Пропагандисты говорят, что у Навального оторвался тромб. Вот что об этом думает Александр Полупан — врач, помогавший политику после отравления

УФСИН Ямало-Ненецкого автономного округа сообщило, что в колонии «Полярный волк» умер Алексей Навальный. Соратники политика пока не могут ни подтвердить, ни опровергнуть эту информацию. Адвокат Леонид Соловьев рассказал, что в последний раз навещал Навального в среду, 14 февраля, и с ним все было нормально. О состоянии здоровья политика «Медуза» поговорила с реаниматологом Александром Полупаном — он входил в консилиум, который работал с Навальным в Омске после отравления, а затем регулярно консультировал соратников оппозиционера.

У меня нет эксклюзивной информации по здоровью [Навального] — не то, что у меня, ее и у команды нет. Я общался с родственниками Алексея только в те моменты, когда у него были явные ухудшения по здоровью — и по той информации, которая у меня есть, каких-то принципиальных и критических ухудшений в этой области не было.

Понятно, что [в целом] здоровье у него было плохое — как и у любого человека, который будет помещен в такие условия. Но мне почему-то кажется, что это маловероятная причина естественной смерти. Во-первых, они [пропагандисты] сразу стали писать про оторвавшийся тромб — а об этом невозможно сказать без вскрытия. Они могли бы сказать «внезапная остановка сердца», но тромбоэмболию (закупорку артерии тромбом — прим. «Медузы») может показать только вскрытие. Никаких иных методов нет.

У Алексея не было никаких объективных рисков тромбоэмболии — заболеваний вен нижних конечностей, тромбофилии, тромбоза и так далее. Чаще всего тромбы попадают в легочные артерии из вен нижних конечностей и малого таза. Соответственно, факторы риска — это проблемы с ногами, например, длительная иммобилизация после переломов, либо онкологические процессы в органах малого таза. Ничего этого у Алексея не было. Фактором риска может быть и мерцательная аритмия, но этого не было тоже.

Какое-то время назад у него были проблемы со спиной, но они абсолютно не угрожающие для жизни, только вызывают дискомфорт. Еще когда-то, давным-давно, была пневмония, но в последнее время, повторюсь, острых вещей не было. Была нейропатия после отравления «Новичком», но она типична при подобном отравлении.

Можно ли замаскировать убийство под тромбоэмболию? Если провести честное вскрытие, то тромб должно быть видно. Не может быть диагноза «тромбоэмболия» без найденного оторвавшегося тромба. Но они могут сделать все что угодно — сфальсифицировать протокол вскрытия. И никто ничего не сможет проверить.

Записала Светлана Рейтер