«Гриффинам» 25 лет

Рассказываем, почему этот страшно несовременный — и даже оскорбительный — мультсериал все еще такой смешной

31 января 1999 года американский телеканал Fox показал мультфильм «И у смерти есть тень» — первую серию «Гриффинов», анимационного ситкома для взрослых. Критик Антон Хитров рассказывает, из чего состоит комедийный стиль сериала-долгожителя — и почему его дурацкий юмор не всем нравится в 2024 году.

Когда выпускник Род-Айлендской школы дизайна, начинающий мультипликатор Сет Макфарлейн представил телеканалу Fox пилотный эпизод Family Guy — анимационного ситкома, известного на русском языке как «Гриффины» — ему было 25 лет, столько же, сколько сегодня исполнилось его сериалу. Мультфильм Макфарлейна насчитывает больше четырехсот эпизодов: в американской анимации больше только у «Кролика-крестоносца», который был первым нарисованным телешоу, у веб-проекта Pencilmation и, конечно, у «Симпсонов».

Легендарный ситком Мэтта Гроунинга о Гомэре, Мардж, Барте и Лизе начал выходить на том же телеканале Fox за десять лет до «Гриффинов», а сходство между ними так очевидно, что сериалы не раз шутили на эту тему — в том числе в кроссовере 2014 года The Simpsons Guy, где Гомер Симпсон и Питер Гриффин становились соперниками. Гриффины, как и Симпсоны — белая семья из среднего класса, в обеих муж — дурак и пьяница, а жена — терпеливая и умная. Оба шоу регулярно шутят о знаменитостях и пародируют поп-культуру. Разница — в интонации. Мультфильм Макфарлейна жестче: Гомер — добродушный увалень, а Питер — эгоистичное чудовище.

За 25 лет «Гриффины» получили девять телевизионных премий «Эмми» и множество других наград. Макфарлейн не скрывает, что вдохновлялся «Симпсонами» — но и его шоу тоже повлияло на следующее поколение «взрослых» мультсериалов. Например, говорящий пес Брайан с его сложной личной жизнью и неудачной литературной карьерой — прообраз депрессивных антропоморфных зверей из «Коня Боджека». А гениальный младенец-изобретатель Стьюи, который странствует по мультивселенной и встречается с другими версиями себя — один из предшественников Рика Санчеза. К слову, «Гриффины» сами замечали эти совпадения (причем по шуткам казалось, что сценаристы ревнуют публику к новым шоу).

А еще сериал регулярно критикуют — причем и справа, и слева: например, за насмешки над религией или насилие над женскими персонажами. Один из последних заметных скандалов вокруг шоу случился в 2014 году: кроссовер «Гриффинов» и «Симпсонов» раскритиковали за шутку об изнасиловании, которая попала в трейлер эпизода. По сюжету, Барт Симпсон подговорил Стьюи Гриффина разыграть бармена Мо по телефону — и тот не придумал ничего лучше, чем сказать: «Привет, Мо, твою сестру насилуют». Гэг, скорее всего, задуман, чтобы подчеркнуть разницу между персонажами двух шоу, а заодно — между самими сериалами. Но неосторожное упоминание болезненной темы задело некоторых зрителей. Тим Уинтер, президент Родительского совета по телевидению — консервативной организации, выступающей за «возвращение семейных ценностей в индустрию развлечений» — даже призывал создателей вырезать ее из эпизода.

Стоит признать, за четверть века юмор «Гриффинов» устарел: на ютьюбе можно найти нарезки шуток из сериала с предупреждением «Не для снежинок» (консерваторы называют «снежинками» молодых людей, которых беспокоят вопросы политкорректности). И все же нужно отдать Макфарлейну должное: он сумел найти уникальный комедийный стиль, который отличает его шоу от «Симпсонов», «Южного парка» и других аналогов.

Фирменный прием «Гриффинов» — короткие вставные скетчи, так называемые cutaways, не связанные с основным сюжетом серии, но привязанные к словам героев: Питер, Брайан или кто-нибудь еще вспоминает о киноактере, персонаже поп-культуры или исторической фигуре — и нам тут же показывают зарисовку с его участием. В сериале есть и характерный визуальный юмор, который разрушает зрительские ожидания от анимации. Традиционно гэги в мультфильмах основаны на движении — а в «Гриффинах» комедийная сцена может быть построена так, что персонаж вообще ни разу не шевельнется. Или мы привыкли, что «мультяшки» крепче настоящих людей, и что возрастной рейтинг в анимации запрещает, например, кровь — а герои «Гриффинов» регулярно калечатся, да так, что смотреть больно. Еще одна гордость сериала — озвучка: за множество героев, включая Питера, Стьюи и Брайана, разговаривает сам Макфарлейн, который как никто другой умеет найти смешной и запоминающийся голос.

За пределами шоу Макфарлейн иногда ведет себя вполне серьезно: мультипликатор не раз поддерживал президентские кампании демократов (например, представлял Берни Сандерса на митинге в Лос-Анджелесе) и высказывался в защиту ЛГБТ+. Тем не менее, главное качество его самого успешного шоу — беспечность.

Гриффин — еще один Питер в галерее Питеров, не желающих взрослеть (между Питером Пэном и Питером Квиллом из киновселенной Marvel). Он не демонстрирует никаких амбиций, не заботится о чужих чувствах и, как правило, хочет только одного — развлекаться. Недаром у героя вместо коронной фразы — неподражаемый противный смех, которым тот реагирует не только на забавные вещи, но и на все, что приносит ему радость, вроде вечеринок, аттракционов или купания в стиральной машине. Бывают и не столь безобидные развлечения, вплоть до буллинга собственных детей, прежде всего — дочери-подростка Мэг, которую в сериале унижают все, кому не лень (актриса озвучки Мила Кунис даже рассказывала, что реплику «Заткнись, Мэг!» фанаты регулярно адресуют уже ей самой).

Но Питер — родитель, муж и вообще family guy, если верить названию шоу, то есть человек с какими-никакими обязанностями. Собственно, это противоречие — источник большинства комических ситуаций в «Гриффинах». Из эпизода в эпизод Гриффин весело ускользает от ответственности и ощущает себя как школьник, сбежавший с урока, который наслаждается не только бездельем, но и собственной дерзостью. Страх перед взрослением — понятная во всем мире эмоция, которая сделала сериал хитом. Зритель заражается этим чувством и симпатизирует именно Питеру, а не, скажем, его жене Лоис, которая не может позволить себе быть инфантильной — «ведь она женщина».

Беспечность — черта не только главного героя, но и сериала в целом. «Гриффины» зло смеются как над политиками и звездами, так и над уязвимыми группами, например, над женщинами или людьми с инвалидностью: чего стоят одни только сексуальные привычки Гленна Куагмайра, соседа Гриффинов — строго говоря, никакого не забавного парня, а настоящего насильника. Но та же самая беспечность, готовность разрешить себе вообще все, делает «Гриффинов» «Гриффинами».

Шоу Макфарлейна — абсолютно и безоговорочно свободное. В этом — причина его главных проблем, но в этом же — его главное достоинство. Персонажи могут ломать четвертую стену любыми мыслимыми способами, осознавая себя то актерами игрового ситкома, то нарисованными человечками — а могут погибнуть ужасной смертью и в следующей серии вернуться как ни в чем не бывало, безо всяких объяснений. Даже вставные скетчи, те самые cutaways, происходят, по сути, просто так: мы вроде как рассказываем вам историю, но знаете что, ну ее к черту, давайте просто поржем. В этом отношении сериал очень похож на самого Питера Гриффина, который мчался на помощь другу и остановился поиграть в мини-гольф.

Ответственность, которой избегает и само шоу, и его главный герой — важнейшее требование к современной комедии: зрители, критики и сами комики все чаще говорят о том, как опасны шутки, поддерживающие, скажем, дискриминацию. Неудивительно, что «Гриффинам» комфортнее в прошлом, а не в настоящем. Сериал регулярно делает оммажи поп-культуре прошлого века — вроде старых голливудских мюзиклов, отживших музыкальных жанров или классической трилогии «Звездных войн».

В то же время команда «Гриффинов» прекрасно понимает, насколько это противоречивое шоу — и высмеивает самих себя в сериале. Тот же Куагмайр в одном из новых эпизодов прямо назван персонажем, неуместным в эпоху #MeToo. Но не стоит обманываться, шоу Макфарлейна не подстраивается под новые нормы и не борется с ними: оно беззаботно смеется надо всем, в том числе над собой. Все-таки 25-летняя привычка.

Антон Хитров