Люди и территории

Слова солидарности с беженцами из Карабаха

ОТ РЕДАКЦИИ:
«Новая-Европа» солидарна со всеми жертвами конфликта в Карабахе и беженцами, вынужденными покинуть свои дома. Мы можем не разделять отдельных политических оценок, сделанных Леонидом Гозманом в этом тексте.

Трагедия Карабаха описывалась сначала как конфликт неких коллективных субъектов — армян (не конкретных армян, а вообще армян) с азербайджанцами (тоже обобщенными), Армении и Азербайджана, Путина и Эрдогана, — они ведь не люди, а символы. Но это трагедия не символов — наций, государств и прочего, это трагедия людей.

То, что Россия предала Армению и армян, ясно давно. Но забывалось, поскольку армяно-азербайджанская война вытеснялась из нашего сознания другими событиями: и тем, что происходило у нас внутри, и Беларусью, ну а сейчас, конечно, Украиной. Но последний этап катастрофы армян Арцаха пробился к нам даже через грохот войны. В первые дни после начала «специальной операции» Азербайджана о происходящем в Карабахе и в Армении писали и говорили везде.

Вдумайтесь, кстати, в слова. Диктаторы не хотят использовать слово «война». Война — это плохо, а они хотят ассоциироваться с хорошим. Уж если некуда деваться, то наша война — оборонительная. Даже Гитлер, вторгнувшись в Польшу, говорил, что нам, мол не оставили выхода, а так-то мы за мир (интересно, когда наши начальники говорят, что нам не оставили выхода, что мы вынуждены были пойти на Киев, они хоть знают, что дословно повторяют фразу фюрера?). О своем стремлении к миру Гитлер говорил и в речи, посвященной аннексии Судет. Опять же, совсем как наш через 80 с лишним лет после него. А свою диктатуру тираны называют демократией, только, в отличие от той, неправильной, которая «в европах», — настоящей. И в сталинской Конституции в каждой строчке говорилось о свободе. Это потому, что да, полмира под властью деспотов, но и они, и весь мир, включая их подданных, понимают, что демократия, свобода и мир — это именно то, что нужно людям, хоть в Африке, хоть где. А их, тиранов, власть не нужна.

Про предательство России уже всё сказано.

Это ведь не про то, что написано в какой-то статье договора ОДКБ, это про то, что люди чувствуют. Армяне чувствовали, уверены были, что мы обязаны им помочь, у нас тоже многие это понимали.

Причем помочь обязаны были вне зависимости от того, кто из политиков обеих сторон был прав, а кто — нет. Обязаны были в тот момент, когда армяне и азербайджанцы в который уже, к сожалению, раз стали стрелять друг в друга.

Для нас это, конечно, не удивительно — Россия предает всех, прежде всего своих, что же Армению не предать? Ленин предал, а Путину нельзя? О последствиях этого предательства для Армении пусть говорят армяне. А для нас это значит, что той Армении, где с симпатией и уважением относились к России, к ее культуре и языку, больше нет. Да и в мире таких стран больше нет. Есть те, в которых ненавидят Америку и говорят, что Путин молодец, потому что он против американцев. Но сама Россия им чужда. А армянам она была своя. Больше не будет. Путин удивительным образом уничтожает то хорошее, чего наша страна добивалась столетиями — не контроля за территориями, а вот этого отношения, которое было у Армении, но никогда не вернется вновь.

Моя солидарность сегодня с армянами Арцаха. И не в том дело, чей Карабах, — без меня разберутся, если, конечно, еще будут разбираться, если эта история не завершена. Просто здесь я, как и всегда, с теми, кого бомбят, а не кто бомбит. С теми, кого убивают и выгоняют из своих домов и со своей земли. С жертвами сталинских депортаций — с чеченцами, ингушами, крымскими татарами и многими другими, а вот сейчас — с армянами, с жертвами нового изгнания. На момент, когда я это пишу, вечером 29 сентября, из 120 тысяч жителей Арцаха свои дома покинули уже 100 тысяч человек.

Не границы важны, а люди, которые там жили, но больше жить не будут — бросили всё и бежали. Алиев (Эрдоган?) хотел получить землю без людей — похоже, получает.

Я сейчас на стороне армян, потому что, как говорил герой Солженицына, волкодав прав, а людоед — нет.

В первые дни всё это было чем-то умозрительным — движение войск, заявления и прочее. А сейчас трагедия стала зримой, обрела лицо, точнее лица. Это лица десятков тысяч беженцев — все видели фотографии. Это лицо Рубена Варданяна, стоящего в наручниках между двумя азербайджанскими солдатами.

У него и у его «Тройки» была хорошая репутация. Правда, сейчас появилась масса материалов о том, что он был «кошельком» Чемезова, вел бизнес с семьей Минниханова и так далее. Я не знаю, хотя и готов согласиться, что белые и пушистые миллиардеры в России не произрастают (хотя думаю, что, чисто по-человечески, не время сейчас раскапывать компромат на Варданяна — пусть из тюрьмы сначала выйдет). И в Армению он пришел не за деньгами — он пытался содействовать развитию страны. А Карабах и вовсе ничего, кроме неприятностей, не сулил, но он поехал туда и, как ни относись к политике, которую он проводил на посту главы правительства НКР, вел он себя там более чем достойно. За что его и арестовали.

Вардянян в очень тяжелом положении. Его, по-видимому, сильно не любит Путин: он отказался от российского гражданства, Путин вполне мог счесть это предательством — я, мол, позволил тебе стать богатым, а что ты сделал в ответ?

В Ереване некоторые очень осведомленные люди считают даже, что это российские «миротворцы» выдали его маршрут азербайджанцам.

Его не любит Алиев — Варданян был одним из моторов сопротивления, да еще и личные выпады себе позволял. Полагаю, не сильно хотят увидеть его на свободе и нынешние политические элиты Армении — он может быть серьезным конкурентом как Пашиняну, так и «карабахскому клану» — Кочаряну и Саргсяну. Говорят, у него были политические амбиции — но ведь это только в России преступление. А сейчас он в полной власти Алиева. Будет ли кто-то заступаться, не ясно. Песков сказал, что не знает ничего о его аресте (вот почему надо всегда врать — мог ведь сказать, что Варданян отказался от гражданства, поэтому теперь это не проблема России?). Партнеров по бизнесу не слышно: может, они тайно что-то делают? Армянская диаспора в России молчит. Армянский МИД всё-таки сделал заявление, но вряд ли это поможет. А обвинения предъявлены страшные — на пожизненное.

Не знаю, как там всё разрешится — и с Варданяном, и со 120 тысячами тех, кто жил в Арцахе. Ничего хорошего не жду. Но поражают и ужасают меня некоторые реакции у нас.

Всё чаще вижу высказывания в поддержку Азербайджана: и территория, мол, его, международно признанная, и армяне в свое время массу жестокостей совершали по отношению к азербайджанцам. Подозреваю, правда, что за этой позицией — желание поддерживать победителя, быть на его стороне. Так всегда бывает, жертва, мол, сама виновата; во многих странах Европы после войны на некоторое время усилился антисемитизм — именно как реакция на Холокост.

Аргумент про международное признание меня не слишком убеждает, я бы все такие конфликты решал не в пользу государств, «владеющих» территориями, а в пользу людей — референдумами под международным контролем

(настоящими, конечно, а не фарсом, который был устроен Россией в Крыму), десятилетиями переговоров, как с Шотландией, и так далее.

Что же касается армянских жестокостей, то, хотя я об этом и не знаю, но допускаю и даже уверен, что они были: многолетний, уходящий куда-то вглубь веков конфликт не мог не привести к взаимному ожесточению, а значит, и к злодеяниям с обеих сторон. Но при чем здесь преступления армян, вымышленные или реальные? В Арцахе живут не те люди, которые пусть даже и совершили что-то ужасное 30, 70 или 100 лет назад, — другие! Считать тогдашние жестокости оправданием сегодняшнего геноцида (а депортация — это геноцид) — это то же самое, что одобрять, например, линчевание пятерых чернокожих за то, что один, непойманный, изнасиловал белую женщину. Или еврейский погром в конкретном местечке — спаиванием русского народа или другими грехами этой зловредной нации. И ведь об армянских преступлениях как о причине и даже оправдании происходящего сегодня рассуждают и люди нашей среды! Что с вами, господа?

Это, увы, не только у нас. Движение Black Lives Matter требует покаяния от потомков (!) рабовладельцев. И самое для меня ужасное и непостижимое, что часть — да, кается! Что-то с миром происходит.

Отвечать надо за свои грехи, а не за грехи предков, — и у каждого из нас их хватает. Вина — категория индивидуальная, возмездие по отношению к невиновному — не возмездие, а преступление и произвол.

И потому моя солидарность с армянами Арцаха.