Инсульт вместо молитвы

Кто такой Григорий Михнов-Вайтенко, который хотел провести панихиду по Навальному. Его задержали, а после госпитализировали с инсультом

Инсульт человечности

«Думаю, что завтра в 12.00 возле Соловецкого камня (метро Горьковская, СПб) надо служить панихиду. В соответствии с п. 3 ст. 1 Закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях в Санкт-Петербурге» настоящее сообщение считаю достаточным и исчерпывающим». Этот пост, появившийся 16 февраля в фейсбуке архиепископа Апостольской православной церкви (АПЦ) Григория Михнова-Вайтенко, стал основанием для его задержания полицией. Когда о. Григорий выходил из подъезда своего дома, несколько человек в форме остановили его и усадили в машину без опознавательных знаков. В 43-м отделе полиции на него составили протокол об «организации массового одновременного пребывания граждан» (20.2.2 КоАП РФ), и сегодня должен был состояться суд о назначении наказания в виде ареста. Мы пока не знаем, что происходило за железными дверьми питерского околотка, но в тот же день, 16 февраля, «скорая» доставила архиепископа в реанимацию Елизаветинской больницы: у 56-летнего священнослужителя произошел ишемический инсульт. Была поражена часть мозга, но, по свидетельству близких, о. Григорий имел возможность общаться с ними по телефону.

«Вдумайтесь: в стране, где православие исповедует большинство, где всё время говорят о православных ценностях, вере и традициях, православный священник хочет провести панихиду. И за это его задерживают и отдают под суд», — недоумевает депутат заксобрания Санкт-Петербурга и обозреватель «Новой газеты» Борис Вишневский. Его коллега по партии «Яблоко» Лев Шлосберг уточняет, что по питерскому закону, на который ссылался Михнов-Вайтенко, проведение религиозных обрядов на общественных территориях не требует согласования властей. «В России состоялся инсульт человечности, — констатирует Шлосберг.

— Трусливая и подлая война с цветами у памятников жертвам политических репрессий ХХ века по всей стране — это тяжкие моральные последствия или уже норма?.. Власти сами не понимают, где предел этого беспредела».

В условиях, когда государственное православие редуцировано до пропаганды, придающей лишь некоторый стилистический оттенок архаики воинственным лозунгам Кремля, Михнов-Вайтенко не только представил обществу иной — нераболепный и честный — образ христианства, но и возглавил Апостольскую церковь, которая служит Христу вместо Путина. В чём источник силы этого человека, как ему удается в условиях тотальной несвободы соединять священнослужение с активной правозащитной работой?

К священству через телевидение

Григорий Михнов-Вайтенко рано осиротел. Он родился в Москве в сентябре 1967 г., но его мама, художница Софья Михнова-Войтенко (урожденная Филькинштейн), умерла, когда Грише было 4 года. Его воспитывала бабушка Полина Марковна. Встреч со своим папой, поэтом и драматургом Александром Галичем, выдворенным из СССР в 1974 году, будущий архиепископ не запомнил, а в конце 1980-х стал активно заниматься изучением архива своего отца. Мистическим знаком стало то, что Григория крестил о. Александр Мень, который 20 годами ранее крестил и Галича. Сознательным христианином Михнов-Вайтенко (он пишет свою фамилию через «а», в отличие от фамилии матери) стал, будучи студентом ВГИКа, который не окончил (ушел с 4-го курса). Неизбежную после потери статуса студента срочную службу проходил в Западной Украине, где глубоко полюбил украинскую культуру и отчасти выучил украинский язык. Все предки Григория происходят из Украины — так, Галич родился в Екатеринославе (нынешний Днепр).

Демобилизовавшись, в начале 90-х Григорий организовал со своими друзьями независимый телехолдинг, который занимался спутниковым вещанием. Возглавлял каналы «Детский», «Родное слово», «Домосед», но главным своим детищем в этой сфере считал православный телеканал «Благовест», гендиректором которого проработал с 2003 по 2008 гг. Собственно, эта работа сблизила его с иерархией РПЦ, в первую очередь — с Новгородским архиепископом Львом (Церпицким), который имеет репутацию «просвещенного либерала» и последователя Ленинградского митрополита позднесоветского времени Никодима (Ротова). Другой последователь и ближайший ученик Никодима — нынешний патриарх Кирилл (Гундяев). В 2008-м Лев рукоположил Григория в сан диакона, а на следующий год — во священника, назначив в небольшой храм св. Георгия в Старой Руссе. Не спеша, в заочном формате он стал обучаться в Новгородской духовной семинарии и издавать популярные православные брошюры (их общий тираж достиг 4 млн экземпляров). Он мог бы сделать хорошую карьеру в РПЦ, но наступил 2014 год — аннексия Крыма и война на Донбассе.

Точка невозврата

Как рассказывал о. Григорий, диссидентские гены помешали ему поверить в официальные сводки с донбасских фронтов, а лицемерно-обтекаемая позиция Московской патриархии тем более не выглядела убедительно. В августе 2014-го священник отправился в Краматорск — чтобы «во всём разобраться» на месте. Эта поездка и стала его личной точкой невозврата: «Проблема территорий — только в головах, а не в реальности», — заключил он. Вернувшись, 31 августа о. Григорий объявил с амвона храма в Старой Руссе: «На основании правил святого Василия Великого отлучаю от святого причастия сроком на 20 лет всех, кто по своей воле взял в руки оружие для участия в братоубийственной войне на Украине… На 11 лет отлучаются от святого причастия все те, кто своей деятельностью и своими словами устно или письменно подстрекал к участию в братоубийственной войне». Голосом церковного предания стал рядовой провинциальный священник — вся остальная РПЦ, включая ее украинский филиал, как минимум промолчала, а в значительной своей части стала оправдывать и благословлять преступление.

«Начиная с Майдана, — рассказывает о. Григорий, — мне не хватало церковной оценки: ведь пролилась кровь, и церковь не должна была оставаться в стороне… Когда всё это переросло в военное столкновение, то такое молчание стало вопиющим. Когда вся церковь молчит, то кто-то должен стать ее голосом. А дальше этот голос церковь либо принимает, либо отвергает — и тогда отвергают и самого человека, который стал этим голосом». Так и вышло: РПЦ его отвергла, хотя и в относительно мягкой форме — не так, как сегодня репрессируют антивоенных священников. Оказывается, 2014 год был «вегетарианским» — из перспективы 2024-го приходится завидовать самим себе десятилетней давности.

О. Григория тогда уволили и запретили в служении не «за политику», а за несдачу экзаменов в семинарии, результаты которых вдруг решили признать «неудовлетворительными».

Реальным голосом провластной РПЦ стал ее нынешний «главный военный священник» прот. Димитрий Василенков. Обличая о. Григория, еще 10 лет назад он заявил, что на стороне Украины воюют «фашисты», которые расстреливают «жителей Новороссии». «Видимо, только для этого священника события на Украине являются тайной, покрытой мраком», — писал комиссар в рясе, признавая инородность Михнова-Вайтенко для военно-политической структуры Московского патриархата. Она продолжает ненавидеть его и сегодня. Уже после задержания 16 февраля Санкт-Петербургская митрополия вновь отреклась от о. Григория, призвав «игнорировать любые его заявления и призывы в публичном пространстве».

Новая церковь и новая (хорошо забытая старая) ответственность

После своего изгнания из РПЦ, рассказывает о. Григорий, он не занимался специальными поисками новой церковной юрисдикции. Главным для него оказался другой вопрос: уезжать ли из РФ, пора ли уже ставить крест на исторической родине? Он решил оставаться, и в 2015 году митрополит Виталий Кужеватов и епископ Симеон Южаков — ученики основателя Апостольской церкви о. Глеба Якунина — рукоположили Григория во епископа Варяжского и Балтийского. Рукоположили «как есть», без всякого формального пострига в монашество, который является условием для архиерейства в РПЦ. Архиепископ продолжает состоять в браке и имеет четырех детей. Центральный пункт программы его церкви — здоровые реформы православия, а проблема монашеского епископата, которая в древности была связана с требованиями особой чистоты от носителей высшего сана церковной иерархии, сегодня всё чаще становится источником злоупотреблений и скандалов. В прошлом году собор Апостольской церкви единогласно избрал Григория своим предстоятелем — на срок до 2027 года. Официально в минюсте эта церковь зарегистрирована как «Объединение православных общин апостольской традиции» — тяжело чиновникам, окормляющимся в организации Путина-Гундяева, признать слово «церковь» в названии либеральной альтернативы РПЦ.

Став епископом, о. Григорий широко развернул правозащитную деятельность, для которой церковный статус оказался нелишним. Удостоверение служителя зарегистрированной религиозной организации позволяло, хоть и с трудом, получать доступ в СИЗО и на зоны, где он, в частности, посещал мемориальца Юрия Дмитриева и украинского режиссера Олега Сенцова. Григорий жестко осудил запрет конфессии свидетелей Иеговы в России и жесткие репрессии ее последователей, которые продолжаются и по сей день. В 2020 году он стал одним из основателей Якунинского комитета «Свобода совести», деятельность которого пришлось свернуть после яркого антивоенного заявления в конце февраля 2022 года. Сегодня архиепископ как член Правозащитного совета Санкт-Петербурга сосредоточился на помощи новым украинским беженцам — как оставшимся в России, так и возвращающимся на родину долгим и сложным путем через Петербург, страны Балтии и Польшу. Каждый день с утра до вечера он помогает кого-то устроить в больницу, кому-то найти временное жилье, сделать документы, переправить через границу… Его усилиями удалось вернуть домой похищенного из Херсонской области мальчика Серёжу Кравчука, который около года принудительно содержался в российском детдоме.

В нынешних условиях, говорит архиепископ, «зона ответственности церкви — это милосердие и справедливость. Милосердие, которое совершал Господь, и справедливость — как ответ человека на это милосердие».

***

Рядом с Елизаветинской больницей, врачи которой спасли жизнь узника-архиепископа, стоит чудом сохранившийся храм другой альтернативной православной церкви — РПАЦ, Российской православной автономной церкви. Ее активист Олег Филатчев, возглавляющий Гражданский альянс России, также был задержан на молитве об упокоении души новопреставленного мученика Алексея Навального в Петербурге 16 февраля. В отличие от о. Григория, он сумел добраться до Соловецкого камня, куда тысячи людей уже несколько дней несут свечи и цветы.

Несмотря на статус Филатчева как члена избирательной комиссии с правом решающего голоса, его осудили на 10 суток ареста без согласия прокурора. В камере спецприемника он объявил голодовку.

Остервенение, с которым российские «правоохранители» реагируют на попытки помолиться не так, как это нравится власти, говорит о том, что Россия остается страной своеобразного воинствующего атеизма, точнее — «гражданской религии» тоталитарного типа, для которой вопросы о боге или истине как таковые не важны. Да, в проповедях РПЦ о святости «СВО» и непогрешимости Путина вроде упоминается бог — но это лишь дань традиции. Живая, искренняя религиозность неприемлема для этого режима, ведь она выводит верующих людей из-под его абсолютного контроля, потому что, как говорили апостолы, «несправедливо слушать вас более, нежели Бога» (Деян., 4:19). Свободы совести, вероисповедания не существует без свободы слова и мирных собраний. Немало российских христиан уже пострадало за то, что они вслух молились за мир или напоминали о 6-й заповеди Божией — «Не убий». Теперь их репрессируют за то, что они молятся о упокоении «не той» души…

А о. Григорию, конечно, желаем скорейшего выздоровления и умножения сил на дальнейшую благородную деятельность. Он очень сильный человек, личность большого масштаба, и небо явно благоволит ему. А тысячи людей укрепляют его своими молитвами и соучастием.