Translated material
"Half by Putin" and the future of Russia
Not free and non -competitive? Presidential elections were held in Russia
Perhaps the first time the elections are so defiantly non -interpreted. Among the candidates are Vladimir Putin and three poorly recognizable people. How did the vote end, how did the opposition share, and what future awaits Russians at the fifth presidential date of Vladimir Putin? We are discussing with Mikhail Komin , Sergey Lagodinsky , Ilya Shablinsky , Kirill Rogov and Roman Protut . The presenters are Mumin Shakirov , Ivan Voronin and Artyom Radygin .
Not free and non -competitive? Presidential elections were held in Russia
The text of the copyWidth PX Height PX
The url has been copied to your clipboard
No Media Source Currently Available
0:00 0:00:37Ivan Voronin: What significantly distinguishes today's lines at polling stations from Fridays, in addition to their larger volume: here you can hardly find state employees who needed to report to the authorities who care about the appearance of the authorities. Exactly at noon local time, the queues are built at polling stations in Russia and abroad. Inside the country, there are thousands of plots, they are attended by voters at the place of registration or for absenteeism. Therefore, the queues are not as large as, for example, in Podgorica, the capital of Montenegro, where the plot is only. The kilometer strings of the participants of the “Half of the Putin” campaign was removed from the air. In Yerevan, the vote was extended because of those who wanted to "voluntarily" Russians. I remind you that now Yerevan is one of the capitals of anti -war Russian emigration. "The line of those who wanted to vote at the embassy building in The Hague stretched out several quarters," writes RIA Novosti.
Senator Andrei Turchak was reduced: he voted at noon, but, as he himself claims, for Putin. However, the time has already been stained against Putin, so I had to remove an ambiguous publication from my social networks. But the head of the Central Election Commission of Ella Pamfilova has his own explanation of the phenomenon.
Artyom Radygin: And the authorities of Novosibirsk explained the abnormal queues with increased security measures: they say, because of this, the throughput of the sites decreased greatly. “Foreign Agents” called on children to hide their parents' passports so that they could not go to the polls, ”the State Duma deputy Vasily Piskarev told RIA to the news. Deterscents were still in progress, there are more than 80, according to the OVD-Info . Data continues to be collected throughout Russia.
Senator Andrei Turchak went over: voted at noon
Political scientist Mikhail Komin is with us. There were a lot of versions about what we have called in the last three days. What would you call this process?
Mikhail Komin: Regardless of how you call such electoral events, their meaning will not change. In any electoral autocracy (this concept refers to the Russian Federation) there is such a vote, within which the regime tries to demonstrate that it is supported by a significant part of the population. This allows you to create a picture of legitimacy and broadcast it both inside the country, focusing on the population and elites, and outside, to various international players. Over the past three days, we observed this kind of vote with which the authorities present that Vladimir Putin is a legitimate leader supported by the population.
Ivan Voronin: Passing media either ignore the “noon against Putin”, which is quite predictable, or everybody represent this an ordinary increased turnout, the desire of citizens to vote. Is this such a good mine with a bad game?
Mikhail Komin: This is an intellectual find in the sense that they show: a turnout for Russian elections is prohibitive. They report that in the first day almost 30% of the population of the Russian Federation voted, on Sunday they also emphasize that the turnout indicates a high consolidation of the population around the Kremlin, that this is a certificate of legitimacy of Vladimir Putin. This is a rather reasonable move on their part.
Ivan Voronin: Observers today recorded stuffing. Why falsify the elections in the conditions of supposedly total support from the authorities by Russians? Are these local excesses, personal initiative, habit?
Mikhail Komin: Any Russian elections are associated with manipulations and falsifications. In the past three days, the main manipulation was electoral coercion or administrative mobilization, when on the first day of voting, all state employees and an administrative electorate were expelled to the elections. The second element is just to rewrite the protocols. So far we are not actively observing this, but perhaps we will see when we analyze the data received at the precinct election commissions. The third, simpler, but less common element, is just throwing a certain amount of ballots in those areas where the first two falsification methods are either less accessible or they are difficult to apply.
Any Russian elections are associated with manipulations and falsifications
Artyom Radygin: the picture of the cycs is very colorful and pleasant for the authorities. But the Voice movement on the morning of the 17th appreciated the turnout and found out that it was the same in many areas. According to the experts of the Voice, it does not happen by chance. But there are stuffing. It is extremely difficult to fix them on video this year, since it is no longer possible to observe the sites in cameras in Russia, this function is available only to members of the election commissions.
In the Basmann district of Moscow, the police today detained a member of the commission for a T -shirt with the inscription "Navalny". The observer in Saratov was detained for the "discrediting of the army". The Central Election Commission speaks of the maximum turnout and the minimum number of violations, noting the green in urns and arson . On the last day of voting, the pensioner from Perm blew up the firecracker on the polling station, only she suffered, according to the latest data, and 50 people were evacuated.
Artyom Radygin: the Investigative Committee instituted 15 criminal cases of election violations. In St. Petersburg, the court had already sent a girl to a pre -trial detention center, who on the first day of the vote threw the Molotov cocktail into the porch of the school, where there are two polling stations. The girl threatens for five years. Considering that this year the opposition uses personnel in front of the sites in their favor, showing how people go against Putin, why is it still not scary to call people to vote?
There have been no international observers in Russia since 2012
Mikhail Komin: This did not happen at the same time. At noon on Sunday, we did not see large festive festivities, which were usually in previous elections, the distribution of pies or something else. The main electoral measures and entertainment occurred on Friday-Subbot. In this sense, on Sunday, the first half of the day in large cities was left for opposition actions. What we have not seen before is really very radical actions of individual voters in relation to the electoral infrastructure: set fire to the urn or pour the green into the urn, throw the Molotov cocktail. This shows that for some part of society, radicalism is a certificate of rejection of the electoral procedures that they call the elections. This is a very serious large displacement that we have not observed before.
Artyom Radygin: Eknitpols publish VTsIOM and FOM : more than 87%are prophesied by Putin. What do you think about these numbers?
Mikhail Komin: If I am not mistaken, before these three days of voting, pro -government sociological centers painted from 80 to 82%to Vladimir Putin. Now they have adjusted their forecast. I think that the result for Vladimir Putin is unlikely to be much more than 85%, it will simply be difficult to mathematically portray a decent result in the rest of the candidates so as not to offend anyone.
Artyom Radygin: to show that Russia is not conducting authoritarian, but democratic elections, Putin invited observers from Africa, from a number of CIS countries. Will these observers have enough for him to prove, perhaps, not to Russians, but to other countries, that he has real elections?
Mikhail Komin: There have been no international observers in Russia since 2012. The last independent specially organized groups that were sent from the Council of Europe were in 2012. In this sense, people in democratic countries have long have no illusion about Russian elections. Observers from Africa, Central Asia, some separate pro-Russian deputies of the European Parliament came to the elections to the occupied Crimea and Sevastopol until 2022 in order to legitimize these elections in this way. All these people are needed for internal use - this is a way to show the electorate: not only local observers indicate that the elections are honest and fair, but people from other countries confirm the same.
Ivan Voronin: The co -chairman of the Voice observers Stanislav Andreichuk said that the elections were simply surprising.
Ivan Voronin: There is a lot of surprise. For example, the participants of the “Half and Against Putin” campaign in Warsaw still managed to get autographs of Nikita Kologriy. Or is it a fake again?
Ivan Voronin: Also on the menu vodka, pancakes, show costumes and contests. Cheburashka, bulls, Russian kings and princes vote. What may this campaign be remembered?
Artyom Radygin: We see videos from the sites where they come in the costumes of the beaver, some Knights, kings vote. Why such a circus?
A window of opportunities for unpopular solutions opens, including a military plan
Mikhail Komin: Of course, over the past 20 years, the quality of agitation, bringing voters to plots is regressed, reduced. In this sense, Belarusization occurred in Russia: there usually when they choose Alexander Lukashenko or vote for the parliament, which “jokes” are not used. This is also the effect of the system overvoltage. She needs to show a super -high turnout, but it is difficult to do it in an election where there is no intrigue. People who are loyal to the authorities, including members of United Russia, do not have a large margin of imagination. They can call to the site of Santa Claus, nesting dolls or distribute pies, this is being implemented.
Ivan Voronin: What to wait after the election? There was talk about increasing taxes, about new mobilization, especially against the background of the requirements of wives of previously mobilized rotation. It is quite logical to push unpopular solutions shortly after the elections. Are you waiting for this?
Mikhail Komin: Taxes will definitely rise. Vladimir Putin has already announced that the tax system will change. Media publications after that showed the potential parameters of the tax system. A window of opportunities is opening now for some unpopular decisions, including a military plan.
Whether the second mobilization will be, it is difficult to say. The first was given to the authorities with great costs, including for ratings, for propaganda, a new social movement of mobilized wives arose. I think, as long as the authorities can avoid the second wave of mobilization, it will avoid it in every possible way, replacing it with a contract. But some unpopular decisions related to the extension of the service life or a decrease in subsidies to people who are at the front (the budget is not rubber) can be.
What will the entire next term of Vladimir Putin be built? This is a great ideologization. Over the past six months, we saw a trend for a more conservative, patriarchal, traditionalist rhetoric. The decisions that the State Duma and the Kremlin make jointly, such as restrictions on the rights of LGBT, the announcement of different organizations with extremist, an attack on abortion and the like - I think this will continue over the next period of Putin. Perhaps Vladimir Putin will even finish this six -year term by writing and presenting a book in the best traditions of the dictators of the authoritarian plan, where he, as a historian, will state, how the Russian people saved and continue to save everyone and everything.
Ivan Voronin: At the same time, during the election campaign, the authorities sought to hide the war from the media sex. True, in the case of residents of the Belgorod and Kursk regions, it was hard to do. Is it possible to say that for the Kremlin it is also a referendum on support for war?
The task of the authorities is to show that Putin’s electorate wins the war sitting on the couch
Mikhail Komin: With the war, a double situation. It was not that the authorities ignored the topic of war, during the election campaign of Vladimir Putin, she was present. He met with the heroes of "Svo", at the youth festival, the theme of the war was one way or another. On the other hand, the authorities are still trying to pretend that war is something distant that Russia wins the skillful actions of its military. It to a lesser extent concerns the wide mass of people, including the "nuclear" electorate of Vladimir Putin. The task of the authorities was to demonstrate that Putin’s electorate wins the war sitting on the sofa. In my opinion, a significant part of people, who, including administratively organized for elections, understood that this voting not only for Vladimir Putin, but also for the course that he leads, and this is a course, primarily associated with foreign policy aggression in Ukraine and, in general with confrontation with the West.
Artyom Radygin: Due to the battles in the border regions in the Kursk region, on March 14, as many as three polling stations were evacuated, but on March 15 they opened again. How to vote in the regions where the war is going on, look in our plot.
Mumin Shakirov: "The turnout in the remote electronic voting system was 94%," Minzifra reports. And the VTsIOM presented the results of the eczitpols: Putin has 87.97%, the second place in Kharitonov from the Communist Party. By the way, Kharitonov won at one of the sites in Barnaul of the Altai Territory, 763 votes cast for him. Davankov, according to the eccitpol data, is 4.2% and third place. The last place behind the head of the LDPR Leonid Slutsky - he has 3%.
The tension grows inside the government, inside the country
In Ukrainian Nikolaev, the missile strikes of the Iskander, one person died in the hospital, six people were injured, among them one child. In Bratsk, a man after participating in the elections was beaten and threatened to cut off his finger. The police saw the ballot through a transparent urn, indignant and overtook a man at work.
We guest Ilya Shablinsky , Russian lawyer, ex-professor of the Higher School of Economics . Putin set the task of the federal meeting: to increase taxes, to reproduce, from the "nonpatriots"-entrepreneurs to pick up factories and factories, to give the so-called "patriots", to throw even more money to war. The tension grows inside the government, inside the country. Who are Putin's moves for?
Ilya Shablinsky: He did not say right so that it was just read from a number of the provisions that he put forward. He set the administration the task of drawing a large figure of victory, which would allow him to talk about the highest level of popular trust, based on which, you can create anything. Therefore, you can expect any numbers.
I believe that the administration has already considered what figure to indicate, they painted the results for all candidates. I think Kharitonov is going to give second place, Davankova - the third, fourth - Slutsky, and how much percent to draw, they will decide along the way. Putin needs a big figure so that later it could somehow justify quite cool measures, primarily related to the war and in order to draw out more money from the population-also to war.
Mumin Shakirov: These results of the eczitpol are a variant of "sultanates", there are also such high interest. In your opinion, who is more designed for a messenger with these fantastic interest - on his closest environment, to the people, to the masses? I’m not talking about abroad: he doesn’t care what they think abroad.
Military dictatorship took shape
Ilya Shablinsky: This is a propaganda event, it is unlikely to be designed for the immediate environment. The environment just creates such a result - this is its task. This is a propaganda charge, aimed into the country. On the one hand, he must mobilize supporters, and many really believe in it, this figure should inspire them a little. Someone is yearning for the fact that the war lasts a very long time, this figure should raise their spirit a little, and on the other hand, to demoralize political opponents.
Mumin Shakirov: What image of Russia after March 17 is built in your imagination?
Ilya Shablinsky: On the one hand, a military dictatorship took shape. Such events called "referendum" or "elections" have been held by many dictators over the past 50 years. On the other hand, in these three months we saw really another Russia, and the authorities themselves gave the grounds for this. People built up to support Nadezhdin. The main event of this election campaign is the death of Alexei Navalny: it will be in history textbooks. We saw how thousands of people throughout the country said goodbye to him. Today we saw how the lines were lined up at noon. In general, this action was a success to the extent that it was possible, and forced the presidential administration.
It's a shame to listen to what Ella Pamfilova says!
Mumin Shakirov: Let's agree that this is a war war. С одной стороны, оппозиция может "продать" это как единение тех, кто против войны, против Путина: люди смотрят друг другу в глаза, понимают, что они не одни. С другой стороны, эту картинку власть может продать: вы посмотрите, какие замечательные выборы мы провели, – толпы стоят голосовать!
Илья Шаблинский: Нет, они не будут так использовать эту картинку.
Мумин Шакиров: Важен же контекст и закадровый текст.
Илья Шаблинский: Полстраны знает, что в полдень оппозиция собиралась вывести людей на участки. Власть старается просто не заметить этого. Памфилова уже несла какую-то ересь на этот счет. Я смотрю на Эллу Александровну (я помню ее последние 25 лет): это какая-то моральная деградация, стыдно слушать, что она говорит! Она говорила, что это толпы людей, возмущенных зеленкой. Не стоит обращать внимания на то, как они это комментируют.
Мумин Шакиров: Четверть века назад вы работали в Совете Федерации и были завотделом международного права. Если посмотреть с юридической точки зрения на эту спецоперацию "Выборы 2024", где бы вы подловили эту власть и подали бы в суд, если представить, что суд справедливый?
Перед этими выборами постарались избавиться от всех наблюдателей
Илья Шаблинский: Надо будет обобщать результаты некоторых отчетов некоторых наблюдателей. Были массовые вбросы. Я бы подал в нормальный Конституционный суд жалобу, связанную с электронным дистанционным голосованием, – это просто инструмент фальсификаций. Наконец, выборы на оккупированных территориях противоречат международным избирательным стандартам. О каком суде мы тогда должны говорить? Это предполагает, что мы в каком-то российском суде можем говорить о том, что политический режим совершил агрессию против соседнего государства.
Перед этими выборами постарались избавиться от всех наблюдателей. У Даванкова их вообще не было, он отказался. КПРФ и ЛДПР согласились, что все наблюдатели будут картонные. Григория Мельконьянца посадили в тюрьму. Сначала надо было бы обобщить результаты хоть каких-то наблюдений, потом дистанционное электронное голосование, которое в принципе совершенно не может быть использовано сейчас на выборах, – это тотальная фальсификация, когда рисуют что хотят, потом голосование на оккупированных территориях – это отдельный специальный пункт.
Мумин Шакиров: А какие будут репрессии после переизбрания Путина президентом?
Илья Шаблинский: Он и его администрация увидели, что оппозиция жива, что есть огромный слой людей, на которых опирается оппозиция Путину. Я думаю, Путина это встревожило, он поскрипел зубами. Может быть, вследствие этого они на каком-то совещании могут решить, что надо бы жестче надавить на эту часть общества. Не знаю, какой они выберут для этого предлог, какую форму, но то, что их эта картина обеспокоила, – сто процентов.
Путин и его администрация увидели, что оппозиция жива
Мумин Шакиров: В оккупированной "ДНР" Путин набирает более 95% голосов, сообщил глава самопровозглашенной "республики" Денис Пушилин. Там обработали 100% всех голосов. В первый же день плебисцита Евросоюз и еще 55 стран мира огласили, что не признают выборы на оккупированных территориях легитимными. Однако многие из жителей этих территорий практически не имеют выбора, голосовать им или нет. Ко многим из них идут домой с урнами для голосования в сопровождении людей с оружием. Тем не менее, многие украинцы даже в таких условиях находят в себе силы сопротивляться. Смотрим сюжет Дмитрия Мороза .
Мумин Шакиров: С нами Сергей Лагодинский , депутат Европарламента. Готов ли Европарламент пойти на голосование по непризнанию легитимности выборов в России?
Сергей Лагодинский: Прежде всего, нам надо решить, будем ли мы организовывать резолюцию или какую-то иную форму выражения нашей позиции. Я знаю, что в любом случае будет стейтмент лидеров фракций, скорее всего, будет заявление главы парламента. Многие фракции, в том числе моя, и я сам лично – мы настаиваем на том, чтобы была резолюция парламента, в которой мы бы уже прописали, насколько нелегитимными видим эти выборы.
Здесь два вопроса. Легитимность или нелегитимность выборов – здесь, я думаю, все будут согласны, у России в этом плане просто уже нет никакой репутации, в которую бы кто-то верил.
Мы настаиваем на резолюции парламента о нелегитимности этих выборов
А вот легитимность или не легитимность главы государства – здесь у нас наверняка будут проблемы, потому что для многих правительств, для многих государств мира необходим кто-то, с кем можно и нужно вести какие-то переговоры даже в минимальном плане, если речь пойдет, например, о договоренностях по разоружению, неприменению ядерного оружия. Здесь все немножко сложнее, поэтому я бы разделял эти вопросы. Я думаю, нелегитимность выборов – это абсолютно реально, а нелегитимность главы государства – здесь уже сложнее. Я не уверен, что в Европейском парламенте будет для этого воля.
Мумин Шакиров: Кем видят Юлию Навальную в Европе? Несколько серьезно европейские политики оценивают ее потенциал?
Сергей Лагодинский: Юлия, конечно, является очень важной и эффектной политической фигурой. Естественно, большая поддержка, большой интерес. Европейские политики и вообще международное сообщество с ожиданием смотрят на эту фигуру. Пока Юлия делала действительно очень интересные шаги, например, недавнее обращение к оппозиции в Будапеште – это что-то новое, такого мы не видели от российской оппозиции: обращаться к венгерским массам. Но мне кажется, что мы еще не достигли той фазы, когда всем было бы понятно, что именно Юлия Навальная является ведущей силой в маленькой оппозиционной вселенной российского политического бомонда. Пока не дан ответ на этот вопрос. Если Юлия и ее команда мудро выстроят свои дальнейшие шаги, то потенциал здесь есть. Пока он еще не реализован.
Мумин Шакиров: Что будет после выборов? Будет ли Путин закручивать гайки еще сильнее, а может быть, и вовсе отменит выборы, чтобы не тратить на это деньги и время? Я поговорил с политологом Кириллом Роговым .
Иван Воронин: Господин Даванков, вокруг которого планировала объединиться российская оппозиция, назвал "несомненной" победу Путина на выборах.
Артем Радыгин: Харитонов тоже поздравил россиян и сказал, что выборы сплотили Россию. Что важно обсудить сейчас, после трех дней голосования, – это то, что мы видели в "Полдень против Путина". За голосованием в России и за рубежом, особенно в полдень последнего дня, наблюдали не только в России, но и в разных странах мира. С нами директор Института внешней политики Латвии Сергей Потапкин . Какое впечатление произвели на вас очереди за границей, в том числе в Латвии?
Сергей Потапкин: Я видел видео в инстаграме Дмитрия Гудкова из Лимасола, где очереди стояли очень впечатляющие, буквально три или пять кварталов людей, одетых в сине-белые цвета. Многие приходили одетые в клоунские костюмы, видимо, таким образом пытаясь выразить свое отношение к этим выборам. В Праге голосование происходило всего один день, в пятницу, но и там было большое количество людей. Там, насколько я слышал, лидирует Даванков, за которого агитировала голосовать российская оппозиция.
Ни Даванков, ни остальные кандидаты не выглядели как реальные конкуренты Путину
В Латвии тем более было бы интересно увидеть результаты этого года, потому что в 2018 году Латвия била все рекорды поддержки Путина. Порядка 20 тысяч граждан России пришли проголосовать, и результат был – 94,4% за Путина, что даже выше, чем в Чечне. Я думаю, в этом году будет существенно ниже как явка, так и поддержка Путина. Те кадры, которые мы видели сегодня в "Полдень против Путина", показали, что очередь появилась именно в этот момент и выросла где-то на полтора квартала. Параллельно проходили акции российской оппозиции против Путина. Если в 2018 году очередь стояла в течение дня, то сейчас до 12 часов была достаточно низкая активность. Можно прогнозировать, что те люди, которые голосовали до 12 часов, скорее всего, отдавали свои голоса за Путина.
Иван Воронин: К слову о Даванкове: как вы оцениваете ситуацию, когда один кандидат еще до подведения итогов поздравляет другого с победой, по сути, низвергая себя как кандидата и заявляя, что битва проиграна? Нет ли в этом симптома того, что "да не больно и хотелось"?
Сергей Потапкин: Со стороны ни Даванков, ни остальные кандидаты не выглядели как реальные конкуренты Путину. Опять же, позиция Даванкова "мир на условиях России" – это совершенно не то, что, наверное, сейчас мы хотели бы видеть и слышать от оппонента Путина. Понятно, что это очень компромиссная фигура для российской оппозиции, не вся оппозиция готова была голосовать за Даванкова. Тем не менее, то, что он поздравляет Путина, показывает, что, конечно, никакой реальной конкуренции не было, это не тот человек, который действительно готов представить какую-то альтернативную повестку.
Иван Воронин: Хочется подвести итоги еще и в контексте международного признания этих выборов, поскольку часть выборов прошла на оккупированных территориях, а это прямое нарушение международного права (я уже не говорю про ордер на арест Владимира Путина , подписанный Международным уголовным судом в Гааге). На ваш взгляд, пойдут ли европейские политики на признание этих выборов нелегитимными? Каковы политические последствия такого решения?
Сергей Потапкин: Выборы однозначно не будут признаны европейскими странами ни честными, ни прозрачными, ни справедливыми, тем более, что впервые на выборы не были аккредитованы наблюдатели от ОБСЕ. Эти выборы уже названы самыми непрозрачными во всей истории РФ. Естественно, речь не идет ни о каком признании на оккупированных территориях – это уже дает возможность моментально признать выборы недемократичными, нелегитимными.
Путин проводят выборы, чтобы показать свою легитимность Западу
Но вторым вопросом будет признание по результатам этих выборов Путина в качестве лидера России. Здесь все намного сложнее, ведь все заинтересованы в прекращении войны. Встанет вопрос: если Путин не будет признан лидером России, то с кем вести эти переговоры, какие бы они ни были? С огромной вероятностью Путин будет признан, с ним будут вести переговоры. Оппозиция, в том числе Антивоенный комитет приложили много усилий для того, чтобы добиться непризнания Путина. Если какие-то из стран ЕС пойдут на это, то это будет символичной победой оппозиции. Но я думаю, что большие игроки будут вынуждены иметь с ним дело, как с лидером РФ.
Артем Радыгин: Непосредственно перед трехдневными голосованиями Юлия Навальная задала этот вектор: она несколько раз выступала с посылом, что с Путиным надо бороться не как с политическим оппонентом, а как с лидером большой мафиозной группировки. Другие оппозиционеры поддержали Юлию. В чем здесь трудность, почему Европа не может бороться с российской агрессией, с Путиным, как с организованной преступностью?
Сергей Потапкин: Одно из негативных последствий начала войны России в том, что Путин стремится (и отчасти у него это получается) ввергнуть международную политику в состояние Realpolitik . Realpolitik, как мы помним в варианте 70-80-х годов, во времена Киссинджера, показывает, что силы готовы вести переговоры с любыми лидерами, которые имеют возможность принимать решения.
Артем Радыгин: Тут, наверное, отчасти есть "заслуга" российской пропаганды, которая постоянно показывает, как силен и влиятелен Путин (буквально лозунги "Никто, кроме Путина").
Выборы не будут признаны европейскими странами ни честными, ни прозрачными, ни справедливыми
Сергей Потапкин: В принципе, эти выборы не должны рассматриваться как выборы. Российская государственная машина и сам Путин проводят их для того, чтобы показать свою легитимность Западу. Выборы явно имеют абсолютно внутрироссийский характер, Путин делает вид, что его избиратель находится в абсолютном большинстве. Даже тот, кто сомневается, должен увидеть, что Путин прав, силен, что все должны сплотиться вокруг лидера. Опять же, характерно, что во время своей кампании Путин практически не говорил о войне. Ее продолжают упорно называть "специальной военной операцией": войны нет, военного положения нет, бюджетных денег на ведение боевых действий хватает, в стране все нормально.
Иван Воронин: Немаловажным оплотом власти Владимира Путина и российской агрессии против Украины были и остаются средства массовой информации. Приход Путина к власти был ознаменован как раз беспрецедентными гонениями на независимые СМИ. Началось все с разгона телекомпании НТВ, а закончилось почти поголовным изгнанием независимых журналистов из России. Наши коллеги телеканала "Настоящее время" проследили эту историю угнетения свободной прессы.
Артем Радыгин: "Западу не удалось сорвать выборы президента Российской Федерации. Это победа России", – я цитирую МИД РФ. Разве Запад пытался?
Характерно, что во время своей кампании Путин практически не говорил о войне
Сергей Потапкин: Если будет большое желание, то, наверное, на ум придут два события, которые можно так классифицировать. Первое – это то, что в этом году было открыто намного меньше избирательных участков за рубежом, в частности, в ЕС. Довольно сомнительно было бы утверждать, что это могло сорвать выборы, потому что по понятным причинам, скорее всего, в этом году зарубежные участки дадут больше голосов против Путина, нежели за него. Второе – это, наверное, сделанное какое-то время назад, предупреждение Госдепартамента США и некоторых европейских стран о возможных терактах в Москве. С огромной натяжкой только эти две вещи приходят на ум, когда мы говорим о каких-то попытках срыва выборов.
Артем Радыгин: О том, почему все-таки, по словам МИДа, Западу "не удалось сорвать" очередную победу Путина, рассказал Станислав Андрейчук: козырь в рукаве российского ЦИКа – электронное голосование.
Иван Воронин: "Россия без Путина!" и "Где мой голос?", – скандируют прямо сейчас собравшиеся у российского посольства в Берлине. Они не успели проголосовать. Если в Ереване работу избирательного участка за рубежом продлили, то в Берлине его закрыли. Давайте посмотрим, что там сейчас происходит.
Иван Воронин: Все-таки российская пропаганда влияет не на всех! Тем не менее, ее влияние сложно недооценить, особенно учитывая уровень поддержки российской агрессии против Украины внутри самой России, огромное количество фейков со стороны российских медиа, либо они сами бросаются такими выражениями, как "Буча и Ирпень – это фейк", и так далее. How to counteract this?
Сергей Потапкин: Этому очень трудно противодействовать, особенно в тех странах, где широко распространен русский язык. Мы можем с уверенностью говорить про страны Балтии, где исторически большое число русскоговорящих потребляли содержимое российских каналов. В последние годы власти балтийских стран прикладывали массу усилий для того, чтобы остановить вещание этих каналов, но все это достаточно легко обойти в цифровой век.
Российская пропаганда влияет не на всех
Нужно признать, что качество пропаганды является очень высоким. Смотришь те программы, которые в силу необходимости доходят до меня, и становится немножко страшно, потому что они показывают совершенно другую картинку мира, которая совершенно не коррелирует с тем, что мы видим в нашем информационном пространстве. Пробить эту стену очень сложно.
Соцсети формируют контент под человека, под его интересы. Стоит ему несколько раз проявить интерес к определенной тематике, и он попадает в ловушку окружения, когда он уверен, что вся информация, которую он получает, объективна. Его совершенно не смущает то, что где-то он видит и слышит нечто иное. Наверное, европейские страны очень сильно опоздали к 2022 году, не решив проблему предоставления качественного контента, по абсолютно понятным эмоциональным и личным причинам после 2022 года просто постарались запретить пропаганду, не учитывая ту легкость, с которой сегодня обходятся ограничения.
Артем Радыгин: Как Россия пришла к тому, что есть сегодня? Мы собрали в одном сюжете 20 лет правления Путина.
(Video)
Мумин Шакиров: Обсудим последние новости с политологом, правозащитником Ильей Шаблинским. The counting of votes continues. Вот результаты: после обработки 40% протоколов Владимир Путин получает почти 88% голосов, Николай Харитонов – 4,11%, Владислав Даванков – 3,92%, Леонид Слуцкий – 3,06%. Из-за нарушений на выборах уже возбуждено 61 уголовное дело: 23 – за ложные сообщения о минировании, еще 33 связаны с проносом на избирательные участки красящих веществ. Кроме того, многие случаи порчи избирательных урн на выборах проводились с выходом в прямой эфир на территории Украины, утверждает МВД.
Какие могут быть перестановки в окружении Путина после инаугурации?
Ясно, что Шойгу вообще неадекватен этой ситуации
Илья Шаблинский: Имеет смысл говорить, прежде всего, о Мишустине и Набиуллиной, председателе правительства и председателе Центробанка. Я полагаю, что, скорее всего, он их не сменит. Хотя, я думаю, в глубине души Набиуллина надеется как-то уйти в сторону.
Мумин Шакиров: А что касается министра обороны Шойгу, полководца?
Илья Шаблинский: Я думаю, Путин рад был бы его поменять, размышляет над этим. Ясно, что Шойгу вообще неадекватен этой ситуации. Я бы не стал говорить с уверенностью, что Шойгу сохранит свой пост. С другой стороны, любая перестановка внутри силового блока будет означать признание того, что война идет не так и не туда, как хотел Путин. Она продолжается уже два года, и даже самые стойкие его сторонники немного волнуются: сколько это будет тянуться?
Мумин Шакиров: Много разговоров о том, что во власть могут войти ближайшие родственники Путина. Месяца два назад было большое интервью с одной из его дочерей, которая занимается наукой. На ваш взгляд, будет ли продвижение по службе детей Путина?
Илья Шаблинский: Я думаю, будет, оно и так идет, просто это не будет иметь большого политического значения.
Мумин Шакиров: Дмитрия Патрушева, министра сельского хозяйства, могут назначить и премьером, почему бы нет?
Илья Шаблинский: Честно говоря, не думаю. Мишустин подходит Путину по целому ряду причин.
Мумин Шакиров: Какие слои общества и группы выигрывают от того, что Путин переизбрался президентом?
Илья Шаблинский: Директора оборонных предприятий, руководители военно-промышленного комплекса. В целом эта война никому невыгодна. Сама нынешняя путинская элита вряд ли в большом восторге от происходящего. Они боятся, трепещут. Мы же помним, как расправлялись с некоторыми очень богатыми людьми за последние два года: кого-то убили, кого-то – вместе с членами семьи. Не дай бог, шаг в сторону или два-три неосторожных слова.
Мумин Шакиров: С другой стороны, людей в Украине убивают просто в промышленных масштабах – это уже исторический факт. Люди из окружения Путина участвуют в геноциде украинского народа.
В целом эта война никому невыгодна
Илья Шаблинский: Они должны нести за это ответственность. Рано или поздно она наступит. В его окружении есть фанатики. Патрушев и Бортников, скорее всего, среди этой когорты. Есть слой двумя этажами ниже: все эти военкоры, активисты, – среди них есть фанатики, они рады уничтоженным украинским городам, они приходили в восторг от перспективы того, что Украина останется без света и тепла. Но, я думаю, значительная часть элиты с ужасом наблюдает за этим.
Мумин Шакиров: Долгое нахождение у власти явно меняет восприятие реальности. Коллеги из "Настоящего времени" сделали небольшое исследование.
Мумин Шакиров: Некоторые эксперты говорят, что выборов больше не будет, будет референдум и увековечивание власти Владимира Путина.
Илья Шаблинский: Я не знаю, что будет через шесть лет. Война продлится еще долго, и от ее итогов будет зависеть очень многое в судьбе самого Путина. В принципе, у него все очень неплохо со здоровьем, поэтому можно было бы ожидать, что, если обойтись без всяких ЧП, он умрет своей смертью еще лет через 10-12.
Многое будет зависеть от того, как пойдет война
Тут видится образ Мугабе , дяденьки из Зимбабве: в 94 года он еще был президентом. При этом Путин сам ввязался в войну, ввязал страну в войну, которая высасывает из нее ресурсы, привела к огромным экономическим, человеческим, политическим потерям. Поэтому за эти шесть лет может случиться разное. Все мы видели итоги правления "отца нации" Назарбаева: были референдумы, были памятники по всей стране, и где оно теперь, куда делось? Путин видел, что происходило в январе 2020 года с памятниками этому "елбасы". Ему, очевидно, будут нужны выборы, ему нравится эта игрушка. Вот ему нарисовали вполне султанскую цифру, как в Северной Корее, и ему это нравится. Это полная выдумка, но, судя по всему, он получает от этого удовольствие. Я думаю, до референдумов дело не дойдет, будет возня с этими игрушками. Многое будет зависеть от того, как пойдет война.
Мумин Шакиров: Можно ли откуда-то ждать дворцового переворота?
Илья Шаблинский: Только если какие-то группы силовиков окажутся чем-то раздражены, если в ходе войны создастся тяжелое положение. Пока они всем довольны.
Мумин Шакиров: ЦИК России после обработки 50% протоколов: Путин набирает 87,34% голосов, Харитонов – 4%, Даванков – 4%, Слуцкий – чуть больше 3%.