Мне не страшно

Роман Дзядко «Радио Мартын». О способе жить и не умирать от отчаяния

Роман Филиппа Дзядко «Радио Мартын» вышел не сейчас, а в 2022 году (АСТ, «Редакция Елены Шубиной»), но говорить о нем интересно именно сегодня, когда подтвердилась нехитрая, но важная мысль: хорошая литература — это высококлассный сейсмограф, улавливающий колебания земной почвы задолго до выхода их на поверхность. Даже сам сюжет, в котором бесстыдная пропаганда — сильнодействующий персонаж, сейчас еще актуальнее, чем 10 лет назад, когда автор его придумал. И хотя действие романа происходит в будущем, и будущее это тоталитарно настолько, что требуются специальные приглашения, чтобы подойти другу к другу, ясно, что он не задумывался как антиутопия — в центре внимания писателя остается человек.

Задавленный государственным укладом, загнанный в угол, подавленный страхом, забитый несвободой, он переживает так и непроговоренные 90-е, обманчивые надеждой 2010-е и нынешние циничные времена.

Главный герой, Мартын, тщедушный, с изуродованным травмой носом, практически глухой (тиннитус, звон в ушах), но с затаенным самомнением, живет один — родители погибли в аварии, любимый дед умер, научив его сложно думать, тонко чувствовать, талантливо фантазировать. Вот чему научиться не получилось — это не пасовать перед грубой силой (…тогда я входил в любую комнату так, будто прошу за это прощения). Ему почти сорок, но ни о какой карьере и речи быть не может, хотя он работает звукооператором на главном радио страны «Россия всегда». Попал он туда только потому, что руководительница была чем-то обязана дедушке, а задержался, поскольку имел идеальный слух (в специально смонтированных наушниках) и мог почистить любую запись и смонтировать подкасты о строительстве новых объектов ловчее других. Радио — излюбленный инструмент госпропаганды: «выключать радиоточки запрещено, да и невозможно — только повредить, а это уже статья: раз в неделю их состояние проверяет участковый».

Вокруг радио и закручивается сюжет романа. Сюжет этот прихотливо собран из разных кусочков, и каждый кусочек — отдельная судьба, характер и отрезок времени. Только сложенные вместе они дают картину жизни, особенно внятную поколению, родившемуся в начале 80-х годов. Это особые люди, они еще застали Советский Союз, но взрослели уже в новой стране, поэтому их взгляд объемнее тех, кто младше, и трезвее тех, кто старше. Манера общения, жаргон, культы, словечки, цитаты — все это дает ясное ощущение своего круга, своего времени, своих ценностей, своих представлений — о добре, зле, кодексах поведения, прочитанных книгах, излюбленных барах и т.д. и т.п.

В эту современность вплетены реальные письма реальных людей начала ХХ века. Собранные автором по антикварным лавкам и букинистическим магазинам, эти письма составляют один из главных месседжей романа.

Если сейчас наше прошлое трактуется пропагандой как цепь великих свершений и оглушительных побед, то в романе оно ткется из судеб обыкновенных людей. У каждого из них своя травма, своя вера, своя надежда. Взгляд в прошлое через эти судьбы меняет ракурс восприятия этого прошлого, возвращает ему человеческое измерение, понимание того, что главное в истории — это люди. Большой истории люди толком не ведают, поэтому их легко «обволакивать». «Мы — страна заводов по производству иллюзий!» — говорит один из персонажей, и старинные письма из 1913, 1917, 1937 годов, присланные из лагеря для военнопленных офицеров, ГУЛАГа, ссылки, блиндажа, — способ их развеять. И еще — воскресить память. Ведь человек умирает, когда о нем забывают. «Главной рекой страны стала Лета» — этот лейтмотив книги звучит отчетливо, и с этим надо сражаться — этот посыл романа также очевиден.

И Мартын это делает. В результате, казалось бы, непреднамеренных встреч с разными странными субъектами он попадает в сообщество «изумрудных людей». Эти информационные подрывники с «Радио NN» нашли способ прорываться с убийственными новостями сквозь бравурные сводки достижений на «России всегда» и наглый шансон, насилующий эфир. Мартын, характер которого — гремучая смесь закомплексованности и свободы, не то чтобы избавляется от своих слабостей и страхов, но потихоньку изживает чувство безнадеги, причастившись к людям, «которые делали миллиард странных вещей. И они постепенно перестали мне казаться странными. Однажды молчаливый Бобэоби мрачно дал мне скотч и рулон бумаги и сказал: «Пошли работать», — и мы полночи развешивали желтые плакаты с цитатами из «Трех толстяков», стихов Гуголева и «Романа о Лисе», а в другой день писали зеленой краской на стенах («Было бы прекрасно, но не было»).

Незамыленные слова и дерзкие характеры наполняют роман ощущением свободы.

Многим лирические отступления покажутся избыточными, однако они — существенная часть романа. В них отражены впечатления от предметов, природы, живых существ, которых автор набрался за жизнь и теперь сортирует так, что сквозь эти конфигурации проступают та вера, те мечты, те убеждения, которые не затоптать самой поганой власти.

Чем дело кончилось, рассказывать не буду, чтобы не сбить азарт, с которым следишь за детективной интригой, тоже имеющейся в книге. Но, конечно, автор погрешил бы перед истиной, если бы роман о нашем перекрученном времени закончился благополучно.

У реальных историй сопротивления, что разворачивалось на наших глазах, конец предсказуемый — сроки по статье «о фейках». Впрочем, в романе писатель, как и его персонажи, явно не склонен смиряться с ощущением безнадеги. Как и в жизни, оно порождает сопротивление:

«…нас больше, чем кажется нам самим. Ведь правильно будет считать и тех, кто передает нам сведения, наших агентов, тайно сообщающих, что происходит по всей стране, про аресты, задержания, убийства. А они есть везде, даже и среди ОМОНа, представляете, люди-то всюду есть, дух всюду дышит».

И этот дух освобождает лучшее, что есть в человеке. Власть это затаптывает, выгребая все, что в нем есть плохого, а «изумрудные люди» оттягивают соотечественников от края человеческой катастрофы словом жесткой правды и поддержки.

Звучит пафосно, но в романе этот пафос закамуфлирован стилистическим хулиганством, опасными странностями, обсценной лексикой, утонченной лирикой. Конечно же, Мартын встречает свою единственную любовь, и это вместительное повествование можно трактовать и как историю сказочной любви. Однако главное в нем то, что никакие учебники по истории не дадут ощущения нашего времени точнее, чем «Радио «Мартын».