Преемник падишаха. Часть 3

Как возможный преемник Кадырова заслужил, а потом потерял его доверие, и как теперь он помогает главе Чечни спасать личную армию, вместо чеченцев отправляя на фронт добровольцев других национальностей

В преддверии смены власти в самом непростом российском регионе «Новая газета Европа» продолжает сериал о политическом ландшафте Чечни.

В прошлых сериях мы рассказали о диагнозе Кадырова, о том, почему врачи считают, что его болезнь неизлечима, а также о том, что это хорошо понимают в Кремле. Уже несколько месяцев в администрации президента России прорабатывают возможные сценарии на случай смены власти в Чечне и рассматривают кандидатов в преемники Кадырова. В предыдущих сериях мы проанализировали и оценили шансы сыновей главы Чечни, других его родственников и ближайших соратников. В третьей серии мы рассказываем неизвестные подробности биографии одного из вероятных преемников Кадырова — Апти Алаудинова, и говорим о том, как ключевым образом на его судьбу повлияли два фактора: война Путина в Украине и отчаянное желание главы Чечни сохранить в этой войне свою личную армию.

Первую часть расследования можно прочитать здесь, а вторую здесь.

Федерал в стане кадыровцев

Апти Алаудинов примкнул к команде Рамзана Кадырова в 2006 году. На тот момент в республике шла острая борьба за власть между действующим президентом Алу Алхановым, которого поддерживали чеченские силовики, воевавшие в ходе двух военных кампаний в Чечне на стороне федералов, и молодым вице-премьером республики Рамзаном Кадыровым, силовой ресурс которого был сформирован из амнистированных чеченских боевиков.

…Апти Алаудинов, родившийся в Ставропольском крае в семье кадрового советского военного, в первой чеченской войне не участвовал. Но в ней с самого начала на стороне антидудаевской оппозиции, которую поддерживала и вооружала Москва, были задействованы его отец и старший брат. Как рассказывал в одном из интервью сам Алаудинов, оба они погибли в октябре 1994 года «в первом бою с Дудаевым, Масхадовым и прочими ичкерийцами» (сторонниками независимости Чечни. — Прим. ред.). А всего, по словам Алаудинова, в чеченских войнах погибло 20 его родственников.

Надо сказать, что отец Рамзана Кадырова — Ахмат Кадыров — в первую чеченскую войну был одним из самых известных в республике сторонников вооруженной борьбы за независимость Чечни (как муфтий республики он объявил России джихад — священную войну). Ну а юный Рамзан Кадыров был страстным поклонником Шамиля Басаева, хотя сам и не воевал (Кадыров-старший берег от войны обоих своих сыновей). То есть в первую чеченскую кампанию Алаудиновы и Кадыровы находились, по сути, по разные стороны баррикад.

В ходе второго чеченского конфликта Апти Алаудинов не изменил семейному кредо и продолжил поддерживать федералов. Он работал в прокуратуре одного из районов Чечни, который находился под контролем российских военных,

а затем — в республиканском МВД, где занимался борьбой с организованной преступностью (то есть, по сути, ловил боевиков).

В одном из своих недавних интервью он говорил, что был против амнистии боевиков, и подчеркивал, что «плечом к плечу воевал с русскими против боевиков, против международного терроризма».

Но в 2006 году конфликт между президентом Чечни Алу Алхановым и вице-премьером Рамзаном Кадыровым достиг пика. Кадыров по сути захватил власть, запретив Алханову под угрозой физического уничтожения появляться в республике. Москва, глядя на это безобразие, хранила молчание.

Именно тогда Апти Алаудинов понял, что надо менять сторону и срочно переходить в лагерь победителя. Воспользовавшись своим служебным положением, Алаудинов сделал тогда Кадырову поистине царский подарок: он почти в буквальном смысле принес Рамзану голову его врага, возбудив уголовное дело и объявив в розыск командира отряда «Горец» Мовлади Байсарова, одного из самых опасных на тот момент конкурентов Кадырова. Как, собственно, и Алаудинов, Байсаров относился к лагерю чеченцев-федералов и возглавлял силовое подразделение, созданное под прямым кураторством ФСБ для проведения карательных операций на территории республики.

В ноябре 2006 года Мовлади Байсаров в лучших традициях 90-х был расстрелян в Москве — на выходе из популярного ресторана на оживленном Ленинском проспекте. Из материалов доследственной проверки следует, что все стрелявшие были действующими сотрудниками МВД Чечни. Руководил операцией Адам Делимханов (непосредственные очевидцы тех событий утверждают, что в них принимал участие и сам Апти Алаудинов). Уголовной ответственности за это громкое преступление никто не понес, потому что дело против Байсарова, возбужденное Алаудиновым, по сути легализовало действия убийц (в своих показаниях они пояснили, что приехали задерживать подозреваемого Байсарова, во время задержания он якобы оказал сопротивление и был застрелен).

Именно ликвидация Байсарова положила начало длинной цепочке заказных убийств политических конкурентов Кадырова, что в итоге привело к абсолютизации его власти в Чечне.

Когда Рамзан стал главой республики (в 2007 году), он отблагодарил Апти более чем щедро. Уже через четыре года Алаудинов стремительно дослужился до должности заместителя министра республиканского МВД и стал самым молодым генералом полиции в России.

Наш источник, проработавший в МВД по ЧР много лет непосредственно под началом Алаудинова, рассказывает, что в должностях замминистра и начальника криминальной полиции Апти Алаудинов на самом деле на пару с Магомедом Даудовым занимался в республике репрессиями:

«Если с севера на юг по карте провести черту и разделить территорию республики на две части — вы получите примерно сферы разделения компетенции Даудова и Апти.

Если в восточной части < Рамзану> надо наказать кого-то — это поручается Даудову, если в западной — это территория Апти. В целом по России — это уже Адам <Делимханов>. Всё, что можно вменить этим людям, сделано ими по поручению хозяина (Рамзана Кадырова. — Прим. ред.). <При этом> хозяин относится к ним цинично и потребительски. Он неоднократно вслух рассуждал о том, что убийства, счет за которые в будущем чеченцы могут предъявить по законам кровной мести, совершены не Рамзаном лично и не его родственниками, даже не его односельчанами, а Даудовым и Алаудиновым. Хозяин буквально заявлял: «Я скажу им, чтобы с претензиями за убитых шли в Гелдаген и Саъдин-Котар, там пусть ищут виновных в гибели своих родных». Гелдаген — это родовое село Даудова, а Саъдин-Котар (село Комсомольское) — родовое село Алаудинова…»

Слова нашего источника подтверждаются и данными российских правозащитников, много лет документировавших факты насилия со стороны представителей государства в отношении жителей Чечни. Именно Даудов и Алаудинов, а иногда оба сразу, чаще других чеченских силовиков фигурируют в заявлениях о пытках, внесудебных казнях, незаконных задержаниях, подброшенных наркотиках, сожженных домах, отобранном имуществе, а также в рассказах о многочисленных случаях принуждения жителей Чечни к извинениям за религиозное или политическое инакомыслие. В 2014 году оба они попали в санкционный список Магнитского, потому что оба лично участвовали в избиении и пытках первого чеченского политзаключенного Руслана Кутаева.

Но в 2019 году карьера Алаудинова в Чечне резко оборвалась. Ему запретили появляться на работе, отстранили от служебных обязанностей, его брат лишился высокой должности, они потеряли почти весь свой бизнес и дорогостоящее имущество. Все знакомые и друзья шарахались теперь от Апти, как от прокаженного. Что же случилось?

Опала

Летом того года был задержан влиятельный мэр Аргуна и одновременно давний агент ФСБ Ибрагим Темирбаев. Мэром Аргуна (второго после Грозного города в Чечне) он стал именно благодаря своим покровителям в спецслужбах, и поэтому глава Чечни долгое время ничего не мог с ним поделать и очень его за это не любил. Но в июле 2019 года Кадыров всё-таки решил вопрос с отставкой Темирбаева на федеральном уровне (формальной причиной отставки стали обвинения в коррупции) и назначил на его место сына своего троюродного брата, 28-летнего Хас-Магомеда Кадырова. А потом в руки Кадырова попала прослушка разговоров Темирбаева с региональными чиновниками и силовиками. Взбешенный своей отставкой и потому потерявший представление о всякой безопасности бывший мэр Аргуна обсуждал со своими собеседниками лично Кадырова и его вконец обнаглевшее семейство.

Большинство этих собеседников Темирбаева объединяла одна важная деталь: то были чеченцы, которые во время военного конфликта в Чечне принадлежали к лагерю федералов. Некоторые из них, включая Темирбаева, принимали в 2006 году участие во встрече в Нальчике, на которой Алу Алханову, на тот момент формально президенту Чечни, пророссийские влиятельные чеченские силовики предложили радикальным образом решить вопрос с Рамзаном и его бандой, состоявшей из амнистированных боевиков. Алханов на прямой вооруженный конфликт с Кадыровым так и не решился, заговорщики уехали из Нальчика ни с чем и очень скоро многие из них один за другим были убиты.

С тех пор прошло много лет, но отставка Темирбаева и его неосторожная реакция на нее растревожили память Кадырова о неудавшемся заговоре.

Всех, с кем Темирбаев в те дни говорил (а это были исключительно представители чеченской элиты), задержали, бросили в секретные чеченские тюрьмы, пытали, страшно унижали, некоторых даже изнасиловали, зафиксировав это на видеокамеру. Все они потеряли свои должности и имущество, но большинство остались всё-таки живыми.

На самого Ибрагима Темирбаева было заведено уголовное дело, но это была лишь формальность. Его продержали под следствием достаточно долго, чтобы улегся шум, и потом убили, инсценировав ДТП (якобы его машина на горной трассе Шатой-Грозный сорвалась с обрыва и упала в пропасть).

…Среди задержанных летом 2019-го Алаудинов был одним из самых высокопоставленных чеченских чиновников. Этот момент (плюс то, что история с «чисткой» чеченской элиты стала публичной) не позволял избавиться от него, не вызвав при этом слишком много ненужных вопросов. Так что формально еще два года он числился первым заместителем министра МВД по ЧР — Путин подписал приказ о его отставке лишь в марте 2021 года.

Первое время Апти постоянно и публично каялся, клялся в любви Кадырову и пытался всячески замолить свою вину. Он даже писал своему падишаху стихи (Алаудинов увлекается поэзией).

Однако в свой ближний круг Кадыров его так и не вернул. Но и добивать не стал. Алаудинову сохранили зарплату и спецставку к выслуге, хотя в своем рабочем кабинете в МВД по ЧР он не появлялся с августа 2019 года. С учетом почти 47-летнего (с учетом спецставки) стажа у него вышла неплохая пенсия; плюс, чтобы уж совсем не бедствовал, Алаудинова, кормильца многодетной семьи, пристроили в благотворительный фонд давнего друга Рамзана Кадырова, казахстанского олигарха Кинеса Ракишева.

Алаудинов уехал из Чечни и обосновался в Москве, где тихо жил до марта 2022 года, по его собственному выражению, «как добропорядочный пенсионер».

Искупление грехов

В феврале 2022 года российский военный блицкриг полностью провалился и страна оказалась втянута в затяжную кровавую войну. Первых погибших в Чечне хоронили уже в начале марта, и эти потери были совершенно неожиданными, так как изначально чеченцев, участвовавших в февральском вторжении в Украину в составе сводной российской группировки, готовили не к войне, а к танцам. Именно это слово накануне 24 февраля произнес в телефонном разговоре с Кадыровым замруководителя Управлением Росгвардии по ЧР Даниил Мартынов, командовавший чеченскими отрядами: «Мы вас пригласим, когда уже музыку настроим нашу правильную и уже в районе Майдана или Крещатика танцы подготовим!»

Однако ни парада, ни лезгинки на Крещатике не случилось. Уже через две недели после вторжения в Украину Мартынов вернулся в Грозный и доложил Кадырову о полной несостоятельности российской армии.

Именно тогда Рамзан сообразил: затяжная война потребует большого количества живой силы, а он, столько раз проводивший в Грозном парады «пехотинцев Путина», запросто может лишиться главного своего актива — вооруженных формирований, только формально относящихся к МВД и Росгвардии. И пока в Москве приходили в себя от провального блицкрига, в Грозном начали действовать.

25 февраля в центре города прошел смотр «армии Кадырова», на котором собрали 12 тысяч вооруженных до зубов «пехотинцев», готовых, по словам Рамзана, «выехать на любую специальную операцию». Кроме того, заявил глава Чечни, за интересы России в Украине «готовы сражаться 70 тысяч чеченцев».

Казалось, что чеченские батальоны прямо из Грозного поедут защищать Донбасс, как когда-то в 1941-м году советские солдаты уходили с парада на Красной площади на фронт. Но в реальности на войну в Украину Кадыров послал добровольцев, которых судорожно собирали по сусекам со всей республики.

По большей части вербовка шла в основном среди бывших чеченских полицейских. И соблазняли их не только деньгами. Именно тогда и именно в Чечне придумали формулу «искупления грехов в обмен на участие в СВО».

Таким образом чеченским властям удалось записать в добровольцы как тех, кто проштрафился перед Кадыровым, так и тех, кто скрывался в республике из-за проблем с российским законом (а таких в Чечне всегда было немало). Впоследствии эту практику перенял Евгений Пригожин, который начал вербовать по такому же принципу российских заключенных, затем ее взяли на вооружение российские власти.

13 марта в Мариуполь был отправлен первый отряд добровольцев. В его составе, кстати, был и Руслан Геремеев, а сам отряд совсем не случайно возглавил депутат Госдумы от Чечни Адам Делимханов, регулярно упоминающийся в огромном количестве уголовных дел по заказным убийствам. В свое время Кадырову стоило немалых усилий перевести Геремеева из статуса основного подозреваемого по делу об убийстве Бориса Немцова в статус свидетеля. И хоть Геремеев давно вернулся из Объединенных Арабских Эмиратов, где несколько лет скрывался от ФСБ, в полной безопасности он себя не чувствовал и за пределы Чечни старался лишний раз не выезжать. Во время осады Мариуполя Геремеев был тяжело ранен, на войну больше не вернулся, зато вернулся в Москву, где теперь бывает подолгу и без всякой опаски.

А 17 марта Рамзан Кадыров впервые за много лет неожиданно опубликовал совместную фотографию с опальным Апти Алаудиновым и сопроводил следующим комментарием: «Помощник Главы Чеченской Республики по силовому блоку, мой дорогой БРАТ Апты Алаудинов во главе тысячи добровольцев из Чеченской Республики отправляется для участия в спецоперации по денацификации и демилитаризации Украины».

Многие наблюдатели тогда сделали вывод, что и Алаудинов поехал на войну за вторым шансом на возвращение в ближний круг Кадырова.

По версии самого Алаудинова, он, 48-летний пенсионер и единственный кормилец многодетной семьи (у него 12 детей), бросил хорошо оплачиваемую непыльную должность в Москве, потому что в Чечню стали поступать первые гробы: «Семь или восемь ребят в начале <СВО> привезли погибших (это противоречит заявлению Кадырова, который категорически отрицал потери среди чеченцев на первом этапе вторжения в Украину. — Прим. ред.)… Я тогда почувствовал, что как будто бы это моя вина, что если бы я, офицер с огромным боевым опытом, был там, то, может быть, они не погибли бы. Такое, в общем, ощущение внутри было, и я в одну ночь, получается, собрался, набрал руководителя этого <благотворительного> фонда и сказал, что уезжаю на СВО… Я уехал даже без контракта, я зарекся, что не возьму ни одной копейки денег оттуда домой, и Аллах тому свидетель, что я не привез не то что копейки, а даже одного гвоздя с Украины. Это был зарок мой перед богом, что я еду на священную войну и мне за это ничего не нужно, кроме благодарности Всевышнего…»

К середине лета 2022-го весь основной силовой костяк Кадырова вернулся со «священной войны» домой. Все как один получили награды. Правда, не от Всевышнего, а от Рамзана Кадырова и Владимира Путина. Адам Делимханов, например, стал Героем России, Даниил Мартынов получил должность советника министра МЧС РФ, Апти Алаудинова сделали секретарем республиканского Совета Безопасности и вручили грамоту «почетного гражданина Чечни». А через два месяца Алаудинов снова поехал в Украину и был назначен пожизненным командиром добровольческого формирования спецназа «Ахмат». Это формирование в планах Кадырова по сбережению собственной «армии» играло ключевую роль. Поэтому на должность командира «Ахмата» нужен был свой человек, которого при этом не жалко.

Война клонов

К осени 2022 года власти Чечни придумали и успешно внедрили уникальную стратегию, которая позволила Кадырову и сохранить репутацию верного «пехотинца Путина», и одновременно сберечь свою «армию».

Ноу-хау было простым по своей сути, но стоило больших денег и сильно попахивало чеченским шовинизмом. В основе его лежала удачно налаженная вербовка добровольцев самых разных национальностей (преимущественно русских), которые, тем не менее, при поступлении на украинский фронт числились как «чеченские добровольцы».

В начале апреля 2022-го в Гудермесе на базе коммерческого учебно-тренировочного центра «Российский университет спецназа» открылся мобилизационный центр, который стал завлекать на «священную войну» интенсивным пиаром, фактически полным отсутствием каких-либо требований к кандидатам и обещанием самых лучших материальных условий. Средства на это «благое дело» шли из бюджета республики, которым Кадыров, пользуясь гарантированной Путиным безнаказанностью, всегда распоряжался по своему усмотрению. В критический момент именно этот фактор стал решающим. Пока другие губернаторы искали внебюджетное финансирование, а российская бюрократическая машина только разворачивала аналогичные центры вербовки по стране, в Чечне уже вовсю действовал механизм, позволивший наладить еженедельную переправку в Украину до 200 бойцов.

В мае 2022 года Главное разведывательное управление Украины опубликовало списки отправленных из Чечни добровольцев. Из этих данных прямо следует, что непосредственно чеченцами украинский фронт активно пополнялся всего лишь месяц

(с середины марта до середины апреля 2022 года), а потом их количество стало стремительно уменьшаться и к середине мая составляло всего лишь 4% от общего состава.

Но для создания видимости активного участия кадыровских «пехотинцев» в войне Путина одного только спецназа «Ахмат» было недостаточно. Поэтому Кадыров начал формировать в республике новые вооруженные подразделения, в которые набирали исключительно жителей республики. Так в Чечне за год с небольшим с момента начала военных действий в Украине появились, по словам самого Кадырова, «три батальона и столько же полков по линии Министерства обороны РФ и три подразделения по линии Росгвардии». Кроме того, на базе личного состава чеченской полиции было сформировано несколько отрядов якобы для участия в военных действиях в Украине уже по линии МВД.

Все эти подразделения, включая добровольческое формирование, пополняющееся бойцами через «Российский университет спецназа», имеют в своем названии слово «Ахмат». В конце концов, «Ахматов» стало так много, что все в них окончательно запутались. В глазах стороннего наблюдателя все они стали неразличимы, как клоны. Это было сделано намеренно, чтобы создать видимость большого количества вооруженных формирований на украинском фронте, напрямую ассоциирующихся с Рамзаном Кадыровым.

Тут надо сказать, что у кадыровцев, принимающих участие в войне в Украине, есть привилегия, которой нет ни у контрактников Министерства обороны, ни у мобилизованных, ни — теперь уже — у российских заключенных. На чеченские подразделения не распространяется правило бессрочного, а точнее, пожизненного контракта, когда, попав на войну, ты можешь вернуться с нее только калекой или в гробу. Чеченские подразделения регулярно ротируются, что позволяет чеченским властям не только сохранить своих бойцов, но и манипулировать цифрами.

Например, в минувший понедельник Магомед Даудов в ходе совещания у Кадырова в очередной раз привел статистику, сообщив, что «всего с территории Чеченской Республики в зону СВО направлено 41722 бойца, в том числе 17079 добровольцев». Но трюк в том, что большая часть из этих бойцов побывала в Украине уже по третьему, четвертому, пятому, а то и шестому разу. Допустим, в батальоне пятьсот бойцов. В командировку в Украину отправили половину батальона, а через четыре месяца их сменила вторая половина. А потом их опять ротировали на ту половину батальона, которая за это время успела отдохнуть в Чечне. Чеченские власти банально складывают все три партии бойцов, отправленных в Украину, и у них на бумаге получается 750 человек, тогда как численность батальона (500 штатных единиц) на самом деле не изменилась и на фронт попадают попеременно каждый раз по 250 его бойцов.

Аналогичная ситуация и с добровольцами, которые заключают с «Российским университетом спецназа» в Гудермесе краткосрочный контракт. Они его не продлевают по окончании, а снова приезжают в Чечню и оформляют новый. Им так выгоднее, потому что каждый раз они получают «подъемные» от чеченских властей. То есть получается, что на бумаге чеченские власти отправили 41722 бойцов, но в реальности эта цифра в три, а то и в четыре раза меньше.

Но куда важнее другой момент. 99% «Ахматов», которые чеченские власти с такой помпой наплодили в Чечне, непосредственного участия в боевых действиях на передовой в действительности не принимают. Это давно уже заметили военные аналитики, например, Руслан Левиев из «Conflict Intelligence Team». Судя по локациям видеороликов, которые чеченские бойцы исправно поставляют чеченским властям из Украины, большинство из них отснято глубоко в тылу.

Этот факт подтверждает и командир добровольческого спецназа «Ахмат» Апти Алаудинов: ««Ахмат» — это подразделение трех градаций. Есть подразделения «Ахмат» Минобороны, есть подразделения «Ахмат» Росгвардии, есть подразделения «Ахмат» МВД, которые вообще занимаются своими задачами. <«Ахмат»> Росгвардии — это подразделения, которые согласно приказу директора Росгвардии не должны находиться ближе 50 км к линии боевого соприкосновения… И если кто-то считает, что они тоже должны находиться где-то на передовой, ну извините…»

Но дело в том, что даже чеченские подразделения, которые формально относятся к Минобороны, также не находятся на передовой, а охраняют российско-украинскую границу и дислоцируются на территории России в Белгородской, Курской и Брянской областях.

И только одно напрямую ассоциирующееся с Рамзаном Кадыровым подразделение действительно принимает участие в полноценных боевых действиях. Это — добровольческое подразделение спецназ «Ахмат», которое по словам того же Алаудинова, на 85% состоит из бойцов не чеченской национальности.

И по тому, каким образом чеченцы в качестве добровольцев попадают в алаудиновский интернациональный «Ахмат», можно судить о настоящем отношении Кадырова к войне в Украине.

Имам с пулеметом

Примерно со второй половины 2022 года из Чечни стали всё чаще приходить новости о принудительной отправке на войну провинившихся перед чеченскими властями жителей Чечни, а также родственников критиков и политических соперников чеченской власти — например, известны случаи отправки в Украину родственников блогеров Хасана Халитова, Ибрагима Янгулбаева, родственников лидера Ичкерийского правительства в изгнании Ахмеда Закаева и многих других.

Все они попадали на войну по одной и той же схеме. Сначала их задерживали и какое-то время незаконно держали в секретных чеченских тюрьмах, а потом они появлялись на аэродроме «Северный» в Грозном в составе очередного отряда добровольцев, отправляющихся в Украину.

Таким образом чеченские власти всё чаще репрессируют неугодных жителей Чечни. «Священная война» Путина, от которой сам Кадыров усиленно уберегает своего старшего сына, полгода назад достигшего призывного возраста, своих многочисленных взрослых родственников и даже своих ближайших соратников, стала самым страшным наказанием в Чечне. Более того, чеченцы, которых в качестве добровольцев посылают в Украину, не проходят даже азы военной подготовке в «Российском университете спецназа» — их буквально отправляют на убой без всяких шансов выжить.

…В конце марта, после долгого отсутствия на фронте (Алаудинов учился в Академии Генштаба МО РФ и одновременно был доверенным лицом Путина во время избирательной кампании), Апти вернулся к своим обязанностям командира спецназа «Ахмат» и объезжал линию фронта, которую удерживает его подразделение. Добравшись до Серебрянского лесничества возле Кременной, Алаудинов заехал в блиндаж к своим бойцам и снял видеоролик о том, как они несут службу.

«Здесь, — рассказывает Алаудинов, — в течение уже года со своим сыном и племянниками находится богослов из Чеченской Республики Валид Куруев, который совершенно верно отмечает, что на данном участке стойко и мужественно защищают интересы России бойцы самых разных национальностей и вероисповеданий…»

Имам Валид Куруев, занимавший в прошлом должность заместителя муфтия Чечни, по сведениям «Кавказского узла», впал в немилость к Кадырову, был похищен, а затем отправлен вместе со своими двумя племянниками и сыном в качестве добровольцев в спецназ «Ахмат».

В опубликованном Алаудиновым ролике имам говорит, что ни он, ни его сын с племянниками перед отправкой на войну «даже не могли разбирать автомат, и как заряжать его, не умели».

— Получается, когда <они> шли на СВО, даже не умели <пользоваться оружием>, — комментирует Алаудинов и сам же шутит. — Конечно, это странно, когда чеченец не умеет разбирать автомат… Ну ты, Валид, уже хотя бы научился с пулеметом управляться?

Кроме того, из этого ролика становится понятно, что у чеченцев, которых Кадыров наказывает «священной войной» и отправляет в отряд к Алаудинову, в отличие от прочих, нет даже права на краткосрочный контракт. Они сосланы на фронт, как и российские мобилизованные, бессрочно.

«Получается, Валид не был дома уже почти год, — говорит Алаудинов. — Я ему говорю: вы уж поезжайте в отпуск вместе с племянниками и сыном, а то совсем уж завоевались…»

В четвертой серии читайте о том, как Апти Алаудинов снова поменял стороны и стал «российским» силовиком, каким образом он помог Путину нейтрализовать взрывоопасное наследие Пригожина, и чего кадыровцы боятся даже больше, чем кровной мести.