурора” Локтионова понятна: только нацисты могут выступать против политики любимого Путина, а как же иначе! А то, что Борис Немцов, как и его друг и соратник Владимир Кара-Мурза, выступали категорически против политики нынешних российских властей, — секретом ни для кого не является. Вот поэтому и потребовалось приплести нацизм к имени погибшего Бориса Немцова, чьим другом долгие годы был Владимир Кара-Мурза... В принципе, это всё, что нужно знать про уровень доказательств в данном уголовном деле». Вскоре после этого сообщения Прохоров вынужден был уехать из России, объяснив, что в его адрес поступили предупреждения о возможности уголовного преследования.
Именно Локтионов запросил для Кара-Мурзы 25 лет. Его фразу из закрытого процесса приводили адвокаты политика: «Кара-Мурза — враг, и он должен быть наказан».
В конце июля в отношении Локтионова Великобритания ввела санкции. Впрочем, вряд ли он собирался когда-либо посетить это «вражеское» государство.
Наталия Николаевна Дударь — «долгожительница» Басманного районного суда Москвы, 49 лет. Судьей здесь она трудится уже половину своей жизни — 24 года. Больше, чем Путин президентом. Конек Дударь — аресты и продления арестов. За более чем два десятилетия через ее зал в СИЗО (маршрут неизменяем) прошли сотни людей. Помимо Кара-Мурзы (ему она продлила стражу в августе 2022 года), Дударь арестовывала либо продлевала арест следующим людям:
-
в начале 2000-х — фигурантам дела ЮКОСа, включая смертельно больного юриста компании Василия Алексаняна;
-
в 2013–2015 годах — 13 фигурантам «Болотного дела»;
-
в 2019 году — фигурантам «Московского дела» (участникам проходивших в столице летом 2019 года массовых акций протеста против недопуска на выборы в Мосгордуму независимых кандидатов. Все акции заканчивались жестокими задержаниями участников);
-
в 2021–2022 годах — Лилии Чанышевой, бывшей главе штаба Навального в Уфе, обвиняемой по делу о создании экстремистского сообщества;
-
в 2022–2023 — годах политикам Яшину и Кара-Мурзе.
Наконец, в том же 2022-м Дударь арестовала жителей столицы, якобы готовивших покушение на ведущего российского пропагандиста Владимира Соловьёва. Процесс по просьбе прокурора Дударь закрыла, поскольку материалы дела якобы содержат сведения, связанные с безопасностью государства. О ходе следствия между тем до сих пор ничего не известно. О том, что на Соловьёва будто бы готовилось покушение, сообщил сам президент Владимир Путин.
А также Наталия Дударь: разрешает прослушку телефонов и обыски у политиков и гражданских активистов (прежде всего у сотрудников Алексея Навального), отказывает в жалобах на следствие, признает законным возбуждение уголовных дел.
Так, в 2013 году Дударь узаконила возбуждение Следственным комитетом уголовного дела в отношении братьев Навальных по делу «Ив Роше». Ее как юриста не смутило, что сами представители «Ив Роше» при этом отказались выступать потерпевшими и подавать в суд на братьев.
Однако, несмотря на декларируемый отказ «Ив Роше» от претензий, уголовное дело не было закрыто.
В декабре 2015 года Дударь вынесла первый в истории приговор по статье 212.1 УК РФ «О неоднократном нарушении правил проведения уличных мероприятий». Осужденным стал активист Эльдар Дадин, которого Дударь приговорила к трем годам в колонии общего режима.
В 2021 году, избирая меру пресечения редакторам издания DOXA (их судили за оппозиционный ролик) в виде запрета определенных действий, Дударь разрешила им выходить из дома на улицу… на одну минуту в сутки. Позже это время продлили до двух часов.
На сегодняшний день, помимо Великобритании, санкции в отношении Дударь (еще в июне 2023 года) ввела Украина как на «представителя судебной власти, выносившего предвзятые решения по политически мотивированным делам в отношении лиц, выступавших против военного вторжения в Украину, или решения, которые оправдывали военные и другие действия РФ на территории Украины.
Анна Потычко. На продлениях ареста по Кара-Мурзе обвинение от прокуратуры поддерживала сотрудница Генпрокуратуры Анна Потычко, 51 год. Тоже специализируется на арестах. В судах практически всегда выступает за то, чтобы человека — политика, бизнесмена, губернатора, бывшего чиновника или театрального деятеля, неважно, — отправили под стражу. Основания (не связанные, правда, с УПК) Потычко всегда найдет. Так, в качестве главного аргумента в пользу необходимости оставить Владимира Кара-Мурзу (являющегося также гражданином Великобритании) под стражей Потычко на заседании Мосгорсуда привела такой: «Я лично подсчитала по навигатору: между домом Кара-Мурзы в Замоскворечье и посольством Британии по прямой — 4 километра. Может сбежать».
А обосновывая необходимость закрыть от публики заседание суда по делу Яшина (речь тоже шла о продлении ареста), Потычко мотивировала это следующим: «Если сделать процесс открытым, Яшин получит площадку для популяризации своих антивоенных идей».
При этом состояние подследственных ее никогда не смущает. В мае 2018 года Потычко просила Мосгорсуд не отпускать из-под стражи экс-директора «Гоголь-центра» Алексея Малобродского. Незадолго до этого Малобродский попал с сердечным приступом в больницу. Уже сам следователь ходатайствовал в суде о его переводе под подписку о невыезде. Но нет. Прокурор Анна Потычко заявила, что основания для изоляции Малобродского «не изменились и измениться не могли».
— Позиция следствия умаляет и суд, и прокуратуру. Если следователь заявляет, что нужно изменить меру пресечения, почему у него должны идти на поводу? — вопрошала она. По ее словам, Малобродский, страдающий гипертонией, и так получает медпомощь и в СИЗО. А позицию Израиля, который обязался не пускать Малобродского в страну как своего гражданина до окончания разбирательства, Потычко назвала «ничтожной».
В 2019 году Потычко просила Мосгорсуд оставить в СИЗО экс-министра по делам Открытого правительства Михаила Абызова, обвиняемого в создании преступного сообщества, а также хищении.
На заседании Потычко сетовала, что Абызов даже не может вспомнить точный адрес своей московской квартиры, куда просил перевести его под домашний арест. Лучше уж пусть в СИЗО. Сохраннее.
В 2020 году настаивала на заочном аресте бывшего миллиардера Бориса Минца (суд с ней, разумеется, согласился). В 2021-м — на реальном аресте предпринимателя Бориса Шпигеля, жалующегося на хронические заболевания. В 2023-м — на аресте заместителя главы МЧС Андрея Гуровича, обвиняемого в превышении должностных полномочий при строительстве ковидного госпиталя в Мурманской области. Гурович заявил о морально-психологическом давлении, угрозах силовиков в СИЗО и манипуляции следователей. Потычко на это парировала, что «при расследовании дела волокиты не установлено».
В соцсетях она позирует на фоне клумбы с цветами или сочинского взморья. Пожалуй, дальше Сочи и Крыма госпоже Потычко в ближайшее время ездить не получится. Одна из тех должностных российских лиц по делу Кара-Мурзы, в отношении которых Великобритания ввела санкции.
Судья по делу Алексея Горинова
Олеся Менделеева из Мещанского районного суда Москвы стала в 2022 году первой судьей в России, которая вынесла приговор по изобретенной властями сразу после начала войны статьи УК 207.3 — «Распространение заведомо ложной информации о действиях Вооруженных сил РФ с отягчающими обстоятельствами». Первым реально осужденным стал муниципальный депутат Красносельского района Москвы 61-летний Алексей Горинов. Менделеева приговорила его к 7 годам колонии общего режима. Поводом, как известно, послужило высказанное вслух мнение Горинова во время пятиминутного спора на заседании Совета депутатов муниципального округа Красносельский — о том, что проведение конкурса детских рисунков во время войны с Украиной будет выглядеть как «пир во время чумы». Горинов подчеркнул, что в Украине гибнут дети. Следствие квалифицировало это как «преступление, совершенное по предварительному сговору, с использованием служебного положения и по мотивам ненависти или вражды». Расследование уголовного дела заняло всего 5 дней. Судебный процесс носил показательный характер. Судья Менделеева по просьбе обвинения продлила Горинову арест сразу на 6 месяцев, хотя тот сообщал, что у него туберкулез, а в СИЗО ему не оказывают надлежащую медицинскую помощь (впоследствии уже в колонии депутат попадет в больницу ФКУ ИК-3 Владимирской области). Также по просьбе прокуратуры Менделеева частично закрыла процесс, ссылаясь на то, что якобы зрители и журналисты могут оказывать «психологическое давление» на свидетелей обвинения.
«Горинов умышленно совершил преступление и осознавал общественную опасность, что повлекло у граждан чувство тревоги и беспокойства», — написала в приговоре Менделеева после весьма оперативного рассмотрения дела.
Трудовой путь она начала в Воркуте, куда переехала еще в раннем детстве из родного Асбеста Свердловской области. В 2011–2013 годах работала в управлении судебного департамента республики Коми, затем в полиции города Воркуты. В Воркуте работал и ее брат Алексей Менделеев, получивший здесь весьма скандальную репутацию сначала как владелец коллекторского агентства, потом как чиновник. Так, в 2011 году портал «Коми-информ» писал, что принадлежавшее тогда Менделееву коллекторское агентство «Акцепт» незаконно требует с местных жителей оплаты якобы задолженностей, незаконно разыскивает людей и их имущество и раскрывает персональные данные. В ситуацию вынуждены были вмешаться даже прокурор города и и. о. руководителя воркутинской администрации. Затем брат будущей московской судьи работал главой комитета по управлению муниципальным имуществом Усинска. На этом посту в 2018 году чиновник подвергся административному штрафу за то, что не рассматривал обращение местной жительницы. Нарушение обнаружила прокуратура. С кем не бывает.
В 2015 году карьера Олеси Менделеевой резко пошла вверх — указом она была назначена судьей Мещанского суда Москвы и переехала в столицу. Первым заметным кейсом, который ей распределили, стал пересмотр дела о вымогательстве в отношении членов профсоюза пилотов, конфликтовавших с руководством «Аэрофлота». Сначала Мещанский суд приговорил их к реальным срокам, затем — после вмешательства Мосгорсуда — судья Менделеева хоть и признала членов профсоюза виновными, но зачла им время нахождения под стражей. Первым же резонансным делом в ее производстве стало дело Дмитрия Безделова, бывшего руководителя Росграницы, которого обвиняли в хищении 490 миллионов рублей, выделенных из бюджета на реконструкцию пунктов пропуска на государственной границе. Безделова Менделеева отправила в колонию общего режима на 9 лет, оштрафовав на 1 миллион рублей. При этом она исключила из обвинения излюбленную среди силовиков (ввиду ее тяжести для обвиняемого) 210-ю статью УК — «Организация либо участие в преступном сообществе», максимальное наказание по которой составляет до 20 лет заключения.
После этого дела Менделееву сразу «понизили» в должности и поручили на время рассматривать лишь дела, связанные с борьбой с миграцией, штрафами и прочими административными нарушениями.
С тех пор силовикам перечить она перестала и статью об организации преступного сообществе по другим уголовным делам в приговорах больше не исключала. Братьев Магомедовых — предпринимателей медведевской поры — в 2022 году (к тому моменту ее снова «повысили» до рассмотрения уголовных дел) она приговорила к срокам от 18 до 19 лет, не став убирать из их большого экономического дела прицепленное ранее ФСБ упоминание про якобы созданное ими ОПС, хотя доказательств этого прокуратура представить не смогла. По просьбе ФСБ Менделеева также (как потом и в деле депутата Горинова) на некоторое время закрыла от публики процесс по братьям Магомедовым, сославшись якобы на поступающие угрозы свидетелям.
Также в профессиональной копилке Менделеевой — приговоры фигурантам «Московского дела». В частности, Менделеева осудила на 3,5 года колонии Евгения Коваленко, который, согласно версии следствия, «руководствуясь мотивом политической ненависти к представителям власти», толкнул одного полицейского и бросил урну в другого сотрудника силовых структур.
Сам мужчинавины не признавал, но был согласен с фактом броска, поясняя, что урна была брошена им не с целью причинить вред сотруднику, а вследствие шокового эмоционального порыва: «Я никогда в жизни не видел ничего подобного: мирных безоружных людей били руками и дубинками вне зависимости того, мужчина это или женщина, когда те уже лежали на земле и не могли оказать сопротивления». Сказанное, к слову, было запечатлено на видео. У потерпевших полицейских, в свою очередь, не были зафиксированы какие-либо повреждения. Однако судья Менделеева отказалась как приобщить видеозаписи, на которых запечатлены избиения граждан представителями органов правопорядка, так и дать Коваленко условный срок.
Пожалуй, единственный известный случай, когда Менделеева давала условный срок, — это фигурантам «дела Седьмой студии»: режиссеру «Гоголь-центра» Кириллу Серебренникову — 3 года условно, Алексею Малобродскому — 2 года, Юрию Итину — 3 года; Софья Апфельбаум была приговорена к штрафу. Подсудимые отрицали вину. Менделеева признала всех виновными в хищении бюджетных средств под видом постановки спектаклей, которые, по версии следствия, якобы не ставились.
При этом в приговоре судья ссылалась на экспертов от следствия, это якобы «подтвердивших». Показания свидетелей защиты во внимание не принимались.
Олесе Менделеевой 42 года. Этим летом Украина внесла ее в санкционный список как «представителя судейского корпуса Российской Федерации», который «принимает судебные решения, в том числе направленные на сознательное нарушение гарантированных международными договорами (соглашениями) прав и свобод человека и гражданина».
Судья по делу Яшина
В декабре 2022 года Мещанский суд Москвы в лице судьи Оксаны Горюновой (45 лет) приговорил оппозиционного политика Илью Яшина к восьми с половиной годам колонии по статье о «фейках» про российскую армию. Это самый большой срок, вынесенный в России по данной статье, если не считать заочные приговоры. Поводом для возбуждения дела, как известно, стал прямой эфир на ютубе в апреле 2022 года, во время которого Яшин рассказал об убийствах российскими военными мирных жителей в украинском городе Буча. В приговоре судья Оксана Горюнова изложила то же, что значилось в обвинительном заключении: что Яшин «по мотивам политической ненависти распространил под видом достоверных сообщений заведомо ложную информацию, которая противоречит официальной информации Министерства обороны».
В Мещанском суде судья Горюнова с 2011 года. До войны и закона о «фейках» не отличалась особой жестокостью, особенно в отношении оказывавшихся в ее производстве дел силовиков. Выносила приговор одному из ключевых агентов оперативников ГУЭБиПК МВД, которые обвинялись в незаконном уголовном преследовании двух бизнесменов. Арестовывала обвиненного во взяточничестве замначальника подмосковной таможни Дениса Руденко, приговорила за растрату к четырем годам заключения отца бывшего сотрудника ГУЭБиПК МВД полковника Дмитрия Захарченко — Виктора Захарченко. А журналист и участник боевых действий на юго-востоке Украины Николай Гречишкин получил от Горюновой 6,5 лет за мошенничество, хотя прокурор просил 9,5 лет.
Через ее зал одновременно периодически проходили оппозиционеры и гражданские активисты. Так, в 2018 году она приговорила к штрафу в 20 тысяч рублей Исляма Малекова за «применение насилия к представителю власти». Поводом стала неудачная шутка Малекова: увидев в переходе метро щуплого сотрудника Нацгвардии, Малеков поднял его на руки и пронес несколько метров, а потом отпустил. А вот Романа Пичужина, который, по версии следствия, 31 января 2021 года толкнул сотрудника ОМОН, задерживавшего участника мирной акции солидарности с Алексеем Навальным, Горюнова приговорила к реальным 2 годам колонии общего режима. Мужчина тоже не признал вину.
— Ваша честь, я признателен за то, как было проведено судебное разбирательство, — говорил в конце процесса Яшин судье Горюновой. — Вы провели гласный и открытый процесс, не мешали мне высказываться, а моим адвокатам — работать. На выжженном поле российского правосудия это выглядит как что-то живое. Скажу прямо, Оксана Ивановна, вы сами производите необычное впечатление. Это для власти вы винтик системы, но я вижу живого человека. Я знаю, что вечером вы снимете мантию и пойдете за покупками, возможно, в тот самый магазин, где моя мама покупает творог.
Перед тем как снять мантию и отправиться за покупками, Оксана Горюнова приговорила Яшина к 8,5 колонии.
Сегодня она рассматривает дела по мошенничеству, кражам, хулиганству и разбоям. Дает куда меньше, чем за стримы про войну с Украиной. Санкции ее пока обходят стороной.
…Есть еще судьи Галкин и Пугачёва (реально, в Тимирязевском суде Москвы: Дарья Пугачёва отправила на 8 лет в колонию за «фейки» математика Дмитрия Иванова, а Сергей Галкин — за то же самое на 7 лет бывшего официанта вагона-ресторана Михаила Симонова), есть судьи Пахомова и Артёмова (которые держат в СИЗО Евгению Беркович и Светлану Петрийчук за их спектакль), есть питерские судьи Леонова и Азовцева (что второй год продлевают арест художнице Саше Скочиленко, наклеившей на ценники в «Пятерочке» стикеры с информацией о войне), есть тольяттинский Лосев (приговоривший к 6 годам колонии педагога, забросавшего краской баннеры в поддержку войны), курганский Акулов (отправивший в СИЗО фермера, тоже за «фейки»), есть краснодарские Ламейкин и Куприянов (осудившие на 6 лет местного электрика за посты о Буче и Мариуполе).
По данным правозащитного проекта «ОВД-Инфо», с начала войны в России было заведено более 7000 административных дел по статье о «дискредитации» армии РФ. Еще 603 человека являются фигурантами уголовных дел за антивоенную позицию.
За полтора года войны в Украине в России оказались смелыми только две судьи. Это судья Ленинского районного суда Воронежа Мария Козьякова и судья Ленинского райсуда Екатеринбурга Ирина Цыбульская.
Козьякова отказалась штрафовать местного жителя Дмитрия Щербатюка за пикет с плакатом «Остановите войну». Полицейские составили на него протокол, посчитав, что воронежец «совершил публичные действия, направленные на дискредитацию ВС РФ». Однако судья сослалась на то, что в России «не объявлено состояние войны», а проводится только «специальная военная операция».
Судья Цыбульская, в свою очередь, закрыла уголовное дело о хулиганстве против Александра Неустроева, оскорбившего мальчика из-за шапки с символом спецоперации — буквой Z. Судья вынесла решение о штрафе в 7 тысяч рублей. В дело, правда, тут же вмешался председатель комитета Госдумы по информационной политике Александр Хинштейн, устроивший травлю судьи. По его просьбе
Генпрокуратура заявила, что решение суда будет обжаловано из-за «существенных нарушений», а сам депутат добивается, чтобы судью никогда не повышали, ведь ее решение о прекращение дела является «плевком в лицо» участникам СВО.