Савченко и ненависть

Следователь по делу Олега Орлова* хочет «закрыть» не его, а «Мемориал»**. Дело передано в суд

«Обстоятельства, смягчающие наказание: не имеются. Обстоятельства, отягчающие наказание: совершение преступления по мотивам идеологической вражды и ненависти в отношении какой-либо социальной группы, установленный п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ». В новом обвинительном заключении по уголовному делу против правозащитника Олега Орлова (напомним, его обвиняют в повторной дискредитации армии, осенью Головинский суд приговорил его к штрафу, но затем Мосгорсуд отменил приговор) произошло удивительное превращение. Следователь СК Савченко, которому Мосгорсуд по апелляционному представлению прокуратуры разрешил переписать небрежно сшитое дело, следователь, которого Головинский суд не захотел допросить, как ни требовала этого защита, — этот самый следователь совершил чудо.

Не первый раз, замечу: ему уже удалось однажды, допрашивая двух разных людей в разное время, получить от них слово в слово, до запятой совпавшие показания. А до этого из 150 млн россиян безошибочно выбрать этих двух не знакомых с Орловым граждан Мироненко и Бохонько, предвидя, что им-таки есть что сказать по его делу. И не просто что-то, а нужное следствию.

И вот — третье чудо. На первом процессе над Орловым по обвинению авторства того же Савченко фигурировали смягчающие обстоятельства и ни одного отягчающего. Следователь — лицо процессуально самостоятельное, на нем вся ответственность за ход дела. За каждое слово в направленных в суд документах он ручается головой и погонами.

Самостоятельность и независимость следователя закреплены в УПК — это закон. Как же могло случиться, что ко второму процессу в том же самом деле того же Савченко все окажется наоборот? Смягчающие обстоятельства исчезнут, зато появится отягчающее?

Не можем же мы предположить, что, игнорировав требования УПК, старший лейтенант юстиции писал новую версию обвинительного не самостоятельно, а под чужую диктовку. Конечно, нет! Это его личные убеждения, а вовсе не позвоночник, оказались столь гибкими, что за несколько месяцев он обрел зеркальную болезнь. И вот он не просто нашел отягчающее обстоятельство (его наличие уже не позволит назначить 70-летнему правозащитнику Орлову «излишне мягкое» наказание). В этом качестве чудотворец Савченко использовал то самое обстоятельство, которое пару месяцев назад смягчило «вину» Орлова, — его правозащитную работу.

Сравните (из приговора судьи Кострюковой): Орлов «длительное время занимается правозащитной деятельностью, что суд, согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, признает обстоятельствами, смягчающими его наказание».

Позвольте, не ошибаемся ли мы, говоря, что теперь это же, по версии Савченко, усугубляет вину Орлова? Нет, ведь обоснование того, что Орлов ходил на мирные пикеты и писал статью о возрождении фашизма в России движимый ненавистью, содержится в новом обвинительном заключении.

Вот что в него вписали ловкие руки Савченко (грамматика оригинала сохранена):

«Анализируя доказательства, в том числе: показания Орлова, пояснившего, что опубликованный им текст является его личным мнением, то есть внутреннее убеждение Орлова О.П. свидетельствует о его уничижительном отношении к Российской Федерации и ее гражданам, в том числе военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации; показания свидетелей Мироненко О.П. и Бохонько С.А., пояснивших, в том числе относительно связи Орлова О.П. с некоммерческой организацией «Мемориал», деятельность которой направлена на дестабилизации внутренней обстановки в Российской Федерации, что свидетельствует о непринятии Орловым О.П. системы взглядов и идей мировоззрения Российской Федерации и руководства страны; постановления Тверского районного суда г. Москвы, согласно которым Орлов О.П. дважды привлечен к административной ответственности за осуществление публичных действий, направленных на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, что свидетельствует о его стойкой неприязни и нетерпимости в отношении социальной группы «военнослужащие Вооруженных Сил Российской Федерации», заключение и показания эксперта, следствие полагает, что инкриминируемое Орлову О.П. преступление, предусмотренное .ч 1ст. 280.3 УК РФ, совершено по мотивами идеологической вражды против традиционных российских духовно-нравственных и патриотических ценностей и ненависти в отношении социальной группы «военнослужащие Вооруженных Сил Российской Федерации».

Что интересно в этом громоздком пассаже, кроме грамматических ошибок? То, что одним из аргументов совершения преступления по мотивам ненависти стала «связь Орлова О.П. с некоммерческой организацией «Мемориал». Возможно, Савченко не в курсе, но связь бывает с женщиной, а с «организацией» у Орлова совсем иное — многолетняя работа, более того, Орлов — сооснователь «Мемориала».

Дальше — больше: следователь уверен, что работа организации — нобелевского лауреата «направлена на дестабилизацию внутренней обстановки в Российской Федерации». Что Савченко считает таковой? Неизвестно, обвинение голословно. Работу по документированию репрессий? Или составление списка палачей? Восстановление памяти об угнанных на принудительные работы в Германию 100 тысячах советских граждан (база данных «Списки угнанных»)? Или требование предоставить жилье «детям ГУЛАГа», которые долгое время продолжали жить в бараках бывших спецпоселений? Или, может, старшему лейтенанту Савченко персонально не нравится Федеральный закон «О реабилитации жертв политических репрессий», принятый по инициативе и при активном содействии «Мемориала»? Или усилия правозащитников по установке в центре Москвы памятника жертвам репрессий «Стена скорби», на открытии которого присутствовал и выступал президент Путин? Уверена, это останется неизвестным, потому что суд опять не вызовет Савченко на допрос. А жаль, ведь в обвинительном заключении есть еще одно дивное место:

по версии следствия, работа в «Мемориале» «свидетельствует о непринятии Орловым О.П. системы взглядов и идей мировоззрения Российской Федерации и руководства страны».

Хорошо бы узнать, какое такое мировоззрение имеется у Российской Федерации и давно ли расхождение с мировоззрением руководства страны стало уголовно наказуемым. А вообще в чем это расхождение? Ведь это Владимир Путин на открытии «Стены скорби» говорил: «Преследованиям подвергались целые сословия, целые народы. Репрессии не щадили ни талант, ни заслуги перед Родиной, ни искреннюю преданность ей, каждому могли быть предъявлены надуманные и абсолютно абсурдные обвинения. Это страшное прошлое невозможно ничем оправдать, никакими высшими так называемыми благами народа. Никаких оправданий этим преступлениям быть не может».

Зачем же Савченко вписывает в обвинительное заключение очевидную ложь и чушь? Ну, во-первых, процессуально его нынешние действия не особенно коррелируют с принципами судопроизводства, среди которых равенство и состязательность сторон. А какое ж тут равенство, когда проигравшей стороне разрешили исправить ошибки? Напомню, судья Мосгорсуда Куприянова обнаружила, что следствие не установило мотив действий Орлова, и на этом основании вернула уже рассмотренное дело прокурору на исправление. Но позвольте, согласно УПК, отсутствие мотива означает, что следствие не выявило состава преступления. А отсутствие состава прямо ведет к оправданию подсудимого — это закон.

Но вместо этого надзирающий за законностью прокурор велит Савченко довести дело до ума. Тот спешит: 6 февраля обвинительное утверждено прокурором, а 7-го дело уже в суде — прыть невиданная. На ознакомление с 7 томами Орлову дали всего 6 дней.

Зачем спешка? Выборам Орлов точно не мешает, политикой не занимается. А вот «Мемориал» — с его документированием нарушений прав человека, авторитетом и упертостью — в чьих-то глазах помешать способен.

Увлечение власти темой объявления экстремистами всех подряд, включая несуществующие движения, в этом смысле крайне тревожит. Осуждение одного из лидеров организации именно по экстремистской статье (каковой дискредитацию делает «нужное» отягчающее обстоятельство) тут очень в строку. Не забудем, что за пазухой у СК есть еще одно дело против сотрудников «Мемориала» — о «реабилитации нацизма». Заметим, однако, что если отмашка на «окончательное решение вопроса» будет получена, а дело Орлова станет одним из аргументов, это окончательно дискредитирует суд и следствие как институции и лишит процесс над правозащитником даже минимального флера законности.

Ну и еще один резон посадить Орлова: фактически выигранный его защитой первый процесс — нонсенс, нерадивым исполнителям нужно доходчиво все объяснить, чтоб неповадно было.

Назначившая штраф Орлову судья Головинского суда Кострюкова, видимо, уже все поняла: неделю назад она отправила в СИЗО автора паблика «Дореволюционный советчик» Вячеслава Малахова по той же статье, которая вменяется Орлову, и признала отягчающим обстоятельством его место рождения — Украина.

* Минюст РФ считает «иноагентом».

** Внесен в реестр «иноагентов» и ликвидирован.