Original Material
«Сделали торт из сгущёнки и коржей»
«Сделали торт из сгущёнки и коржей»
Монологи о встрече Нового года в заключении
25 января 2024 года DOXA признали «нежелательной организацией».
Если вы находитесь в России или планируете в нее возвращаться, вам нельзя репостить наши материалы в соцсетях, ссылаться на них и публиковать цитаты.
Подробнее о том, что можно и нельзя, читайте в карточках.
Сотни российских политзаключённых будут встречать этот Новый год в колониях, СИЗО и под домашним арестом. DOXA пообщалась с Константином Котовым, Русланом Абасовым и Данилом Беглецом о новогодних столах в бараках, осуждённых в роли Деда Мороза и письмах политзаключённым.
Редактор
Редактор
Антон ДуанельИллюстраторка
Иллюстраторка
стася бубубуПубликация
29 декабря 2022 г.
Константин Котов, 37 лет
Фигурант «Московского дела». Отбывал наказание по «дадинской» статье (ст. 212.1 УК РФ). По мнению следствия, его преступление заключалось в участии в пяти мирных акциях протеста в 2019 году.
Я встречал Новый год в колонии «Покров». Там потом судили Алексея Навального, но в моё время в этой колонии всё было гораздо проще и гораздо больше всего позволено.
За день до Нового года мы купили в магазине зелёный горошек, хлеб, коржи для торта. Там даже был консервированный ананас. Из подручных средств мы собрали какое-то подобие праздничного стола. Кухня была прямо в бараке, и мы все вместе поставили столы и приготовили ужин. Фрукты и всё самое вкусное разобрали те, кто был более приближен к администрации колонии, а нам уже досталось то, что осталось.
До этого никому из других заключённых в бараке не разрешали со мной общаться. Это не был официальный запрет, но как-то так получалось, что со мной общались только сотрудники колонии и «активисты», на них работающие. И Новый год — это был один из первых моментов, когда мне удалось с кем-то пообщаться.
Обычно отбой в десять вечера и подъём в шесть утра. В новогоднюю ночь нам разрешили лечь сразу после полуночи и встать в семь.
Около десяти вечера в барак пришли сотрудники колонии, начальник оперативного отдела и осуждённые, которые были переодеты в Деда Мороза и костюм животного, год которого наступал
Они прочитали какое-то стихотворение, спели частушки, раздали кому-то пару конфет. Мы все в это время должны были выстроиться по бараку, не то чтобы мы веселились. А начальник оперативного отдела следил, чтобы никто не сделал ничего запрещённого.
Перед Новым годом и сразу после в актовом зале колонии, где проходил потом суд над Навальным, проводили КВН и какие-то концерты, но меня туда не звали, из-за того что я — «политический».
Письма, отправленные Константину Котову в колонию
Мне приходило много сообщений, писем, открыток, и они были самыми главными подарками. Многие я получил уже после Нового года, потому что почта идёт долго.
Сам я тоже много писем написал, и это занимало много моего времени. Мне писал католический священник, который говорил, что даже Папа Римский знает о моём деле. Написал очень давний друг из Германии, с которым мы очень давно не общались. Всё это правда было так приятно и поддерживающе, что сложно передать.
Мы рассказываем про военное вторжение России в Украину, протесты и репрессии. Мы считаем, что сейчас, когда десятки медиа закрылись или перестали освещать войну, доступ к независимой информации важен как никогда.
Руслан Абасов, 20 лет
Содержался в СИЗО по обвинению в «хулиганстве» за мирную акцию протеста возле управления ФСБ по Юго-Западному округу Москвы. Во время акции Абасов и другие участники развернули баннер с надписью «С Днём ЧКиста» и символом анархизма, а также зажгли два файера.
Новый 2022 год я встретил в СИЗО № 7 «Капотня» Москвы. Приехал туда 23 декабря, прям перед самым праздником. Меня задержали через несколько дней после акции, и это было достаточно неожиданно.
Было очень обидно. Я собирался встречать Новый год с друзьями, мы уже сняли квартиру, распланировали всю ночь, потратили кучу денег. А я оказался в СИЗО.
Кроме того, около двух недель никто не знал, где я нахожусь. Меня искали в разных СИЗО и уже только после Нового года поняли, что я в «Капотне».
Мои друзья и родственники не могли меня найти, то есть никто вообще меня не поздравил. Ощущение было максимально паршивое
В СИЗО нет особого порядка проведения новогодней ночи, но даже в пределах Москвы ситуация отличается от учреждения к учреждению. Знаю, что в «Бутырке» отмечают и разрешают собирать деньги на новогодний стол, где-то по тысяче рублей с человека. Потом часть денег идёт в карман сотрудникам СИЗО.
В моём случае не было ничего вообще. Капотня — режимное СИЗО. В 22:00 по правилам внутреннего распорядка выключается свет. Неважно, Новый год это или нет. Вставать больше нельзя, можно находиться только на своей кровати. Сотрудники выключили свет и пошли дальше, даже никого не поздравили.
Моими соседями на момент Нового года были три человека. Один — кубинский эмигрант, которого арестовали за наркотики, он не говорил по-русски. Второй парень сидел за кражу, а третий тоже за наркотики. Вечером мы смотрели «Гарри Поттера» по телевизору, а потом я в темноте читал книгу «Астраханский вокзал» Леонида Славина — просто что нашлось в библиотеке.
Мои соседи легли спать, как только дали отбой — в десять часов вечера, никто никого не поздравил. Я единственный в камере не спал до двенадцати. И я единственный, кто слышал, как в полночь кто-то в соседних камерах постучал кружками по столу, а потом крикнул: «С Новым годом, мужики!».
Данил Беглец, 30 лет
Фигурант «московского дела». Отбывал наказание за «насилие в отношении представителя власти» (ст. 318 УК РФ). Согласно мнению следствия, Беглец применил насилие к полицейскому, который задерживал протестующих в центре Москвы, а точнее «схватил полицейского за запястье правой руки и, сильно сдавив, отдёрнул в сторону».
Я встречал Новый 2020 год в исправительной колонии «Поназырево». Там всё было «по лайту» по сравнению с другими колониями, мне не на что жаловаться.
В магазине можно было купить основные продукты. Были даже фрукты. Официально по распорядку на Новый год нет никаких послаблений в режиме, но нам разрешили не ложиться до двенадцати ночи и отметить праздник. Мы купили коржи в магазине и сделали торт со сгущёнкой, посыпали его шоколадной стружкой и собрались в соседнем отсеке барака, потому что там, где жил я, были люди старшего возраста, и мы не хотели им мешать.
Другие арестанты смотрели боевики по телевизору. Когда подходили сотрудники, они просто вынимали и прятали флешку, на которой были записаны фильмы. Путина, насколько я помню, никто не смотрел.
В полночь мы пожелали друг другу свободы и скорейшего освобождения
В соседнем бараке жил Влад Синица, тоже фигурант «Московского дела». Я заранее попросил друзей передать мне молочный пористый шоколад, потому что он очень его любит. И подарил ему в новогодний вечер.
Самым большим подарком для меня были письма и открытки. Я читал их до трёх ночи, и это невероятно поддерживало. Мне столько хороших, тёплых слов написали. Мне пришло даже письмо от Папы Римского. Я их до сих пор храню и вспоминаю.
Естественно, я не планировал встречать Новый год в колонии и вообще не планировал туда попадать. Я до последнего надеялся, что произойдёт какое-то чудо и я окажусь дома. Но на Новый год ничего не произошло. Хотя в итоге я вышел на свободу раньше всех среди сидящих по «московскому делу».
Другие материалы
«Я считаю, что спас людей»
Интервью с одним из первых поджигателей военкоматов в России
Как из школьных отличниц вырастают экстремистки
«Правильная, хорошая, беспроблемная, ответственная»
На протяжении 30 лет моей жизни в Крыму мой народ ни разу не прибегал к насилию
Последнее слово Османа Арифмеметова, крымскотатарского активиста, осужденного на 14 лет колонии за «терроризм»
Как украин_ки живут на оккупированных территориях
Мобилизация, плен и танки
Айтивоенное движение
Как IT-специалист_ки жертвуют время и силы на благотворительность и зачем им это нужно
