Новую «экспертизу» по делу Жени Беркович и Светланы Петрийчук провела эксперт из ФСБ, известная своими заключениями по «экстремистским» делам

Она нашла в пьесе «Финист ясный сокол» романтизацию образа террориста и дискриминацию русских мужчин

Эксперт ФСБ Светлана Мочалова провела новую «экспертизу» по делу режиссерки Жени Беркович и драматурга Светланы Петрийчук, которых обвиняют в «оправдании терроризма» из-за пьесы «Финист ясный сокол». Среди прочего Мочалова пришла к выводу, что обвиняемые намеренно сформировали в пьесе «романтический образ террориста». Выдержки из новой «экспертизы» опубликовала газета «Коммерсант».

Светлана Петрийчук написала пьесу «Финист ясный сокол» в 2019 году. В 2020-м Беркович поставила по ней спектакль, который получил две «Золотые маски». В пьесе рассказывается о женщинах из России, решивших уехать в Сирию к исламистам. Полный текст пьесы можно прочитать на «Медузе». В мае 2023 года Беркович и Петрийчук были задержаны, а затем арестованы по делу об «оправдании терроризма», поводом для которого стал этот спектакль.

Первую «экспертизу» по делу проводил создатель «деструктологии» Роман Силантьев, который нашел в пьесе «признаки идеологии радикального феминизма». В ответ на обращение адвоката Сергея Бадамшина Минюст РФ официально заявил, что, так как деструктология не является наукой, «деструктологическая экспертиза», которую провел Силантьев, не может считаться собственно экспертизой. Несмотря на это, суд отказался смягчить Беркович и Петрийчук меру пресечения — 9 января им в очередной раз продлили содержание под стражей. Режиссерка и драматург останутся в СИЗО как минимум до 10 марта. В свою очередь следствие заказало новую экспертизу по делу.

Эксперт ФСБ нашла в пьесе «романтический образ террориста» и дискриминацию русских мужчин

Светлана Мочалова — старший эксперт-криминалист экспертного подразделения УФСБ России по Свердловской области. Она подготовила новое экспертное заключение осенью 2023 года.

В начале документа, в котором приводятся цитаты из текста пьесы и стенограммы спектакля, эксперт отметила, что ее задача — «лингвистическая, а не юридическая квалификация высказываний». Мочалова пришла к выводу, что для оправдания терроризма Петрийчук и Беркович специально сформировали «романтический образ террориста», который «проникнут идеализацией священной войны», сделав его «интересным и привлекательным для девушек и женщин».

В экспертизе несколько раз утверждается, что пьеса «однозначно негативно характеризует русских мужчин» и противопоставляет их террористам. «Героизация боевиков (террористов) строится на контрастивных оценках с русскими мужчинами, которые репрезентируются драматургом Петрийчук и режиссером Беркович отрицательно. На протяжении пьесы и спектакля в коммуникативном (речевом) поведении действующих лиц описание русских мужчин в положительной модальности отсутствует», — цитирует Мочалову «Коммерсант».

В другой части документа эксперт ФСБ называет шариатский брак «нерегyлируемыми законодательством отношениями между мужчиной (чаще всего боевиком) и женщиной (потенциальной террористкой)». По ее мнению, такой брак основывается на «вольной интерпретации норм шариата» и подразумевает «различные формы полиамории между „женой“ и другими членами террористической группировки». А главной особенностью такого брака Мочалова считает «практически гарантированную невозможность женщины к возвращению в русло традиционной семейной жизни».

Кроме того, эксперт делает вывод, что «для потенциальной аудитории» главная героиня пьесы и спектакля Марьюшка «является образом, которому следует подражать». При этом Мочалова упрекает драматурга и режиссерку в том, что героиня в их произведениях «не раскаивается, а, наоборот, демонстрирует стойкость и непоколебимость в своих религиозных убеждениях и отношению к Финистy ясному соколу».

В итоге Мочалова приходит к выводу, что в пьесе и спектакле содержится «оправдание террористической деятельности». По ее мнению, пьеса может сформировать «желание или побуждение к осуществлению противоправной (террористической) деятельности». «Коммерсант» отмечает, что выводы Мочаловой похожи на выводы «деструктологической экспертизы» Романа Силантьева.

В свою очередь, адвокат Ксения Карпинская, защищающая Женю Беркович, заявляла на заседании суда по мере пресечения 9 января, что новая экспертиза по выводам «прямо противоположна» той, которая легла в основу уголовного дела. В комментарии «Коммерсанту» защитница отметила, что выводы эксперта ФСБ о том, что женщины посмотрят спектакль и начнут совершать террористические действия, абсурдны.

Карпинская добавила, что ее потрясло «отношение эксперта к мусульманским обычаям». Она считает, что трактовка мусульманского брака в экспертизе направлена на разжигание межрелигиозной розни: «Сам по себе мусульманский брак она (Мочалова) называет браком между боевиком и потенциальной террористкой. Это просто возмутительно, поскольку сам по себе такой брак никакого отношения ни к террористам, ни к боевикам не имеет».

Судебный эксперт, участник проекта изучения российской судебной экспертизы Amicus Curiae Дмитрий Дубровский отметил, что выводы «экспертизы» ФСБ игнорируют отличия художественного текста от политической публицистики. «Таким образом вполне можно осудить Пушкина или Куприна за антисемитизм, а Достоевского — за пропаганду убийства старушек», — добавил он в комментарии газете.

Эксперт ФСБ Светлана Мочалова известна резонансными заключениями по «экстремистским» делам

Эксперт-криминалист ФСБ Светлана Мочалова, пишет «Коммерсант», по образованию филолог, она неоднократно готовила экспертизы по «экстремистским» делам. Так, в 2012 году эксперт анализировала высказывания 23-летней мусульманки Эльвиры Султанахметовой, которая в соцсетях назвала «гнусным язычеством» празднование Нового года. В итоге Султанахметову приговорили к 120 часам обязательных работ, признав виновной в «возбуждении ненависти либо вражды по признакам отношения к религии» (статья 282 УК). Дело вызвало резонанс в российском мусульманском сообществе, отмечает «Коммерсант».

Еще несколько примеров работы Мочаловой приводит «Агентство». В 2010 году эксперт ФСБ исследовала статью адвоката Станислава Маркелова, убитого годом ранее, об опасности радикальных форм патриотизма. Мочалова нашла в статье информацию «экстремистской направленности». Адвокат правозащитной ассоциации «Агора» Рамиль Ахметгалиев отмечал, что выводы экспертов ФСБ выходят за пределы их полномочий, так как подобные выводы должен делать суд.

В том же 2010-м Мочалова провела экспертизу по делу активиста Андрея Кутузова, которого в итоге приговорили к двум годам условно по делу о призывах к экстремизму (часть 1 статья 280 УК). Правозащитный центр «Мемориал» писал, что активиста, признанного политзаключенным, судили за раздачу предположительно сфабрикованной листовки. Аналитики «Диссернета» заявили о несостоятельности экспертизы ФСБ, среди прочего отметив противоречие в выводах эксперта.

В мае 2022 года Мочалову называли экспертом ФСБ, которая объяснила критерии «дискредитации» российской армии, отмечает «Агентство». Она подготовила экспертизу по делу Виктора Казакова из Новоуральска, обвиненного в «дискредитации» за пост против войны. В документе, который опубликовал адвокат Алексей Бушмаков, в том числе говорилось, что под «дискредитацией» понимаются умышленные действия, противоречащие позиции Минобороны РФ, направленные на лишение и подрыв авторитета и имиджа российской армии.