Original Material
Президент Франции не исключил отправку западных войск в Украину
Заявление сделано после конференции с участием 28 стран
Фото: Юрий Сафронов / «Новая газета»
В Париже 26 февраля прошла созванная по просьбе украинского президента и тщательно организованная президентом Франции и его командой конференция в поддержку Украины. И если в дебюте встречи Эмманюэль Макрон просто повторил уже не раз высказанные слова о том, что «Россия не должна и не может победить», то уже через несколько часов, на пресс-конференции, был более конкретен, «не исключив» отправку в Украину «западных наземных войск».
Пресс-конференция Макрона выдалась настолько насыщенной, а анонс настолько громким, что затмил и его вступительное слово, и всю информацию, которую до этого саммита предоставляли журналистам макроновские советники и прочие источники.
Поэтому «пробежим» первые шесть с половиной часов мероприятия коротко: сначала — встреча с президентом Франции на крыльце Елисейского президентов, премьеров и министров; потом, когда все собрались за столами в Праздничном зале, открытое для прессы вступительное обращение Макрона и (закрытое, а затем показанное частично)обращение Владимира Зеленского; потом — почти пятичасовое обсуждение. Потом выход желающих участников — во двор Елисейского, под дождь, к журналистам, чтобы поделиться новостями и впечатлениями о конференции.
…Пользуясь случаем, перечислю хотя бы некоторых из гостей Макрона, которому удалось за какие-то считанные дни созвать в Париж (по просьбе Зеленского, высказанной здесь же, в Елисейском, 16 февраля, — сообщил источник)представителей 27 главным образом европейских стран. Приехали:
-
канцлер ФРГ Олаф Шольц,
-
премьер-министр Нидерландов Марк Рютте,
-
президент Польши Анджей Дуда,
-
министр иностранных дел Великобритании Дэвид Кэмерон,
-
премьер-министр Испании Педро Санчес,
-
премьер Дании Метте Фредериксен,
-
президент Литвы Гитанас Науседа,
-
премьер Эстонии Кайя Каллас,
-
глава правительства Латвии Эвика Силиня,
-
помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии Джеймс О'Брайен,
-
министр национальной обороны Канады Уильям Блэр…
Приехал даже вроде как «друг Путина» (или уже нет?) премьер-министр Словакии Роберт Фицо. Не приехал еще один такой же — премьер Венгрии Орбан, но источник в Елисейском попросил не делать из этого «неправильных выводов», пояснив: господин Орбан «не смог», потому что у него важный день — «венгерский парламент должен проголосовать за вступление Швеции в НАТО».
К слову, господин Макрон отметил это знаковое событие в своем вступительном слове. «…Мы также должны поздравить некоторых наших коллег, поскольку в данный момент проходит голосование в парламенте Венгрии, которое позволит Швеции <…> быть избранной. Швеция присоединится к НАТО. Таким образом, за два года к нашей организации присоединились Швеция и Финляндия. Поздравляю вашу страну», — сказал президент Франции, обращаясь к шведскому министру иностранных дел Тобиасу Билльстрёму.
Одновременно президент Макрон, безусловно, мог бы «поздравить» с очередной «геополитической победой» и Кремль, но добрые слова по этому адресу давно закончились даже у него*.
Это стало особенно очевидно во время пресс-конференции, которую Эмманюэль Макрон начал уже почти в 23 часа, но провел ее бодро, еще более уверенно, чем обычно, и буквально в боевом настроении.
Пресс-конференция
«…Прежде всего, я отмечаю единство мнений по этому вопросу: Россия продолжает ***** <…> и занимает более агрессивную позицию не только в Украине, но и против всех нас в целом. <…> Это предмет консенсуса, единодушия всех государств, присутствовавших здесь сегодня вечером», — сказал Макрон нам, журналистам, у которых на виду были опустевшие ряды столов и длинный ряд из тридцати знамен (28 + украинский и флаг Евросоюза). Упоминая об этих флагах сейчас, я мог бы пафосно воскликнуть: «Сколько ж врагов умудрилась за два года сама себе нажить Россия», но не буду, потому что на самом деле — все хуже. Потому что на самом деле далеко не все приехали.
«Затем мы услышали просьбу президента Зеленского в начале нашей встречи усилить нашу поддержку. Мы действительно убеждены, что поражение России необходимо для безопасности и стабильности в Европе, — продолжал президент Франции. — Мы действительно полны решимости делать все, что необходимо, до тех пор, пока это необходимо. Для меня это главный вывод сегодняшнего вечера».
Рамки необходимого в этот вечер были значительно раздвинуты — и хотя советник Макрона еще за несколько дней до него похожим образом ответил на такой же вопрос, что сейчас задали и ему самому (возможна ли отправка «западных наземных войск» в Украину?), но одно дело — советник на условиях анонимности, а другое — президент Франции.
Макрон сказал:
«Cегодня вечером все обсуждалось очень свободно и прямо. Сегодня нет консенсуса относительно того, чтобы официально отправлять, брать на себя и взваливать на плечи [груз] отправки наземных войск. Но в динамике ничего не должно исключаться.
Мы сделаем все, что необходимо, чтобы Россия не смогла выиграть эту *****. Я говорю это здесь одновременно с решимостью и коллективным смирением, которое мы должны испытывать, глядя на только что истекшие два года».
Продолжил, подтверждая решимость: «Многие люди, которые [сегодня] говорят «никогда, никогда», это те же, кто говорил «никогда, никогда танки», «никогда, никогда самолеты», «никогда, никогда ракеты большой дальности», «никогда, никогда то и это…» два года назад. Напомню, что два года назад многие за этим столом говорили: мы собираемся предложить спальные мешки и шлемы. Сегодня они говорят: нужно действовать быстрее и сильнее, чтобы иметь ракеты и танки».
Сказав это, Эмманюэль Макрон, вероятно, мог слегка уколоть канцлера ФРГ Шольца — тем более что макроновской команде уже порядком надоели вопросы журналистов, почему Франция «не догоняет» Германию, пообещавшую на 2024 год «8 млрд евро военной помощи» Украине, тогда как Париж в итоге остановился на 3 млрд. В связи с этим Макрон затем подчеркнул, какое преимущество считает одним из главных у французов: мы не даем лишних, «опрометчивых обещаний».
«Сегодня они (другие. — Ред.) смиренно признают, что мы часто опаздываем на 6–12 месяцев. Это [тоже] было целью сегодняшнего обсуждения. Так что все возможно, если это полезно для достижения нашей цели», — так Макрон закончил свой ответ на вопрос об «отправке войск».
Но учитывая важность полученного ответа, вопрос потом был в разных формах повторен еще два раза: словно задававшие его журналисты не верили в возможность повторения ответа. Первый повторявший почему-то даже сделал вывод, что «Франция против» такого сценария. Но нет, Эмманюэль Макрон не только повторил, но и затвердил свой ответ.
Вопрос:
— Что касается возможной отправки наземных войск. Вы говорите, что это обсуждалось. Не могли бы вы уточнить, какие страны это упоминали? Какие страны могли бы рассмотреть возможность сделать это на двусторонней основе, и почему Франция не поддерживает это на данном этапе?
Ответ:
— Итак, я ни в коем случае не говорил, что Франция это не поддерживает. Я не сниму неопределенность с сегодняшних дебатов, называя имена (лидеров стран. — Ред.), я просто сказал, что это было упомянуто в числе опций. <…> Ничто не должно быть исключено для достижения нашей цели: Россия не может и не должна выиграть эту *****».
Вопрос был задан и в третий раз, в самом финале пресс-конференции.
Вопрос:
— Можно ли представить, чтобы одна страна отправляла наземные войска в Украину без согласия других на европейском уровне? Могла бы, например, Польша рассмотреть возможность сделать это? И возможно ли удержать ее в таком случае? И было ли это одним из предметов обсуждения сегодня вечером? — спросил журналист France 24**.
Ответ:
— Я скажу вам, во-первых: каждая страна суверенна, и ее вооруженные силы суверенны. По своей Конституции у нее есть пути и средства для своего участия, — ответил Макрон и добавил: — Но я просто говорю вам, что дух, царивший сегодня вечером… он был в том, что мы пришли к консенсусу вокруг пяти упомянутых мною действий и что мы готовы делать все необходимое до тех пор, пока это потребуется…
А так как, во-первых, эта мантра была повторена только им самим не менее десяти раз за этот вечер, во-вторых, она самым кратким и точным образом резюмировала главный смысл этого чрезвычайного «съезда союзников», и, наконец, в-третьих, было видно, что вопросов больше никто задавать не собирается, то президент Франции посчитал правильным откланяться. Сказал: «Спасибо за внимание. Удачи вам всем» — и покинул трибуну. За ним пошли люди из администрации и министры — в том числе глава МИД Стефан Сежурне и министр вооруженных сил Себастьян Лекорню.
Именно эти двое, как сказал Макрон, в «ближайшие дни» «пригласят всех своих коллег» из стран, присутствующих на конференции, а также «всех тех, кто является потенциальными партнерами» собраться вместе и «отозваться на инициативы, которые были высказаны сегодня вечером».
***
А какие это были инициативы, я сейчас перескажу коротко — и потому, что пишу этот текст уже рано утром, и потому, что они пока не осуществились. Кроме одной — стороны договорились о создании 9-й по счету коалиции в поддержку Украины: по дальнобойному вооружению.
«Новая коалиция будет создана для поставки Украине ракет и бомб средней и большой дальности», — уточнил французский президент.
Но подчеркнул: «Приоритет из приоритетов — это вопрос боеприпасов», «мы все за столом взяли на себя обязательство использовать до конца запасы, которые все еще у нас есть, определить третьи страны, которые [еще] могут быть мобилизованы, а также рассмотреть новые предлагаемые решения для обращения за помощью к третьим странам» (в частности, инициативу премьера Чехии по сбору среди стран ЕС 1,5 млрд евро на закупку уже вроде бы найденных боеприпасов «в третьих странах»).
«Второй [по важности] элемент — это системы противовоздушной обороны», — сказал Макрон, назвав третьим «элементом» как раз поставки дальнобойного вооружения.
Французский президент признал: «Мы прекрасно понимаем, что находимся в критический момент конфликта», «когда существует стратегическая неопределенность в отношении способности США принять решение о дополнительной помощи (из-за партии Трампа. — Ред.), а также в отношении результатов выборов в США», и это заставляет нас, европейцев, начать проявлять «более сильную мобилизацию вместе с Украиной».
Уточнил: европейский вклад в оборону Украины сейчас — это «всего 30%», «с Великобританией чуть больше». И подчеркнув, как «нам повезло с союзниками» за океаном***, призвал партнеров по континенту не дожидаться результатов американских выборов, а, не теряя ни дня, всеми способами укреплять европейскую оборону и наращивать мощности ВПК. Заодно увеличивая пропорцию европейского вклада в поддержку Украины.
«Коллективный вывод заключается в том, что, по сути, на карту поставлена наша общая безопасность сегодня», — говорил Макрон, обращаясь к участникам встречи в самом ее начале.
На встрече также были «одобрены новые инициативы», рассказал он журналистам, перечислив их: «киберзащита; совместное производство вооружений, военного потенциала, боеприпасов в Украине;
защита стран, которым непосредственно угрожает российское наступление в Украине — в частности Молдовы; возможность поддерживать Украину на ее границе с Беларусью невоенными силами; разминирование».
А отвечая на один из вопросов об «отправке войск», хозяин Елисейского дал повод подумать, по какому из «пунктов» она может понадобиться в первую очередь. «Я рассказал вам о пяти пунктах, по которым был достигнут консенсус. Если эти пункты, кстати, будут полностью реализованы, не следует исключать того, что они потребуют обеспечения, которое оправдает некоторые элементы развертывания».
Понятно, что такое «развертывание»…
Как и то, что не дойти до «развертывания» — очень легко. Хотя после чудовищных двух лет кому-то до сих пор может казаться, что — «невозможно».