Прервать прерывание

В 2024 году в Карелии и частные, и государственные клиники перестали делать медикаментозные аборты. Исключение — единственный в республике перинатальный центр, но и в нём, по рассказам женщин, затягивают сроки: врачи ввели «неделю тишины», пациенткам необходимо дополнительно пройти консультацию с психологом, долго ждать анализов. Фактически аборт не запрещён, но сделать его становится всё сложнее. Из-за длительных сроков приёма пациентки не успевают на более щадящую процедуру и вынуждены идти на вакуумный или хирургический аборт. Журналистка «Новой вкладки» выясняла, существует ли приказ Минздрава, на который ссылаются врачи карельских клиник, и как меняется жизнь женщин, которые из-за негласного запрета на медикаментозные аборты не могут вовремя прервать нежелательную беременность.

Текст подготовлен в рамках «Мастерской документальных историй» «Новой вкладки».

«Такие услуги мы больше не оказываем»

Екатерине (она попросила не называть ни её реальное имя, ни фамилию) 34 года, она родилась и живёт в Петрозаводске. У неё высшее юридическое образование, сейчас она работает по специальности в частной компании, зарабатывает, по меркам города, средне, квартиру взяла в ипотеку.

У Екатерины двое детей: дочка-подросток и сын. С первым мужем она развелась: он, по словам Екатерины, бросил её одну с ребёнком и теперь платит «смешные» алименты — четыре тысячи рублей в месяц.

После развода вера Екатерины в мужчин пошатнулась. Впрочем, она вновь вышла замуж и, хотя говорит, что счастлива во втором браке и доверяет нынешнему супругу, тут же признаётся, что всё ещё боится остаться одна с детьми.

Иметь ещё детей Екатерина не планировала. Чтобы не допустить нежелательной беременности, она установила внутриматочную спираль, но вскоре её пришлось снять из-за регулярных воспалений. После этого они с мужем предохранялись при помощи презервативов. Осечек не было, пока в конце февраля 2024 года у Екатерины не случилась задержка. Женщина не особо забеспокоилась, когда месячные не начались вовремя, но всё же купила в аптеке тест на беременность — и тот показал две полоски.

Екатерина решила сделать аборт, не советуясь с мужем. Она позвонила в частную петрозаводскую клинику «Афродита», где до начала 2024 года проводили медикаментозные аборты. Но там ей ответили: «Такие услуги мы больше не оказываем» — и, не объясняя причин, посоветовали обратиться в перинатальный центр.

Республиканский перинатальный центр в 2023 году принял 3627 родов (всего, по данным Росстата, в 2023 году в Карелии родилось 4265 детей). Это самое крупное гинекологическое лечебное учреждение в Карелии. Первоначально центр задумывался как больница для сложных случаев: трудные беременности, ранние роды. Из-за низкой рождаемости потребность в других роддомах постепенно отпала, поэтому центр стал главным и единственным в Петрозаводске роддомом, в который едут рожать со всех уголков Карелии.

29 февраля 2024 года Екатерина пришла в перинатальный центр. Ей предложили сделать аборт бесплатно, но попросили подождать: ближайшая запись к врачу лишь через две недели. Екатерина не хотела терять времени и попросила принять её за деньги. Платить пришлось, как говорит Екатерина, за всё: за приём, за анализы, за УЗИ. Вышло 15 тысяч рублей — треть её зарплаты. Впрочем, и деньги не помогли существенно ускорить запись на прерывание беременности.

«Ой, вы знаете, здесь столько людей уже записано на март, я не знаю, куда вас ставить!» — говорила ей гинеколог на приёме. Екатерина не понимала, почему она должна ждать, если по срокам вполне успевала на медикаментозный аборт.

— Врач говорит: хорошо, я вас на 12 марта тогда записываю, — рассказывает Екатерина. — Но вы согласны, что это будет платно? Я говорю: «Да, конечно, главное, чтобы это решилось».

Врач объяснила, что нужно выдержать «неделю тишины», чтобы у женщины было время подумать и принять «правильное решение». Екатерина предложила заплатить ещё, чтобы не оттягивать неизбежное, но врач ответила, что обязана соблюдать требования закона, иначе в будущем Екатерина «сможет её засудить». Также врач отправила женщину к психологу: «Это тоже обязательно».

Уже на входе в кабинет Екатерина сказала психологу, что у неё двое детей, не очень хорошее материальное положение и она точно не хочет больше рожать. Даже свозить двоих детей на море ей трудно, а самостоятельно поднимать их с её доходом невозможно. Троих — тем более. Психолог в ответ стала рассказывать, что мужчины в случае развода платят хорошие алименты. Но вскоре сдалась: «Вижу, вас бесполезно уговаривать» — и подписала сразу две справки, хотя по протоколу вторую должна была подписать лишь по истечении «недели тишины».

Две недели Екатерина, по её признанию, жила в стрессе, к 12 марта у неё уже начался токсикоз. «Я просто считала дни, когда всё это закончится», — вспоминает она.

Во время последнего визита в перинатальный центр Екатерина разговорилась с одной из сотрудниц. Та рассказала, что больнице не хватает врачей и другого персонала. По её словам, женщины, которые обращались в перинатальный центр в начале марта, получали запись на апрель. На медикаментозный аборт они уже не успевали, поэтому их отправляли на вакуумную аспирацию или хирургический аборт (так называемое «выскабливание»).

Вакуумная аспирация, или мини-аборт

Метод искусственного прерывания нежелательной или замершей беременности путём извлечения плода с помощью специального вакуумного отсоса. Проводится на сроке беременности до 12 недель.

— Наш Минздрав не смущает, что женщина не может получить щадящий вид процедуры! — возмущается Екатерина. — Чиновники готовы отправлять на выскабливание просто потому, что у них такие сроки. И плевать, что у этой женщины потом начнутся проблемы со здоровьем. Это не волнует никого!

Екатерина успела сделать медикаментозный аборт. Многие пациентки, с которыми она находилась в палате, когда всё же пришло время процедуры, были в похожей ситуации. Кому-то затянули проведение медикаментозного аборта до 8 с половиной недель, а кто-то не успел и на хирургическое прерывание беременности.

Запрет, которого не было

Когда Екатерина звонила в частную клинику и получала отказ, сотрудники объясняли ей, что им поступил запрет от регионального Минздрава. Этот запрет официально нигде не публиковался, а в ведомстве его существование и вовсе отрицают. Глава карельского Минздрава Михаил Охлопков никак не комментировал причину запрета медикаментозных абортов вне стационаров именно с 2024 года. А в ответе на запрос (документ есть в редакции) региональный Минздрав сослался на распоряжения прокуратуры и Росздравнадзора.

В прокуратуре Республики Карелия «Новой вкладке» пояснили, что с 2021 года лицензии по акушерству и гинекологии для проведения медикаментозных абортов недостаточно: клиники обязаны иметь стационар.

Так как чёткой позиции у властей нет, врачи Петрозаводска в разговорах с «Новой вкладкой» высказывают множество версий и догадок, почему клиники Карелии отказались от проведения абортов.

Возможно, негласный запрет на аборты — очередная попытка поднять рождаемость, так как численность населения в регионе падает даже быстрее, чем в среднем по стране. Так, в Карелии, по данным Росстата, в 2023 году проживало 530 тысяч человек, а до пандемии коронавируса в 2019 году — 618 тысяч. По словам демографа Алексея Ракши, количество абортов на эти цифры почти не влияет — что в Карелии, что в России в целом. Так, в 2022 году в Карелии было сделано всего 1823 аборта (по сравнению с 3431 случаем в 2018-м). В эту статистику включены и аборты по медицинским показаниям. Получается, количество абортов снизилось в два раза без каких-либо запретов и дополнительных мер.

Алексей Ракша связывает усложнение процедуры медикаментозного аборта с «активным лобби РПЦ и Константином Малофеевым». В разговоре с «Новой вкладкой» он отметил, что запрет медикаментозных абортов никак не может повысить рождаемость. Скорее, наоборот, может повлиять на неё отрицательно, потому что хирургические аборты, к которым будут вынуждены прибегать женщины, опаснее и создают риск бесплодия.

Численность абортов, по словам Ракши, и так планомерно снижается из года в год, так как появляется больше информации о контрацепции. А быстро повысить рождаемость можно одним гарантированным способом: давать маткапиталы по 1,5–2 миллиона рублей на второго и третьего ребёнка.

Хотя в реальности запрет абортов не влияет на повышение рождаемости, эту меру постоянно обсуждают чиновники, депутаты и церковь. Например, в начале 2023 года председатель Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства Фёдор Лукьянов предлагал законодательно разрешить аборт только с разрешения мужа пациентки. А в конце октября 2023 года член комитета Госдумы по охране здоровья Вероника Власова рекомендовала оставить процедуру аборта исключительно в государственных клиниках и проводить только на сроке до 8 недель.

В 2024 году 11 российских регионов ввели или обсуждают меры против абортов, в том числе и отказ частных клиник от выполнения процедуры.

Согласно Федеральному закону «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», аборт остаётся неотъемлемым правом женщины. При наличии только одного желания пациентки аборт может быть проведён на сроках беременности до 12 недель, аборт по социальным показаниям (беременность в результате изнасилования) — до 22 недель, по медицинским показаниям — на любом сроке. Медикаментозный аборт препаратом мифепристон делают на сроке до 8 недель, до 12 недель — вакуумный, а до 22 недель — хирургический. Исследования показывают, что медикаментозный вид аборта наиболее щадящий. Неполный аборт, когда плодное яйцо до конца не вышло из матки, при прерывании беременности таблетками случается всего в 2–5% случаев.

«Как будто всё в один момент прекратили»

Почему же, несмотря на федеральный закон, карельский Минздрав и прокуратура ссылаются на действующее законодательство? Дело в том, что в 2011 году был принят закон об обязательном лицензировании медицинской деятельности. А в 2017-м прерывание беременности сочли отдельным видом деятельности, подлежащим лицензированию. Тогда осталось неясно, смогут ли проводить аборты клиники, которые уже имели это право ранее.

Сотрудник одной из петрозаводских клиник рассказывал изданию The Barents Observer, что пришло письмо от Минздрава, где объяснялось, что уже прошедшие лицензирование по акушерству и гинекологии клиники могут выполнять прерывание и дальше, потому что лицензия бессрочная. Но, по словам этого специалиста, в 2024 году «в клиники пришли представители прокуратуры вместе с Росздравнадзором и сообщили, что по старым лицензиям аборты выполнять нельзя, даже медикаментозные».

Карельская прокуратура в ответе «Новой вкладке» сообщила, что 1 июня 2021 года российское правительство утвердило специальный перечень работ и услуг, составляющих медицинскую деятельность. В него вошли работы по акушерству и гинекологии. Поэтому, по версии прокуратуры, с 2021 года лицензии по акушерству и гинекологии для проведения абортов недостаточно, нужно получить новую, которая бы подразумевала наличие стационара, наркоза и палаты интенсивной терапии в клиниках. Юрист региональной «Лиги защитников пациентов» пояснил «Новой вкладке», что этот перечень работ противоречит федеральному закону о прерывании беременности и ответ прокуратуры можно назвать «отпиской со ссылкой на Минздрав».

Тем не менее до конца 2023 года медикаментозный аборт в Петрозаводске всё ещё можно было сделать в частной клинике за 5 тысяч рублей. Так, на сайте «Афродиты» в октябре 2023 года сотрудники отвечали, что медикаментозные аборты делают все гинекологи медицинского центра. В мае 2024 года сделать аборт в частной клинике Петрозаводска было уже невозможно.

27-летняя Людмила из Петрозаводска (имя изменено по просьбе героини) в феврале 2024 года узнала о своей беременности на сроке больше шести недель. У женщины уже есть маленький ребёнок и к рождению второго она не была готова. Она тоже не смогла найти ни одного места, где бы ей помогли выполнить медикаментозный аборт. В частных клиниках говорили Людмиле, что получили запрет от Минздрава. В то же время в Минздраве ей сказали, что такого распоряжения не было, и предложили обратиться в больницу скорой медицинской помощи, хотя аборты там никогда не делали.

— Даже в Сортавалу позвонила, там тоже не делают. Там тоже сослались на какой-то частный запрет Минздрава, сказали, что это «распоряжение от начальства», — говорит Людмила. — Не понимаю, кто и когда решил в нашей республике лишить женщин прав на своё собственное тело, забрать свободу выбора. Никаких законов на этот счёт не приняли. Но в республике у нас как будто в один момент всё прекратили. Ничего нельзя.

Пятый по численности населения город в Карелии.

В итоге Людмила опытным путём выяснила, что единственным вариантом остался перинатальный центр, где медикаментозный аборт делают на сроке до 8 недель. Учитывая анализы, психолога и «неделю тишины», сделать прерывание в установленные сроки она не успела. Ей предложили идти на хирургический аборт.

Направление она получила в городской женской консультации. Говорит, что психолог там её даже ни от чего не отговаривала: «Выдала мне справку, да и всё».

«Это ведь не на рынок сходить»

Изменения в отношении частных клиник также могут быть связаны с препаратом, которым делают прерывание беременности, — мифепристоном. Об этом «Новой вкладке» рассказала врач одной из государственных больниц в Карелии. С 1 сентября 2024 года мифепристон будет внесён в список предметно-количественного учёта в аптеках. На упаковке препарата уже написано «отпуск только в стационары».

Это означает, что продавать мифепристон можно будет исключительно в государственные больницы, с которыми у аптеки заключён контракт. Лекарство будет храниться в сейфе.

В Москве, по словам заведующей одной из столичных аптек, с которой побеседовала «Новая вкладка», сейчас идут проверки по наличию в продаже мифепристона, аптекам грозят штрафами до 50 тысяч рублей. В аптеках Петрозаводска проверок по мифепристону пока не было. Один из местных провизоров рассказал «Новой вкладке», что на время прекратились поставки препарата для экстренной контрацепции «Женале», в котором содержится то же действующее вещество. Сейчас препарат снова появился в продаже.

Изменение в обороте мифепристона появилось по инициативе министра здравоохранения Михаила Мурашко, который объяснил новую норму «демографическими причинами». В пояснительной записке к проекту приказа отмечалось, что приём препаратов для искусственного прерывания беременности без посещения больницы увеличивает риск осложнений и может привести к смерти — например, в случае недиагностированной внематочной беременности, беременности в рубце на матке или при развитии аллергической реакции на лекарство.

Об этих последствиях гинекологи в беседе с «Новой вкладкой» действительно упоминали, но отмечали, что медикаментозное прерывание беременности всё равно остаётся более щадящей процедурой.

Так, гинеколог из частной клиники Петрозаводска Ольга (её имя изменено) рассказала об осложнениях, с которыми сталкиваются женщины после медикаментозного аборта: возможен разрыв матки, а кровотечение может даже привести к смерти.

В практике Ольги много молодых нерожавших женщин с патологиями, при которых нельзя делать медикаментозный аборт. Это онкология, эндометриоз, сахарные диабеты, нарушения углеводного обмена. При этом гинеколог отмечает, что медикаментозный аборт на ранних сроках действительно более щадящая процедура, нежели иные, но лишь если выполняются все условия: «Это ведь не на рынок сходить». По мнению Ольги, аборты должны проводиться в стационарах под присмотром специалистов. Тогда в экстренной ситуации врачи смогут помочь сразу, без каких-либо промедлений.

«На левые аборты все пойдут, как в девяностые»

Никто из работающих в Карелии гинекологов, к которым обратилась «Новая вкладка», не согласился общаться под своим именем. Вопрос абортов оказался настолько табуированным, что его боялись обсуждать не только женщины, которые столкнулись с вынужденным прерыванием беременности, но и медики: «Тема щекотливая».

Один гинеколог и одна медсестра сказали «Новой вкладке», что запрет медикаментозных абортов вне стационара — правильная инициатива. Третья врач согласилась на разговор лишь после того, как уволилась из больницы, и сказала, что она против запрета медикаментозных абортов.

По словам медсестры Евгении из городской больницы (имя по её просьбе изменено), врачи в частных клиниках не делают достаточного количества анализов, чтобы убедиться, что женщине не противопоказан аборт. Например, они не проверяют резус-фактор или наличие инфекционных заболеваний. Поэтому многие врачи-гинекологи в БСМП, по мнению Евгении, относятся к запрету абортов положительно. Тем не менее проблему запретами не решить: «Наверное, на левые аборты все пойдут, как в девяностые», — говорит Евгения.

— Мне известно, что женщины уже обращаются в клиники Ленобласти за этой процедурой. Мы ещё столкнёмся с нелегальным прерыванием, когда девушки будут принимать мифепристон вообще без присмотра врачей, — говорит Юлия, другой врач-гинеколог (она тоже попросила изменить имя. Врач объясняет, что акушеры-гинекологи боятся открыто говорить о своей позиции «из-за руководства»).

Юлия полагает, что запрет абортов связан с государственной позицией: «всем сейчас надо рожать». Но за её десятилетний опыт работы только три пациентки передумали делать аборт. Врач считает, что психолог, разговоры и «неделя тишины» — это неэффективные методы, потому что женщина на самом деле определилась ещё до посещения кабинета гинеколога: «Бесполезно подключать батюшку и давать эти „недели тишины“, если женщина уже приняла решение».

Карельские чиновники разных уровней игнорируют вопрос абортов и репродуктивного здоровья, лишь делают репосты страниц социальных сетей больниц. В публичном поле на эту тему никто из них не высказывается. В беседе с «Новой вкладкой» депутат Заксобрания Республики Карелия Эмилия Слабунова сказала, что затягивание сроков абортов, которое происходит сейчас, — по сути и есть запрет, просто пролонгированный. А женщины будут искать нелегальные способы прервать беременность, что всегда чревато серьёзными осложнениями, «и это, безусловно, нарушает права женщины».

Из-за того что врачи затянули с абортом, у Екатерины начались осложнения. В течение месяца после медикаментозного прерывания беременности она боролась с кровотечением, сейчас лечится за свой счёт. Женщина ходит в платную клинику, потому что это «быстрее, чем ждать номерка в бесплатную». За три визита к платному врачу, таблетки и УЗИ она уже отдала 12 тысяч рублей — чуть меньше, чем за саму процедуру.

Женщина, имеющая троих детей, с которой Екатерина лежала в одной палате в перинатальном центре, из-за нынешней репродуктивной политики Карелии не успела сделать даже хирургический аборт. Ей пришлось оставить четвёртого ребёнка.

Людмила, упустив сроки для медикаментозного прерывания беременности, оказалась не готова делать хирургический аборт, поэтому в последний момент тоже решила оставить ребёнка.

Врач-гинеколог Юлия рассказала, что в перинатальном центре сейчас остаются гигантские очереди и девушки не успевают выполнить медикаментозное прерывание беременности в установленные сроки. Ожидание приёма на момент выхода статьи составляет 2–3 недели после обращения.