Бывшие студентки искусствоведа Ладомира Зелинского рассказали физическом насилии и абьюзе с его стороны

25 января 2024 года DOXA признали «нежелательной организацией».

Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.

Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.

12 сентября активистка Саша Манакина рассказала в инстаграме о психологическом насилии и эпизоде физического насилия со стороны своего бывшего партнера Ладомира Зелинского, ранее преподавателя молодежного центра Эрмитажа, а затем — куратора молодежных программ московского ДК «ГЭС-2». Кроме того, Манакина опубликовала истории других девушек о физическом насилии, психологическом давлении, манипуляциях и газлайтинге со стороны Зелинского.

В первом посте Манакиной говорилось о том, Зелинский начал встречаться с ней, будучи уже женатым, при этом большую роль в динамике их отношений играла разница в социальном статусе. Вскоре Зелинский применил к ней физическое насилие, критиковать внешний вид, контролировать переписки и ругать за «слишком откровенные» фото в инстаграме. При этом Зелинский на протяжении всего периода их отношений общался с другими людьми в романтическом или сексуальном ключе, однако убеждал убеждал Манакину, если она это замечала, что она видит ситуацию неадекватно. Другие бывшие партнерки Зелинского рассказали ей, что их отношения развивались по такому же сценарию.

В ответном посте Зелинский признал, что применял к Манакиной «давление и психологическое насилие», проигнорировав обвинение в физическом насилии. Он также написал, что никогда не вступал в сексуальные связи со студентками культурных организаций, в которых работал. Позже Манакина опубликовала несколько свидетельств физического и психологического насилия со стороны Зелинского, в том числе истории слушательниц его курса в Молодежном центре Эрмитажа. В комментариях под этим постом одна читательница рассказала об изнасиловании, совершенном Зелинским.

«Мой пост выходит не потому, что я хочу отомстить (хотя мне до сих пор больно, и эффект от этих отношений аффектится на всей жизни) и не потому, что я хочу разрушить его карьеру (хотя я искренне считаю, что ему не следует работать с молодыми взрослыми), а потому что меня серьезно напугала серийность этих историй, а также одинаковые паттерны в поведении», — пояснила активистка.