Original Material
"Мы делаем все, чтобы в России перестали пытать". Руководитель "Команды против пыток" об очередном "иноагентстве"
Министерство юстиции России внесло "Команду против пыток" в реестр "иностранных агентов". Об этом решении стало известно в 23-ю годовщину создания организации, помогающей жертвам насилия со стороны правоохранительной системы.
Правозащитники "Команды против пыток" попали в список "иноагентов" уже в четвертый раз. В 2015 году Минюст заявил, что "Комитет против пыток" (предыдущее название организации. – Прим.) ставит своей целью "воздействие на принятие государственными органами решений, направленных на изменение их политики". После этого организация самоликвидировалась как юридическое лицо, но в 2016 году была повторно признана "иноагентом". В третий раз правозащитников внесли в реестр летом прошлого года. Тогда они нашли выход, просто сменив название.
"Команда против пыток" работает в нескольких регионах России, в том числе на юге страны и Северном Кавказе. Здесь КПП фактически осталась единственной крупной правозащитной организацией, ее офис по-прежнему располагался в Пятигорске Ставропольского края, а адвокаты выезжали на судебные заседания в Чечню, Дагестан и соседние республики, где часто подвергались нападениям.
Руководитель "Команды против пыток" Сергей Бабинец рассказал сайту Кавказ.Реалии, в каком формате правозащитники намерены продолжать работу и повлияет ли на них очередное "иноагентство".
– Как вы узнали о "новом" статусе организации?
– Мы находились в офисе, в рабочем чате один из сотрудников опубликовал новость с ссылкой на реестр Минюста, где появилась информация о включении "Команды против пыток" в список "иноагентов" под номером 399. Параллельно пришло уведомление от самого министерства на электронную почту. В нем говорилось, что 23 августа внесены изменения в сведения о наименовании организации. Кстати, впервые за многие годы наших взаимоотношений с Минюстом он так оперативно уведомил нас.
Почему деятельность, направленная на соблюдение Конституции, по мнению властей, является вредной?
Здесь можно было бы пошутить, что вот и нам досталось. В числе "иноагентов" много правозащитников, журналистов, экспертов, коллег. Сегодня этот статус не является чем-то дискредитирующим – это своеобразный показатель качества нашей работы.
Разумеется, мы не рвали волосы и не были сильно расстроены или напуганы. Потому что понимали: это неизбежно, просто вопрос времени. Считаем, что с этим статусом можно работать.
Предстоит выяснить, почему мы попали в список. Направим запросы и обязательно обжалуем включение. Потому что это полный бред, никакими "иностранными агентами" мы не являемся. Единственной целью "Команды против пыток" всегда оставалась помощь гражданам, пострадавшим от насилия силовиков. Мы делаем все, чтобы наша страна стала лучше, чтобы в России перестали пытать, чтобы, встретив на улице полицейского, россияне не перебегали на другую сторону, а спокойно шли мимо.
Но, как мы видим, в последние годы государство видит в правозащитниках исключительно врагов и шпионов. Ликвидированы "Мемориал", Московская Хельсинкская группа, "Человек и закон", "Сова", большое количество других организаций загоняют под плинтус. Правозащитника Олега Орлова судят за "дискредитацию" армии – примеры можно перечислять бесконечно.
Если правозащитная деятельность в глазах государства стала антигосударственной, тогда из Конституции нужно убрать всю вторую главу, где как раз права человека подробно и широко расписаны. Почему деятельность, направленная на соблюдение Конституции, по мнению властей, является вредной? Вот в суде, оспаривая включение в реестр, как раз выясним: если мы против пыток, то Минюст, видимо, считает, что пытки – это хорошо?
– Почему понадобился год после переименования "Комитета против пыток", чтобы снова объявить вас "иноагентами"?
– Сами удивились, попав не в традиционный пятничный реестр (обычно Минюст публикует список новых "иноагентов" вечером пятницы. – Прим.), а в среду. Судя по фамилиям и названиям организаций, в реестр включали по алфавитному порядку, причем прошлись за год по кругу несколько раз.
На самом деле знаю, что доносы на нас в ведомство посылали регулярно и активисты НОД ("Национально-освободительное движение" – ультраправая политическая группировка. – Прим.), и отдельные депутаты. Возможно, сейчас поступила команда с самого верха, или жалобу прислал какой-то высокопоставленный доносчик.
Повторюсь, мы запросим у Минюста документы по нам, и там должно быть заявление, на основании которого было принято такое решение. Возможно, опубликуем и фамилию этого доносчика.
– "Команда против пыток" сразу заявила, что продолжит работать.
– Включение в реестр "иноагентов" не равно прекращению деятельности. Да, это значительно усложнит ее, нужно везде будет вешать "плашки" об "иноагентстве". Вероятно, это отпугнет часть аудитории, заявителей или жертвователей, наших партнеров. Законодательство максимально ужесточается не только в отношении фигурантов реестра, но и в отношении сотрудничающих с ними.
В этом решении вижу обратный эффект: объявляя правозащитников "иноагентами", государство дискредитирует не их, а себя. Потому что мы делами доказали, что приносим пользу и гражданам, и нашей родине, останавливая "оборотней в погонах".
Вероятно, число волонтеров, сотрудничающих с нами адвокатов и тех, кто сопереживает нашей работе, с новым статусом только вырастет
Если таких организаций, как наша, не будет, государство останется с такими маньяками в форме, забивающими жертв в отделах полиции, СИЗО, колониях, больницах, один на один. Это породит неконтролируемую волну насилия. Будет ли рядовым гражданам комфортно в таком государстве? Ответ очевиден.
"Команда против пыток" – некоммерческое общественное объединение без образования юридического лица. По сути, это просто название, бренд, объединяющий единомышленников. У нас нет банковского счета, никаких гражданских финансовых взаимоотношений. Работающие от "Команды против пыток" адвокаты заключают договор не с нами, а с самими пострадавшими.
Тут Минюст может пойти дальше и объявить "иноагентами" всех, кто заявляет о пытках со стороны силовиков. Кто знает, может, в будущем году появится и такая инициатива. Выглядит она в нынешних условиях вполне реалистично.
Уверен, что сегодня в обществе есть понимание – статус "иноагента" накладывается произвольно и необоснованно. Думающие люди понимают, что такой организации нужно помогать, потому что государство ее прижимает именно за независимую позитивную деятельность. Поэтому, вполне вероятно, число волонтеров, сотрудничающих с нами адвокатов и тех, кто сопереживает нашей работе, с новым статусом только вырастет.
– Почему вы решили не менять формат работы и название, как это было в прошлые разы?
— Такие пертурбации занимают много времени, отвлекая от основной работы. Мы продолжим свою деятельность, используя "плашку" [о статусе "иностранного агента"]. Более того, мы уже разместили ее везде, где только можно. Изменится ли формат в будущем, зависит от разных обстоятельств.
- Законодательство об "иноагентах" в России появилось в 2012 году. Закон позволил Минюсту вносить в реестр некоммерческие организации, если они получают финансирование из-за рубежа и занимаются "политической деятельностью". Критерии, по которым определяется такая деятельность, в законе четко не определены, что позволяет властям преследовать за работу в области просвещения, культуры, здравоохранения, экологии и защиты прав человека.
- В 2022 году президент России Владимир Путин подписал новый закон, регулирующий статус так называемых иностранных агентов в России. Теперь для получения этого статуса необязательно получать финансирование от иностранцев – достаточно "находиться под иностранным влиянием".
- Краснодарский край стал первым регионом страны, по которому "Комитет против пыток" составил доклад "Арифметика пыток". Проанализировав заявления жертв, эксперты рассказали, к какому насилию чаще прибегают в отделах полиции, что силовики требуют от задержанных и как долго приходится добиваться возбуждения уголовных дел.
- В Кыргызстане арестовали 28-летнего спортсмена из Чечни Мансура Мовлаева, который покинул Россию после похищения и пыток. Власти региона преследовали его из-за критики в адрес Рамзана Кадырова. В 2022 году он сумел сбежать из нелегальной тюрьмы, в которой силовики удерживали его после освобождения от предыдущего заключения по сфабрикованному обвинению. Кыргызские правозащитники говорят о высоком риске экстрадиции Мовлаева в Россию из-за "тесного сотрудничества спецслужб двух стран".
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить