Выбор отца Алексея

Сделав его и лишившись за это и храма, и сана, — протоиерей Уминский не стал ничего доказывать тем, кто решил его казнить и требовать покаяния

Решение «пятерки судей» — священников РПЦ — вступит в силу после утверждения его Патриархом Всея Руси Кириллом. «Признано, что на основании Правила 25-го Святых Апостолов отец Алексей Уминский подлежит извержению из священного сана за нарушение священнической Присяги (клятвопреступление) — отказ от исполнения Патриаршего благословения читать молитву о Святой Руси за Божественной Литургией». Такой вердикт 13 января 2024 года вынес епархиальный суд Москвы в отношении одного из самых известных московских священников — бывшего настоятеля храма Троицы в Хохлах отца Алексея Уминского.

Отец Иоанн Коваль, клирик храма Святого Андрея Первозванного в Люблино, подвергшийся тому же, ждал решения патриарха Кирилла 4 месяца. В мае 2023 года епархиальный суд лишил отца Иоанна сана за то, что он «неправильно» читал «молитву о Святой Руси». В этой молитве отец Иоанн Коваль слово «победа» заменил на слово «мир».

Отец Алексей Уминский также пострадал из-за этой самой молитвы. Все началось с того, что его вызвали на заседание дисциплинарной комиссии Московской патриархии 5 января 2024 года, где спросили, почему он не читает эту молитву, а также задавали вопросы по поводу его ноябрьского интервью Алексею Венедиктову*, в котором он, в частности, сказал:

тем прихожанам, которым важнее, чтобы в церкви молились о мире, а не о победе, следует найти храм, где молятся о мире.

Откуда патриарху Кириллу и церковному суду стало известно, что отец Алексей Уминский не читает «молитву о победе», которую патриарх Кирилл требовал читать всем священникам и клирикам РПЦ? Стало ли это известно в результате доноса? Почему частное мнение, высказанное в интервью, стало «криминальным»? Проводил ли епархиальный суд лингвистическую экспертизу высказываний отца Алексея? Увы, мы об этом ничего не знаем, потому что заседания церковного суда проходят в закрытом режиме, о них ни публике, ни журналистам ничего не сообщают.

«Пятерка судей»

За эту неделю я дважды разговаривала по телефону с секретарем епархиального суда отцом Александром Мироновым, который постоянно уходил от моих прямых вопросов, мотивируя это тем, что «вся информация о церковном суде закрыта». Я внимательно изучила положение о церковном суде, и меня поразило, насколько он является пародией на суд.

Обвиняемый в церковном правонарушении — а в случае с отцом Алексеем Уминским речь идет о «нарушении священнической присяги» — не имеет возможности защищаться, обвиняемому не положен адвокат. В традиционном суде принято, чтобы обвиняемый или его адвокат перед заседанием ознакомились с материалами дела и могли им что-то противопоставить. В церковном суде такой порядок не предусмотрен. В церковном суде нет прокурора, обвинителя. Обвинителями являются сами судьи. Их пятеро.

Вот они.

• Председатель епархиального суда (с 2010 года) — отец Михаил Рязанцев,ключарь храма Христа Спасителя, 69 лет, выступал на суде по «делу Pussy Riot» как один из потерпевших.

• Владислав Цыпин, заместитель епархиального суда Москвы, клирик храма Большого Вознесения в Москве, 1947 года рождения, доктор церковной истории, доктор церковного права, кандидат богословия, заведующий кафедрой церковно-практических дисциплин, преподаватель Московской духовной академии и Сретенской духовной семинарии.

• Александр Дасаев, настоятель храма Воскресения в Сокольниках, председатель Богослужебной комиссии при Епархиальном совете города Москвы, 73 года.

• Владимир Чувикин, настоятель Патриаршего подворья храмов Николо-Перервинского монастыря в Москве, 77 лет.

• Александр Миронов, настоятель храма Софии Премудрости Божией у Пушечного двора и храма Покрова Пресвятой Богородицы при ФСБ России, 74 года.

«Молитва патриарха Кирилла»: канонична или нет?

Очевидно, что о независимости этих судей от патриарха Кирилла, который инициировал церковные репрессии в отношении отца Алексея Уминского, говорить не приходится. Все они уже многие годы служат в крупных московских храмах и доказали свою лояльность. Что же касается самого «преступления», вменяемого отцу Алексею Уминскому (а похоже, он первый, кого привлекают за то, что он якобы не читает «молитву о победе»), оно является спорным.

«Молитва о Святой Руси» была написана патриархом Кириллом, и он впервые прочитал ее на службе 22 сентября 2022 года, то есть на следующий день после объявления частичной мобилизации в России.

По церковным канонам если эта молитва является обязательной для прочтения во всех храмах, она должна утверждаться Синодальной богослужебной комиссией. А потом ее должны утверждать члены Священного синода. То есть только по итогам такого серьезного процесса эта молитва становится частью богослужения и только в этом случае ее обязаны читать все клирики.

Известно, что в некоторых российских приходах есть священники, которые не считают эту молитву канонической именно в силу того, что она не утверждена Священным Синодом.

То есть, говоря простым языком, эта молитва факультативна. И лишать священника сана из-за того, что он ее не читает, — по мнению многих, незаконно.

Тем более что после 2014 года патриарх Кирилл благословил читать молитву о мире, и в храмах ее читали. В некоторых храмах после литургии священники устраивали молебны и тоже молились о мире. Отец Алексей Уминский рассказывал в интервью «Новой» в марте 2022-го, что вместе со своими прихожанами они скомпилировали эту молитву «из всех возможных прошений о мире из уже известных текстов в молитвослове. И добавили в эту молитву и молитву об умножении любви и искоренении всякой ненависти».

Я сама, приходя в храм в воскресный день, несколько раз присутствовала на подобных молебнах. И у меня всегда было ощущение единения людей, которые искренне молятся о мире, жаждут мира.

Белая ворона в РПЦ

Замечу, что отца Алексея никто из представителей высшего духовенства никогда не упрекал в том, что такой молебен служится в его храме. Да и вообще за 30 лет его служения — и служения яркого — никто ему не говорил, что он не должен давать интервью, выступать на телевидении, ездить в тюрьмы и колонии посещать заключенных, приходить на суды, где, по его мнению, судили невиновных людей, ездить в хосписы, причащать тяжело больных детей, утешать их родителей, устраивать благотворительные ярмарки в пользу бездомных. Вся эта деятельность отца Алексея Уминского и его прихода привлекала к нему все новых и новых людей, которые искали живой веры.

Я помню, как впервые пришла к нему на исповедь, это была моя первая исповедь за много лет. И ушла после разговора с отцом Алексеем расстроенная, потому что оказалось, что этот интеллигентный и такой «свой» с виду батюшка — строгий священник, который требует от тебя настоящего, а не формального отношения к себе и другим. Надо сказать, что та исповедь мне очень помогла и позволила многое понять.

О том, каким важным пастырем для множества православных людей стал отец Алексей Уминский, сказано в открытом письме патриарху Кириллу, которое на сегодняшний день подписало около 12 тысяч человек. Авторы письма просят патриарха пересмотреть его решение, поскольку

«запрет в служении священника Алексея Уминского лишит тысячи людей духовной поддержки. Это большая трагедия для многих верующих, для пациентов детского хосписа, для сотен заключенных и тысяч бездомных людей. В наше непростое время важно сохранить для людей возможность духовной поддержки любимого и важного для них священника».

Понятно, что прихожане храма Троицы в Хохлах и тысячи людей, которые знали Уминского по его интервью и книгам, не могли просто «проглотить» решение патриарха о запрете важного для них священника. И даже если они не надеялись на положительный результат, просто не могли смолчать при подобной несправедливости.

Для меня же понятно, что за отцом Алексеем и его приходом уже давно смотрели недоброжелатели и «профессиональные» церковные доносчики. Отец Алексей вел себя так, как вели себя диссиденты, которые жили в тоталитарном Советском Союзе, — как свободный человек в свободной стране. И в этом смысле он, конечно, уже давно был белой вороной для РПЦ, потому что христианство Уминского сильно отличалось от «христианства» патриарха Кирилла.

Отец Алексей Уминский считал, что церковь должна вступаться за несправедливо осужденных, он писал и говорил об осужденном историке Юрии Дмитриеве, подписывал письмо российских священников и мирян к христианам Беларуси. Это письмо было написано в ноябре 2020 года — письмо солидарности и утешения по поводу репрессий в Беларуси. Когда Алексей Навальный голодал в колонии, его защитники и семья беспокоились о его здоровье, отец Алексей Уминский призывал к милосердию и просил допустить к Навальному врачей.

Очевидно, что эти совершенно нормальные поступки православного верующего записывались в «личное дело Уминского», и в определенный момент было принято решение дать этим записям ход.

С одной стороны, если считать церковь идеологическим институтом, из которого изгоняют «политически чуждых», лишение сана отца Алексея выглядит логичным и неизбежным.

Но я, понимая, как был важен его голос, его проповеди в эти мрачные и смутные времена, на стороне тех, кто тоскует и сокрушается, кто никогда не примет это решение РПЦ.

В марте 2022 года, когда мы говорили с отцом Алексеем о том, что нас ждет в будущем, и обсуждали, что наши друзья и его прихожане уезжают из России, мы решили, что будем пытаться делать свое дело. Он — служить в храме, я — писать статьи. Мы говорили с ним о выборе, который всегда стоит перед человеком. О личном выборе.

И мне кажется, что история отца Алексея Уминского — это прежде всего история личного выбора.

Те пятеро священников, которые лишили его сана, сделали 13 января 2024 года свой выбор. И об этом будет написано в учебниках истории в главе о Русской православной церкви «времен Владимира Путина».

Уминский же, который не пришел на церковный суд, также сделал свой выбор. Рискну предположить: он понимал, что решение уже вынесено и он ничего не сможет доказать этим людям, которые собираются его казнить или будут требовать от него покаяния.

Объясняя, какой выбор всегда стоит перед человеком, отец Алексей пересказал мне историю грехопадения Адама и Евы, когда их соблазнял сатана. «Когда он подложил им этот плод, он сказал: «Вы будете как боги, которые сами знают, что такое добро и зло». По мнению отца Алексея, Адам и Ева испробовали этот плод потому, что они соблазнились данным им правом самим решать, «что такое добро и зло, что называть правдой, а что — ложью, что называть светом, а что — тьмой, что называть миром, а что — войной.

У человека существует этот выбор, и это так приятно, когда я могу сам решать, что сегодня для меня будет добро, а что сегодня будет зло. На самом деле для человека нет ничего более опасного и более важного: всегда в своей жизни совершать этот выбор между добром и злом».

* Внесен властями РФ в реестр «иноагентов».