В Москве после полутора лет ремонта открылся Мультимедиа Арт Музей

Капитальные изменения затронули не столько здание, сколько выставочную политику некогда прогрессивной площадки

Мультимедиа арт музей, или МАММ — одна из важнейших художественных институций в России. Среди главных направлений его работы были международные проекты, которые гораздо труднее делать в условиях изоляции страны. Это лишь одна из проблем, с которыми столкнулся музей в 2024 году — после завершения ремонта, затянувшегося на полтора года. «Медуза» рассказывает, как выглядят выставки обновленного МАММ в изменившемся контексте.

Большие и маленькие выставки, арт-маркеты и ярмарки открываются в Москве практически каждый день. Но сейчас подборки «самых ожидаемых выставок» выглядят не так, как несколько лет назад. Привезти западное искусство стало гораздо труднее, чем раньше. В музеях существуют списки запрещенных к показу авторов. Выставки регулярно закрывают из-за доносов. Теперь арт-институции достают работы из запасников, устраивают юбилейные ретроспективы классиков и обращаются к формальным темам вроде цветов и фруктов, авангарда и передвижничества, спорта и архитектуры.

Открытие Мультимедиа Арт Музея после затянувшегося ремонта на этом фоне — заметное событие. Еще в 2020 году, накануне 25-летия МАММ, основательница и директор музея Ольга Свиблова рассказывала, что музею так и не построили сувенирный магазин и кафе на крыше — несмотря на обещания городских властей. А в сентябре 2022-го МАММ закрылся на реконструкцию.

В музее успели сделать новые пол и крышу, заменить вентиляцию и сантехнику, обновить фундамент и инженерные системы, открыть кафе и сувенирный магазин (правда, не на крыше). Капитальный ремонт длился полтора года вместо изначально запланированных трех месяцев, и открытие несколько раз пришлось переносить. Ситуацию осложняли в том числе проблемы с импортом строительных материалов. Однако посетители капитальные изменения вряд ли заметят.

Чем известна создательница МАММ Ольга Свиблова

В интервью фотографу Георгию Кардава сама Свиблова шутила о своем «характере, о котором ходят легенды», и склонности «ужасно кричать». Тем не менее журналист Леонид Велехов, ведущий программы «Культ личности» на «Радио Свобода», отмечал, что Свиблова сумела создать первый в России музей фотографии, сделать фотографические выставки модными и добиться признания фотографии видом современного искусства — именно благодаря своему темпераменту.

По специальности Свиблова — психолог. Выставки она начала курировать в 1984 году. Чуть позже стала снимать документальные фильмы об искусстве и советских неофициальных художниках. Со временем интересы Свибловой стали шире: сегодня ее работа сосредоточена на фотографии, исторической и современной, но не менее внимательно она следит за современным искусством, особенно его цифровыми формами. Именно поэтому МАММ, основанный Свибловой в 1996 году (тогда он назывался Московским домом фотографии), продвигает не только собственно фотографию, но и современное искусство. Институция много сотрудничает с молодыми российскими художниками: находит новые имена, встраивает их в контекст российского и международного арт-мира.

Карьера Свибловой быстро вышла на международный уровень: ее фильмы получали призы на европейских фестивалях, она курировала выставки российских, украинских и грузинских художников в разных городах Европы, а в Россию привозила иностранцев. В 2007 и 2009 годах была куратором российского павильона на Венецианской биеннале современного искусства. Ее важнейшие проекты в России — биеннале «Мода и стиль в фотографии» (с 2001 года), Фотобиеннале (с 2008-го) и «Искусство будущего» (с 2022-го), где показывают арт-проекты на основе новых технологий.

В 2006-м на базе МАММ открылась Московская школа фотографии и мультимедиа имени Родченко, один из важнейших российских вузов в области современного искусства, который много сделал для отечественного фотоискусства и видеоарта. Выпускники школы Родченко — не только фотографы, но и живописцы, видеоартисты, музыканты, междисциплинарные художники. Среди них, например, Данила Ткаченко, известный фотографиями горящих заброшенных деревень, участницы группы Pussy Riot Екатерина Самуцевич и Диана Буркот, лауреаты арт-премий Полина Канис, Саша Пирогова, Дмитрий Венков, Евгений Гранильщиков и Альберт Солдатов.

Еще один важный проект Свибловой — подарок французскому Центру Помпиду от российских коллекционеров. В 2016-м парижский музей получил в дар 357 работ современных российских художников — это был серьезный шаг для культурной дипломатии.

Основательница МАММ тесно сотрудничает с российской властью и поддерживает ее проекты. В 2021-м она получила премию «Легенды Тавриды» за многолетнее сотрудничество с крымским арт-кластером «Таврида» — он появился вскоре после аннексии Крыма по инициативе государства. В декабре 2022-го Свиблова вручала в Кремле награды победителям премии Российского общества «Знание», созданного по указу Владимира Путина. А в мае 2023-го уволила из Школы Родченко фотографа Валерия Нистратова за то, что председательнице думского комитета по культуре Елене Ямпольской не понравились его комментарии к снимкам советского военного фотокорреспондента Евгения Халдея.

Ольга Свиблова никак не комментировала вторжение в Украину: в марте 2022 года ее упрекали за это как провластные телеграм-каналы, так и оппозиционные медиа. Сама она в недавнем интервью объясняет свое молчание так: «Во-первых, каждое слово отзовется, а во-вторых, если из моего слова не может вырасти дело, то его не надо произносить». Свиблова говорит, что могла бы из принципа закрыть музей и уехать за границу, но считает нужным делать то, что с ее «точки зрения (даже если это наши иллюзии) должно принести какой-то результат». И добавляет, что «искусство не спасет мир», но оно «дает довольно большому количеству людей силы жить дальше».

Раньше международные проекты играли важную роль в успехе МАММ. Здесь показывали личную коллекцию Дэмиена Хёрста, первые в Москве ретроспективы Константина Бранкузи, Лучо Фонтана и Джозефа Кошута (все они крупнейшие величины современного искусства). Выставляли, разумеется, и классиков мировой фотографии — например, Анри Картье-Брессона и Энни Лейбовиц. МАММ сотрудничал с Центром Помпиду, европейскими, американскими и азиатскими галереями, иностранными фондами и культурными центрами. Теперь, когда музей возвращается к работе после долгой паузы, делать интернациональные проекты с такой интенсивностью, очевидно, уже невозможно. Обновленный МАММ показал восемь новых выставок. Больше половины из них о спорте и моде. Среди проектов есть, по сути, два международных: выставка Эрика Булатова, живущего в Париже, и экспозиция итальянских фотографов Эдоардо Делилле и Джулии Пьермартири.

Работы Булатова — классика соц-арта и московского концептуализма — объединены в проект «Живу дальше. Лаборатория художника». Экспонаты принадлежат в основном отечественным государственным и частным коллекциям. Часть работ из собрания автора. МАММ — не единственная институция, которая решила отметить 90-летие Булатова: осенью его юбилейная выставка открылась в Нижнем Новгороде под кураторством Марины Лошак, экс-директора Пушкинского музея, а в декабре московская галерея pop/off/art показала графические работы художника. Но всестороннюю ретроспективу не смог собрать никто: ввезти картины из Европы невозможно, выставить живописные работы последних 20 лет, написанные за границей, тоже.

Серия «Свобода есть свобода», созданная в 1990-х и представленная в МАММ, сейчас вновь звучит остро — как и самая свежая графическая работа под названием «Хватит». «Это то, как я воспринимаю сегодняшнюю жизнь, — рассказывал Булатов в интервью. — Мне кажется, все сейчас примерно так говорят и думают. Всем это уже надоело, что русским, что европейцам».

Инсталляция Алексея Каллимы «Теорема дождя» напоминает о временах, когда Россия жила в глобальном культурном контексте. Эту работу впервые показали в 2009 году на 53-й Венецианской биеннале, когда Ольга Свиблова курировала российский павильон. А в 2012-м инсталляция участвовала в масштабной выставке в Сан-Франциско. Это большая фреска с ликующими футбольными болельщиками, озвученная шумом стадиона. Ее видно только в ультрафиолетовом свете — когда он сменяется обычным освещением, зрители остаются в тишине пустого белого зала. «Контраст переживаний заставляет задуматься о том, как по-разному мы существуем в толпе и оставшись наедине с собой», — сообщается на сайте музея.

Еще две новых выставки МАММ на спортивную тему — это «Спорт в фотографии. От Родченко до наших дней» и «Константин Батынков, Сергей Шеховцов. Футбол». Вообще, выставки о спорте регулярно появляются в московских выставочных пространствах и часто транслируют ностальгию по СССР. Как правило, кураторы этих проектов не выделяют в спорте и спортивной фотографии тоталитарное начало, но в экспозициях МАММ исследуется именно оно. Например, в тексте к выставке «Спорт в фотографии» Анна Зайцева и Мария Лаврова пишут о «способности слиться в единое, слаженно движущееся коллективное тело», которую старались подмечать советские фотографы на спортивных парадах.

Проекты музея о моде — «Коллекция Фонда Still Art. Шедевры мировой фотографии моды» и «Модницы XIX — начала ХХ века. Из коллекции МАММ» — производят неясное впечатление. Тема оставляет пространство для феминистской и даже деколониальной критики, но ничего подобного на выставках нет. Сопроводительные тексты рассказывают о каркасах на платьях, которые формировали «пикантные выпуклости пониже талии», и о русских модниках, которых «никто не может заставить отказаться от песца или норки».

В экспозицию «Дар музею. Памяти Юрия Рыбчинского» вошли работы из коллекции двух фотографов, Юрия Рыбчинского и Эдуарда Гладкова: они стали собирать отечественную фотографию еще до появления МАММ и других профильных музеев и галерей (проект посвящен Рыбчинскому, умершему в прошлом году). Это широкая панорама советской фотографии: на снимках встречаются и пионеры, и герои неофициальной культуры. Но это не столько высказывание о недавней истории и разных способах ее интерпретации, сколько дань уважения коллекционерам.

«Атлас нового мира», выставка молодых итальянских фотографов Эдоардо Делилле и Джулии Пьермартири о климатических изменениях, могла бы получиться самой актуальной среди новых проектов МАММ. Но яркие лайтбоксы, хаотично расположенные в несколько рядов, выглядят как фотозона на тему экологических катастроф.

В первой серии выставок Мультимедиа Арт Музея собственно мультимедийного искусства — то есть объединяющего разные медиумы — не так уж много: зритель видит в основном стандартные фотографию, живопись, графику и скульптуру (Свиблова, правда, и сама считает название музея «маскировочным»). Но главное, почти все эти проекты подчеркнуто нейтральны в отношении окружающей действительности. Это объяснимо — но это не в традициях прежнего МАММ, который делал выставки и о жертвах политических репрессий, и о пандемии ковида.

Нынешний МАММ вынужден адаптироваться под новые реалии. Скорее всего, музей будет выставлять больше российского искусства и работ из отечественных коллекций. Возможно, больше взаимодействовать с культурными институциями стран СНГ. А может быть, присмотрится к искусству Глобального Юга, к которому сейчас приковано внимание всего мира — в частности Венецианской биеннале 2024. Девиз Эрика Булатова «Живу дальше», который дал название выставке в МАММ, теперь в каком-то смысле девиз музея в целом.

«Медуза»