19-летний британец выдавал себя за сына российского олигарха

Его тело нашли на берегу Темзы. Было ли это самоубийством?

В ноябре 2019 года 19-летнего Зака Бреттлера нашли мертвым на берегу Темзы. Полиция склонялась к тому, что это самоубийство, но в ходе расследования выяснилось, что погибший вел двойную жизнь, поссорился с богатыми людьми с криминальным прошлым и искал информацию о защите свидетелей в Великобритании. Историю Бреттлера рассказало издание The New Yorker. «Холод» пересказывает самое интересное.

Чтобы не пропускать главные материалы «Холода», подпишитесь на наш инстаграм и телеграм .

Утром 29 ноября 2019 года в отделение лондонской полиции поступил звонок: прогуливаясь по набережной вдоль Темзы, местный житель заметил на берегу мертвого человека.

Тело лежало прямо под зданием элитного жилого комплекса «Риверволк», но прибывшие на место полицейские не придали этому значения. В Лондоне нередко совершают самоубийства, прыгая в реку с моста, и полиция предположила, что тело принесло течением. Личность погибшего установить не удалось: при нем не было никаких документов.

Только через несколько дней полиция выяснила имя погибшего — им был 19-летний Зак Бреттлер: к тому моменту его родители давно искали его по всем знакомым и больницам. К их ужасу оказалось, что они совсем ничего не знали о жизни своего сына.

«Где Зак?»

Последний раз со своим сыном Рашель Бреттлер переписывалась в ночь на 29 ноября. Накануне днем он сказал ей, что собирается провести несколько дней со своим приятелем и что они запланировали «цифровой детокс». Куда именно он поедет, его семья не знала. После ухода сына Рашель нашла дома его ключи и бумажник с кредитками и забеспокоилась, что он ушел без вещей. Она написала Заку, точно ли они ему не понадобятся. В два часа ночи Зак ответил ей, что «все хорошо».

Проснувшись утром, Рашель решила позвонить сыну, чтобы удостоверится, что с ним все в порядке, но телефон был недоступен. В половине десятого утра в доме Бреттлеров раздался звонок в дверь.

«Где Зак?» — не представившись, спросил открывшую дверь Рашель незнакомый мужчина. Он держал в руке телефон так, чтобы тот, кто находился на другом конце провода, мог слышать разговор.

Рашель ответила, что не знает, и спросила, кто он такой. Но тот проигнорировал ее и повторил вопрос про Зака. Так продолжалось до тех пор, пока Рашель не сказала, что она — мама Бреттлера.

«Это не может быть его мама. Его мама в Дубае», — услышала Рашель голос из телефона.

Говорящим оказался бизнесмен индийского происхождения Акбар Шамаджи. Вскоре он встретился с родителями Зака и рассказал им, что долгое время общался с их сыном, но знал его с совершенно другой стороны: на протяжении их знакомства Бреттлер выдавал себя за сына российского олигарха.

Полиция провела расследование, но так и не пришла к выводу, была гибель Бреттлера убийством или самоубийством. Родители погибшего считают, что их сын не был склонен к суициду, а его смерть связана с тем, что он связался с плохой компанией.

Кто такой Зак Бреттлер

Зак вырос в тихом фешенебельном районе Лондона Мейда-Вейл. Его отец Мэттью — директор фирмы, оказывающей финансовые услуги, а мама Рашель — журналист-фрилансер, пишущая о дизайне. Зак, как вспоминают его родители, был умным и творческим ребенком, а еще умел хорошо пародировать других людей и часто развлекал свою семью, имитируя разные акценты.

В 13 лет Зак поступил в школу Милл Хилл, где обучались дети богатых людей, многие из которых были из России, Казахстана и Китая. Они носили дизайнерскую одежду и вызывали такси от общежития до школы, чтобы не идти пешком восемь минут. Семья Бреттлеров была не настолько обеспеченной, и в школу он обычно ездил на автобусе. Зак начал стесняться, что их семья владеет «Маздой», а не автомобилем подороже, и увлекся фильмами вроде «Волка с Уолл-стрит» про основателя одной из крупнейших брокерских контор, которого арестовали за отмывание денег и другие финансовые преступления, или «Парней со стволами» о двух молодых людях, получивших от Пентагона контракт на 300 миллионов долларов на поставку оружия.

В 2018 году, в выпускном классе, Зак перевелся в колледж Эшборн поближе к дому и начал рассказывать родителям, что занялся бизнесом и участвует в сделках по продаже автомобилей и элитной недвижимости. Рашель и Мэттью считали, что их сын талантлив, быстро учился новому, и поэтому думали, что он вполне мог стать молодым предпринимателем. И, хотя они не разделяли стремление Зака к богаству и гламуру, все равно его поддерживали.

За полгода до окончания колледжа Зак познакомился с бизнесменом Акбаром Шамджи, который жил в престижном районе центрального Лондона Мейфэр. С родителями он Шамджи не знакомил, но рассказывал о нем, как о своем деловом партнере, с которым они рассматривают участие в различных сделках — от запуска линии продуктов по уходу за кожей до инвестиций в угольную шахту в Казахстане.

Летом 2019 года Зак съехал от родителей в квартиру в престижном лондонском районе Пимлико — в дорогой жилой комплекс «Риверволк». Своих родителей он туда не звал и не говорил, живет он один или с кем-то, но показывал им элегантный интерьер по видеосвязи. Он также рассказал Рашель и Мэттью, что снимает это жилье у Вериндера Шармы, индийского резинового магната. Когда Рашель попыталась найти информацию о таком предпринимателе в интернете, у нее ничего не вышло.

В тот же период Зак сообщил семье, что несколько университетов Лондона предлагают ему поступить к ним учиться, но он думает, что ему не нужно высшее образование, так как он уже зарабатывает достаточно денег на различных деловых сделках, чтобы, например, снимать жилье в «Риверволк». Однако уже через месяц Зак вернулся жить к родителям, сказав им, что в той квартире ему было одиноко.

Дружба с бизнесменом и наркоторговцем

Акбар Шамджи, которого Зак Бреттлер называл своим бизнес-партнером, был сыном владельца торговой компании Gomba. Он закончил Кембриджский университет, в начале 2000-х годов управлял несколькими малоизвестными музыкальными лейблами, а затем вместе с другими членами своей семьи руководил компанией CPEC, занимающейся возобновляемой энергией. После этого Шамджи увлекся криптобизнесом. Его офис, как рассказывал Зак своим родителям, находился на площади Беркли, одной из самых известных площадей Лондона. Жена Шамджи, Даниэла Карнутс, основала бренд Safiyaa, одежду которого носят Мишель Обама и Меган Маркл.

С Заком Бреттлером в начале 2019 года Шамджи познакомил Марк Фоули, консультант футбольного клуба «Челси», который в то время принадлежал миллиардеру Роману Абрамовичу. Шамджи работал над проектом по недвижимости в Лиссабоне, и Фоули сказал ему, что Бреттлер ищет, куда инвестировать часть своего семейного состояния. Проверять историю Бреттлера Шамджи не стал, поскольку, по его словам, в Лондоне доверяют личным знакомствам.

Бреттлер представлялся сыном российского олигарха. Его отец якобы недавно умер, а мать вместе с братьями и сестрами жили в Дубае. Зак рассказывал, что поссорился с матерью и ему негде жить, поэтому Шамджи решил познакомить его со своим другом Дэйвом Шармой, который жил один в большой квартире и мог бы временно приютить Бреттлера.

В лондонских кругах Шарма, которого Бреттлер описывал своим родителям как владельца бизнес-империи по производству резины, знали как гангстера по кличке Индиец Дэйв. За 17 лет до его встречи с Заком Шарму арестовывали по обвинению в контрабанде героина. Также он мог быть замешан в организации убийства владельца одного из ночных клубов, в которого выстрелили из автомата Калашникова из проезжавшей мимо машины. Нападавшего и водителя приговорили к пожизненному заключению, а доказательств вины Шармы тогда оказалось недостаточно. Позже он занимался выбиванием долгов, и в Лондоне ходили слухи о том, что Шарма выслеживал должников и свешивал их с крыш, чтобы запугать .

Бизнес-идеи

После знакомства с Заком Бреттлером у Шамджи возникла идея продавать оптоволоконный кабель в Индию. Бреттлер смог организовать бизнес-встречу с дядей своего друга, у которого как раз был кабель и он искал для него покупателя. Как позже рассказывал владелец кабеля, Шамджи ему сразу не понравился: как только они встретились, Шамджи начал хвастаться знакомством с индийским премьер-министром Нарендрой Моди, — но из вежливости он досидел до конца встречи. Сделку они так и не заключили.

После этого Бреттлер смог организовать еще одну встречу — на этот раз со знакомым своей семьи Энтони Баком, основателем косметической компании, которую в 2015 году у него выкупил Unilever. Тогда Бреттлер и Шамджи загорелись идеей создать свою линейку уходовой косметики, и Бреттлер сказал Баку, что этот проект уже привлек 20 миллионов долларов инвестиций. И хотя Бак не собирался вкладываться в проект, сочтя его нерентабельным, он вспоминал, что Бреттлер говорил об этой идее очень убедительно.

Как отмечал Шамджи, Зак очень убедительно рассказывал о своей жизни сына олигарха. Бреттлер говорил, что владеет дорогими машинами и самолетами, и, хотя Шамджи никогда их не видел, он все равно верил Бреттлеру, просто думая, что тот скромный.

Вымышленная жизнь

На желание Зака создать себе вымышленную личность, по мнению его отца Мэттью Бреттлера, могла повлиять учеба в Милл Хилл, когда он оказался в кругу богатых людей, которые ничего о нем не знали.

Вероятно, чтобы вызвать сочувствие, Зак рассказывал одноклассникам, что его мама умерла. Некоторым Зак говорил, что его отец — торговец оружием, а его семья ездит на дорогих «Рендж Роверах».

Школьный друг Бреттлера вспоминал, что тот быстро находил общий язык с людьми, но отдалялся от них, когда те начинали сомневаться в правдивости его рассказов.

Однажды он сказал одноклассникам, что New Balance хочет спонсировать его как игрока в крикет, но они не поверили в это и разозлились, что Бреттлер говорит неправду. Тогда он ответил им, что знает, что часто врет, и тут же выдумал историю о том, что это ментальное расстройство, которое у него после несчастного случая, произошедшего в детстве.

По соседству с Бреттлерами жила русскоговорящая женщина, которую звали Замира Исмаилова. Бреттлер познакомился с ней на улице — они здоровались и Исмаилова иногда угощала его домашней едой. Вот только она была уверена, что Зака зовут Таймас, он родился в Казахстане и в Лондоне живет один, а не с родителями. В разговоре с ней Зак убедительно вставлял русские слова. Правду о Бреттлере Исмаилова узнала лишь после его смерти. Оказалось, что Зак присвоил ее фамилию: его бизнес-партнеры и знакомые Шамджи и Шарма знали его как Зака Исмаилова.

Он не только рассказывал им о погибшем отце-олигархе, но и, например, называл квартиру своей настоящей семьи инвестиционной недвижимостью, где он якобы жил временно и в одиночестве. Бреттлер также утверждал, что его семья владела пентхаусом в Уан-Гайд-парке — крупном жилом и торговом комплексе в лондонском районе Найтсбридж.

Шарму очень интересовало богатство Бреттлера, и он, вероятно, хотел присвоить часть. Как позже выяснило следствие, в последний день жизни Зака Шарма писал Шамджи, что им стоит узнать, сколько денег ему дают на жизнь, а также предлагал проверить счета Бреттлера и его банковскую карту в банкомате.

Прыжок в Темзу

Через несколько дней после пропажи Зака Шамджи встретился с его родителями. Он рассказал им, что вечер перед пропажей они с Бреттлером провели в «Риверволк» в квартире Шармы вместе с ним самим и его дочерью Доминик. Бреттлер якобы признался им, что страдает героиновой зависимостью. Рашель и Мэттью были поражены: они не видели у сына никаких признаков употребления героина. Шамджи рассказал им, что Бреттлер делал это тайно в течение многих лет, и в тот вечер они с Шармой поклялись, что найдут ему программу лечения. После этого Шамджи ушел из «Риверволк» вместе с Доминик, а Бреттлер остался в квартире с Шармой.

По рассказу Шамджи, на следующее утро Шарма сообщил ему, что Зак пропал. Они начали беспокоиться, решив, что он точно ушел за наркотиками, и Шарма поручил своему шоферу проверить, нет ли Бреттлера в квартире в Мейда-Вейл.

Позже, когда полиция опознала тело Зака и Шарму пригласили на допрос, он утверждал, что в ночь смерти Зака он уснул около половины первого — после того как сильно выпил и принял успокоительное. Зак, по его словам, мог спрыгнуть с балкона, пока он спал.

Понять, что именно происходило в квартире, полиция не смогла, но на записях с камер видеонаблюдения, расположенных снаружи, видно, как Зак Бреттлер и Шамджи паркуют красный «Мерседес» возле «Риверволк» около девяти вечера и заходят внутрь. Через несколько часов к ним приехала Доминик, и в 01:25 Шамджи вместе с ней спустился к паркингу. Там они разговаривали в машине до 01:56, а затем каждый уехал на своей машине. Вскоре на балкон квартиры Шармы вышел Зак Бреттлер. В 02:24, походив из угла в угол, он спрыгнул в Темзу.

Странности в деле

Несмотря на работу полиции, Рашель и Мэттью вели и собственное расследование гибели Зака. Они связались с одним из его друзей, который видел их сына за два дня до его смерти. По словам этого друга, Зак говорил ему, что у него может быть информация для британских властей и что ему может понадобиться защита полиции. Когда полицейские нашли iPad Зака, они увидели, что за два дня до прыжка в Темзу он гуглил фразу «защита свидетелей Великобритании».

Родители Зака наняли частного детектива. Он осмотрел квартиру Шармы и заметил, что стеклянная дверь, ведущая на балкон, открывалась и закрывалась изнутри квартиры. Полицейские также заметили, что квартира выглядела «безупречно», а участок балкона, откуда спрыгнул Бреттлер, был идеально чистым. На вопрос о том, была ли дверь балкона открыта тем утром, Шарма ответил полиции, что она была закрыта. Патологоанатом отметил еще одну деталь: у Бреттлера была сломана челюсть с правой стороны, и это вряд ли произошло из-за падения.

Следователи осмотрели телефоны Шамджи и Шармы и узнали, что Шарма на самом деле не пошел спать в 00:30. В 02:12, за 12 минут до падения Бреттлера, он позвонил Шамджи, и они девять минут о чем-то разговаривали. После прыжка Бреттлера в кадре одной из наружных камер можно увидеть в окне силуэт человека, который передвигается по квартире. Через две минуты после падения Шарма позвонил Доминик и говорил с ней три с половиной минуты.

Кроме того, в 02:34, всего через 10 минут после прыжка Зака, Шамджи вернулся в «Риверволк» и поднялся в квартиру Шармы. Он пробыл там 20 минут и спустился к машине. Перед тем как уехать, он подошел к метровому забору у набережной и через него посмотрел именно в то место реки, куда упал Бреттлер. В 06:50 Шарма переписывался с Шамджи. Он также звонил на ресепшн «Риверволк» и спрашивал, нет ли признаков того, что кто-нибудь прыгнул с балкона в реку. В тот момент из окон здания можно было увидеть полицейские лодки, обнаружившие тело.

Когда полицейские допрашивали Шамджи, уточняя, о чем он говорил с Шармой по телефону за несколько минут до прыжка Бреттлера, он утверждал, что не помнит ни один звонок того вечера. В «Риверволк» он вернулся якобы для того, чтобы пожелать друзьям спокойной ночи, а когда зашел в квартиру в третьем часу ночи, то, по его словам, застал там Бреттлера вместе с Шармой, несмотря на то, что это произошло уже после прыжка Зака. Когда следователи сказали ему об этом несоответствии в показаниях, Шамджи изменил их, сказав, что, возможно, не видел Бреттлера ночью, сославшись на то, что его подводит память.

Во время допроса полицейские также хотели выяснить, зачем Шамджи подошел к набережной и взглянул именно на то место реки, куда упал Бреттлер. Он сказал им, что это красивый, тихий и живописный участок Темзы, и он иногда приходит туда посидеть на набережной. По словам Шамджи, если бы он увидел тело Бреттлера, то незамедлительно вызвал бы полицию.

После смерти Бреттлера Шамджи удалил свою переписку с Шармой в вотсапе за последние недели, но Шарма этого не сделал, поэтому полиции удалось прочитать их сообщения. Утром в последний день жизни Бреттлера Шарма писал Шамджи: «Я думаю, пошел на хуй этот сопляк». Поздно вечером Шамджи писал одному из своих друзей, что «только что употребил марихуану, а затем просил друга приехать и отвезти его домой.

Несмотря на эту переписку обвинений Шарме и Шамджи предъявлено не было.

Рашель и Мэттью получили от полицейских информацию об этих сообщениях только через два года после смерти их сына. Рашель говорила, что все это время чувствовала себя так, будто «жила на этом балконе с Заком». Они с мужем пришли к выводу, что Шарма мог узнать, что у Бреттлера нет денег, и разозлиться. По их версии, после этого Зак почувствовал себя в опасности, вышел на балкон, боялся возвращаться внутрь и решил прыгнуть. По мнению родителей, Зак не собирался совершать суицид. Для этого можно было просто сброситься на набережную. Судя по тому, где нашли его тело, Зак пытался допрыгнуть до реки и смягчить удар, упав в воду. Судмедэксперты, осматривавшие тело Бреттлера, отметили, что он почти долетел до Темзы, но зацепился бедром за каменное заграждение у насыпи возле реки.

Чем закончилось расследование

Сразу доказать, что именно Шарма вынудил Зака прыгнуть с балкона, оказалось невозможным: к концу 2020 года он умер от передозировки наркотиками. Детектив, который занимался делом Зака по поручению Бреттлеров, не смог получить доступ к информации об обстоятельствах смерти Шармы: полиция отказалась ее предоставлять, сославшись на «конфликт интересов», связанный с тем, что Шарма — главный подозреваемый по делу Бреттлера.

Полицейские так и не связались с шофером Шармы, который приезжал к Рашель, и не поговорили с женой Шамджи. Бреттлеры предполагают, что Шарма мог быть информатором, тайно сотрудничавшим с полицией еще с начала 2000-х, когда ему не предъявили обвинение в причастности к убийству. Это могло бы объяснить, почему расследование смерти Бреттлера в какой-то момент забуксовало.

За четыре года семья Зака так и не получила ответа на вопрос о том, как и почему их сын прыгнул в Темзу. Они не смогли и доказать, что Зака довели до самоубийства, и наказать тех, кого считают виновными. Полиция так и не смогла установить, была гибель Зака убийством или самоубийством — что именно произошло той ночью в квартире в «Риверволк», осталось неизвестным.

Шамджи, бывший бизнес-партнер Зака, больше не живет в Лондоне. Он стал гендиректором компании DarkByte, связанной с искусственным интеллектом, и много путешествует по США, Канаде и скандинавским странам.

В разговоре с журналистом The New Yorker родители Зака рассказали, что за последние годы им удалось лучше понять, как жил их сын. Его гибель открыла им глаза на другую сторону Лондона, в котором живут наркоторговцы вроде Шармы и полиция, ведущая расследования недобросовестно. Мэттью говорит, что иногда ненавидит Лондон и хочет оттуда уехать.